Валерия Иванова Кай. Подчинись мне

Глава 6

Алиса

Я кричу, когда дедушка падает на мраморный пол. Вижу, как под ним расползается уродливое кровавое пятно.

Нет, нет, нет.

Этого просто не может быть.

Я подбегаю к нему и опускаюсь перед ним на колени. Меня трясет так сильно, эмоции все наружу, что в первое время я не могу понять, живой он или мертвый.

И тут я слышу его стон, он переворачивается на спину. Слезы катятся по моим щекам. Слышу позади себя шаги, и кто-то грубо хватает меня за шкирку, оттаскивая от деда.

– Пусти! – реву я.

Но, естественно, никто меня не отпускает. Меня просто закидывают на плечо и выносят из дома. А несколько мгновений спустя меня закидывают в машину, и мы уезжаем.

Я в таком шоке, что на несколько секунд теряюсь в пространстве. А потом резко сажусь, поправляю на себе платье и отползаю по сиденью, забиваюсь в угол.

Слышу, как эти уроды смеются и что-то обсуждают. Кай что-то отвечает, а потом переводит свой взгляд на меня. По телу разбегается дрожь.

– Немедленно останови машину, – требую я.

Удивительно, что говорю это все нормальным голосом, а не мышиным писком.

– Нет, волчонок, ты едешь с нами, – говорит он.

– Выпусти меня! – кричу и дергаю ручкой, та, конечно, заблокирована.

Я кричу от бессилия, а потом снимаю балетки и кидаю один в него, другой – в водителя. Я еще никогда не чувствовала такой неконтролируемой злости. Инстинкт самосохранения полностью отключился. Потому что как иначе объяснить, что я бросилась на дикаря с голыми кулаками. На что рассчитывала, сама не знаю. Но такое чувство, что сделала больно только себе.

Я не знаю, как так получилось, но в итоге я оказалась на коленях дикаря лицом к лицу. Он сцепил мои руки за моей спиной и удерживал одной своей. Я немного успокоилась, дышала тяжело и рвано. Молния спереди на платье поползла вниз, оголяя мой простой бюстгальтер. Платье еще и на бедрах задралось, я чувствовала кожей ткань его брюк. Мужчина нагло рассматривал мои прелести, а потом перевел взгляд к моим глазам.

– Ты знаешь, кто я, волчонок? – спросил он.

Что за вопросы? Говорит так, словно он знаменитость какая-то.

– Знаю, – уверенно отвечаю. – Ты ублюдок, который пришел в мой дом, стрелял в моего дедушку, обидел Ксюшу и похитил меня. Кажется, я ничего не упустила.

В машине воцаряется тишина. Вязкая, давящая. А потом мужчины сидящие спереди взрываются хохотом.

– Блть, она тупая или отсталая? – ржет кто-то.

– По ходу все вместе.

Мне становится обидно из-за их слов. Какое право они имеют оскорблять меня. Мне вообще плевать на то, кто эти уголовники такие.

Мои глаза наполняются слезами.

– Ты убил его, – шепчу затравленно и всхлипываю.

Дедушка – единственная моя семья. Больше никого нет. И теперь его не стало. Я осталась круглой сиротой.

– Никто еще не умирал от пули в плечо, – морщится Кай.

А я начинаю рыдать.

Слишком многое произошло.

Мне казалось, что в этой жизни меня уже ничем не удивить, не напугать. Но появился этот мужчина, и я поняла, что значит настоящий кошмар.

Он вытирает мои слезы пальцами.

– Не плачь, волчонок.

– Как ты мог стрелять в него? Он же был безоружный, ничего не сделал.

– Ничего не сделал? – жестко усмехается. – Он хотел на*бать меня. А за такое только смерть. Но я сегодня был добрым. Считай, ты спасла его.

Я поджимаю губы, чтобы не сказать какую-нибудь гадость. Добрый, черт возьми! Вы только послушайте этого дикаря.

– Ты знаешь, о твоей красоте многие говорят. Я слышал, что у Лебедя есть принцесса, которую он ото всех скрывает. Внучка с белой фарфоровой кожей, черными волосами и самыми голубыми глазами, – на лице Кая появляется улыбка.

И я с ужасом понимаю, что это самая красивая улыбка, которую я когда-либо видела.

– Ты принцесса из сказок.

– Я не принцесса, и моя жизнь не похожа на сказку, – говорю тихо.

– Ну, а я злой, страшный серый волк, который с удовольствием с тобой позабавится.

Я леденею от его слов.

– Ты… Ты сделаешь мне больно? – шепчу одними губами.

А он снова касается моего лица, обводит черты, словно то, что он видит, ему действительно нравится.

– Сделаю, волчонок. Смотри не влюбись в меня.

Я морщусь от его предположения.

– Я никогда не испытаю к тебе ничего, кроме ненависти.

Как он вообще может предполагать, что я влюблюсь в него!

В человека, который прямым текстом сказал, что сделает мне больно. Он просто больной, ненормальный идиот.

Он широко улыбается.

– Звучит как вызов.

– Зачем я тебе? Отпусти меня.

– На сегодня лимит вопросов исчерпан.

– Но…

– Хватит, я сказал, – обрывает грубо, а затем пересаживает меня со своих колен.

Видимо, инстинкт самосохранения снова начал работать, потому что я замолкаю. Снова отползаю по сидению в самый угол и смотрю в окно.

Не знаю, сколько мы едем, я потеряла счет времени. Но вижу, как мы подъезжаем к огромным воротам и заезжаем внутрь. Едем по подъездной дороге, и впереди стоит огромный особняк, наверное, пять этажей, не меньше.

Машина останавливается, и все выходят наружу. Стоят курят и снова о чем-то весело переговариваются. А я оглядываюсь вокруг, вижу, что водитель не забрал ключи. Я даже не думаю, просто действую.

Перелезаю на переднее сиденье, блокирую двери и завожу мотор…

Глава 7

Алиса

Кровь шумит в ушах, пульс частит по точкам, а сердце выламывает ребра. Я на таком адреналине, что даже думать рационально не могу. Зато четко улавливаю момент, когда все поняли, что я собираюсь угнать машину. Слышу, как кто-то стучит в окно, но вообще не отвлекаюсь.

Я умею водить. У меня, правда, практики практически нет, но навыки есть. Конечно, не в таких условиях… Я передвигаю рычаг с паркинга на драйв и еду вперед.

У меня получилось! Я быстро пристегиваю ремень безопасности. Мне хочется смеяться в голос. Сомнений нет, что я отсюда выберусь. Еду вперед, жму на педаль газа, проезжаю прямо по клумбам. А потом куда? Я мчусь к воротам, естественно, они закрыты. Вижу вооруженную охрану, но они не стреляют. Это вселяет надежду. Что делать?

Я выжимаю педаль газа в пол и на полном ходу врезаюсь в ворота. От удара меня отбрасывает на руль, а потом обратно. Боль такая сильная, что на секунду кажется, что я потеряла сознание. Открываю веки и понимаю, что я не протаранила ворота. Паника заполняет нутро, мне требуется время, чтобы обдумать следующий шаг. А он простой.

Я отъезжаю назад и снова ударяю по воротам. В тот раз сработала подушка безопасности. Все тело превратилось в один сплошной комок боли. Кажется, у меня сломаны ребра.

Слышу, как кричат люди. Машина заглохла. Она отказывается ехать дальше. И что мне делать?..

Решают за меня.

Слышу, как стучат в окно, поворачиваю голову и вижу, что у водительской двери стоит Кай. Точнее сказать – взбешенный демон!

– Открой дверь, – не слышу, но читаю по губам.

Мотаю головой из стороны в сторону. Я не открою эту дверь по доброй воле.

Он раздраженно зыркает меня, а потом поднимает руку с зажатой в ней монтировкой и бьет по окну. Я кричу от шока. Расстегиваю ремень безопасности и перебираюсь на пассажирское кресло, и в этот момент он разбивает окно. Осколки попадают внутрь, но, слава богу, мимо меня.

Он рывком открывает дверь.

– Не дергайся, блть, – рычит мужчина.

Ага, так я и послушала. Я шмыгаю на заднее сиденье и вываливаюсь на землю. Поднимаюсь на ноги, боль отдается во всем теле, но я ее игнорирую. Куда бежать? Я быстро обвожу взглядом территорию и понимаю, что я в ловушке. Может, я смогу перебраться через забор?..

Я бегу к забору, слышу взрыв смеха. Смешно ублюдкам. Стискиваю зубы от боли. И когда мне остается всего метр, меня перехватывают мужские руки. Я кричу от досады.

– Нет! Пусти! – вырываюсь, но меня лишь крепче перехватывают под грудью, а затем и вовсе закидывают на плечо, как мешок с картошкой.

– Бля, пздц ты проблемная, – слышу чей-то голос.

Все. Силы меня покинули. Я не сопротивляюсь. Вижу, как мы идем к дому, поднимаемся по ступенькам и заходим внутрь, но не останавливаемся, два пролета, Кай пинком открывает дверь и просто сбрасывает меня с себя. Я не успеваю сгруппироваться, больно бьюсь правым боком о пол. Стону от боли. Переворачиваюсь на спину и не шевелюсь, потому что мне больно.

– Дура, – припечатывает мужчина и уходит из комнаты.

А я все так же продолжаю лежать на полу.

Слезы набегают на глаза. Мне не выбраться отсюда. Меня похитили. И я не знаю, что меня ждет дальше. Я вообще ничего не знаю. В голове, как назло, всплывают истории, что я читала, видела или обсуждала с кем-то о похищениях. Я знаю, что с жертвами творят ужасные вещи. И я не знаю, смогу ли я все это вытерпеть. Насилие, пытки, плохое отношение…

Кожа покрывается испариной, меня трясет от внутреннего холода и ужаса.

Что мне делать?

Спасут ли меня?

Если верить Каю, то дедушка жив… Но что он может противопоставить этим дикарям? Приедет ли он меня спасать и не будет ли слишком поздно?

Я закрываю глаза и вспоминаю первые и самые счастливые шестнадцать лет моей жизни, когда родители еще были живы. Мы жили в самой обычной трехкомнатной квартире. Они ходили на работу, а я – в школу, мы копили на отдых на море. У нас не было много денег, но мы были так счастливы. Я всегда бежала домой после уроков, потому что знала, что вечером будет семейный ужин. Каждый вечер мы все вместе ужинали, это была наша традиция. Мы разговаривали, слушали, как у кого прошел день, много смеялись и строили планы на будущее.

А в один из дней я пришла домой пораньше, а родители так и не приехали. Вместо них пришел дедушка, человек, которого я видела всего пару раз в жизни, и сказал, что моих родителей больше нет. Когда они возвращались домой, пьяный водитель врезался в их машину, и, к сожалению, они не выжили.

Через пять дней я переехала к нему, оставив свою счастливую жизнь позади.

С дедушкой было трудно. Но я люблю его. Всегда тянулась. Он очень жесткий человек и сразу сказал, чтобы я лишний раз к нему не лезла. А потом появилась Ксюня, и моя жизнь стала чуточку лучше.

А теперь у меня нет ни деда, ни Ксюши. Я одна. В доме человека, который меня похитил. Наглым образом отобрал мое счастье и право на жизнь.

Ненавижу его.

Как же люто я его ненавижу.

Я дала сама себе обещание, что сбегу. Что бы ни случилось, я не перестану бороться.

Пошел ты к черту, Кай. Катись в преисподнюю, где таким, как ты, самое место.

Глава 8

Алиса

Не знаю, сколько времени я провела на холодном полу. Но когда попыталась встать, в комнату вошли Кай и еще какой-то мужчина.

– Осмотри ее, – приказал дикарь.

Ко мне подошел мужчина в возрасте и присел на корточки возле меня.

– Добрый день. Я Станислав Валерьевич, врач. Ты не против, если я тебя осмотрю?

Я ничего не ответила. Зачем спрашивает, если все равно будет исполнять приказ Кая.

– У вас что-то болит? Можете рассказать.

Я снова молчу.

– Она врезалась в ворота. Дважды. Сработала подушка безопасности. Может, еще стекла попали.

– Понятно. Я сейчас осмотрю вас.

Мне так все равно.

Пусть делает, что хочет, лишь бы поскорее ушел.

Я закрыла глаза и почувствовала руки доктора на себе. Его касания были осторожными и быстрыми.

– Вы не против, если я расстегну платье?

Я лишь пожала плечами.

Почувствовала, как он расстегнул платье спереди и стал щупать ребра. Поморщилась от боли.

– Переломов нет, только ушиб. Вам очень сильно повезло.

Его слова заставили меня улыбнуться.

Повезло.

Да, я такая везучая.

– Мне нужно осмотреть вашу спину.

Я села, и платье сползло с моего тела. Станислав Валерьевич, быстро прощупал меня.

– Все отлично. Госпитализация не потребуется.

Я расстроилась.

Может, если бы со мной случилось что-то серьезное, то меня отвезли бы в больницу, а там я бы смогла позвонить в полицию или сбежать…

– Я бы посоветовал сходить в душ и потом просто следить за состоянием.

– Понятно. Уходи, – снова заговорил Кай.

Станислав Валерьевич даже не думал спорить, просто встал и пошел прочь из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь. Мы с дикарем остались одни.

Он засунул ладони в карманы брюк и смотрел на меня сверху вниз. Я была практически голой, но даже не думала прикрываться.

– Вставай и иди в душ, – новый приказ.

Я даже не пошевелилась. Это мое молчаливое «пошел ты на…».

– Если не пойдешь сама, я сам тебя отнесу и вымою, Алиса.

Стоило только представить, что он трогает меня, касается… Как я тут же поднялась с пола, морщась от боли.

Платье осталось на полу, я предстала перед ним в нижнем белье. Мужчина нагло чертил глазами зигзаги по моему телу.

– У меня нет одежды, – говорю я.

Он зашел в гардеробную и вынес оттуда футболку и какие-то шорты, бросил на кровать.

– Ванная, – указал в нужном направлении.

Я взяла вещи и пошла в ванную комнату, на двери не было замка. Я огляделась и решила подставить под дверь корзину с бельем. Естественно, она не остановит дикаря, но я хотя бы услышу, если он будет ломиться внутрь.

Над раковиной висело зеркало, первым делом я подошла к нему и уставилась на свое отражение. С него на меня смотрела незнакомка. Это была я и в то же время не я. Казалось, что я стала взрослее. Кожа бледная, под глазами пролегли тени, а глаза лихорадочно блестят и кажутся практически прозрачными.

Я отошла от зеркала, не хочу на себя смотреть. Настроила воду и шагнула под упругие струи воды. С шипением втянула в себя воздух. Хоть переломов у меня и не было, но мне было очень больно. Тело покрывали красные следы ушибов, через несколько часов они превратятся в уродливые синяки. Красота.

Я быстро приняла душ, воспользовавшись мужским гелем и надела на себя футболку, а под нее шорты, которые пришлось сильно затянуть на талии, чтобы не сползали. Снова подошла к раковине и быстро постирала нижнее белье, повесила сушиться на полотенцесушитель.

Отодвинула корзину с бельем и вышла в комнату. К моему разочарованию, Кай тоже был там.

– Выпей, – указал на две таблетки, которые лежат на тумбочке.

– Что это?

– Обезбол.

– Не нужно.

– Сейчас адреналин пройдет, и полезешь на стену от боли.

Я только фыркнула, но с места не сдвинулась. Я не собираюсь ничего принимать из его рук.

– Не стоит воевать со мной, волчонок. Все равно проиграешь.

– Хватит называть меня «волчонок». У меня есть имя! Алиса. А-Л-И-С-А.

Он ничего не ответил.

– И что дальше? Когда отведешь меня в пыточную?

Он вскинул брови.

– Что ты там себе напридумывала, волчонок. Я не собираюсь тебя пытать.

– А зачем тогда похитил?

– Я тебя не похищал.

– Ты серьезно? Может, стоит заглянуть в словарь, найти словно «похищение», и там будет ровно то, что ты и сделал.

– А ты не из молчаливых, да? Мне нужно придумать, чем занять твой милый ротик.

Я тут же вспыхнула от его слов. На что это он намекает?

Кай засмеялся.

– Мне нравится ход твоих мыслей, – говорит он.

А я стискиваю зубы, чтобы не огрызнуться.

– Отпусти меня!

– Нет.

– Почему? Я здесь против воли!

– Твой дед сам тебя отдал, волчонок.

Я отшатываюсь от его слов.

– Дедушка никогда бы так не поступил.

– Твой дед должен мне охренеть какую сумму денег. Ее у него нет. Он предложил мне доки и тебя.

– Ты врешь! – прошипела я.

– Зачем мне это? А потом, видимо, понял, что ты его единственная внучка, и решил на*бать. Я подыграл.

– Ты сразу знал, кто я?

– Конечно. Как я говорил, твою красоту многие обсуждали.

– И зачем я тебе такая красивая? – фыркаю я.

Я знала, что я симпатичная, но красивой я себя никогда не считала. Есть много девочек, которые намного красивее и интереснее меня. Та же Ксюня.

– Зачем женщина мужчине? – вопросом на вопрос отвечает Кай.

И я снова вспыхиваю.

– Я не буду спать с тобой! По собственной воле точно!

– Волчонок, спать, – выделяет это слово. – Мы точно не будем.

– Ненавижу тебя, – говорю, глядя ему в глаза.

Глава 9

Алиса

Кай уходит, и я остаюсь одна.

Смотреть в комнате не на что, здесь нет ничего, что может помочь мне сбежать.

Я жалею, что у меня нет телефона, я бы с радостью поискала информацию о дикаре. Кто он такой? Я думаю, что он кто-то влиятельный, очень влиятельный. Кто еще будет похищать человека среди бела дня? Он знал, что ему ничего не будет, был уверен в своей безнаказанности. От этих мыслей по коже снова мурашки.

Господи.

Что мне делать? Ждать спасения или ждать момента, когда Кай наиграется и отпустит, но что-то подсказывает мне, что он не отпустит.

Я сажусь на кровать, потому что усталость накатывает волнами. Видимо, ресурсы у моего организма закончились. И как по щелчку, все тело начинает дико болеть, как и говорил дикарь. Я с ненавистью смотрю на таблетки. Первый порыв – смыть их в унитаз. А потом я думаю, что не стал бы он меня травить. Поэтому беру их с тумбочки, проглатываю, запивая водой.

Я откидываюсь на подушки, прислушиваюсь к каждому шороху. Но такое чувство, что в доме никого нет и я одна. Естественно, это неправда. Думаю, стоит мне открыть дверь, и я найду за ней охранника, может, и не одного.

Поворачиваюсь на бок и пялюсь в стену. В голове столько мыслей, и я не могу сосредоточиться ни на одной. Чувствую, что веки наливаются свинцом. Мне становится все труднее моргать. И сама не замечаю, как проваливаюсь в сон.

Просыпаюсь рывком, словно кто-то дернул за волосы. В первую секунду не могу понять, где нахожусь. Это явно не моя комната. Моя комната светлая и яркая, а эта темная и безликая. А потом воспоминания сыпятся, будто град.

Ксюша.

Выстрел.

Дедушка.

Похищение.

Кай.

Я рывком сажусь на кровати, с удивлением понимаю, что ничего не болит, а за окнами уже стемнело. Видимо, я спала часа четыре, не меньше. Первым делом я иду в ванную и надеваю уже высохшее нижнее белье.

Возвращаюсь в комнату и подхожу к балконной двери, дергаю ее и с удивлением понимаю, что та не заперта. Настежь открываю и выхожу наружу. Осматриваю территорию. Вижу ворота, охрану и какие-то постройки. Мне кажется, что это не дом, а какая-то крепость. Думаю, здесь куча камер. Но мне надо найти слепую зону, чтобы попытаться сбежать. Да, я не оставлю попыток.

Подхожу к входной двери, как я и думала, за ней охранник. Мужчина смотрит на меня и хмурится.

– Я хочу есть, – заявляю нагло.

– Распоряжения не было.

– Вам сказали морить меня голодом? – спрашиваю раздраженно.

– Нет, но…

– Тогда отведите меня в столовую, – я выхожу наружу.

Босыми ногами шлепаю по коридору.

– Лестница в другой стороне, – слышу голос своего конвоира.

С раздражением фыркаю и иду в другую сторону. Он за мной, попутно связывается с кем-то по телефону.

Я старалась не смотреть по сторонам, но особняк поражает своей роскошью. Я думала, дедушка богатый человек, но Кай кажется небожителем. Мне даже страшно подумать, сколько все это может стоит.

Мы спускаемся с лестницы, охранник жестом показывает, куда идти. Я чувствую запах еды, и живот начинает громко урчать. Мы заходим в столовую, и пять пар глаз смотрят на меня.

Первое что я хочу сделать – сбежать.

За столом сидят одни мужчины, те самые, что приходили с дикарем в мой дом. И каждый из них без стеснения рассматривает меня.

– Ты разбила мою машину, – говорит один из них.

Я нахожу его глазами и просто пожимаю плечами.

– Ваша машина – отстой, – говорю я.

С удовольствием наблюдаю, как вытягивается его лицо, кто-то начинает смеяться.

– Ты хоть знаешь, сколько она стоит?!

– Вас явно надурили. Она не стоит ничего, – и добавляю с садистским удовольствием. – Теперь.

Я никогда не была наглой, но какие времена, такие и действия. Без разрешения подхожу к столу и сажусь на свободный стул, он находится подальше от Кая, чему я безумно рада. Пока мужчины офигевают от моей наглости, я придвигаю к себе тарелку и накладываю еду. С удовольствием вгрызаюсь в кусок стейка.

– Блть, малыха, я думал, ты до сих пор бьешься в истерике, – говорит мужчина рядом со мной.

– Я устала и проголодалась. Если вы вдруг не знали, то пленников нужно кормить. Как минимум два раза в день, и не забывать про десерт. Без сладкого день прожит зря.

– Может, надо было забрать другую? Эта слишком борзая, – говорит другой.

– Может, вам стоило пойти на х*р и отвалить от нас, – рычу я.

Воцаряется тишина.

Огромный мужик напротив меня встает, и стул отлетает к стене. Он похож на разъяренного быка. Мне становится реально страшно. Он может переломать меня одной своей ручищей. И никто мне не поможет.

Мне тут же хочется извиниться и попросить прощения. Я не хотела его злить. Но я молчу, потому что все внутри бунтует. Это они должны просить прощения, я ничего плохого не сделала!

– А не ох*ела ли ты, соска? – рычит он. – Кажется, тебя надо научить когда открывать рот, а когда завалить еб*ло.

Я вздрагиваю от его грубых слов. Кажется, мое сердце сейчас остановится от страха. Он шагает ко мне.