Эмбер Трой Искусство миротворца. Книга первая

И тут меня осенило: а что, если применить свои способности? Ну конечно же! Чуть не воскликнул от этой единственной верной мысли. Ведь это испытание для учеников, обладающих способностью — божественным даром «взгляд бога». Я несколько недель практиковался в его использовании, но когда пришло время применить знания в деле, просто забыл о его существовании.

Сосредоточился, закрыл глаза и представил символ. В моих ушах раздался звон колокола, возвестившего о том, что умение заработало. В полной темноте передо мной появились очертания одежды. Эффект не исчез и с открытыми глазами. Интересно, значит, у этого умения есть дополнительные преимущества в условиях темноты. Но почему этого не замечал раньше? Опустив взгляд ниже, я разглядел еле заметные черты одежды и факела. Там, где на него была намотана пропитанная маслом тряпка, на кончике виднелось едва различимое красное свечение. Поднял и рассмотрел его поближе. На поверхности ткани виднеется тусклое пятно. Возможно, это рисунок, искажённый из-за пыли или масла, покрывавших ткань. Провёл по нему пальцем.

Когда прикоснулся к рисунку, он сразу же стал наливаться ярко-алым. Я удивился и резко отдёрнул руку. Рисунок начал постепенно тускнеть, но я успел его рассмотреть: круг, а в нём изображены символы разных размеров. Они нарисованы так искусно, что мне захотелось посмотреть на них ещё раз.

Когда снова коснулся узора, он так же засиял ярко-алым.

— Какая красота, — чуть слышно проговорил, пытаясь вспомнить, на что рисунок похож. И тут мою память пронзило воспоминание. Я в ужасе выронил факел и попятился назад, пока не упёрся в стенку шкафа.

Вспомнил один из рассказов Эмбера Троя, в котором он упоминал печати демонов. Демоны, умирая в битве, рассыпаются в пепел вместе со своим оружием и доспехами. Но иногда после них остаются какие-то предметы. И когда кто-то поднимает их, происходит страшное. Бывало, у смельчака, поднявшего трофей, на глазах у всех начинала усыхать рука, становясь дряблой и тощей. Затем проказа переходит на всё тело. Бедняга с ужасными криками молит о помощи, пока не падает бездыханно.

А бывало, что-то необычное происходило только спустя время — например, ярко вспыхивает пламя, когда отряд находится на привале или в таверне. А если кто-то держал в руке проклятый предмет и разглядывал его, артефакт забирал жизни всех, кто находился рядом.

После изучения проклятых трофеев становилось ясно, что на них нанесены печати демонов. Когда люди прикасаются к таким предметам, они, сами того не подозревая, наполняют печати своей энергией, что и запускает механизм уничтожения нового хозяина.

Вряд ли подобное было в факеле. Но факел — это факел, и печать не зря нанесли на место, которое должно гореть. Видимо, люди научились использовать эти печати в своих целях. Это действительно удобно: можно зажечь огонь без использования спичек, если долго держать палец на рисунке. Эта мысль заставила меня задуматься. Я даже хлопнул себя по лбу. Чуть не поджег себя! Злой дед прав, я совсем не думаю головой. Увидев красивые символы, забыл об элементарной безопасности.

Интересно, сколько можно прожить в замкнутом пространстве с горящим огнём. Да и дедуля вспомнил бы все бранные слова своей молодости, увидев клубы копоти, исходящие из шкафа.

Я так и продолжал бы заниматься самобичеванием, но тут мой взгляд упал на нижнюю часть каменной стены. Там я увидел слегка подсвеченный символ, не замеченный мной ранее. А после активации способности он находился чуть позади меня, вне поля зрения.

Подвинулся ближе, чтобы рассмотреть получше. Эта печать явно отличалась от предыдущей: она была голубоватого цвета и нанесена на каменной стене, а не на сгораемой тряпке. Узор так же состоял из одного круга и одного символа внутри него.

Я не стал сразу прикасаться к печати. Осмотрев всё досконально, не обнаружил других необычных предметов или выпуклостей, и даже полазил по карманам одежды, находящейся в шкафу, в надежде найти подсказку. Ничего не разыскав, все жё решил прикоснуться к синей печати.

Её свечение усилилось, появились фрагменты, ранее невидимые. Но больше ничего не происходило. Тем временем становилось очень душно, труднее дышалось. Температура поднималась не только из-за моего дыхания, но и от светящихся печатей: от них исходил тёплый поток воздуха, похожий на тепло горящей свечи. В шкафу есть небольшие щели, но этого мало для притока свежего воздуха.

Когда от капель пота мои глаза защипало, я без угрызений совести вытер пот с лица висевшей на плечиках рубашкой. Это была небольшая месть не гостеприимному хозяину.

Через несколько минут размышлений я приложил к свечению на стене метку на факеле. Однако эффекта это не дало. Только вот печать синего цвета быстро потускнела, а алая печать на факеле, наоборот, стала яркой, словно забрала силу.

Всю глупость своей затеи понял позже: снова чуть не поджег себя. Зато эта глупость дала мне подсказку. Печать на факеле светилась намного сильнее, чем раньше, проявив новые символы. Видимо, ранее я не в полной мере напитал её своей энергией, и оттого проявились не все элементы. Но сейчас я смог разглядеть их на печати: напоминали они древние иероглифы, обозначающие слово «искра». Также у них есть значение «вспышка» или «прозрение».

Давно знаком с этими символами. В детстве с классом посещал храм, где видел их на старых статуях и бронзовых пластинах. Начертания очень красивые, и я хотел узнать о них больше, но информации в библиотеках не было. Знал только те символы, которые нанесены на доступных реликвиях и в брошюрах, их описывающих. Надпись на факеле разобрать сложно, но один из двух больших символов — точно «искра».

Так, а что же изображено на стене? Мне потребовалось около минуты, чтобы рассмотреть печать и вспомнить, что символ в центре означает «усилия, движение», но его форма немного изменена. Завитушки другие, что придало символу иную форму. Поэтому он и показался мне незнакомым. Вокруг большого символа нанесены маленькие неизвестные мне знаки, да и их стиль написания отличался.

Усилия... А если надавить, предположил я и прикоснулся рукой к печати в стене. Она снова наполнилась ярким голубым светом, после чего я стал давить на неё со всей силой. Тут каменная стена пришла в движение. Мне в глаза попала пыль, но я продолжал давить.

Волна холодного сырого воздуха из открывающегося проёма хлынула мне в лицо, и я встретил её с широкой улыбкой, жадно делая глубокий вдох. Пространство за дверью также погружено во мрак. Благодаря дару бога смог разглядеть очертания стен и понять, что впереди туннель, ведущий вниз.

Пока я всматривался в темноту в поисках опасности, потайной проход с характерным звуком трущихся камней начал закрываться. Успел наклониться, подхватить факел и свёрток с клинком и одним прыжком выскочить из шкафа. Дождавшись, когда проход захлопнется, ощупал руками стены и убедился, что всё вокруг меня сделано из холодного камня.

Активированное умение божественного взгляда давало мне представление о том, что находилось вокруг. Я видел очертания неровных камней, из которых выложены стены и пол, углубления и выпуклости в них. Но так как они прорисованы нечёткими серыми линиями, всё время приходилось присматриваться. Поэтому хотелось поскорее зажечь огонь.

«Кап-кап», — прислушавшись, различил, как в полной тишине где-то в глубине туннеля слышался звук падающих на камень капель воды и разбивающихся на множество мелких брызг. Дождя давно не было, и что за вода капала, можно только гадать. Надеюсь, это не канализационный сток, а просто у кого-то из жильцов сверху протекает резервуар с водой.

Я прикоснулся к печати на факеле. Символы на ней ярко вспыхнули алым цветом, но больше ничего не произошло. Однако печать начала нагреваться и передала тепло моему пальцу, из-за чего в нём возникло неприятное ощущение. Как только убрал палец, раздался щелчок, и яркая вспышка на том месте, где находилась печать, выпустила искры. Маслянистая тряпка, служившая топливом для огня, вспыхнула, озаряя своим пламенем узкий проход.

Сделал несколько шагов в туннель и обернулся. Обычный каменный тупик без каких-либо признаков прохода. На стене рядом увидел такой же голубоватый символ, как и в шкафу. Видимо, он нужен для того, чтобы вернуться.

Я недовольно поморщился. Мне совсем не хотелось возвращаться к старику. Надо поискать при возможности другой путь на поверхность. Заметил, что пламя горело тускло. Вероятно, это связано с тем, что я использовал божественный дар. Какой интересный вторичный эффект у этого дара: при свете приглушает цвет и яркость, а в темноте, наоборот, подсвечивает предметы.

Однако сейчас, когда горит огонь, использование этого умения пока не требуется. Закрыл глаза и рассеял дар.

Теперь огонь стал для меня ярким и желтоватым, заливая пространство плотным светом. Благодаря этому я мог видеть окружение чётче, чем позволял мой дар, да и просто так было привычнее.

Поставил свой источник света на пол и прислонил его к каменной кладке. Затем достал нож из жилетки и сразу её надел: в подвалах всегда прохладно. Как хорошо, что решил взять её с собой. После, пристегнул ножны к ноге поверх штанины с помощью специального крепления, состоящего из нескольких ремешков. Это крепление оказалось очень удобным и надёжным.

Достал из ножен старый, потрёпанный жизнью нож и удивлённо воскликнул: «Ого!» — увидев, что его лезвие чёрное.

Интересно, его владелец так небрежно с ним обращался или же специально закоптил лезвие сажей? Хотел уже потрогать кромку острия, чтобы проверить, насколько оно острое, однако брезгливость взяла верх. Если нож очень острый и грязный, я могу пораниться и подхватить заразу, чего, естественно, не хотелось.

Ну что ж, сейчас моя цель — найти и уничтожить Харка. Как я понял, он обитает где-то в этих каналах. С этими мыслями осторожно двинулся по узкому туннелю.

Со средних классов я учился обращаться с холодным оружием. Мы с отцом договорились, что он не будет сильно интересоваться моей школьной успеваемостью, но я должен научиться владеть холодным оружием. Кто знает, что может случиться! Вдруг однажды на нас нападут демоны или в дом проникнут воры и разбойники.

Обычно такие тренировки проводят военные инструкторы. Именно поэтому каждые выходные я посещал курсы военного дела. На этих занятиях нас в основном учили обращению с кинжалами, копьями, а иногда и с мечом. Там же готовили и к убийству. Морально, разумеется. Ведь занимая любую военную должность, на которую могли взять в дальнейшем, нужно быть готовым к сражениям, а в бою, есть вероятность, причём большая, что придётся убивать. Необходимость отнять чью-то жизнь может быть оправдана стремлением защитить свою жизнь или спасти близких. Например, на задании или при обороне города.

Отец никогда не отвечал прямо на вопрос, убивал ли он кого-нибудь. Лишь неловко улыбался и менял тему разговора.

Смогу ли я когда-либо убить человека… Не знаю.

Вот что за испытание придумал для меня мой родственничек: «Убей кого-нибудь и принеси мне что-нибудь». Я мысленно передразнил дядю. Надеюсь, речь идёт о ком-то безобидном, например, о крысе.

В левой руке у меня факел, а в правой — нож. Он лежал идеально в моей ладони и был лёгким, как перышко. Взмахнул им так, как меня учили.

«Оп-па, а что с ним?» — воскликнул я. Нож казался лёгким, даже слишком. Но стоило мне взмахнуть им, как пришлось приложить усилия, чтобы он не выскользнул из ладони. Казалось, что вес оружия увеличился в несколько раз.

Чем резче я размахивал ножом с чёрным лезвием, тем сложнее было его удержать. Чтобы привыкнуть к этому ощущению и постоянной борьбе с ножом, мне нужно потренироваться какое-то время. Однако факел догорал, поэтому я пошёл по туннелю дальше, слегка взмахивая оружием. Так надеялся побыстрее найти подход к этому необычному ножу. Или всё же это кинжал, а не нож? Надо будет уточнить, в чём отличие, чтобы не опозориться, если спросят.

Я проходил поворот за поворотом, но мне не попадались на пути какие-либо развилки или двери. Только спустя минут пятнадцать блужданий по подземелью я, наконец, вышел в комнату. В центре — широкая каменная колонна, служившая опорой для верхнего перекрытия.

В потолке слева от меня виднелись отверстия, закрытые металлическими прутьями. Эти люки служили для отвода дождевой воды в городскую канализацию. А сейчас сквозь них проникал мягкий свет. Справа от меня туннель плавно уходил вниз и постепенно заполнялся темнотой. Скорей всего, это сток, ведущий к центральному каналу водоотвода.

«Интересно, под какой улицей я сейчас нахожусь?» — задаваясь этим вопросом, подошёл ближе к канализационным отверстиям в надежде увидеть сквозь них знакомые дома.

Внезапно из-за колонны появилось существо ростом чуть ниже меня, с огромной мордой. Оно оскалилось, продемонстрировав рот полный длинных острых зубов. С хрипом существо потянулось ко мне своей когтистой лапой.

Я рефлекторно махнул наотмашь ножом, крепко сжав его в руке, и отпрянул назад, увеличивая расстояние между нами. Удар пришелся по лапе, и нож хорошо выполнил свою задачу, отрубив несколько фаланг пальцев вместе с когтями. Отчего это существо зашипело, оскалившись ещё шире, и сделало шаг ко мне, вытянув морду вперёд.

На мгновение представил, как эта пасть вонзит в мою шею свои клыки, похожие больше на иглы. Отчего стало жутко. Второй удар решил нанести сверху вниз, вложив в него все свои силы. Но на мгновенье позабыв об особенностях клинка и не сжав рукоять сильнее, размахнулся и ударил. Вес ножа увеличился настолько, что клинок легко выскользнул из моей руки и воткнулся прямо в лоб монстра.

Харк замер. Почему-то у меня не возникало сомнений, что это был именно Харк. Его взгляд скосился, будто он пытался рассмотреть, каким предметом ему пробили череп. Когтистая лапа потянулась к ножу. И даже попыталась неуклюже схватить его за рукоять, но, не успев выполнить задуманное, чудовище с хрипом завалилось на спину, упав на влажную каменную брусчатку, словно мешок с овощами.

— Это и есть демон? — в панике воскликнул я. Руки задрожали, а в ногах появилась слабость. Моё сердце словно пыталось выскочить из груди, где ему явно было тесно. По комнате разносились звуки моего тяжёлого дыхания.

— Этого не может быть. Как родной дядя мог послать меня убить вот такое чудовище? Это невозможно. Здесь не подростку, который только окончил школу, нужно поручать такое задание, а целому вооружённому отряду, а ещё лучше армии! Надо, надо вернуть себе оружие, — протараторил испуганно, пытаясь собраться с мыслями. А то вдруг тут не одно такое существо.

Поспешно подошёл к твари, схватил и потянул рукоять клинка, но вытащить холодное оружие не смог. Нож глубоко проник в череп. Пришлось отложить факел и упереться ногой в голову монстра. Зачем-то извинился перед поверженным существом за это, а после, взявшись двумя руками за рукоятку, потянул. Клинок поддался и плавно покинул тело врага.

«Существо мертво, но серой не пахнет, значит, это не демон. И хорошо, что это не человек. Но и на обычную крысу не тянет, к сожалению: вон какие зубы… Да и мне повезло. Выжил бы я, если бы не эта нелепая случайность с клинком?» — задал себе очередной вопрос.

Приступ паники у меня был довольно странным. Больше удивляло, почему он прошёл. Откуда у меня сейчас такое спокойствие и уверенность в себе. Как много вопросов... Но все вопросы буду задавать дяденьке Ларгусу позже. Сейчас нужно закончить задание.

Осматривая поверженного Харка, размышлял о том, что будет моим трофеем. Вспомнил, что первый удар пришёлся по лапе. Оглядевшись, нашёл и подобрал на полу часть отрубленных когтей. Думаю, это подойдёт для подтверждения выполненного задания.

Перед тем как уйти, я дотронулся до головы существа и прошептал: «Прости меня. Ты первый, кого я убил. Спасибо, что не съел меня». И тут я почувствовал, что моя рука погрузилась в слизь, вязкую и вонючую. Тут же пожалел, что решил провести этот обряд извинения и прикоснуться к погибшему существу.