Леонид Брежнев. Величие и трагедия человека и страны

Сюзанна Шаттенберг
Леонид Брежнев. Величие и трагедия человека и страны

Главная же задача заключалась в политической реструктуризации региона. Правда, Сталин пообещал чехословацкому президенту в изгнании Эдварду Бенешу, что не будет вмешиваться в политическое будущее этой страны413. В действительности же он дал Мехлису указание делать как раз обратное. Мехлис вдвоем с подчиненным ему Брежневым предпринимали все, чтобы воспрепятствовать делегату чехословацкого эмигрантского правительства в Лондоне Франтишеку Немецу в создании управленческих структур. Одновременно позаботились и о том, чтобы в национальные комитеты, о создании которых договорились Бенеш и Сталин, выдвигались исключительно те, кто высказывался за присоединение к Советскому Союзу414. Записи Брежнева начинаются с перечня тех людей, которых они 28 октября 1944 г. приказали избрать во временный городской совет. Решающую роль в их назначении играла позиция бывших должностных лиц после оккупации Закарпатья Венгрией в 1939 г.415

Под эгидой Мехлиса и Брежнева создавались органы власти по советскому образцу: в Мукачево, взятом 26 октября 1944 г.416, они распорядились созвать 13 ноября партсобрание, избравшее народный комитет, подготовивший, в свою очередь, первую партийную конференцию на 19 ноября и конгресс на 26 ноября. Командующий 4-м Украинским фронтом генерал Петров отказал посланцу Бенеша, упомянутому Франтишеку Немцу, во въезде в Мукачево, в то время как верный Москве коммунист Иван Иванович Туряница мог свободно передвигаться по мнимому «району боевых действий»417. Под наблюдением Мехлиса и Брежнева конференция и конгресс избрали Туряницу секретарем ЦК Компартии Закарпатской Украины и председателем народного правительства, которое сразу же высказалось за объединение с Украиной. После этого Туряница с помощью Красной Армии основал три коммунистические газеты и приказал распространять среди населения листовки с призывом к объединению с Советским Союзом418. Кроме того, конгресс направил делегацию в Киев и Москву, чтобы просить о принятии в состав Советского Союза419. Последовали другие учредительные собрания – молодежи, женщин и учителей420. Параллельно с этим НКВД приказал арестовать, предать суду и казнить всех, кто сопротивлялся советизации421. Делегат правительства в изгнании Немец неоднократно добивался беседы с Петровым и Мехлисом, чтобы получить разъяснение о происходящем, но высокопоставленные командиры Советской армии всегда утверждали, что-де не вмешиваются в политические дела422. Неясно, присутствовал ли Брежнев на этих встречах, но о них его информировал непосредственно Мехлис423.

В «мемуарах» Брежнева создание этих политических структур приписано инициативе местного населения: «Атмосфера свободы пробудила к политической активности все население Закарпатской Украины… Повсюду создавались Народные комитеты, готовился их первый съезд. Присутствуя затем на съезде, я видел, с каким огромным энтузиазмом было принято историческое решение о воссоединении Закарпатья с родным народом»424. В официальной региональной истории Карпат, вышедшей в 1969 г., говорится о большом политическом и идеологическом вкладе Брежнева: «Жители Карпат с радостью вспоминают о его выступлениях на собраниях и митингах трудящихся…»425 Действительно, текст такой «Петиции ужгородских граждан» с просьбой о принятии в Советский Союз с редакционными примечаниями и исправлениями можно найти в записях Брежнева; если он и не сам писал, то, по меньшей мере, редактировал его426. Из записей Брежнева явствует однозначно, что политическое руководство армии планировало и согласовывало решения, которые затем принимало «население». В их число входило и «приветствие Красной Армии»427. Усилия по провозглашению завоеванной области частью советской Украины заходили столь далеко, что Брежнев требовал не позволять красноармейцам писать на могилах своих товарищей «Он пал за освобождение Чехословакии». Вместо этого там должно было стоять «Он пал за свободу нашей социалистической Родины»428.

 
После окончания войны

В январе 1945 г. началась Западно-Карпатская операция. Брежнев продолжал путь с 18-й армией по Высоким Татрам, где недалеко от города Закопане политотдел 18-й армии стал лагерем в деревне Чарны Дунаец. С марта до окончания войны 18-я армия участвовала в Моравско-Остравской операции, завершившейся 8 мая освобождением Праги. К тому времени относится и знакомство Брежнева с Людвиком Свободой, впоследствии президентом Чехословакии, который с 1943 г. командовал чехословацким батальоном, вместе с 1-м Украинским фронтом, освобождавшим Киев и затем участвовавшим в Карпатской операции. Вероятно, Свобода и Брежнев вместе прибыли 21 января 1945 г. в Кошице, освобожденный 18-й армией и Чехословацким корпусом и с тех пор служивший временной резиденцией правительства Национального фронта429. Брежнев присутствовал также при освобождении Праги 8 мая 1945 г. и сдаче в плен последних еще сражавшихся немецких войск на чешской земле 12 мая 1945 г.430 Совместное освобождение Чехословакии советскими войсками 18-й армии и Чехословацким корпусом под командованием Свободы должно было в 1968 г. сыграть для Брежнева решающую роль при оценке возможного отказа ЧССР от социализма и заставило его говорить о «неблагодарности» своего чехословацкого партнера.

Фото 8. Генерал-майор Брежнев (в середине) на Параде Победы на Красной площади, слева генерал-полковник Кирилл Москаленко, справа генерал-лейтенант Андрей Бондарев, 24 июня 1945 г.


Война закончилась, и вскоре Брежнев получил повышение, был назначен начальником политического управления 4-го Украинского фронта431. На фотографии, сделанной в великий день Парада Победы на Красной площади 24 июня 1945 г., запечатлен очень статный, уверенный в себе, улыбающийся Брежнев в парадной форме, грудь сплошь в орденах и медалях. Брежневу было позволено привезти на этот праздник из Днепропетровска свою семью, которую он не видел с 1941 г., он провел неделю с родными в Москве. Его мать, жена и дети в ноябре 1943 г. после освобождения Днепропетровска вернулись из Казахстана432. Так как во время парада дождь лил как из ведра, Виктория Петровна весь день высушивала утюгом парадную форму мужа к праздничному банкету433. В гостинице «Москва» Брежнев, как говорят, до поздней ночи бражничал с летчиком-истребителем А. И. Покрышкиным. Когда официанты попытались выпроводить обоих, Покрышкин принялся стрелять, Сталин же, узнав об этом, якобы сказал: «Герою войны это позволено». Сам же Брежнев, который позже в своем охотничьем домике рассказывал этот анекдот, поведал, что он в эту ночь еще долго «общался» с Царь-колоколом в Кремле434.

Характер деятельности Брежнева не изменился и с окончанием войны. 9 июля 1945 г. из войск 4-го Украинского фронта был образован Прикарпатский военный округ со штабом в Черновцах, Брежнев в августе 1945 г. принял руководство политическим управлением вновь созданного округа435. Сталин назначил Брежнева по рекомендациям Мехлиса, ставшего членом военного совета этого военного округа, и Хрущева436. Главной целью Брежнева была советизация этого аннексированного региона – Рутении (Восточной Галиции и Волыни), прежде принадлежавшей Чехословакии. В его ведении находилась также захваченная у Румынии Северная Буковина, территория, в соответствии с Лондонским соглашением 1943 г. отходившая Чехословакии, но присоединенная Сталиным к Украине437. Брежнев слетал в Днепропетровск, чтобы забрать семью438. Он продолжал служить под началом А. И. Еременко, который с марта 1945 г. командовал 4-м Украинским фронтом, а в июле стал командующим Прикарпатского военного округа439. Этот военный округ с центром в Черновцах, где Брежнев принял на себя политическое руководство, был велик и неоднороден, включал как старинные украинские территории вроде Винницкой области, так и отторгнутую от Словакии Закарпатскую Украину и захваченную прежде Румынией Черновицкую область. Украинская повстанческая армия (УПА) и Организация украинских националистов (ОУН) по-прежнему боролись с советскими войсками, о чем Брежнев регулярно направлял отчеты в Москву440.

Биограф Дорнберг считает: «Если Брежневу, как и другим советским вождям, на протяжении своей политической карьеры и приходилось что-то замалчивать, так это, вероятнее всего, то, что он делал в те дни»441. До сих пор ничто не говорит о том, что Брежнев брал ответственность в политическом управлении Прикарпатского военного округа лично на себя. С Дорнбергом можно, однако, согласиться в том, что Брежнев, вероятно, приобрел на новом месте службы решающий для последующих лет опыт, который и позволил ему в дальнейшем решать задачи уровня Генерального секретаря. О проведенном в Черновцах времени едва ли что-то известно наверняка, так как почти все биографии Брежнева ограничиваются упоминаниями, что он после окончания войны оставался в армии еще год и был демобилизован лишь в середине 1946 г. Как официальные источники, так и «мемуары» Брежнева молчат о том, что он делал в 1945–1946 гг. Об этом периоде не нашел документов биограф Млечин, историк Мэрфи не сумел реконструировать, что же происходило в Карпатах. В то время как в октябре и ноябре 1944 г. Брежнев писал многочисленные заметки о своей деятельности, о 1945–1946 гг. таких записей не осталось, онлайн-выставка о Брежневе также не предоставляет документов об этом времени442.

Дорнберг очерчивает стоявшие перед Брежневым задачи в нескольких предложениях: «Включение… в Советский Союз означало полное социальное и экономическое преобразование, принудительную коллективизацию сельского хозяйства и непрерывную борьбу против хорошо оснащенных групп антикоммунистического сопротивления, расположившихся в горах в виде партизанских отрядов… Сопротивление советизации надлежало сломить, представителей “буржуазного национализма” депортировать и ликвидировать»443. В качестве доказательства у нас есть целый ряд адресованных Брежневым начальнику Главного политического управления генерал-полковнику И. В. Шикину отчетов, в которых он сообщал о нападениях украинских националистов. Вооруженные «банды» брали на прицел тех, кто сотрудничал с новым начальством. В первую очередь похищали, вешали или расстреливали председателей сельсоветов и колхозов, а кроме них, мельников, учителей, комсомольцев, здания поджигали или разрушали гранатами. «Партизаны» запугивали демобилизованных солдат, похищали их форму и заставляли угрозами присоединиться к ним444. Чтобы стать хозяином положения, сдержать террор и защитить от посягательств «бандитов» предстоящие выборы в Верховный Совет, Брежнев приказал в начале января 1946 г. разместить 1 тыс. небольших войсковых частей на территории области445. Кроме того, Еременко, Мехлис и Брежнев запретили большие скопления людей и дали военнослужащим указание не принимать от населения спиртное или продовольствие, поскольку те могли быть отравлены, не иметь дела с женщинами, которые могли быть шпионками446. Чтобы покончить со всякого рода антисоветской активностью, выселяли поляков, словаков, чехов, румын и евреев; а все остальные меньшинства лишали национальной и культурной идентичности447. Инструменты советизации были теми же, какие большевики использовали уже в самом Советском Союзе, а после 1939 г. и на присоединенных территориях. Речь шла об индустриализации, коллективизации сельского хозяйства, создании и чистке партийных структур, пополнении или замене функциональных элит украинскими кадрами. Предусматривалось также расселение русско-украинских квалифицированных рабочих и технических специалистов, создание пропагандистских учреждений и контроль над средствами массовой информации, учреждениями образования и культуры, развитие школьной системы и даже основание университета в Ужгороде. Кроме того, планировались преследование, арест, депортация и расстрел всех, кто в какой-либо форме сопротивлялись, казались националистами или принадлежали к католической церкви448.

 

Брежнев не служил, правда, ни в каких гражданских административных учреждениях, но в качестве представителя военного командования и начальника политического управления армии на него возлагался надзор за тем, чтобы пропагандистская работа развивалась в должном направлении. Среди солдат надлежало распространять доклады на предписанные темы, например «Ленин и Сталин», «Речь товарища Сталина перед избирателями 9 февраля 1946 г.» или «К XXVIII годовщине Красной Армии»449. Многие направления его деятельности представляли собой продолжение задач довоенного времени. Являясь главным пропагандистом, он нес ответственность за обучение кадров, проведение собраний и прием в партию. С открытием вечернего университета марксизма-ленинизма в Черновцах в октябре 1945 г. и созданием многочисленных клубов и библиотек Брежневу снова пришлось решать вопросы управления и организации, так как в его ведении было получение помещений, их ремонт и меблировка, а также идеологически выдержанные кинопрограмма и концерты самодеятельности450.

Биограф Дорнберг следующим образом оценивает происходившее: «Это должна была быть отличная тренировка для решения тех задач, которые встанут перед ним пятью годами позже в Молдавской республике, другой части румынской территории, превращенной в часть СССР. Важнее всего было, при этом, однако, то, что это поручение, касавшееся Закарпатской Украины, обеспечивало постоянное внимание Хрущева. Когда в августе 1946 г. Брежнев, наконец, снял форму, он представлял собой, несомненно, надежного и заметного представителя “свиты” Хрущева»451. К этому мало что можно добавить, кроме разве только того, что Брежнев был ответствен за гораздо большую территорию, чем только Закарпатская Украина. Когда 3 мая 1946 г. Львовский военный округ присоединили к Прикарпатскому, на какое-то время сложилось впечатление, что Брежнев получит новый пост во Львове452. Но вместо этого он был демобилизован из действующей армии.

Последствия войны

Таким образом, реальная деятельность Брежнева во время войны не соответствуют тем подвигам, которые приписывались ему впоследствии. Но даже если об этом времени имеется больше дезинформации, чем надежных источников, то все-таки можно сделать некоторые осторожные выводы: во-первых, Брежнев снова и снова описывался в качестве «хозяйственника», которого ценили за его заботу о солдатах, а маршал Гречко хвалил за то, что он вникал в детали453. Даже если и очевидно, что его литературные негры всеми средствами пытались приукрасить этот образ внимательного партийного руководителя, приведенные документы достоверны и не вызывают сомнений. Так, И. Ф. Урусов, прочитав «Малую землю», рассказывал, что ему в бытность политкомиссаром как-то раз пришлось переправляться с Брежневым на десантном судне и когда тот заметил страх Урусова, то принялся отвлекать его шутками и добрым словом454.

Во-вторых, не приходится оспаривать и следующий вывод: Брежнев, находясь и в трех километрах от линии фронта, повидал достаточно ужасов войны, по собственному опыту знал, в каких условиях, полных лишений и тягот, воевали солдаты. В отличие от Хрущева, он во время войны не потерял никого из близких. Но даже один взрыв мины, падение в воду и потеря сознания оставит у Брежнева не только физические травмы. Встретив в 1950 г. в Молдавии уроженца Новороссийска Виктора Голикова, которого сразу же сделал своим сотрудником и ввел в «ближний круг» доверенных лиц, он дрожащим голосом рассказывал ему: «Я там воевал. Жестокие там были бои, Виктор… Я в Новороссийске несколько раз едва не погиб. Веришь, войну всю прошел, а самое пекло для меня было в твоем родном городе»455.

В-третьих, свои усилия по продвижению мирного процесса в Европе и сближению с США в 1970-е гг. Брежнев обосновывал именно опытом войны. Западные собеседники в основном верили словам советского лидера и в то, что его казавшиеся иногда слишком эмоциональными высказывания о войне были искренними, а не просто пропагандой. Некоторые сотрудники ЦК чувствовали определенную неловкость, когда фильмы про войну всякий раз доводили их шефа до слез. Но киноиндустрия извлекла из этого выгоду. В 1970 г. цензурные ведомства хотели запретить картину о фронтовой дружбе – фильм «Белорусский вокзал», так как в нем далеко не в лучшем свете предстала милиция. Услышав во время демонстрации фильма песню Булата Окуджавы о десантном батальоне, Брежнев начал всхлипывать456. Фильм был разрешен к показу, и с тех пор песню часто исполняли в присутствии генсека.

В-четвертых, во время войны Брежнев встретил многих из тех людей, кому было суждено сыграть решающую роль в его карьере. В 1942 г. в Черноморской группе Северо-Кавказского фронта он познакомился с Л. З. Мехлисом, который, по-видимому, воспринимал Брежнева как товарища по несчастью, пониженного в звании, и по возможности покровительствовал ему. Мехлис был членом Военного совета фронтов, где воевал и Брежнев, и на последнем из них – в Карпатах. Во время войны Брежнев встретил и Кириленко, которого знал по Днепропетровску, а позже сделал его самым доверенным лицом из «ближнего круга» в Политбюро. Кириленко был в 1941–1942 гг. членом военного совета 18-й армии, когда она еще входила в Южный фронт и подчинялась политическому управлению во главе с Брежневым457. Кроме того, Брежнев оказался связанным с Гречко, командовавшим 18-й армий, начиная с боев на Северном Кавказе, за Львов, Карпаты и до Праги. Политическая подготовка рядового и офицерского состава армии возлагалась на политработника Брежнева. Гречко сообщает в своих воспоминаниях, как он в августе и октябре 1944 г. вместе с Брежневым, Мехлисом и другими проводил собрания и совещания, чтобы подготовить соединения 18-й армии к Карпатской операции458. Доверие, зародившееся тогда, было, судя по всему, столь велико, что Брежнев в 1967 г. назначил Гречко министром обороны СССР и в 1973 г. ввел его в Политбюро. Можно предположить, что Брежнев в 1943 г. познакомился и с Сусловым, впоследствии главным идеологом Советского Союза, который в качестве первого секретаря Ставропольского крайкома партии руководил штабом партизанских отрядов459. Борис Левицкий доходит до утверждения о том, что во время войны почти все партийное руководство Украины в ходе организации партизанских отрядов, тесно связанных с ним, сформировалось в «партизанский клан», который не распался и после войны460. Но сегодня, с одной стороны, исходят из того, что многие партизанские соединения действовали независимо от партии и часто даже вопреки ее воле; с другой – не доказано, что Брежнев был связан с партизанскими отрядами. Будь здесь хотя бы один достойный упоминания контакт, его официальные биографы, конечно же, не умолчали бы об этом. Как бы там ни было, обращает на себя внимание, насколько Брежнев после 1945 г. чувствовал себя связанным со своими фронтовыми товарищами. Он регулярно встречался с ветеранами 18-й армии и раз в году устраивал им большой прием461. Наконец, решающее значение для Брежнева имела новая встреча в 1943 г. с Хрущевым, который воспринимал их отношения как отношения между патроном и клиентом и поэтому содействовал его дальнейшей карьере после войны.

В-пятых, нельзя не сказать и о том, что для последующей деятельности Брежнева был важен опыт, приобретенный в ходе советизации Карпат. Если и есть «истоки» личности идеального генерального секретаря, то найти их можно не в Каменском или Днепропетровске и даже не на Малой земле, а вероятнее всего здесь, в Карпатах. Брежнев успел побыть грузчиком, землеустроителем и инженером, директором техникума, депутатом горсовета, секретарем обкома, в войну помогал войскам, заботился об их снабжении и награждал солдат и офицеров орденами, теперь же он впервые отвечал за целый регион, который надлежало умиротворить, накормить, восстановить и включить в состав Украины. Война как таковая и в гораздо большей степени территориальные изменения, ставшие ее результатом, создали условия, в которых Брежнев мог проявить себя как перед Хрущевым, так и, в конце концов, перед Сталиным. Он был тем, кто советизировал Карпаты, восстановил из руин Запорожье и Днепропетровск, руководил вновь созданной советской республикой Молдавией.

Важно учитывать еще одно обстоятельство: террор создал вакансии, передвинувшие людей, подобных Брежневу, на такие позиции, которые они в иных условиях, без арестов и убийств, вероятно, не заняли бы. Но военная разруха создала поле деятельности, которое дало этому поколению возможность проявить себя в качестве созидателей, новаторов, проводников советизации и организаторов восстановления производства и сельского хозяйства. Эта деятельность захватывала людей целиком и полностью и отражалась на самом их существовании. Вряд ли Брежнев и его товарищи смогли бы так проявить себя без войны. На примере будущего Генерального секретаря хорошо видно, что это поколение не должно было стремиться к карьере: у людей едва ли был другой выбор, кроме согласия на посты, на которые их назначали. Там и приходилось действовать, независимо от того, что происходило вокруг: были ли, как в 1937–1938 гг. арестованы и расстреляны друзья и товарищи, или как в 1941–1945 гг., когда родная страна лежала в руинах и солдатам приходилось идти в бой голодными, полуодетыми и плохо вооруженными. Как в знаменитом эпосе о гражданской войне – романе Николая Островского «Как закалялась сталь» – поколение Брежнева приобрело в условиях террора и войны опыт, которому суждено было сказываться на делах и мыслях людей всю жизнь. Биография Брежнева показывает, что он был вброшен в эту карьеру, что он не сам определял должности и не сам стремился к ответственным задачам и высоким постам. Партия позвала – и он пошел. Каким испытаниям, физическим и психическим лишениям и тяготам он при этом подвергался, остается только догадываться.

И последнее. Война уготовила семье Брежнева жесткое испытание на прочность. Одним из немногих способов бегства от фронтовых будней были для мужчин отношения с женщинами-военнослужащими. Как у многих офицеров Красной Армии, у Брежнева была по крайней мере одна походно-полевая жена. Роль женщин в Красной Армии долгое время замалчивалась: с одной стороны, им отказывали в законном признании боевых заслуг, с другой – сами женщины молчали о многочисленных сексуальных посягательствах, которым они подвергались462. Близкие отношения с офицером часто служили защитой от домогательств простых солдат. Брежнев познакомился с медсестрой Тамарой Николаевной Левченко, когда ее перевели из лазарета в политотдел армии, который он возглавлял. Брежнев радовался тому, что женщина была его землячкой, из Днепропетровска, а ей, по-видимому, нравились его безупречные манеры. Офицер не был ни вульгарен, ни навязчив, как другие мужчины. Он говорил мягким баритоном, хорошо выглядел, ослепительно улыбался и с удовольствием танцевал. Они оставались вместе до конца войны463. Если верить внучке Брежнева Виктории и его фотографу Мусаэльяну, то эти отношения были для Брежнева чем-то большим, чем просто военным романом. Как говорят, он даже просил у своей жены Виктории Петровны развода, но когда она потребовала от него, чтобы он сам рассказал детям о происходящем, он не решился на это464. После войны Тамара переехала в Киев и вышла там замуж, но Брежнев, по-видимому, в 1947 г., когда он уже был в Запорожье, попросил ее о встрече. Вместо Брежнева дверь Тамаре открыла его жена и выгнала ее. Брежнев догнал Тамару на вокзале, но не смог ее переубедить, как и потом, когда он, как утверждается, вместе с Мехлисом посетил ее в Киеве465. Учитывая «пуританскую мораль» партии и риск для карьеры Брежнева, биограф Млечин считает эту историю мало достоверной. Как бы там ни было, но по поводу этого инцидента существуют два независимых друг от друга источника, и мы знаем, что Брежнев по меньшей мере тогда придавал не очень большое значение своей карьере. Кажется, его импульсивному и эмоциональному характеру было несвойственно обуздывать страсти.


Фото 9. Брежнев с походно-полевой женой Тамарой Левченко, 1943


Итак, война означала для Брежнева не только ужас происходившего. Перед ним встала необходимость действовать в качестве организатора, снабженца и политического воспитателя. Она отдалила его и от семьи, которую он не видел четыре года, и, пожалуй, в победном 1945-м он бы охотнее всего демобилизовался. По крайней мере, уже став генсеком, Брежнев рассказывал об этом в кругу своих сотрудников в охотничьем домике в Завидово: «В конце войны шел разговор о том, что нашу дивизию могут перебросить в составе союзных войск в Париж. По правде говоря, я тогда расстроился: очень домой хотелось, устал, надоело все… Помню, как писал я своей маме: очень соскучился по Родине, мама. Вот доберусь до Парижа, залезу на Эйфелеву башню и плюну с нее на всю Европу! Очень скучал по дому»466.

413Boeckh K. Stalinismus in der Ukraine. S. 126; Markus V. L’incorporation de l’Ukraine subcarpathique. S. 30; Shandor V. Carpatho-Ukraine in the Twentieth Century. A Political and Legal History. Cambridge, Mass., 1997. S. 263; Nemec F., Moudry V. The Soviet Seizure of Subcarpathian Ruthenia. Toronto, 1955. S. 83.
414Nemec F. The Soviet Seizure. S. 102–104; Murphy P. J. Brezhnev. S. 84; ср. Также: Boeckh K. Stalinismus in der Ukraine. S. 122–123.
415Леонид Брежнев. Рабочие и дневниковые записи. Т. 3. С. 8–15.
416Markus V. L’incorporation de l’Ukraine subcarpathique. S. 24.
417Nemec F. The Soviet Seizure. S. 89, 108.
418Markus V. L’incorporation de l’Ukraine subcarpathique. S. 42; Nemec F. The Soviet Seizure. S. 108; Історія міст і сіл Української РСР. Закарпатська область / отв. ред. В. І. Белоусов. Т. 6. К., 1969. С. 56–57, 95, 390; Shandor V. Carpatho-Ukraine. S. 266.
419Markus V. L’incorporation de l’Ukraine subcarpathique. S. 46–50.
420Історія міст і сіл Української РСР. Закарпатська область. Т. 6. С. 58–59.
421David R. Marples: Stalinism in Ukraine in the 1940s. London, 1982. S. 62; Boeckh K. Stalinismus in der Ukraine. S. 125.
422Nemec F. The Soviet Seizure. S. 114, 116, 119, 160.
423Там же. С. 345.
424Брежнев Л. И. Воспоминания. С. 84.
425Історія міст і сіл Української РСР. Закарпатська область. Т. 6. С. 59.
426Леонид Брежнев. Рабочие и дневниковые записи. Т. 3. С. 26 и след.
427Там же.
428ЦАМО. Ф. 371. Оп. 6386. Д. 54. Л. 10 и след. URL: http://liders.rusarchives.ru/brezhnev/docs/ukazaniya-nachalnika-politotdela-18-i-armii-li-brezhneva-nachalnikam-politotdelov-soedinenii-o- (дата обращения: 13.02.2017).
429Brezhenev. Pages from his life. S. 83.
430Там же. С. 87; Брежнев Л. И. Воспоминания. С. 84.
431РГАНИ. Ф. 80. Оп. 1. Д. 1197. Л. 23. URL: http://liders.rusarchives.ru/brezhnev/docs/attestatsionnyi-list-general-maiora-li-brezhneva-s-zaklyucheniem-starshikh-nachalnikov-i-okonch (дата обращения: 13.02.2017).
432Brezhneva L. The World I Left Behind. Pieces of a Past. New York, 1995. S. 67; Брежнев Л. И. Воспоминания. 1982. С. 80.
433Карпов В. В. Вечерние беседы. С. 420.
434Млечин Л. М. Брежнев. С. 77.
435ДДА. Ф. 19. Оп. 6. Д. 341. Л. 2; Краснознаменный Прикарпатский. История Краснознаменного Прикарпатского военного округа / ред. Б. Комский и др. 2-е изд., М., 1982. С. 63–64; РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 116. Д. 229. Л. 78. URL: http://liders.rusarchives. ru/brezhnev/docs/postanovlenie-sekretariata-tsk-vkpb-o-naznachenii-li-brezhneva-nachalnikom-politupravleniya-pri (дата обращения: 13.02.2017).
436Краснознаменный Прикарпатский. История Краснознаменного Прикарпатского военного округа. С. 63; Murphy P. J. Brezhnev. S. 83.
437Boeckh K. Stalinismus in der Ukraine. S. 125.
438Карпов В. В. Вечерние беседы. С. 420–421.
439Феськов В. И., Калашников К. А., Голиков В. И. Советская Армия в годы «холодной войны» (1945–1991), Томск, 2004. С. 20.
440ЦАМО. Ф. 32. Оп. 11289. Д. 520 (Политдонесение начальника ПУ ПрикВО Л. Брежнева, 12.12.1945). Л. 182–183; ср. также: Boeckh K. Stalinismus in der Ukraine. S. 127; Lewytzkyj B. Die Sowjetukraine 1944–1963. Köln, 1964. S. 31.
441Dornberg J. Breschnew. S. 92.
442http://liders.rusarchives.ru/brezhnev/perechen-dokumentov-i-eksponatov?page=4 (дата обращения: 13.02.2017).
443Dornberg J. Breschnew. S. 92.
444ЦАМО. Ф. 141. Оп. 244822. Д. 13. Л. 238 и след.; Ф. 32. Оп. 11289. Д. 720. Л. 131 и след., 182 и след.
445ЦАМО. Ф. 141. Оп. 765372c. Д. 1. Л. 31 и след.
446Там же. Л. 33 и след.
447Там же.
448Boeckh K. Stalinismus in der Ukraine. S. 128, 144, 161, 174, 241. К сожалению, в своей обширной, очень детальной работе Бёк ни слова не говорит о роли военной администрации, а также совсем не упоминает Брежнева; Markus V. L’incorporation de l’Ukraine subcarpathique. S. 56, 60–61.
449ЦАМО. Ф. 141. Оп. 765372c. Д. 1. Л. 244; Краснознаменный Прикарпатский. История Краснознаменного Прикарпатского военного округа. С. 65–68.
450ЦАМО. Ф. 141. Оп. 765372c. Д. 1. Л. 246 и след.; Краснознаменный Прикарпатский. История Краснознаменного Прикарпатского военного округа. С. 69–70.
451Dornberg J. Breschnew. S. 92–93.
452Карпов В. В. Вечерние беседы. С. 421.
453Гречко А. А. Годы войны. Удар на Барвенково. URL: http://militera.lib.ru/memo/russian/grechko_aa2/04.html (дата обращения: 29.04.2015).
454РГАНИ. Ф. 5. Оп. 75. Д. 207. Л. 6.
455Голиков В. «Я верю и надеюсь…» Последнее интервью, записанное Константином Подымой, 03.05.2012. URL: http://www.novodar.ru/index.php/novohistory-punkt/5683-vgpi-05–2012?format=pdf (дата обращения: 15.07.2015).
456Наш дорогой Леонид Ильич // Мой Днепродзержинск. 2011. 16 ноября. № 52; Медведев Р. А. Фарс с примесью трагедии // Л. И. Брежнев. Материалы к биографии. С. 140.
457Медведев Р. А. Личность и эпоха. С. 46.
458Гречко А. А. Через Карпаты. С. 73, 177.
459Медведев Р. А. Личность и эпоха. С. 46.
460Lewytzkyj B. Die Sowjetukraine. S. 74.
461Чурбанов Ю. М. Мой тесть Леонид Брежнев. С. 98; Докучаев М. С. Москва. Кремль. Охрана. М., 1995. С. 181.
462См.: Алексиевич С. У войны – не женское лицо. Минск, 1985; Krylova A. Soviet Women in Combat. A History of Violence on the Eastern Front. Cambridge, 2010.
463Brezhneva L. The World I Left Behind. Pieces of a Past. New York, 1995. S. 81.
464Мнение внучки Виктории см. в: Млечин Л. М. Брежнев. С. 80.
465Великжанина А. Преемником Брежнева должен был стать Щербицкий [Интервью с В. Г. Мусаэльяном] // Комсомольская правда в Украине. 2014. 4 июля; Млечин Л. М. Брежнев. С. 81.
466Цит. по: Печенев В. А. Взлет и падение Горбачева глазами очевидца. М., 1996. С. 61.
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43 
Рейтинг@Mail.ru