Сумрачные грёзы

Софья Сергеевна Маркелова
Сумрачные грёзы

– Ну ты и предатель! – мгновенно взвился Миша и сжал кулаки.

– Да погоди ты! – Егор выставил перед собой ладони. – Есть еще одна причина! Это ведь ты их вчера угощал, а они за добро отплатили враньем! И только ты можешь их упрекнуть в этом!

Миша со злости толкнул друга в плечо и выбежал из коридора. Он понимал, что если не уйдет от Егора, то обязательно разобьет ему нос. Что бы там этот предатель не говорил, но на самом деле Егор просто испугался восьмиклассников и побоялся к ним идти, обвинять их во вранье! Но Миша себя трусом никогда не считал, поэтому он уверенно направился на этаж, где учились старшеклассники. В этот момент он был так зол, что голыми руками порвал бы и дворовую банду, и всех призраков в округе!

Троицу быстро удалось отыскать. Они сидели прямо на полу, вяло переговариваясь между собой в ожидании окончания перемены. Чернявый Женя первым заметил Мишу и удивленно поднял брови, когда понял, что тот целеустремленно направляется прямо к банде.

– Вы! Вы! Сволочи! – задыхаясь, прошипел Миша, разгневанно тряся головой. – Зачем вы наврали?! Попугать захотелось малышню, да?! Это не смешно! Идиоты!

Максим непонимающе пошевелил своими кустистыми бровями, а потом поднялся на ноги и принялся засучивать рукава.

– Что-то тут цыпленок какой-то раскудахтался! Надо-ка его проучить, а, парни?

– Стой! – Женя подскочил и схватил друга за плечо. – Поутихни! Надо понять, чего он тут орет. Слышь, мелкий, это ж мы вчера с тобой и твоими дружками сидели во дворе, да?

Миша сжал зубы и кивнул.

– Так чего ты тут пришел и кидаешься непонятными обвинениями? Чего тебе надо?

– Вы наврали нам вчера! Просто запугали враньем, чтобы посмеяться с того, как мы от страха обделаемся!

– Каким еще враньем? Ты чего тут несешь?! – Максим шагнул к Мише, но главарь вновь его удержал.

– Давай быстро и по делу говори, что ты имеешь в виду! – холодно бросил Женя и впился в младшего острым звериным взглядом.

– Вы вчера рассказывали страшилку о той проклятой квартире, где женщина убила семью и повесилась, – охрипшим голосом заговорил наконец Миша, так и не разжав кулаки. – Вы говорили, что она точно правдивая, ее все бабки знали! Но вы просто все выдумали, чтобы выставить нас с друзьями дураками, хотя мы вас так уважали!

Женя переглянулся с другими членами банды.

– История правдивая. Чего ты мне тут голосишь, что мы наврали? – выплюнул главарь.

– Да потому что вы сказали, что это единственная квартира во всем доме, где не горит свет! Что она заперта на замки, и там никто не живет! – горячился Миша. – А я видел свет вечером! Видел, как там ходит кто-то!

– И ты, значит, думаешь, что это простая квартира? – неожиданно тихо подал голос блондин, который так и сидел на полу. И почему-то этот вопрос прозвучал угрожающе.

– Саш, оставь его. Видишь, он глупый и на драку просто нарывается. Забей, – махнул рукой Макс.

– Нет, – четко проговорил Саша и одним текучим движением поднялся на ноги. – История не выдумка. Я хочу, чтобы этот трус понял это.

– Я не трус! – еще больше разозлился Миша.

– Тогда докажи это, – Саша сложил руки на груди. – Сегодня нет дождя, поэтому мы с пацанами полезем на крышу той девятиэтажки. Мы спустимся на балкон и заглянем в проклятую квартиру. И сами убедимся в том, что история правдива, и на потолке есть надпись. И ты с нами пойдешь.

– С чего бы это? – Миша вдруг почувствовал, как весь гнев куда-то резко улетучился, а по позвоночнику забегали мурашки.

– Я докажу тебе, что мы не врали. А ты докажешь нам, что не трус.

– Иначе места в банде тебе не видать как собственных ушей! – мрачно добавил Женя.

– А если пойдешь на попятную, то мы сделаем так, что вся школа узнает, какой ты трусливый цыпленок! – хохотнул Максим и растянул губы в неприятной улыбке.

У Миши из-под ног будто выбили почву. Место в банде! Не пустые обещания, а реальный шанс попасть в состав самой крутой группы двора! Но, с другой стороны, он должен был полезть на крышу и заглянуть в эту жуткую квартиру. На самом деле, он уже не до конца был уверен, стоило ли верить в ту пугающую историю или стоять на своем.

В этот момент раздался пронзительный звонок, и школьники поспешили в классы. Троица тоже подхватила свои рюкзаки и, обогнув замершего в раздумьях Мишу, двинулась к кабинету.

– Приходи к трем к коробке, или завтра ты станешь местной знаменитостью, – напоследок крикнул Саша.

Школьный коридор опустел, лишь Миша остался один стоять у окна и обдумывать свое решение.

Несмотря на яркое солнце, на улице уже чувствовалась осенняя прохлада. Колючий продувающий до костей ветер трепал капюшон куртки Миши, но мальчика это не волновало. Он с половины третьего стоял у деревянной коробки, засунув руки в карманы, в ожидании троицы восьмиклассников.

Врали ли ему парни, или история действительно произошла? Миша чувствовал терзания в своей душе: с ним не было рядом ни Егора, ни Серого, с которыми он бы ощущал какую-то уверенность. Но отступать было поздно. Теперь на кону стояло членство в банде. И для себя Миша уже решил, как бы ему не было страшно, но он полезет на крышу и будет делать вид, что эта история его ни капли не напугала. Тем более, с ним будут трое старших парней, чего ему бояться?

– О, мелкий уже на месте, – Миша издалека услышал голос Макса.

Троица неторопливо подошла к своему неожиданному компаньону.

– Ну что, не струсил, значит. Пришел, – растягивая слова, проговорил чернявый Женя.

– Пришел, – мрачно подтвердил Миша и решительно посмотрел в глаза главарю.

– Посмотрим, насколько тебя хватит, – хохотнул Макс и, развернувшись, направился к нужной девятиэтажке.

Все остальные поспешили за ним. Восьмиклассники выбрали своей целью наружную пожарную лестницу, закрепленную на боковом фасаде дома. Она начиналась в двух метрах над землей, но, как оказалось, банда позаботилась об этой проблеме – парни притащили из ближайшего подвала криво сколоченную из деревянных поддонов лестницу и приставили ее к стене.

– Ну чего? Кто первым полезет? – с сомнением оглядев неустойчивую конструкцию, спросил Макс.

– Я! – уверенно шагнул вперед Миша и схватился за шершавую древесину.

За его спиной кто-то насмешливо хмыкнул, забавляясь напускной храбростью мальчишки. Но Мишу это не волновало: пусть у него потели руки от страха, он должен был доказать, что достоин состоять в банде.

Деревянные перекладины легко выдержали небольшой вес мальчика, и вот уже его ладони сомкнулись на холодных металлических прутьях лестницы. Миша осторожно принялся взбираться наверх. Сначала это казалось не таким уж сложным делом, пока руки не стали уставать и замерзать. С каждым метром ветер становился все сильнее, так и порываясь сдуть несчастного храбреца с лестницы. Вниз Миша и вовсе старался не смотреть, потому что знал, что один взгляд на раскинувшийся под ним двор может сыграть с его уверенностью злую шутку. Поэтому мальчик все лез и лез наверх, стуча зубами от страха и холодного ветра, с надеждой вглядываясь в бесконечную череду ступенек над его головой. Она вообще закончится когда-нибудь?

Кажется, спустя целую вечность, Миша наконец схватился одеревеневшей рукой за металлический изгиб лестницы, которым она цеплялась за крышу. Подавляя рвущийся из груди крик радости, мальчик перевалился через невысокий край и без сил упал на ровную, покрытую черными пластами рубероида крышу. Он так пролежал несколько минут, пока не прошла боль в руках и не успокоилось сердце, барабанящее в груди.

Через какое-то время со стороны лестницы раздалось пыхтение – на крышу вывалился взмокший Макс, а следом за ним залезли Женя и Саша. Им подъем дался легче, чем Мише, но все равно восьмиклассники устали.

– Так. Ну что, идем к середине крыши, – скомандовал главарь и первым направился в нужную сторону. Остальные ребята вяло поплелись за ним.

Ничего необычного на крыше не было. Торчащие трубы, несколько заколоченных ходов на чердак и длинные вереницы проводов, которые черными сетями тянулись от одного дома к другому. Миша с восторгом постоянно подбегал к краю, чтобы насладиться живописным видом, открывавшимся сверху на весь двор и соседние улицы.

– Слышь, мелкий! – наконец окликнул его Саша. – Ты не подходи так близко. Если нас с земли кто заметит, то проблемы будут.

– Но ведь на балкон когда полезем, там нас хорошо будет видно, – пробормотал Миша.

– Поэтому надо действовать быстро.

Некоторое время ушло на поиски нужного места. Восьмиклассники не сразу увидели тот самый деревянный балкон, а после долго решали между собой к чему привязать веревку, чтобы скинуть ее вниз. В итоге трос закрепили вокруг одной из труб. Макс оставался на крыше – он контролировал веревку, а потом кто-то должен был его сменить.

– Все готово, – Женя еще раз проверил узлы, навязанные по всей длине веревки, а потом сбросил ее вниз. Немного длинный трос глухо ударился о пол балкона.

– И кто же первым туда спустится? – со смешком спросил Макс, красноречиво поглядывая в сторону Миши.

– Я полезу, – ожидаемо сразу же заявил мальчик.

У Миши в горле стоял ком, а сердце мгновенно ушло в пятки, как только он сел на самый край крыши и опасливо посмотрел вниз. На ветру подрагивали пустые бельевые веревки. До балкона было почти три метра.

– Давай быстрее. А то нас увидят, – буркнул Саша, стоящий неподалеку.

Миша шумно сглотнул и, крепче взявшись за узел на веревке, принялся потихоньку сползать вниз. Руки предательски тряслись, но все же держались. Ветер постоянно бил Мишу о стену дома. Вскоре под ногами мальчик почувствовал бельевые веревки и одним резким движением ударил по ним, чтобы тросики оборвались – иначе он рисковал запутаться и упасть. Уже через пару секунд Миша с облегчением встал на твердую поверхность.

Балкон был узким, старым и скрипучим, здесь вряд ли бы поместилось три человека. Миша задрал голову и выкрикнул предупреждение:

 

– Здесь мало места!

– Я сейчас спущусь! – ответил ему голос Жени, и у края крыши замелькали черные ботинки главаря.

Восьмиклассник быстро оказался на балконе – он до того ловко скользил по веревке, что Миша едва успел отодвинуться в сторону.

– Ну что тут у нас? – деловито отряхивая руки, поинтересовался Женя и прильнул к запыленному стеклу.

Миша встал рядом и тоже попытался что-нибудь рассмотреть внутри. Было плохо видно из-за слоя грязи на окне, но уже через пару секунд довольный главарь банды отстранился:

– Отлично! Хата нежилая. Там все в пылище и на полу пожелтевшие газеты, – чернявый начал копаться в карманах испачкавшейся куртки. – Сейчас попробуем открыть дверь. Тут вроде просто откидной засов.

Женя достал узкую металлическую линейку и аккуратно просунул ее в щель рассохшейся балконной двери. Он почти минуту безуспешно двигал линейку туда-сюда, пока с негромким ликующим смехом не поддел засов. Тот с легким звяканьем откинулся в сторону.

– Пацаны! Мы открыли! Саша, лезь сюда! – крикнул главарь и налег на дверь плечом.

Та с хрустом и скрипом поддалась и распахнулась. В лицо двум неожиданным гостям сразу же бросился затхлый запах квартиры, в которой много лет никто не жил. Женя решительно переступил порог, и Мише пришлось последовать за ним.

В воздухе летала пыль, потревоженная резким порывом свежего воздуха, проникшего в квартиру. На полу шуршали разложенные газетные страницы, высохшие и пожелтевшие от старости. Миша наклонился, чтобы на одной из них рассмотреть дату – газетам было несколько лет. Комната, в которой оказались двое взломщиком, была небольшой. Гостиная с единственным шкафом, мятым запыленным диваном и опрокинутыми стульями. На потолке неровно висела металлическая люстра, над которой поблескивал толстый крюк. Миша чуть отвел глаза и побледнел.

Сквозь несколько слоев побелки проступала бордовая надпись.

«Не смотри в глаза».

Женя тоже жадно пожирал взглядом эти несколько слов. Доказательство того, что история правдива.

– Ну и пылища здесь, – за спинами раздался глухой стук и шаги – это Саша спустился на балкон и зашел в комнату.

– Ты был прав. Надпись здесь, – тихо произнес главарь, в его голосе слышался трепет.

– Надеюсь, теперь наш цыпленок не будет больше кудахтать попусту, – бросил Саша и пошел изучать другие комнаты.

Миша будто отмер после этой фразы. В его голове смешались все слова о квартире, что он слышал за эти два дня. Правда, ложь, мистика… Но вот он стоял прямо под тем местом, где женщина задушила себя после того, как удавила всю семью. И это была та самая комната, что он видел в своем сне. Никогда раньше Миша не бывал в этом месте, не видел обстановки, но она оказалась точно такой же, как и приснилась ему. Что все это значило?

Мурашки бегали по коже мальчика. Кого же он видел ночью в окне?

Миша, ощущая как все внутри него заледенело от ужаса, медленно направился на кухню, чье окно и горело светом прошлым вечером.

Маленькая кухня, уже без техники – лишь пустые распахнутые шкафы и запыленный стол. Через мутное стекло был виден весь двор и дом напротив, дом Миши. Никаких признаков жизни. В этой квартире не было ни одной живой души за последние пару лет.

Кто смотрел на Мишу из окна тогда?

Кто смотрел на Мишу из окна сейчас?

В отражении стекла совсем недалеко от мальчика стояла женщина в простом домашнем платье. Она без движения наблюдала за двором. Кудрявые волосы, шея, вывернутая под неестественным углом, оборванная веревочная петля на горле. И руки, испачканные в крови.

Миша закричал так громко, что зазвенело стекло. А после без чувств осел на пол.

Обеспокоенные восьмиклассники так и не смогли ничего от него добиться. Миша лишь безостановочно плакал или кричал. Он практически не помнил, как ребята помогли ему вновь забраться на крышу и слезть с дома. Взбудораженные визгами соседи выглядывали из окон, и целая делегация уже поджидала верхолазов у пожарной лестницы. К счастью для банды все удалось выдать за обыкновенную прогулку по крышам, про квартиру никто ничего не узнал, но все равно восьмиклассников ожидала встреча с дворовым советом и наказание.

Однако Миша все не приходил в себя. Саша единственный, кто отвел мальчика домой и сдал на руки матери, буркнув что-то в духе «Головой ударился». Мать долго пыталась узнать у сына, что же с ним произошло, но Миша лишь распахивал полные ужаса глаза и стучал зубами. Когда с работы пришел отец, то и он ничем не смог помочь. Миша не хотел говорить.

Единственным разумным решением, по мнению родителей, оставалось успокоительное. Мальчик покорно позволили влить в себя двойную дозу, а через четверть часа он уже заснул крепким сном. Разум просто выключился, позволив Мише отдохнуть от тех ужасов, что он насмотрелся днем.

Когда мальчик распахнул глаза, то была глубокая ночь. Он слабо поморщился, чувствуя, как тело задеревенело из-за долгого сна. Хотелось поспать еще хотя бы несколько часов, но с улицы подул холодный пронизывающий ветер, который забрался под одеяло и ловко пробежался по телу. Миша, недовольно ворча, поднялся с кровати и подошел к подоконнику. Ручка поддалась с трудом, но окно все же закрылось, оставив мальчика стоять в гулкой тишине.

Его взгляд будто сам собой легко скользнул по гибким теням деревьев, оттолкнулся от тусклых фонарей и устремился к одной-единственной точке – ярко-желтому горящему окну в доме напротив. Это было так странно: во всей девятиэтажке свет был лишь в этом окне. Окне проклятой квартиры. И там виднелся темный силуэт, что без движения стоял у стекла и наблюдал за двором.

Миша едва слышно вскрикнул и хотел отбежать, но все его тело словно окаменело, а пальцы ног утонули в мягком ворсе ковра. И он не мог отвести взгляд от тени в окне. Только теперь он твердо знал, что стоит там не случайный хозяин квартиры, которому не спится ночью. Призрак женщины со сломанной шеей наблюдал за миром вне окна с высоты девятого этажа.

Громкий пронзительный крик вырвался из груди мальчика, и в тот же миг дом напротив ответил ему.

Девятиэтажка во мгновение ока расцвела сотнями желтых огней. Во всех квартирах одновременно загорелся свет, разгоняя ночную тьму двора. И в каждом окне Миша видел силуэты людей, без движения замерших у стекла. Черные тени призрачных жильцов, что никогда не сходили со своих мест. И все они стояли и молча взирали на Мишу, ставшего невольным зрителем этого пугающего представления.

Ужас электрическим током пробежал по телу мальчика, давая ему сил и позволяя вновь получить власть над своими ногами. Он бросился бежать, подвывая от страха и глотая слезы, которые сами сочились из его глаз. Миша влетел в комнату родителей как тайфун: он запрыгнул на кровать и принялся трясти поочередно то мать, то отца. Однако их крепкий сон вряд ли что-то могло прервать – ни громкие крики, ни толчки не пробудили родителей. Они дышали, веки подрагивали во сне, но их сын никак не мог развеять то странное тягостное забвение, что овладело их телами.

Миша глотал горькие слезы и бессильно дергал себя за волосы, не зная, как спастись. А тем временем окно, наполненное мягким светом уличного фонаря, манило мальчика подойти ближе и посмотреть, что же происходит в доме напротив. И он не мог сопротивляться этой силе.

Стоило холодным пальцам Миши коснуться подоконника, как свет во всех окнах погас, словно по мановению руки. Горели лишь лестничные пролеты подъездов и одно-единственное окно.

Силуэт женщины все еще стоял у стекла. И на краткое мгновение в голове мальчика блеснула надежда на хороший исход. Быть может, она просто постоит и исчезнет? И настанет утро? Быть может, это лишь жуткий сон?

Тень неожиданно пошевелилась впервые за все время и стала отдаляться от окна. Вот силуэт и вовсе исчез, а Миша затаил дыхание, прислушиваясь в бешенному биению собственного сердца.

Ушла?

Нет. Женщина появилась вновь. Но теперь призрак покинул квартиру: мрачная фигура медленно и неторопливо спускалась по лестнице. Вот тень мелькнула на восьмом этаже, седьмом, пересекла шестой и пятый. Миша широко распахнутыми глазами наблюдал за тем, как в желтых прямоугольниках окон то появляется, то исчезает жуткий силуэт.

Первый этаж. Дверь распахнулась, и женщина ненадолго задержалась в свете подъездной лампы. Куда она идет? Мальчик едва мог стоять на ногах от страха, но тело его не слушалось, не позволяло ничего делать – лишь смотреть… Наблюдать за тем, как фигура пересекала двор, то выходя на свет, то растворяясь в тенях.

И вот она уже совсем близко. Четко направлялась к окну первого этажа, в котором замер бледный от ужаса Миша. Он уже хорошо мог рассмотреть призрака: все то же серое платье, темные кудрявые волосы и белое лицо. Голова чуть повернута набок из-за торчащего сквозь кожу шейного позвонка.

Женщина подошла совсем близко, встала прямо под окном так, чтобы мальчик мог разглядеть черную полосу на горле от веревочной петли. Она медленно открыла глаза.

Ее глаза – ярко-желтые окна дома, наполненные светом.

И Миша понял, что он теперь стал пленником этих окон. Мальчик растворился в их свете.

Желтизна заполнила собой все его сознание, а руками словно завладела какая-то иная сила. И когда его пальцы погружались в глазницы родителей, он чувствовал лишь принадлежность к дому. Его не волновали ни кровь, ни запах смерти, ни страх – тот пропал навсегда. Лишь на секунду к Мише вернулось сознание – когда он уже поднялся на стул и надел на горло веревочную петлю. Был ли это проблеск его собственного потерянного разума, либо же пожелание кого-то иного – трудно сказать. Но этого мгновения хватило, чтобы Миша вывел на потолке окровавленными пальцами несколько слов, а после шагнул со стула.

«Не смотри в глаза».

Механический паук

– Бабушка, бабушка! А расскажи мне сказку!

– Сказку? Но ты ведь уже совсем взрослый, а сказки рассказывают лишь малым детям.

– Ну, бабушка! Я не усну, пока ты что-нибудь не расскажешь. Не сказку, хоть страшилку!

– А разве ты не испугаешься, маленький трусишка?

– Я не трусишка! Я не боюсь всяких историй! Расскажи!

– Хм… Раз ты так уверен, то я, пожалуй, расскажу тебе самую пугающую легенду, из всех, что я знаю. И не говори потом, что я тебя не предупреждала.

– Хорошо!

– Жил в нашем городе один деятельный, но бесталанный конструктор. Не проходило и месяца, чтобы не придумывал он очередное новое и совершенно бесполезное изобретение. То создавал он в своей лаборатории несветящиеся фонари, то механизм для разбивания куриных яиц, а однажды даже смастерил вилку, которая становилась граблями. Конструктор трудился в свое удовольствие, даже не пытаясь делать то, что просили у него люди. Всем своим изобретениям он находил место в бесчисленных шкафах в подвале, а многие использовал исключительно для того, чтобы потешить собственное самолюбие. Соседи в открытую смеялись над ним.

И единственный человек, который любил его, помогал по мере своих сил и приносил в дом деньги, чтобы мастер мог кушать, был его родной младший брат. С каким обожанием следил он за работой своего брата-изобретателя, он так им гордился! Ведь он из крошечных деталей и мусора создавал настоящие шедевры. Но в тоже время едкая обида не покидала сердце младшего, потому что злые люди не видели таланта, которым был одарен его брат.

Так проходили дни за днями, великий мастер постепенно начал седеть, а младший молча учился его нелегкому делу, помогая понемногу, ночами листая большие пыльные книги, тихо разбирая и собирая в подвале старые и неиспользуемые изобретения. И вот однажды старший брат открыл младшему свой секрет: всю жизнь он до смерти боялся пауков, а теперь в тайне разработал существо, которое может вычислять их и уничтожать. Это был механический паук, который доходил человеку до колен, он имел восемь длинных тонких лап, больше похожих на спицы, его зубы, острые и блестящие, быстро и проворно щелкали в ожидании добычи. Пугающее создание, работающее на пару, использовало свою добычу вместо топлива, поэтому в доме были истреблены не только пауки, но и крысы. Да, у него было множество недостатков и недоработок, но это изобретение окончательно убедило младшего брата в том, что старший – настоящий гений!

Однако прошло совсем немного времени, как мастер скоропостижно скончался от заражения крови, поцарапавшись об одну из ржавых деталей, в бесчисленном множестве валявшихся в его лаборатории. Какая тяжелая потеря это была для младшего изобретателя, но он не позволил себе грустить ни минуты, а сразу же решился продолжить дело брата, чтобы усовершенствовать его творения, и имя великого конструктора не исчезло в безызвестности. Дни и ночи проводил он в лаборатории, трудился, забыв о голоде и жажде. И результатом его работы стал полностью переделанный механический паук брата. Теперь стал он намного больше и опаснее, лапы-спицы были заостренными на концах, от чего при ходьбе создание издавало мелодичный цокающий звук, он стал потреблять намного больше топлива, и поэтому пауки и крысы не могли более прокормить механическое существо с черными глазами-детекторами. Но конструктор и не собирался кормить паука мелкими безобидными тварями – он жаждал отомстить, наконец, всем тем людям, что так и не приняли талант его брата! Именно люди должны были стать пропитанием для ужасного создания.

 

Темными ночами жестокий мастер незаметно выпускал из дома своего ручного механического монстра, который, быстро щелкая тонкими лапами, перебегал от одного темного переулка к другому, пока не выслеживал одинокого прохожего. Во мгновение ока набрасывался паук на человека, раздирал его на мелкие кусочки своими стальными жвалами и забрасывал внутрь себя, в топку. Так, насытившись, создание послушно возвращалось домой, в лабораторию, где конструктор с ликованием чистил механизмы и думал над тем, как еще можно бы было улучшить паука. С каждым днем ловкость существа лишь росла, он научился опасаться света и громких звуков, съедал человека целиком, не разделывая его на части, но теперь ему требовалось и большее количество топлива – порой за ночь он убивал по пять человек.

Конструктор был в восторге от усовершенствованного изобретения брата, с каждым погубленным жителем города его радость лишь росла. Но люди тоже чувствовали опасность: двери и окна стали плотно запираться, люди старались не ходить в одиночку по улицам, даже в кабаках количество посетителей резко упало – весь город замер в ужасе. Правительственные военные отряды ничего не могли сделать – ведь умное существо слышало громкие звуки и умело от них пряталось, а на большие вооруженные патрули оно даже и не собиралось нападать. Каждую ночь паук все же находил себе жертв, хотя это и стало делать сложнее. Но вот однажды, пробегав по улицам почти до самого утра, монстр так и не насытился вполне. Поэтому он вернулся домой и съел мастера, который был уверен, что и у машины есть чувства, и что его создание не станет нападать на создателя.

С того момента на город опустилась тьма. Паук жил собственной жизнью, он выходил на охоту сразу же после захода солнца и уже не боялся, что кто-нибудь случайно его заметит, ведь последнее, что успел сделать мастер перед своей смертью, – это титановое покрытие, которое могло легко защитить монстра от холодного и огнестрельного оружия, от ударов и даже бомб. Он стал править по ночам над городом. Людей обуял дикий страх, ничто не могло остановить механического убийцу. Из-за того, что люди перестали ходить по улицам в темное время суток, паук догадался, как можно выманивать их из укрытий. Он прятался под окнами низких домов и с помощью своих тонких лапок-спиц выстукивал приятные мелодии, которые рано или поздно заставляли людей просыпаться. А так как источника звука не было видно, то многие неосторожные жертвы открывали ставни и окна, тогда-то умное существо во мгновение ока и хватало человека длинными лапами, впивавшимися глубоко в тело, и утягивало его в свою бездонную пасть.

Но охотнее всего на ловушку паука шли дети, которые подолгу не могли уснуть в кроватях. Приятная звонкая мелодия, доносившаяся снаружи, заставляла их забыть о том, что по городу ходит механический убийца, и доверчиво высунуть голову в ночную темноту. Именно на детях и остановился паук – они попадались чаще всего. Вот и всё.

– Подожди, бабушка! Как это все? Так чем же закончилась эта история? Неужели с пауком так ничего и не сделали?

– Кто-то говорит, что на его поимку на улицы города была выведена вся армия, которая все-таки смогла отыскать и разломать на части это создание. А от других людей я слышала, что был нанят очень талантливый и умный конструктор, что создал ловушку специально для паука, в которую в итоге монстр и попался. Но чаще всего горожане рассказывают о том, что он так и не был пойман, и до сих пор по ночам ходит по улицам. Уже прошло много лет с момента его создания, многие его детали проржавели, спицы и зубы затупились, а детекторы стали хуже работать. Теперь он медленнее передвигается, и не может создавать приятные для слуха мелодии, а питается только кошками и собаками да иногда перепадающими пьяницами, заснувшими в каком-нибудь тупике. Но иногда на улицах за спиной можно услышать легкое позвякивание и поскрипывание механических деталей – это паук идет за тобой!

– Но ведь он же почти разваливается?

– Да, поэтому он и не нападет. Для него гораздо проще есть маленьких любопытных детишек, которые высовываются по ночам из окон, когда он приманивает их.

– А как он их приманивает, если не может больше создавать мелодии?

– Прислушайся, милый… Кто-то зовет тебя.

– Я ничего не слышу!.. Только… Да… Это ветер бьет ветку дерева о мое окно!

– Тихо скребется и стучит она, будто хочет обратить твое внимание.

– Что тут такого?

– Вспомни, у нашего окна не растут деревья.

Черви

В ту ночь Оксане плохо спалось. Она металась по кровати на грани дремы и бодрствования, то откидывая тяжелое одеяло, то закутываясь в него с головой, как в кокон. В конце концов она открыла налитые свинцом веки и сконцентрировала взгляд на силуэте окна. За стеклом только начинала светлеть линия горизонта. Спать ей оставалось около трех часов, но бессонница решила диктовать свои правила в ту ночь.

Внезапно Оксана почувствовала, как по ее руке что-то ползет. Она повернула голову и замерла: на предплечье извивался длинный земляной червяк. Женщина испуганно вскрикнула и резко дернула рукой, сбрасывая мерзкое существо. Червь отлетел в сторону и затерялся где-то в складках постельного белья. Оксана мгновенно вскочила с кровати, включила свет и опасливо начала перебирать одеяло, пытаясь отыскать неприятного гостя.

Откуда на ней взялось это склизкое создание?! Только если упало с потолка, но женщина и подумать не могла, чтобы в ее роскошной квартире, где каждую неделю наводила чистоту клининговая компания, появился червяк!

Наконец она обнаружила трепыхающееся розовое тельце, отчаянно пытающееся найти выход из смятой простыни. Какая гадость! Оксану передернуло от одной мысли, что это существо ползало по ее коже. Женщина сходила в ванную за полотенцем, морщась от отвращения, она убрала червяка и выбросила его вместе с полотенцем в мусорку. Конечно же, после такого потрясения заснуть она не смогла. Только приняла душ и решила поехать на работу раньше.

День прошел скучно и однообразно. Оксана ругала своих сотрудников, которые бессовестно задерживали все сроки, чуть не уволила молодую секретаршу из-за того, что она пролила в коридоре кофе, предназначавшийся как раз Оксане. Еще и в обед позвонил бывший муж, в очередной раз желающий пригласить ее в ресторан, чтобы поговорить о развалившемся браке. Женщина раздраженно бросила трубку, чувствуя, как ее начинает нервировать все вокруг. Вечером, совершенно измотанная, она без сил упала в кровать, даже позабыв сменить постельное белье. У бессонницы не было ни единого шанса в этот раз.

Но ночью Оксана резко распахнула глаза, ощутив, как что-то холодное и склизкое ползает по ее телу. Она закричала и принялась стягивать с себя ночную рубашку, практически разрывая ткань. На ее груди копошились десятки дождевых червей, спутавшихся в единый клубок. Женщина практически перешла на ультразвук в своем вопле, слезы брызнули из ее глаз. Она в ужасе смахнула извивающийся комок и сразу же бросилась в ванную.

Оксана долго стояла под струями горячей воды, она мылась трижды, каждый раз растирая кожу на груди мочалкой до красноты, но никак не могла избавиться от противного ощущения, оставшегося после скользких червей. Она могла понять, если бы в квартире появился один червяк, но когда прямо на нее откуда-то упала или приползла целая куча омерзительных грязных существ, то женщина хотела рвать и метать.

К кровати она так и не смогла подойти, Оксана половину оставшейся ночи просидела в гостиной, переключая каналы по телевизору и ожидая наступления утра. Зато стоило солнцу появиться из-за домов, как женщина принялась терзать клининговую компанию, которая уже много лет осуществляла уборку ее квартиры. Испуганный администратор робко пытался вставить хоть одно слово в безудержный поток ярости, который почти полчаса изливала Оксана на его голову. Она грозила судами, адвокатами и юристами. В конечном итоге фирма согласилась прислать через час бригаду работников, которые должны были обработать всю квартиру до последнего сантиметра, выстирать белье и найти место, откуда лезли проклятые червяки. Оксана, довольная результатами, оставила им ключи и гордо уехала на работу.

Рейтинг@Mail.ru