Тайна ректора Вечерней Академии

Сильвия Лайм
Тайна ректора Вечерней Академии

Глава 4

Рейнар

Как только замок щелкнул, под ребрами Рейнара обожгло так, словно он вдохнул раскаленный воздух. Все внутри всколыхнулось и завибрировало, почувствовав рядом желанную добычу.

Рейнар не сказал бы, что ему это понравилось. Слишком острая реакция, слишком сильная. Впрочем, что не понравилось – он тоже сказать не мог.

Зеленые глаза феи вспыхнули, превратившись в два огромных изумруда. Делая девушку еще больше похожей на сокровище. На желанный приз.

Рейнар сделал шаг вперед, затем еще один, не сводя взгляда с хрупкой женской фигуры.

Как он вообще мог сразу не распознать в ней фею?

Конечно, Арлин выглядела как человек. Ничем не отличалась. У нее не торчали клыки, как у троллей, уши не были заострены. А за спиной не болтались прозрачные крылышки.

Однако ее изящные руки, узкое лицо, тонкая талия и волосы удивительного, нереально рубинового цвета говорили сами за себя. Когда он только увидел ее там, в кустах перед академией, первой мыслью было: как ее не уносит ветром? А сейчас ему иногда приходилось останавливать себя, потому что казалось, что он может случайно сломать ее, если сожмет чуть сильнее.

А сжать хотелось…

Всего какой-нибудь час назад в аудитории она спросила у него:

«Я хорошо провела лекцию?..»

И взглянула, подойдя так близко, что у него голова закружилась. Грудную клетку словно цепями передавило, а на шее затянулась удавка. Он не мог произнести ни слова, так боялся сорваться. Ответ застрял в горле вонзенным кинжалом.

Единственное, на что его хватило в тот момент, – это приподнять бровь. Только приподнять бровь…

И вот сейчас он пришел к ней в комнату и закрыл за собой дверь. Какого лысого огра? Ведь знал же, что рядом с ней звериная сущность дракайна будет выходить из-под контроля, но просто не мог усидеть на месте. Мысль о том, что фея полностью в его власти, сводила с ума. Будоражила ум, будила фантазию.

Хотелось снова дотронуться до нее, увидеть, как широко раскроются ее огромные глаза, когда он подойдет ближе.

Шаг. Еще один.

Да, вот так…

Хотел ощутить, как ускорится ее дыхание, а грудь станет подниматься выше и быстрее, натягивая ткань простого платья…

Рейнар подошел вплотную к девушке и замер, когда между ними осталось совсем мало воздуха. Но она не отступила. Продолжала глядеть на него взглядом пойманного олененка.

Зачем она это делала? Неужели не понимала, как это смотрится со стороны? До какого предела это доводит его самоконтроль?.. До последнего, за которым только провал огня и голода.

И безумия.

Рейнар поднял руку и, как завороженный, коснулся коротких рубиновых волос, волнистым облаком падающих на глаза девушки.

Арлин дернулась, но и не подумала отодвинуться. Только продолжала смотреть на него снизу вверх и хлопать длинными густыми ресницами.

– Почему ты продолжаешь носить этот цвет? – спросил он, не узнавая собственный голос. – Он выдает тебя.

Арлин, кажется, не дышала. А затем вдруг облизнула губы, отчего Рейнара словно молнией ударило, и спокойно ответила:

– Потому что это лишь цвет. Никто не заподозрит во мне фею только потому, что мои волосы… такие.

Она чуть тряхнула головой, высвобождая прядь из его пальцев.

– Какая фея в здравом уме оставит свой цвет волос? – продолжила она. – Никакая. Люди думают, что такие как я должны скрываться, мимикрировать, как хамелеоны… Люди не боятся Черной Проверки. Именно поэтому они могут свободно выкраситься в красный и ходить так у всех на виду. Когда я оставляю свои волосы нетронутыми, я как будто говорю: «Мне нечего скрывать». И меня не трогают.

– Это правда, – вынужден был согласиться Рейнар, с трудом опустив руку и так и не коснувшись трепыхающейся от неровного дыхания женской груди. – И все же паладинов до сих пор привлекает все иномирное. И они с легкостью могут проверить девушку, которая… выглядит так, как ты.

– А не сильнее ли будет привлекать их странная брюнетка, у которой внезапно отросли красные волосы у самых корней? – вдруг улыбнулась она и приподняла голову.

Рейнара окатила волна жара.

Новая преподавательница его академии улыбалась просто сногсшибательно. Кроме того, еще сильнее она стала притягивать его, как только он понял, что Арлин не только красива, но и умна. Ведь она была совершенно права. Волосы отрастают очень быстро. И если кто-то из паладинов заметит хотя бы полмиллиметра красных прядей под окрашенной шевелюрой, то Черную Проверку можно уже не проводить. Все станет ясно мгновенно. А выкрашиваться постоянно – не вариант. Рано или поздно Арлин обязательно упустила бы момент и попалась.

Рейнар молчал, продолжая глядеть на девушку и не в силах ни отвернуться, ни уйти. И все еще останавливая себя от того, чего больше всего хотелось.

Воздух в помещении стремительно накалялся.

– Вы пришли, чтобы уточнить только этот вопрос? – тем временем спросила Арлин, стараясь выглядеть невозмутимо.

Но Рейнар видел, как то и дело вздрагивают ее ресницы, каким отрывистым стало дыхание.

И да – они все еще стояли совсем рядом, но девушка упорно делала вид, что так и должно быть.

И он тоже.

Это было странно.

Это было горячо.

– Или, может быть, у вас при себе моя роза? – продолжила Арлин, с вызовом склонив голову.

Так, что он в красках увидел изящный изгиб ее шеи, переходящий в тонкое плечо, которого вдруг страшно захотелось коснуться губами.

Рот снова неуместно наполнился слюной, и Рейнар сглотнул.

В тот же миг взгляд девушки опустился ниже его подбородка, туда, где нервно дернулся кадык, выдавая его состояние.

Рейнар замер, глядя, как потемнели зеленые глаза феи, а сама она беспокойными пальчиками сжала дешевые кружева на рукавах платья.

В этот момент ему так сильно захотелось стиснуть ее в своих объятиях, что все вокруг словно подернулось мутной дымкой, среди которой оставался лишь один образ еле заметно вздрагивающей феи.

Внутри Рейнара всколыхнулась магия, требуя выхода, желая вырваться наружу так же, как это произошло совсем недавно. И теперь, признаться, сладить с этим желанием было все сложнее. Словно, единожды отпустив поводья собственной воли, он так и не смог до конца завладеть ими опять.

Зря он пришел сюда. Зря позволял себе находиться рядом с феей, которая пробуждала его природу. С людьми было не так. Обычные женщины никогда не влияли на его магическую составляющую, не бередили душу дракайна. Но буря, пробудившаяся рядом с феей, больше не отпускала, требуя еще и еще.

– Роза… – повторил Рейнар, через силу сцепив руки за спиной и подойдя к окну.

Если он отдаст брошь, какой повод придумать в следующий раз для встречи с ней?..

– Куда вам столько роз, сьера Вейер? – попытался пошутить он, отодвинув в сторону штору. – Вот этих недостаточно? Смотрите, какие красивые.

Шутка получилась плоской, как будто на ней тролль полежал.

– Вы знаете, какую розу я имею в виду! – возмутилась девушка, мгновенно подскочив к нему. И вдруг замерла, взглянув на цветы. – Ой, я и не видела, что здесь есть что-то…

На широком каменном подоконнике стоял небольшой горшок с кустовой розой, усыпанной маленькими ярко-синими цветочками. Лепестки были необычными, мясистыми и пухлыми, а листья – мягкими, словно на самом деле роза была не очень-то кустом, а даже немножко живым существом. Казалось, если повредить растение, вместо сока потечет кровь…

Это было странно, даже немного страшно. Однако при этом роза была удивительно красивой со своим необычным сапфирово-синим цветом.

– Этот горшок остался здесь от прежней хозяйки, – проговорил ректор глухо, глядя сверху вниз на склонившуюся возле него фею. Она снова стояла так близко, но, кажется, теперь уже не замечала этого. Момент, когда от нее перестало фонить напряжением, показался ему удивительно прекрасным. Вся Арлин… показалась прекрасной. Еще больше, чем раньше.

– Прежней хозяйки? – задумчиво переспросила девушка, рассматривая растение и совершенно не глядя на него.

Ее брови были чуть сдвинуты, взгляд сконцентрировался на диковинных лепестках и бутонах. В изумрудных глазах светился нешуточный интерес, и теперь они еще больше стали походить на драгоценные камни. Казалось, даже кожа феи засветилась изнутри.

– Здесь недавно жила сьера Петиш-ан, – продолжил он негромко, не в силах оторвать взгляд от стройной фигуры. Как вор, исподтишка выхватывая каждое движение Арлин, поворот головы, дрожь ресниц.

Кажется, фея стремительно превращалась в его наваждение, и Рейнар это прекрасно понимал. Но даже не пытался этому противостоять. Ему нравилось. Нравилось изучать ее, находиться рядом. Нравилось смотреть.

Все монстры Разрыва, которых он видел прежде, действительно были монстрами. Собственной рукой ему приходилось уничтожать тех, кто безнадежно сошел с ума, стремясь лишь к одной цели – убивать. Как много раз он пытался увидеть разум в диких иномирных глазах, так похожих на его собственные, но всегда натыкался лишь на – безумие.

И пару дней назад, когда перед ним вдруг очутилась живая, спокойная и миловидная фея, он сперва не мог поверить. Но это была правда. Фея оказалась полностью вменяемой.

А когда он понял, что Арлин способна на чувства, она покорила его окончательно. В тот день, сразу после собственного разоблачения во время Черной Проверки, она могла попытаться сбежать. Но вместо этого, рискуя своей жизнью, вдруг пожалела его, ректора академии, едва не обратившегося в чудовище.

Именно тогда все мысли Рейнара сконцентрировались вокруг хрупкой персоны новой преподавательницы. И хвала всем богам, что она пока об этом не догадывалась.

– Сьера Петиш-ан была молодым травологом, но пару дней назад вышла замуж и покинула академию, – сказал он тихо, чтобы не было заметно, как при взгляде на фею понизился его голос, став неровным и рваным. – Она очень любила редкие цветы. А это – роза Сирена, один из самых необычных и дорогих экземпляров во всем Южном Артроне.

 

– Вот как? – выдохнула Арлин, явно пораженная этой информацией. – Очень красивая эта… сирена. А почему ее так назвали?

От мягкого доверчивого взгляда под кожей словно рассыпались осколки раскаленного стекла.

– Потому что они умеют петь… – через силу ответил он, сжав ладони в кулаки, чтобы не убрать короткую непослушную прядь, упавшую на глаза девушки.

– Петь? – ахнула она. – Вы шутите?

– Отнюдь, – покачал головой он. – Они всегда поют. Не слишком громко. Звук напоминает щебетание птиц, доносящееся сквозь закрытое окно.

– Но… я не слышала ничего подобного, когда спала тут прошлой ночью, – нахмурилась Арлин и снова посмотрела на розу. Очевидно, ей ужасно хотелось услышать, как цветок поет. – Как вообще может петь растение?

– Ну, наверное, это не совсем растение, – пожал плечами Рейнар, сдвинувшись вперед и оперевшись локтем о высокий подоконник. Теперь с одной стороны он словно изучал цветок вместе с ней, а с другой мог «случайно» дотронуться до девушки. – Эти цветы вывели лет десять назад с помощью магии. Говорят, их выращивали на крови сирен.

Арлин вздрогнула.

– Какой кошмар… – шепнула она, нахмурившись. – Но сейчас же им кровь не нужна?

– Нет, сейчас это самый обычный цветок… который умеет петь.

– Вы меня обманываете. – Фея снова посмотрела на него и неожиданно улыбнулась. – Я же вижу, что он не поет. И ночью не пел!

Рейнар не сумел сдержаться и тоже улыбнулся.

– Его просто давно не поливали, – ответил он. – Я видел у вас на столе кувшин с водой…

С этими словами дракайн развернулся, отошел к другой стороне комнаты, где расположился небольшой обеденный столик, и взял хрустальный кувшин, переливающийся в каминном свете множеством граней. Потом аккуратно отогнул листья у самой земли и щедро влил в горшок прозрачную воду.

Не прошло и нескольких секунд, как все впиталось, земля потемнела, и сочные синие лепестки словно стали еще ярче. А еще через мгновение от кустика раздался тихий, но совершенно четкий звук. Словно несколько десятков маленьких колокольчиков переливчато звенели в такт друг другу. Словно крошечные птицы щебетали где-то далеко-далеко.

Арлин никогда не слышала ничего подобного.

Ее лицо зажглось такими удивительными светлыми эмоциями, что Рейнар вдруг не выдержал. Так нестерпимо сильно захотелось прикоснуться к ней, ощутить вкус ее замерших в легкой улыбке губ, почувствовать под пальцами тот чистый восторг, струящийся от ее кожи, что он резко обнял ее за талию, с силой прижимая к себе свободной рукой.

Пустой кувшин упал на пол из разжавшихся пальцев и тут же раскололся на сотни осколков. Но никто из них не повернул головы. Глаза феи удивленно раскрылись, когда Рейнар обхватил ее затылок, а в следующий миг уже накрыл ее губы в жадном, жарком до дрожи поцелуе.

– Что?.. Нет… – с трудом проговорила Арлин в тот короткий момент, когда ее рот вдруг оказался свободен. Но уже в следующую секунду Рейнар снова прикусил ее за нижнюю губу, лаская, вновь завладевая ее ртом, раздвинул и проник внутрь горячим языком.

Ее дыхание мгновенно стало рваным, не слишком отличающимся от его собственного. Он чувствовал, как она откликается на движения его рук, скользнувших по ее телу, как прогибается под ладонями, очертившими линии спины, поясницы и стройных упругих бедер.

– Что ты, тролль тебя забери, делаешь?.. – выдохнула фея, когда он, забывая себя, отклонил ее голову назад, покрывая жадными поцелуями шею и наслаждаясь ее вкусом. Сходя с ума от тонкого аромата, от которого пальцы сами собой сжимались, вдавливая бедра феи в его каменное от желания тело.

– Как неприлично, сьера Арлин, – хрипло выдохнул он, снова поднимаясь к ее уху, очерчивая его языком и одновременно одной рукой зарываясь в волосы на ее затылке. Не позволяя ей отстраниться ни на миллиметр.

Это могло быть похоже на грубость, даже на жестокость. Если бы проклятая фея не дышала так тяжело и жарко, если бы не закрывала глаза, словно не в силах держать их открытыми. Если бы не запрокидывала голову, позволяя ему целовать себя…

– Что? – переспросила девушка, когда он коснулся губами чувствительного места за ее маленьким ушком.

– Как непристойно и некультурно звать на «ты» ректора целой академии, – ответил Рейнар, почти мурлыкая, впитывая в себя желание, которое сочилось от феи, как цветочный нектар.

– Очень смешно, – фыркнула она, положив ладони на его грудь, словно вот-вот оттолкнет.

Но не отталкивала. Ее щеки раскраснелись, губы горели от поцелуев.

– Вы ведете себя неподобающим образом, сьер Рес, – добавила она при этом, словно и вправду думала, будто положенное этикетом обращение что-то между ними изменит.

Наивная феечка.

Такая сладкая…

Рейнар едва заметно улыбнулся.

Ему так нравилось смотреть на нее, отмечая каждую мельчайшую реакцию. Как она пытается бороться с его натиском, но не делает этого, просто потому что…

…Чувствует то же, что и он.

Эта мысль вдруг так поразила, что он на миг даже замер, ощутив, как все внутри вновь опаляет огнем. Стало трудно дышать.

Рубашка опасно натянулась, намекая на то, что мышцы начали увеличиваться, расти. А глаза уже наверняка стали желтыми…

Рейнар все понимал, но не мог остановиться. Он крепче сжал хрупкую, вздрагивающую от страсти фигурку Арлин, спускаясь нарочито медленными поцелуями от подбородка к груди, едва скрытой мягким халатом с символом академии.

Стало неудобно. Стараясь не слишком стискивать бедра Арлин, боясь причинить ей боль, но едва удерживаясь от того, чтобы целовать и ласкать ее так, как ему действительно хотелось, он резко поднял ее и посадил на пустой подоконник, на котором стоял лишь негромко поющий цветок.

Фея ахнула, а ее халат распахнулся, демонстрируя отсутствие нижнего белья.

– Проклятье, Арлин, – выдохнул и так едва соображающий Рейнар, сжимая челюсти, а затем резко дергая ткань в стороны. – Опять ты обнаженная…

Девушка вскрикнула, явно собираясь прикрыться.

– В прошлый раз я не была обнаженной, я была в мантии, озабоченное ваше ректорство! – фыркнула она и отрывисто выдохнула, когда он провел руками по ее талии, очертив манящие изгибы и остановившись на бедрах. – И сейчас я тоже не была обнаженной! Так что уберите ваши руки, сьер Ре…

И подавилась воздухом, почувствовав на своей груди его губы.

Рейнар ощущал себя пьянее и пьянее с каждой секундой. От ее вкуса, от гладкой горячей кожи под своими губами, от рваного дыхания Арлин, которое было всего в паре поцелуев от стона…

И вдруг остановился, слегка нахмурившись, когда губы коснулись странного пятнышка в области сердца феи.

– Что это? След от Черной Проверки еще не зажил? – спросил он, резко посерьезнев.

Может быть, Арлин умудрилась занести заражение? Может, в царапину попало ее дурацкое зелье, и теперь ранка не заживала? Ведь лезвие совершенно точно разрезало тогда ее кожу, недаром он сумел почувствовать вкус не только ложной крови, но и настоящей, угадав в девушке фею.

Он не успел рассмотреть то, что так привлекло его внимание, потому что Арлин внезапно широко распахнула глаза, словно чему-то ужасно удивившись. Опустила голову, а в следующий миг запахнула халат и оттолкнула его руки с такой силой, что можно было не сомневаться: если бы ей не нравились ласки, она давно прекратила бы их.

Ну, или попыталась бы…

– Какого тролля ты творишь?! – воскликнула фея, словно приходя в себя и спрыгивая с подоконника.

Пояс обхватил талию, путаясь в пальцах девушки, но все же плотно связывая халат.

– Что это, Арлин? – продолжил Рейнар, не обращая внимания на возмущение феи. – Если твое зелье получило еще один побочный эффект, нужно с этим разобраться.

– Какое вам дело, господин ректор? – ядовито бросила она, явно полностью придя в себя и теперь злясь на него за все, что он себе только что позволил.

За все, что позволила и она сама.

– Зелье, попав мне в желудок, обратило меня за несколько минут, – спокойно ответил он, выдержав ее раздражение. – Я не мог это контролировать. Что, если оно обратит и тебя в тот момент, когда ты не будешь ожидать?

Арлин резко обернулась к нему.

– Беспокоитесь обо мне?

В зеленых глазах светился гнев. И вызов. Так много всего, на что Рейнар мог бы ответить, но не стал. Он… действительно беспокоился. Это было так странно. Он едва нашел ее… фею, которая не потеряла разум. Более того – фею, которая вдруг стала сводить его с ума! На которую он реагировал так, словно она была его личным афродизиаком.

Женщины никогда не вызывали у него столько эмоций. Никогда не пробуждали в нем истинную природу. Рядом с обычными людьми он и сам был человеком. И только с Арлин вдруг почувствовал себя настоящим.

Какое это, оказывается, удовольствие, когда не нужно скрывать, кем являешься на самом деле!!! Прежде Рейнар этого не понимал, мог лишь догадываться. А потому лишь мысль о том, чтобы потерять фею, повергала его почти в ужас.

– Арлин, – с нажимом проговорил он, и в голосе прорвались рычащие нотки.

– Не надо на меня рычать, злой и страшный дракайн, – махнула она рукой. – Все со мной в порядке. Было. Пока вы не ворвались в мою комнату и не позволили себе то, что позволять не должны. Не вздумайте больше так делать!

– Покажи, – вместо ответа сказал он и двинулся на нее, словно вообще не реагировал на ее слова.

Он и правда не реагировал.

– Отойдите прочь! – взвизгнула девушка. – Это уже ни в какие ворота!

И так ловко перепрыгнула кресло, что, кажется, сама удивилась. Казалось, что она и вовсе взлетела в воздух.

– Арлин, я не причиню тебе зла, – вздохнул Рейнар, пытаясь прийти в себя. Стараясь и в самом деле загнать собственные инстинкты поглубже. – Я просто… беспокоюсь.

– Тогда держитесь от меня подальше, – фыркнула фея, сильнее сжимая полы халата, будто, если тот раскроется и Рейнар снова увидит ее голой, она не иначе как умрет на месте.

Он стиснул зубы и через силу кивнул. Несколько мгновений стоял неподвижно, а затем сунул руку в кожаный кармашек на ремне, достав оттуда маленькую серебристо-красную брошь.

– Отныне и до тех пор, пока вы здесь работаете, это принадлежит вам, Арлин Вейер, – проговорил спокойно.

Фея с легкой опаской сдвинула брови, будто не веря, а затем подлетела и замерла в последний момент, когда между ними оставалось всего два шага.

Рейнар скривился, почувствовав, что она его боится. Это было неприятно. Как будто он мог причинить ей вред! Поэтому спокойно положил брошь на стол, затем слегка поклонился фее и направился к выходу, чеканя шаг, будто старый паладин.

Тело вдруг стало словно деревянным.

Однако в этот миг за его спиной раздался радостный вскрик. Фея была счастлива.

Рейнар глубоко вздохнул и мгновенно успокоился, едва удержавшись от улыбки. Ничего страшного. Пусть думает, что победила. Не сегодня, так в другой раз он доберется до нее, когда она поймет, что нет смысла бояться. Когда поймет, что все равно полностью в его власти.

А пока не нужен ему никакой троллий повод для встречи. Пусть забирает свою розу. Он будет приходить к ней тогда, когда сам решит. И будет делать то, что пожелает…

Уже на пороге он замер и, обернувшись через плечо, проговорил:

– До скорой встречи, сьера Вейер.

И исчез в темном коридоре.

А встреча и впрямь не заставила себя долго ждать.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22 
Рейтинг@Mail.ru