Тайна ректора Вечерней Академии

Сильвия Лайм
Тайна ректора Вечерней Академии

Глава 3

В новую комнату Арлин перебралась довольно быстро. Она вообще часто переезжала с места на место, а потому привыкла обходиться небольшим количеством вещей. Ей хватало ровно столько, сколько помещалось в два чемодана. Их можно было поставить рядом с собой в карете или в крайнем случае нести в руках.

Поэтому уже к вечеру она чувствовала себя в новом жилище совершенно расслабленно, воспринимая его как полноценный новый дом.

На следующий день должна была случиться первая лекция в ее жизни. Естественно, Арлин волновалась, но на самом деле гораздо больше ее беспокоил тот факт, что приснопамятную брошь, ради которой она устроилась сюда работать, ей так и не выдали.

Конечно, в должности преподавателя учебного заведения для благородных господ и дам были и другие плюсы кроме украшения, дарующего неприкосновенность. Например, статус Арлин повышался, несмотря на ее простое происхождение, а она сама почти приравнивалась к благородным.

Кроме того – зарплата. Она была значительно, гораздо выше, чем бедная фея могла даже надеяться.

И все же главной целью оставалась брошь. Госпожа Сельер, выдавая ей ключи от комнаты, сказала, что полномочия жаловать Розу Крови есть лишь у ректора.

Поэтому Арлин оставалось только ждать и гадать, почему Рейнар Рес до сих пор не отдал ей этот символ. Ведь именно ректор, как никто другой, знал, насколько роза была необходима фее.

Арлин догадывалась, что Рейнар придерживает брошь у себя не просто так… И от этой мысли все внутри странным образом переворачивалось.

На первое занятие фея оделась почти так же, как и вчера. То же длинное скромное платье, подчеркивающее разве что ее узкую талию, и единственные выходные туфли. Шляпку пришлось оставить в комнате, для лекции она явно не подходила.

Скептически взглянув в зеркало, девушка попыталась было сотворить что-то со своими короткими розовыми волосами, непослушным облаком торчащими вокруг головы, но ни убрать их в хвост, ни благообразно зачесать не представлялось возможным. Пришлось оставить как есть, разве что заколоть спереди заколкой, чтобы создать хоть малейшую видимость приличия.

Снова взглянув в зеркало, Арлин почувствовала себя ужасно глупо. Сегодня ей предстоит учить не детей. И даже не подростков. Вечерняя Магическая Академия имени Сайлуса Сайфеди предназначалась для взрослых, состоявшихся господ и дам, которые, уже имея основное образование, несколько особняков и королевскую ренту, вдруг решили, что неплохо бы развить внезапно проснувшийся у них магический дар. И вот перед этими благородными, возможно находящимися на службе самого короля, ей придется сегодня выступить со своей лекцией. Конечно, она будет выглядеть глупо! Даже если наденет самое дорогое платье, купленное в ателье, и станет все занятие ходить, как цапля, с прямой спиной и задранным подбородком. Так ведь ведут себя носители голубой крови?..

Арлин понятия не имела.

А потому, когда подошел положенный час, встряхнувшись и глубоко вздохнув, девушка прошла в кабинет номер «Три “Е”», где, согласно расписанию, должно было проходить ее занятие.

До начала лекции оставалось еще минут десять, и Арлин могла подготовиться. Сердце гулко стучало в груди, руки слегка подрагивали.

Никто из студентов еще не появился, но, расположившись за высокой кафедрой, Арлин испытала странное ощущение. По спине прокатились мурашки, а кожу слегка обожгло, словно… на нее кто-то смотрел.

Девушка тут же обернулась, озираясь по сторонам, однако, как она ни искала причину своего беспокойства, следовало признать, что, похоже, это банальный страх перед первым в ее жизни занятием.

А затем прозвенел высокий переливчатый звонок, и в аудиторию начали заходить ее студенты.

Арлин беспокойно дернулась, словно хотела то ли придержать перед ними дверь, то ли пригласить размещаться за столами, как дома. Словом, от нервов едва не начала вести себя глупо и совершенно неподобающе.

В последний момент она убрала руки за спину и надела на лицо такое хмурое и сосредоточенное выражение, что будущие студенты, окинув ее любопытными взглядами, стали почтительно здороваться, склоняя головы. Среди ее подопечных оказалось чуть больше десятка человек. Среди них всего одна девушка, и та – лет двадцати семи на вид.

Арлин вдруг почувствовала себя еще глупее, чем прежде. Все студенты оказались старше ее! Мужчины – в дорогих камзолах, жилетках и пиджаках, расшитых золотыми и серебряными нитями, а девушка – в богатом платье с длинной шелковой юбкой, под которой явно была парочка тонких подъюбников. Одежда, каждый клочок которой стоил целое состояние…

Фея оглядела свой скромный наряд из мягкой голубой ткани и неловко пригладила торчащие в разные стороны волосы. От этого движения заколка едва не выпала из прически, и Арлин в последний момент успела приколоть ее на место.

– Меня зовут Арлин Вейер! – громко проговорила она, подняв голову и решив, что чем больше будет мяться и стесняться, тем дольше протянутся минуты ее страданий.

В аудитории на некоторое мгновение стало тихо. А затем какой-то мужчина с короткими рыжими волосами ей подмигнул, а девушка вообще фыркнула и отвернулась. На лице незнакомки отразилось пренебрежительное презрение.

Что ж… Этого и следовало ожидать.

Арлин сжала губы, усиленно вглядываясь в список студентов, который ей выдали вместе с ключами от комнаты и аудитории. Собственно, больше ничем полезным ее не снабдили, включая учебные материалы. Словно все лекции и вообще программа обучения оставались целиком и полностью на ее совести.

Это казалось странным, но на данный момент полностью устраивало девушку. Она могла вести урок так, как считала нужным.

– Я не буду каждый раз проверять ваше присутствие на моих занятиях, – продолжала она, почти не отрываясь от списка и лишь изредка поднимая глаза на студентов, которых язык не очень-то поворачивался так назвать. – Потому что ваши знания – это ваше желание. Я лишь надеюсь, что нам с вами будет достаточно интересно для того, чтобы вы хотели посещать мой предмет.

– О, значит, это не обязательно? – переспросил еще один мужчина, на вид не старше тридцати лет. – Ну надо же!

Арлин подняла на него неуверенный взгляд, изучая молодого человека, который нарочито возмущенно качал светлой головой. В его глазах при этом стоял смех. На нем прекрасно сидел модный лазурный костюм, отделанный блестящими нитями. Серый жилет был украшен цепями и несколькими драгоценными брошами, одной из которых, конечно же, оказалась алая роза, положенная всем студентам наравне с преподавателями.

Фея выпрямилась, стараясь выглядеть серьезнее. Если бы на месте этих людей сидели подростки, с ними можно было бы договориться. Их можно было бы припугнуть дурными оценками, как в школе. Но со взрослыми состоявшимися людьми, которые к тому же по социальному положению многократно выше нее, найти общий язык может просто не получиться. Благородные господа и дамы, конечно же, обладали безупречными манерами, знанием этикета и норм поведения. Но именно они могли ударить гораздо больнее любого неотесанного подростка.

А долго ли она продержится на месте преподавателя, если не сможет найти общий язык со своими студентами? Если в конце учебного года окажется, что они вообще ее не слушали и ничего не знают?

Арлин резко выдохнула.

«До конца года предстоит еще как-то дотянуть, и не факт, что мне это удастся», – мысленно усмехнулась она, а затем, взяв себя в руки, обратилась к светловолосому:

– Как ваше имя, сьер?

– Картен Бланте-аш, многоуважаемая сьера Вейер, – ответил он, с улыбкой склонив голову.

Стало ясно, что эта его «многоуважаемая сьера» – лишь завуалированная поддевка, призванная обратить всеобщее внимание на то, что в ее-то фамилии нет благородного окончания. А значит, она не может быть уважаемой.

Несколько таких же, как и Картен, молодых франтов, вероятно – богатых детишек известных родов, едва заметно усмехнулись. Кто-то – опустив голову, чтобы это не бросалось в глаза. А кто-то в открытую, склонив голову набок и продолжая глядеть на преподавательницу.

Единственная студентка в этой аудитории, например, примкнула к последним. К тем, кто не скрывался. Ее явно забавляло, а может, и вовсе оскорбляло, что учить их взялась какая-то нищенка.

Арлин не должно было это обижать. Ведь фактически она и вовсе не принадлежала к человеческому роду, а потому и делить ей с ними было нечего. Она не благородная и не простушка. Она – фея.

Вот только почему-то это все равно было очень обидно.

А еще вдруг вспомнилось, что Рейнар Рес тоже не имел особого окончания фамилии. Что, в принципе, было логично, ведь и он не мог принадлежать ни к одному благородному роду.

Однако в этом заключалась и главная загадка: простой человек никогда не сумел бы претендовать на должность ректора одной из крупнейших королевских академий. Чистота подобных назначений тщательно отслеживалась благодаря строгой кастовой системе Южного Артрона, королевства, в котором они жили. Простые люди могли претендовать лишь на место обычного преподавателя, и выше подняться не представлялось возможным. Так каким же образом этого сумел добиться Рейнар?..

– Сьер Бланте-аш, – с натянутой улыбкой проговорила Арлин, надеясь все же по-доброму найти общий язык со всеми своими студентами, – уверена, что, если вы уделите мне немного вашего внимания, я сумею увлечь вас…

– О, – вдруг вставил тот рыжий тип, что с самого начала чересчур довольно улыбался. – Меня вы уже увлекли, сьера, – проговорил он низким, многозначительным голосом, от которого Картен кашлянул в кулак, чтобы не смеяться, и покачал головой. – Пожалуйста, продолжайте.

Арлин стремительно покраснела.

Несколько остальных мужчин выглядели скучающими и уже посматривали куда угодно, только не на нее. А один мрачный тип в простой, невычурной одежде, которая, впрочем, наверняка была дороже, чем весь скарб феи, сцепил руки в замок и хмуро глядел на нее исподлобья.

 

Единственная, кроме Арлин, девушка в аудитории закатила глаза к потолку.

Да… Все шло совсем не так, как хотелось бы.

Фея на миг закрыла глаза, чувствуя, как пульсирует сердце где-то в горле. А затем начала говорить, лишь через секунду позволив себе вновь взглянуть на студентов:

– Как вы знаете, наш предмет называется «История и классификация монстров Разрыва». А вот в курсе ли вы, откуда в нашем мире появились все те самые существа, которых принято называть монстрами?

Картен откинулся на стуле назад и заложил руки за голову, тут же ответив:

– Ну, это же всем известно, верно? – он старательно делал скучающий вид. – Сорок лет назад пространство нашего мира разорвалось, и через появившиеся прорехи посыпались к нам, как тараканы, твари всех возможных видов.

Эта информация действительно была доступна всем и каждому. Разве что малые дети могли этого не знать.

– Все верно, – спокойно кивнула Арлин, ничуть не смутившись. – Но ОТКУДА они пришли? И зачем?

Как только прозвучал этот вопрос, благородные господа и одна дама заозирались по сторонам, пытаясь найти ответ друг у друга.

Арлин улыбнулась. Ей все же удалось привлечь их внимание. И немудрено. Знаниями, которыми обладала она, не владел ни один человек в мире.

– Из другого мира? – предположила девушка, презрительно изогнув тонкую, тщательно выщипанную бровь.

– Этот ответ слишком очевиден, – снова улыбнулась Арлин, обратив внимание на то, как скисла студентка. – Вас зовут… – фея сверилась со списком, отыскав единственное женское имя, – Фатель Ранна-еш.

Девушка склонила голову, как того требовали приличия, но без особого энтузиазма.

– Очень приятно, сьера Ранна-еш, – продолжила фея, снова посмотрев на девушку и отмечая, что та очень красива. Светло-серые волосы казались серебристыми, если на них падал свет из окна, а тонкие черты лица не могли не располагать к себе. Жаль только, что выражение, застывшее на ее лице, неизменно оставалось презрительным. – Так вот, есть много теорий, которые могли бы объяснить причину появления в нашем мире волшебных существ, равно как и то, откуда они вообще взялись. Например, одна из них гласит, что существа зародились здесь, а через Разрыв хлынула лишь магия, – увлеченно начала рассказывать Арлин, уже гораздо более уверенно глядя в заинтересованные лица напротив. – И получается, что раз монстры умеют выглядеть в точности как люди…

Она чуть прищурившись оглядела всех присутствующих и затем сказала то, что гарантированно должно было напугать их до беспамятства:

– То человек, в котором проснулась магия, – это первый этап перевоплощения в чудовищ, которых мы зовем монстрами Разрыва.

Фатель ахнула, закрыв лицо ладонями, рыжий подскочил так, что едва не перевернул стол, а остальные зашумели, явно напугавшись. Только тот верзила без блесток, цепочек и золотых украшений остался сидеть на стуле, слегка нахмурившись.

– Как так?! – воскликнул кто-то.

– Не может этого быть!

Арлин усмехнулась.

Ну, хоть какая-то месть…

Конечно, она-то знала, что это неправда. Ни одному человеку не стать монстром. Невозможно просто так обратиться сиреной или феей, не стать дракайном или русалкой тому, кто ими не рождался.

Но те, кто сидел сейчас перед ней, этого знать не могли.

– Но есть и другая теория, – продолжила она, скрывая ухмылку и перекрикивая шум, который мгновенно улегся. – О том, что люди не могут стать монстрами. Но магия, которая проникла в наш мир вместе с существами, обладает отдаленно схожей с нами природой. Именно поэтому в некоторых людях она отзывается, даря способности творить волшебство, а в некоторых нет.

– Этот вариант, признаться, мне нравится больше, – хмыкнул кто-то, и Арлин окончательно поняла, что ей все же удалось завладеть вниманием студентов. Они были готовы слушать ее до конца.

Оставшаяся часть лекции прошла прекрасно. Арлин рассказывала о разнообразных существующих теориях появления существ, о том, насколько эти теории похожи на правду, и мягко склоняла студентов к тому, чтобы они сами соглашались с единственно верным вариантом: монстры пришли через Разрыв из мира, под завязку наполненного субстанцией, которую решено было назвать магией. Разрыв случился не просто так, а под воздействием какого-то катаклизма, произошедшего на иной стороне. И уже здесь, очутившись в мире, лишенном привычного количества магии, существа стали сходить с ума, страдая от нехватки родной стихии.

– Это как воздух, которым привыкли дышать тролли, сирены, русалки, василиски, – продолжала Арлин, не замечая, что ее голос начал слегка дрожать. – Феи, дракайны… – продолжала она, глядя в пол. – И от этой страшной нехватки воздуха разум волшебных существ помутился.

– Вы хотите сказать, что монстры убивают нас не потому, что они – кровожадные твари, а потому, что они несчастные создания? – звонко спросила Фатель, всплеснув руками. В глазах ее стояло возмущение и почти ярость.

Арлин не знала, что ответить. Похоже, она ляпнула лишнее. Официальная версия событий, которой придерживались люди, гласила, что всех тварей Разрыва нужно жестоко убивать. Потому что если их оставить в живых, они непременно убьют сами. Мол, людская кровь для этих чудовищ как наркотик.

Впрочем, себя-то Арлин чудовищем не считала, а потому и говорить об этом было не так просто.

К счастью, в этот момент на улице перед зданием академии зазвонил колокол, возвещавший о начале и окончании занятий. И Арлин, немного неуверенно улыбнувшись, была вынуждена закончить – лекцию.

Никто из студентов не высказал возражений, и постепенно все покинули аудиторию.

И вот когда девушка уже собрала вещи, чтобы вернуться в свои комнаты, она развернулась и неожиданно практически носом уперлась в широкую грудную клетку. В легкие вместе с воздухом проник знакомый обжигающий аромат огня и ветра. Слова мгновенно застыли в горле.

Арлин медленно подняла голову и встретилась со спокойными карими глазами, на дне которых горели подозрительно опасные искорки.

– Простите, сьер Рес, – проговорила она и отступила на шаг.

– Ничего страшного, Арлин, – вдруг назвал он ее по имени, которое из его уст зазвучало совсем иначе. Как-то мягко и чуть гортанно.

Девушке даже на миг показалось, что она слышит его впервые. Вот так вот – впервые…

По спине прокатилась волна мурашек.

– Я же могу вас так называть? – переспросил ректор, сцепив руки за спиной и продолжая смотреть на нее в упор.

От этого взгляда становилось сильно не по себе.

Нужно было срочно брать себя в руки, чтобы мужчина не заметил, как бешено стучит ее сердце рядом с ним.

К счастью, успокоиться у Арлин получилось почти мгновенно. Стоило лишь вспомнить, как проклятый ректор вчера утром целовал ручки двух дам с чересчур открытыми платьями.

Фея прищурилась и шагнула обратно к мужчине, снова оказавшись почти так же близко, как в момент их столкновения.

Бровь ректора приподнялась, пока он смотрел на нее сверху вниз, и Арлин показалось, что он едва заметно напрягся. Словно ее близость тоже не проходила для него даром.

Ободренная такой реакцией девушка приподняла подбородок, заглядывая в глубину карих глаз, которые как будто начали желтеть, и проговорила на выдохе:

– Значит, я тоже могу называть вас… Рейнар-р-р-р, господин ректор?..

Его радужки вспыхнули огненным янтарем.

И уже в следующий миг он схватил ее за плечи и резко прижал к себе, вглядываясь в лицо с затаенным, едва сдерживаемым голодом.

Арлин ощущала кожей, как от всего мужского тела вдруг начало фонить силой. Скрытым жаром, который Рейнар всегда носил в себе, пряча от чужих взглядов свою истинную природу.

Девушка глубоко вздохнула, втянув воздух сквозь приоткрытые губы и не отрывая взгляда от своего нового работодателя. Пусть знает, что она его не боится. Даже находясь полностью в его руках, когда его кисти с силой сжимают ее плечи, а их тела соприкасаются от груди до самых ног… Пусть знает, что она не боится, потому что не только он может уничтожить ее, но и она – его.

И пусть не догадывается о том, как горит у нее внутри от его дерзкой и неуместной близости…

– Я хорошо провела лекцию? – спросила она, едва шевеля губами всего в паре сантиметров от его лица.

Он сдвинул брови, словно пытался понять, о чем она вообще говорит. Мужской взгляд на миг скользнул вниз, к ее рту, а затем тут же вернулся обратно.

Словно перед ней был нашкодивший кот.

Или тигр.

Рейнар вопросительно приподнял бровь.

– Ну, вы же следили? – тут же ответила девушка с налетом самоуверенности.

Тонкая улыбка тронула губы Рейнара.

– Хорошо, – ответил он через мгновение. – Вы провели урок хорошо, сьера Вейер.

– Не Арлин?.. – зачем-то переспросила она, а в голосе проскользнули игривые нотки.

При этом в голове настойчиво всплыла картинка, как маленький и очень неразумный зверек с фейскими крылышками подкрадывается к спящему дракайну и тянет его за волосы.

Короткая улыбка снова скользнула по губам Рейнара, только на этот раз она была гораздо темнее прежней. Зато хватка сильных рук на плечах девушки вдруг ослабла, и Арлин даже показалось, что мужские пальцы слегка погладили ее перед тем, как одна рука скользнула вверх и замерла возле ее лица.

Фея застыла, кожей почувствовав жар от горячей ладони. А затем пальцы скользнули в ее волосы, будто лаская, и сняли заколку.

Девушка резко выдохнула, мысленно ругая себя всеми известными бранными словами потому, что от каждого прикосновения Рейнара ее била мелкая дрожь, а под кожей словно таял жидкий огонь.

Ей нравилось… Нравилось!

Арлин сжала губы, настойчиво намереваясь этого не показывать.

– Отдай… те, – проговорила она, нарочито нахмурившись и протянув руку.

– Эта заколка тебе не нужна, Ар-р-рлин-н-н, – проговорил Рейнар бархатным голосом, от которого фея тут же покрылась мурашками.

«Проклятье… – мелькнуло в голове. – Лучше бы звал по фамилии…»

С этими словами он вложил вещицу в ее ладонь, заставив сжать пальцы, и накрыл это все собственной рукой.

Его горячая кожа обжигала.

Арлин тут же постаралась вывернуться и отойти. Этого мужчины стало слишком много. Настолько, что его тонкий, едва ощутимый аромат уже помутил разум, а прикосновения оголили каждый нерв.

– Скажите, вы планируете выдать мне план занятий или я могу заниматься по собственным наработкам? – гордо спросила она, задрав голову, словно ничего особенного с ней не происходило.

– Меня устраивает второй вариант, – медленно проговорил ректор, и Арлин нарочно отвернулась. Она хотела хоть немного отгородиться от него, чтобы прийти в себя.

Но теперь она не видела его взгляда. И не понимала, о чем он думает.

– Можете считать, что проверку на профпригодность вы прошли, сьера Вейер, – снова перешел на официальный тон Рес.

– Значит, я могу получить Розу Крови? – обрадовалась она, резко повернувшись и встретившись с чуть насмешливым взглядом.

Он нарочно выдержал паузу, зная, как это важно для нее. Зная, что каждое мгновение его молчания сводит ее с ума.

И Арлин это понимала, все сильнее нервничала и мысленно обещала отомстить самоуверенному дракайну.

А затем Рейнар все же проговорил:

– Конечно.

Арлин едва успела расслабленно выдохнуть, как он добавил:

– Завтра после вечерней лекции я лично занесу вам подготовленную специально для вас брошь.

Девушка вздрогнула и тут же кивнула. Значит, завтра он снова придет… В этом, конечно же, не было ничего ужасного или необычного. Ну подумаешь, ректор зайдет к одной из преподавательниц…

Однако от мысли, что они снова увидятся, фею бросало в жар, и она ничего не могла с этим поделать.

– Спасибо, – кивнула она и даже заставила себя улыбнуться.

– Ну что ж, тогда до встречи, сьера Вейер. – Ректор поклонился так, словно между ними только что не искрил сам воздух.

– До встречи, – так же церемонно поклонилась Арлин, тоже делая вид, что все в порядке.

Когда ректор скрылся за дверью, девушку еще долго не отпускало нервное напряжение, раскаленной змеей сконцентрировавшееся где-то под желудком. И когда фея окончательно убедилась, что мужчина исчез из видимости, она позволила себе выйти из аудитории.

Путь до комнаты не занял много времени. Народу в коридоре было мало. Взрослые – это не дети. Они не толпились у стен, не болтали и не играли в озорные игры. Однако на одной из лестниц Арлин все же обнаружила задорно дерущихся на шпагах мужчин, которые хохотали в перерывах между выпадами, а неподалеку – кучку дам, которые обсуждали их, отдавая то одному, то другому свои предпочтения.

Среди них оказалась и Фатель Ранна-еш. Студентка не заметила ее и, когда Арлин проходила мимо, негромко, но очень презрительно рассказывала подругам:

 

– И вот эта девка теперь будет меня чему-то учить, вы представляете?

Другие девушки закивали и начали подбадривать Фатель.

Арлин постаралась быстрее пройти мимо, однако все же услышала в последний момент продолжение разговора:

– Похоже, любая нищенка может устроиться преподавательницей, если наденет на голое тело мешок и придет в таком виде к нашему ректору. Бабник! Ему лишь бы мордашка была симпатичной, а остальное неважно!

Арлин запнулась и едва не упала.

Подруги засмеялись, а одна даже ответила:

– А ты и ревнуешь, да, Фатель? Такого мужчину и сама бы не прочь заполучить?

– Ой, да больно надо, – фыркнула та.

Дальше Арлин не планировала слушать. Она умчалась прочь по коридору и успокоилась лишь в тот момент, когда за ней захлопнулась дверь ее собственной комнаты.

Вот, значит, как они думают… Будто ее взяли на должность, потому что она переспала с ректором.

А еще они как-то проведали о том, что она приходила на Черную Проверку в монастырской мантии, которая, конечно же, надевается на голое тело.

Теперь понятно, почему Фатель так презрительно фыркала на лекции!

Однако, по сути, в чем-то Фатель была права. Арлин и впрямь приняли в академию не просто так, а – чего уж скрывать – в некотором роде по блату. От злых слов студентки могло бы стать обидно. Но нет. Арлин всегда считала, что обижаться на правду может только в высшей степени глупое существо.

Впрочем, не мешало все же отдохнуть и расслабиться, выкинуть из головы события минувшего дня. Успокоиться, чтобы уже завтра вновь набраться сил для продолжения борьбы с ректором и собственными студентами.

Группа у нее была всего лишь одна. В Вечерней Академии, как и во всей Беларии, было совсем немного взрослых людей, обнаруживших у себя магические способности. А значит, общаться с большим количеством снобов не придется. Опасность лишь в том, что та самая группа, в которой она вела занятие, до конца года намертво к ней прикреплялась. Арлин должна была не просто читать лекции по своему основному предмету, но и учить студентов прочему магическому мироустройству, рассматривать монстров на практике и следить за дисциплиной. Лишь в следующем году ее группа поменяет преподавателя и основной предмет, после чего их станет учить кто-то другой.

Рейнар Рес шел на большой риск, когда брал ее без соответствующей проверки на профпригодность. Без уточнения рекомендаций, которых у нее не было, и демонстрации магических способностей. Другое дело, что именно Рейнар Рес, как никто другой, был в курсе: Арлин знает о магии гораздо больше, чем любой человек. И возможно, он хотел ей помочь?..

В любом случае, назначая ее, Рейнар мог ничего не бояться. Боялась как раз сама Арлин. Что не справится. Что подведет.

Что раскроет себя…

Но сейчас девушка решила обо всем этом не думать. Она собиралась набрать в маленькую медную ванну горячей воды, нагретой в каминном очаге, и немного отдохнуть.

Однако как только за окном опустилось солнце, а фея переоделась в вечерний халат, в дверь громко постучали. Не успела она подойти, чтобы открыть ее, замок самостоятельно провернулся, и в комнату с неотвратимостью ночи вошел Рейнар Рес.

– Что вы тут делаете? – воскликнула фея, ахнув скорее от наглости ректора, чем от испуга.

– Я передумал ждать до завтрашней лекции, – ответил он опасно мурлыкающим голосом. – Решил навестить тебя сегодня… Арлин…

Дверь за ним захлопнулась, и под мужскими пальцами ключ провернулся в замке.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22 
Рейтинг@Mail.ru