- Рейтинг Литрес:4.8
Полная версия:
Сергей Сериков Я гоблин-алхимик
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
Пока я наслаждался всей этой красотой, которая была мне непривычна, краем глаза я заметил, как на площадь величественно въехал наш фургон, сопровождаемый пятью наемниками во главе с Алексом.
Грилф, который управлял фургоном, остановился рядом со мной и подождал, пока я заберусь на козлы. Затем он направил наш транспорт к выезду из торговых рядов. Мы держали путь в район поместий, чтобы навестить лэра Адимуса. Вскоре мы оказались в районе «Зеленого сада». Быстро отыскав нужный дом, мы остановились у высоких кованых ворот.
Два воина, вооружённые короткими мечами и облачённые в лёгкие кольчужные доспехи, а также в плащи синего цвета с гербом герцога Эвенвуда, безмолвно распахнули перед нами ворота и направили нас в нужную сторону. Мы проехали примерно триста метров по широкой дороге, вымощенной красным гранитом, и остановились на просторной площади перед трёхэтажным особняком. Наёмники спешились и направились к специальным навесам, где обычно ожидала своих хозяев охрана. А мы с друзьями, в сопровождении управляющего поместьем, отправились в дом.
Двор дома был окружен высокой стеной из живой изгороди, густо увитой плющом. В центре двора била фонтан с мраморной статуей птицы феникса, символизирующей вечность и возрождение. Аромат цветущих роз и лаванды создавал атмосферу покоя и умиротворения.
Трёхэтажное здание, выполненное из серого камня с вкраплениями кварца, высокие арочные окна, украшенные витражами с изображением мифических существ, пропускают солнечные лучи, наполняя залы и уютные комнаты разноцветными бликами.
Нас провели по первому этажу здания, где располагались библиотека и лаборатория. Бесконечные стеллажи, тянувшиеся до самого верха, были заполнены древними свитками, магическими фолиантами и книгами по алхимии.
Второй этаж дома был предназначен для гостей и учеников мага. Здесь их ожидали уютные комнаты, столовая с длинным столом и просторная гостиная с камином, где можно было наслаждаться встречами и беседами. Из окон открывался великолепный вид на весь город, а за высокой внутренней городской стеной виднелись очертания королевского дворца.
Мы переступили порог гостиной, где за длинным столом из ценного горного дуба собрались лэр Адимус, прекрасная Лириэль и двое пожилых людей в роскошных одеяниях. Их лица, словно высеченные из мрамора, были надменными и непроницаемыми.
Лэр Адимус, заметив наше появление, встал, поздоровался и предложил нам занять места за столом. Мы с благодарностью приняли его приглашение, чувствуя себя немного неловко в этом просторном зале, оформленном в строгих тонах.
Когда мы заняли свои места за столом, слуги начали подавать еду, в зале воцарилась тишина. В этот момент лэр Адиус решил представить нас:
— Дядя, позвольте представить вам моих новых друзей, которые спасли мне жизнь. Мих алхимик, Бор маг и Грилф кузнец.
Герцог Эвенвуд слегка наклонил голову в знак приветствия и произнес приятным голосом:
— Благодарю вас за спасение моего племянника и его спутницы, прекрасной Лириэль. Если когда-нибудь вам понадобится помощь, не стесняйтесь обращаться к моему советнику, лэру Азарду. Он сделает всё возможное, чтобы вам помочь.
Уже сегодня тайная охрана приведена в готовность к поиску преступников. Отряд лучших ищеек сегодня же отправится в городок Луруар.
— Ваша светлость, — обратился я к герцогу, — у нас в фургоне находится эльфы-исполнители, которых мы с друзьями захватили при повторном покушении на лэра Адимуса и Лириэль.
Герцог удивленно поднял левую бровь и стал внимательно слушать меня, ожидая продолжения рассказа. Лэр Адимус же быстро поднялся из — за стола и обратился ко мне:
— Светлые боги, Мих, почему ты мне вчера не рассказал об этом?
— Мастер, вчера вы с Лириэль были очень слабы, а сейчас самое время для допроса. Эльфы обездвижены, фургон находится под магической охраной и защитой моих наемников. Кстати, вы обещали простить их, если будут найдены исполнители.
— Да, конечно, у меня нет к ним претензий, — подтвердил маг с нетерпением в голосе. — А теперь я хотел бы сам провести допрос.
Герцог переглянулся с лэром Азардом, жестом руки пригласил племянника сесть за стол и обратился ко мне:
— Мих, можно попросить тебя передать пленников лэру Азарду и его людям? — И, посмотрев на лэра Адимуса, добавил: — Так будет надежнее, и мы быстрее выйдем на заказчика, так, племянник?
— Да дядя ты как всегда прав — согласился Адимус.
В фургоне я вернул разум эльфам. Затем пригласил лэра Азарда и его людей, чтобы они могли увести наших пленников.
Когда я вернулся в зал, все, кроме Грилфа и Бора, посмотрели на меня с каким-то странным выражением лица. Лириэль не выдержала и спросила:
— Мих, это правда, что ты вчера выступал в «Золотом Драконе» на королевском этаже?
Я укоризненно взглянул на Грилфа, будучи уверен, что именно он похвастался, и не перед его светлостью, а перед прекрасной Лириэль. Однако орк лишь слегка покачал головой, отрицая свою вину, и, посмотрев на Бора, забавно подвигал бровями. Это было так забавно, что мы все рассмеялись, и напряжённая атмосфера, которая возникла в начале нашего знакомства, рассеялась.
Кратко рассказав о своем выступлении в «Золотом Драконе» без упоминания имен и титулов, тех разумных которые меня слушали, я спросил у герцога про адептов секты Темных спящих.
Герцог Эвенвуд сразу насторожился внимательно посмотрел на меня и спросил:
— Откуда вы знаете об этой секте и что вам известно рон?
В памяти гоблина Миха всплыли новые подробности: в деревнях, посёлках и племенах люди обращались друг к другу по имени и на «ты». К простым горожанам обращались «рон» или «рона».
К тем, кто окончил магическую академию, обращались с уважением, используя обращение «лэр» или «лэра», но только на «вы». В городах же существовала строгая иерархия: знать и благородных людей называли «ваша милость», графов и маркизов — «ваше сиятельство», герцогов и князей — «ваша светлость», принцев — «ваше высочество», а короля — «ваше величество».
— Ваша светлость несколько дней назад мы столкнулись с ними сначала таверне на имперском тракте, а затем в лесу. — ответил я на вопрос.
Герцог обвел нас всех подозрительным взглядом и снова спросил:
— Расскажите, чем закончилась ваша встреча?
Я рассказал герцогу, что встреча закончилась гибелью четырёх адептов, а их тела были заморожены и оставлены в лесу. Заметив скептическое выражение на лице герцога, я достал из сумки небольшой лист пергамента с картой, на которой было указано место, где мы оставили тела учеников. Я положил этот лист на стол перед герцогом.
Лэр Азард попросил разрешения взглянуть на карту. Взглянув на неё лишь на несколько секунд, он стремительно покинул гостиную. За дверью раздались его приглушённые команды, а через пару минут послышался звук удаляющейся повозки, сопровождаемой тройкой конной охраны.
Я заметил, что мои друзья чувствуют себя неловко в присутствии герцога, и решил обратиться к нему.
— Ваше светлость, позвольте моим друзьям покинуть этот гостеприимный дом. У них осталось много невыполненных дел, а у меня есть к вам разговор, касающийся безопасности, возможно, даже нашего королевства.
— Даже так? — с сомнением в голосе спросил герцог.
— Да, ваша светлость, информация очень важная, — серьезно ответил я, — вы сами решите, что с ней делать дальше.
Мы с друзьями покинули гостиную, они выехали из усадьбы в фургоне, сопровождаемые наемниками Алекса. Сам Алекс остался ожидать меня под навесом, я же вернулся в гостиную комнату, в которой находился только герцог и лэр Азард. Под их изумлёнными взглядами я достал лютню из чехла. Сначала я посмотрел на лэра Азарда, а затем обратился к герцогу:
— Ваша светлость, приношу свои извинения, но, когда я говорил, что информация предназначена только для вас, я не стремился повысить свою значимость. Прошу прощения, ваша светлость, но если вы считаете, что так будет лучше, то хотя бы уберите охрану из скрытых помещений. Им точно не следует этого слышать.
Герцог Эвенвуд слегка кивнул лэру Азарду, тот поднялся из-за стола, бросил на меня недобрый взгляд и покинул зал. За ним из скрытых комнат вышли трое охранников.
После того как мы остались наедине, я вкратце изложил суть предстоящего разговора, взял первый аккорд и дал сигнал магическому инструменту воспроизвести рассказ о последователях тёмного божества, который я показывал в фургоне Грилфу и Бору. Когда смолкли последние звуки, герцог Эвенвуд ещё некоторое время сидел неподвижно, пристально глядя на стену, на которой только что видел яркую и пугающую историю о боге Фасете и его последователях. Наконец герцог пришел в себя и тихо спросил:
— Кто ещё видел эти мыслеобразы? — спросил герцог.
— Только вы, ваша светлость, я и мои два друга, — честно ответил я.
— Ну что же — произнёс герцог, — мне потребуется некоторое время, чтобы проверить кое-какую информацию, и только после этого я смогу просить о встрече с его величеством. На это уйдёт два или три дня. Мой племянник даст знать, когда можно будет отправиться во дворец короля.
Мы попрощались, и я покинул зал. Там меня встретили лэр Адимус и Лириэль, которые проводили меня во двор и усадили в карету. Алекс отправился со мной в путь, и мы покинули поместье. Через час карета остановилась у ворот "Золотого Дракона". Я отпустил Алекса до ужина и, пройдя мимо охраны дома Андовилля, оказался на территории таверны.
Войдя в зал на первом этаже, я увидел Патера. Он поспешил ко мне с улыбкой, его глаза светились дружелюбием.
— Уважаемый, ваши друзья уже в номере, а вас просил зайти мастер Фролл, — сказал он мягким, почти бархатным голосом.
Я кивнул и последовал за ним на второй этаж. В кабинете уже сидели мастер Фролл и его помощник Прокл. Хозяин таверны поприветствовал меня с искренней улыбкой, в его глазах читалась радость. Он предложил мне присесть и присоединиться к ним за столом. Я не стал отказываться, ведь был голоден, как волк, и предвкушал вкусный обед. Мы некоторое время молча наслаждались вкусной едой, потом неспеша завязался разговор. Мне были предложены такие условия что я не устоял, и мы заключили магический договор, пока на один год, по которому у меня был свободный график выступлений, в любое время и в любом зале, не реже одного раза в седмицу, при условии, что я нахожусь в столице.
Затем мы заключили торговый договор, согласно которому я должен был стать главным проводником караванов, направляющихся на юг, а именно — в южное королевство Бангар. За свои услуги я потребовал, по их мнению, очень высокую плату — один процент от выручки! Мы долго торговались, но в итоге я одержал победу. Мои аргументы оказались настолько убедительными, что противники не смогли устоять и согласились на мои условия. Арифметика была несложной.
Всё было предельно просто: у иноземцев в южном государстве было лишь два пути для сбыта своей продукции. Первый — через скупщиков на границе, которые брали за свои услуги пять процентов комиссионных. А второй — самостоятельно продать весь товар в любой точке королевства, после того как я проведу караван через границу, и заплатить за это один процент.
Когда мы заканчивали обедать, мастер Фролл спросил меня, не мог бы я выступить на втором ярусе таверны сегодня, перед тем как отправиться перед королевской семьей. Он объяснил свой интерес к этому событию тем, что сегодня на втором ярусе будут присутствовать несколько высокопоставленных лиц со своими семьями. Они просили организовать что-то особенное. Самое интересное, что их выбор посетить «Золотой Дракон» совпал с тем, что сегодня перед ними, как и вчера перед королевской семьей, должен выступать лесной эльф Градиил Великолепный. Во-вторых, как сказал мастер, ему не терпится увидеть новые истории в моём исполнении, а Проклу просто необходимо оценить уровень настоящего мастера. Я согласился выступить сегодня на втором ярусе, однако предупредил, что мне нужно два часа на подготовку и еще то, что моё выступление продлится два часа и я представлю историю, которую вчера смотрела королевская семья. Попросив прислать за мной служанку за пятнадцать минут до начала, я покинул кабинет мастера Фролла и направился в фургон.
Глава 19
В фургоне меня встретил Бор. Он аккуратно складывал небольшие кожаные мешочки с отобранными для продажи амулетами в дорожную сумку мага. Грилф сидел в гостиной-кухне и пил пиво, а вокруг него в беспорядке лежали его начищенные и приведенные в порядок тяжелые доспехи. Я сообщил им, что сейчас буду готовить зелье, а затем у меня запланированы выступления на втором и королевском уровнях. Бор и Грилф сказали, что отправятся на торговую площадь, чтобы избавиться от ненужных амулетов, а после этого прогуляются и осмотрят окрестности в поисках дома с кузницей.
Мои друзья вскоре ушли, попрощавшись со мной до вечера. Перед их уходом я тщательно подготовил все ингредиенты, необходимые для создания зелья «Малое восстановление ауры», и разложил их на столе алхимика. Затем я выпил фиал с Временным усилением навыка алхимии и, ощутив его действие, приступил к работе.
Процесс был сложным, но я справился и всего за час сварил зелье. Моя печатка-классификатор определила его как «Зелье, большое восстановление ауры — уникальное».
Очевидно, что такого эффекта я добился лишь благодаря тому, что принял фиал с усилителем навыка алхимии. Готовое зелье поместилось в двух малых фиалах. Я убрал их в свою сумку и прошёл на кухню, где с удовольствием выпил холодного морса.
В этот момент в дверь фургона кто-то робко постучал. Я взял лютню, вышел из фургона и увидел Дженси — орчанку, которая с милой улыбкой сообщила мне, что через двадцать минут у меня выступление. Мы не спеша направились к служебному входу таверны. По пути Дженси рассказала мне, что сегодня утром нами интересовались наемники графа Хенри Беннета. На мой вопрос, кто это такой, Дженси ответила, что молодой человек, который подходил к нашему столу и затеял скандал, и есть тот самый граф, вернее, его единственный сын. Я попросил орчанку рассказать мне больше о Генри. Оказалось, что Генри — сын графа Ларса Беннета и его единственный наследник. Он полная противоположность своему отцу: внешне — холодный и сдержанный, а внутри — подозрительный, озлобленный и отчужденный.
Граф Ларс — человек властный и строгий, но справедливый. Он славится своим умом, проницательностью и умением держать слово. Его земли обширны и богаты, а замок величественен и неприступен.
Граф Ларс заботился о своих людях, строил дороги и мосты, развивал торговлю и ремёсла. Однако после смерти жены, графини Амелии, он стал замкнутым и суровым. Графиня была доброй и мягкой женщиной, и её кончина стала для графа тяжёлым ударом.
Граф, благодаря своим связям и богатству, с самого детства обеспечивал Генри лучшими учителями и магами. Это позволило его сыну без труда и досрочно, седмицу назад поступить в Магическую Коллегию на факультет боевой магии, самый престижный в нашей империи.
Я был удивлён и спросил Дженси, откуда у неё такая информация. Она ответила, что составила её из обрывков фраз, услышанных за столом Генри и его друзей, а также среди посетителей в зале таверны.
Поднявшись на второй этаж, я обнаружил Прокла, который с нетерпением ожидал моего прихода у примерочной комнаты.
— Мих, осталось мало времени до выступления, ты, должен успеть переодеться, это важно! — сообщил мне Прокл и продолжил — Зал на втором ярусе полностью выкуплен на весь вечер, кроме многочисленной семьи его светлости герцога Брана Бекмана дальних родственников там будем присутствовать мы с мастером Фроллом, удиви всех нас.
Через десять минут я вошёл в просторный зал на втором ярусе следом за Проклом. Мой взгляд остановился на сцене. Она была не просто большой, она была монументальной. Её размеры предполагали выступления, выходящие далеко за рамки простой игры на лютне. Это было место не только для менестрелей; это было пространство, созданное для зрелищ. Я мог представить себе гибких танцовщиц, кружащихся по сцене, акробатов, парящих в воздухе, возможно, даже полноценные театральные постановки с тщательно продуманными декорациями и костюмами.
Высокие окна, украшенные витражами, заливали зал мягким светом, отражающимся от позолоченных карнизов и люстр с хрустальными подвесками. В воздухе витал приятный аромат специй и готовящихся блюд, доносящийся из кухни, которая находилась в глубине здания. В зале уже находились многочисленные близкие герцога, облачённые в великолепные одежды. Среди них были маги в сверкающих мантиях и дамы в пышных нарядах, дети, юноши и мужчины, все одеты по последнему слову моды. Все они оживлённо беседовали, с нетерпением ожидая начала представления.
Прокл подвёл меня к сцене, где справа меня ожидал высокий и удобный стул, созданный специально для музыканта, играющего на лютне.
Я достал лютню и удобно разместился на мягком сиденье стула, в это время Прокл склонился в поклоне перед герцогом и спросил разрешение начинать представление и получив утвердительный ответ вышел на середину зала перед сценой и представил меня:
— Позвольте представить вам выдающегося мастера игры на лютне, талантливого музыканта Миха — неповторимого.
В зале никто не обратил внимания на нас с Проклом. Все вокруг ели, пили, разговаривали, дети весело смеялись, а подавальщицы всё подносили и подносили новые блюда. Я дождался, пока Прокл займёт место за столом рядом с мастером Фроллом, и начал своё выступление.
Зазвучали аккорды, и зал замер, затаив дыхание. На стене позади меня появился яркий и красочный восточный город Багдад, а в его центре — главный герой, Алладин.
Это выступление прошло великолепно, я совсем не устал. Мой магический инструмент воспроизводил мыслеобраз, записанный прошлым вечером. Мне оставалось лишь слегка подыгрывать мелодиям, доводя музыкальное сопровождение до небывалой чистоты и гармонии. В процессе игры на лютне я решил попробовать что-то новое. Я настроил звучание окружающего пространства и несколько раз создал иллюзии птиц и домашних животных. Они появлялись по сюжету из мыслеобраза за моей спиной, пробегали и пролетали через весь зал, а затем исчезали за спинами зрителей.
Сначала это вызвало некоторое волнение, но, когда дети начали аплодировать от восторга, все успокоились. Все забыли о разговорах и с интересом наблюдали за представлением.
Последний аккорд прозвучал в унисон с салютом над сказочным городом Багдадом. Разноцветные огни заполнили зал и, мерцая несколько мгновений, медленно исчезли.
Зал наполнился бурными аплодисментами и возгласами восхищения. Я вышел на середину сцены, поклонился благодарным зрителям и, не спеша, покинул помещение.
Прокл встретил меня у кабинета мастера Фролла и сказал:
— Не думал, что меня можно чем-то удивить, и, честно говоря, я скептически относился к похвалам Фролла в твой адрес. Но ты, Мих, меня поразил, и не только меня. В зале присутствовал главный мажордом нашего короля, который также является племянником герцога. Теперь жди приглашения во дворец его величества.
Мы вошли в кабинет мастера Фролла, где тот возбужденно шагал по комнате, увидев нас он быстро подошел ко мне и сказал:
— Твое мастерство поистине уникально, поверь мне, я видел подобное лишь однажды в своей жизни, и это было в вашем посёлке Речном. И с тех пор вижу мастерство твое значительно возросло. А теперь отдыхаем, прошу за стол.
До выступления на королевском этаже оставалось около трех часов, мы провели это время в приятной беседе пробуя изумительные блюда поваров таверны «Золотой дракон».
Воспользовавшись возможностью, я аккуратно начал разговор об удивительных и загадочных местах, упомянув Черную топь, которая находится неподалёку от нашего поселения. В ответ услышал историю о том, что в империи есть несколько таких мест, всего три.
Первое место — это та самая Черная топь, о которой я говорил. Второе находится на юге империи, на землях короля Аларикса, а третье — на севере, в королевстве Васторн. Несколько сотен лет назад в тех местах побывали экспедиции из магической академии и разведчики гномов, но, кроме древних развалин, они ничего не обнаружили: ни врат для перемещений, ни меж мировых порталов.
За последние сто лет было организовано несколько экспедиций, но все они не увенчались успехом. Сейчас никто не хочет тратить время и ресурсы на бесполезные изыскания, интерес к этим местам угас.
Когда я спросил, как появились эти места и кто их обнаружил, мне ответили, что это лишь догадки, основанные на древних легендах и сказаниях. Главная идея заключалась в том, что некогда между миром светлых богов и миром тёмных существовали нейтральные отношения. Для поддержания этих отношений была создана целая сеть порталов, в одном из серединных миров, предназначенных для обмена ресурсами и знаниями. Однако эти порталы не были похожи на привычные врата-арки, которые можно было увидеть в столицах королевств нашей империи. Вместо этого они представляли собой сеть длинных подземных коридоров, стены которых были пронизаны магическими дверями. Каждая такая дверь служила входом в один из миров. В самом начале войны богов некоторые порталы были уничтожены тёмными богами, а другие — перенесены светлыми и разбросаны по мирам Торра. В наш мир попали три таких огромных обломка, которые до сих пор выглядят чужеродными, даже время не смогло стереть это ощущение. Гномы отправляли своих разведчиков на поиски, но те не смогли найти древние порталы. Эти обломки настолько тверды и пропитаны древней магией, что не поддаются никакой обработке — ни механической, ни магической.
Я замечательно провел время в компании мастера Фролла и Прокла. За увлекательными беседами и вкусной едой время пролетело незаметно.
Когда настало время моего вечернего выступления, зрители уже ждали меня. Не желая заставлять их ждать, я попросил разрешения у короля начать представление и занял свое место на краю сцены.
Магический инструмент по моей команде подстроил настройки окружающего звука под зал третьего яруса. Как только я разрешил ему использовать мой трюк с иллюзиями животных и птиц, которые бегали и порхали по всему залу, представление началось.
Два часа пролетели как несколько минут, довольная королевская семья поднялась из — за стола и направилась к выходу из зала. В это время я обратился к королю Алариксу:
— Ваше величество! Позвольте мне преподнести скромный подарок принцу Эйериону. Фиал с зельем восстановления ауры.
Король остановился, медленно развернулся в мою сторону и махнул рукой охраннику. Здоровый воин в прекрасной легкой броне и с изогнутой саблей на левом боку легкой походкой подошел ко мне и взял малый фиал с «Зельем восстановления ауры».
— Кто тебе рассказал о болезни принца? — строго спросил меня Аларикс. — Об этом знал лишь узкий круг моих верных подданных.
Я взглянул в глаза королю и произнес тихо:
— Ваше величество, я алхимик и лекарь по своей основной специальности, а игра на лютне — лишь мое увлечение. Кроме того, я владею начальными навыками ментальной магии и могу свободно читать ауры окружающих меня людей. Вчера во время представления я заметил не совсем здоровую ауру принца и вспомнил, что у меня есть зелье, способное помочь ему.
— Если ты хотя бы на десятую часть будешь таким же талантливым алхимиком, каким сейчас являешься менестрелем, то двери моего королевства и дворца будут всегда открыты для тебя, — с легкой усмешкой произнес король и направился к выходу из зала.
Я покинул таверну и оказался во внутреннем дворе, ощущая, как ночной воздух касается моего лица. Мягкий белый свет волшебных фонарей, парящих в воздухе, озарял всё вокруг. Вдали, за изящной аркой, виднелся сад, где деревья с серебристой листвой, казалось, светились изнутри, а цветочные клумбы излучали нежный аромат, который смешивался с запахом свежей выпечки из таверны. В центре двора, на каменной площадке, стоял фонтан, из которого струилась прозрачная вода, создавая мелодичный журчащий звук. Вдоль длинной аллеи, ведущей к гостинице «Золотой дракон» и хозяйственным постройкам, располагались деревянные скамейки. Я выбрал одну из них, положил на колени лютню, удобно откинулся на спинку и закрыл глаза, наслаждаясь тишиной теплого летнего вечера.
Я осознал, что за последние десять дней моя жизнь стремительно изменилась: появилось множество новых дел и знакомых, и всё это происходило с такой скоростью, что я едва успевал за всем уследить.
Мне не хватало времени на то, чтобы в полной мере исследовать магические механизмы и древние книги, не говоря уже о том, чтобы развивать свои новые способности в области алхимии. Помимо моих близких товарищей Бора и Грилфа, у меня появилось ещё три артефакта, которые практически стали моими магическими друзьями. И вот, сидя на скамейке, я понял, что даже такое непродолжительное общение позволило мне лучше узнать каждого из них.
Первый — это Лютня — не просто музыкальный инструмент, способный улавливать и воплощать в звуке самые тонкие оттенки мыслей и чувств музыканта. Она предвосхищает его желания, создавая музыкальные композиции и мыслеобразы в великолепном объемном виде. Наши земные кинотеатры со стереоочками кажутся примитивными по сравнению с ее возможностями. Даже при минимальном участии менестреля, инструмент творит невероятное, наполняя пространство звуками и образами, которые поражают воображение.
