– Вы – врач? – Интересуется она.
– Не важно.
– Для «не важно» вы достаточно осведомлены. Может быть, вы и правы…
Петровна отрывается от плачущей Люси.
– Вы долго будете устраивать консилиум, доктора? Может, поможете бедной девочке, а то она вся изойдет от плача?
Головина и Харитонов подходят к Люсе.
– Что с ней? – Спрашивает врач.
– А вы не видите? – Возмущается Петровна, – Истерика на нервной почве.
– Дайте ей две капсулы меновалена, – предлагает Харитонов, – Экстракт перечной мяты и валерианы ей не повредит, зато успокоит.
Головина снова с интересом смотрит на Харитонова.
34
В зрительный зал входят оперативники Егорова и Дворников. Их сопровождает участковый Басалик.
– Исчез, товарищи следователи, – сообщает он, – будто его и не было.
– Вы уверены в этом? – Задает вопрос Дворников.
– Я сам видел, как он туда заходил, – отвечает участковый, – А когда мы открыли дверь, его там не оказалось. Только дым и всё.
Егорова обращает внимание на зрителей, сидящих в зале.
– Почему посторонние в помещении?
– Это не посторонние, товарищ следователь, – объясняет Басалик, – Это свидетели. Я попросил остаться, чтобы вы смогли их опросить, если понадобиться.
– Никто не ушел?
– А как уйдешь? – Улыбается участковый, – Мы с директором ДК все двери на замки закрыли.
– Это вы правильно сделали, товарищ участковый, – хвалит Дворников, – А спрятаться ваш экстрасенс нигде не мог?
– Куда спрятаться, товарищ следователь, – пожимает плечами Басалик, – когда все видно, как на ладони.
35
Дворников дергает оконные створки, внимательно рассматривает гвозди, которыми забита форточка. Егорова следит за его действиями.
– Действительно странно, – говорит Дворников.
– Все свидетели утверждают, что видели, как Курагин сюда заходил, – сообщает Егорова.
– Не мог же он просто так раствориться! – Удивляется он.
– Он же экстрасенс, Дворников, – говорит она, – Он всё может.
– Ты в это веришь?
– Да, – кивает головой Егорова, – И в потусторонние силы. И в космический разум.
36
Дворников и Егорова допрашивают Шепетиевского.
– Это заговор, честное слово, – рассказывает администратор, – Меня тоже похитят и убьют. Сто процентов.
– Кто похитит? – Интересуется Егорова, – Кто убьет?
– Краплёный, – сообщает он.
– Краплёный? – Переспрашивает она.
– Кузин Олег Григорьевич? – Уточняет Дворников.
– Кузин, – кивает головой Шепетиевский, – Черт меня дернул взять у него деньги на проведение гастролей Курагина.
– Вы взяли деньги у вора в законе? – Удивляется Егорова.
– Мне сказали, что он меценат, – объясняет администратор, – Дает деньги на выставки, спектакли и прочее искусство. Но меня не предупредили, что дает под проценты. Теперь я должен ему, как Гандурас Америке за гуманитарную помощь.
– Интересная картина получается! – Хмыкает Дворников.
– Это я во все виноват, – делает вывод Шепетиевский, – Я не смог вернуть деньги вовремя, и он похитил Курагина.
– Вы в этом уверены? – Спрашивает Егорова.
– Абсолютно, – говорит администратор, – Я видел в зрительном зале его человека.
– А это уже интересно.
Дворников и Егорова переглядываются, достают пистолеты.
– Где, вы говорите, он сидит? – Задает вопрос Дворников.
37
Гоша видит, что к нему направляются оперативники Дворников и Егорова. Он вскакивает с места и бежит к выходу из зрительного зала.
– Стоять! – Кричит ему вдогонку Дворников.
– Ага! Сейчас!
Дворников и Егорова пускаются за ними в погоню.
38
Гоша выбегает на улицу. Басалик преграждает ему дорогу.
– Ты куда? Ещё никого не отпускали.
– Пошел!
Гоша толкает участкового. Тот отлетает в сторону. Гоша бежит вниз по ступенькам. Его преследуют Егорова и Дворников.
Гоша заскакивает в припаркованный «Мерседес» и заводит мотор.
– Уйдет! – Волнуется Егорова.
Дворников бросается к полицейской машине. Егорова бежит к «Мерседесу». «Мерседес» срывается с места и, чуть не сбив Егорову, выворачивает на дорогу. Егорова отпрыгивает назад, падает и катится к краю дороги.
Дворников, сев в полицейскую машину, не может завести двигатель. «Мерседес» скрывается в темноте. Егорова поднимается и направляется к полицейской машине. Дворников виновато смотрит на Егорову.
– Ушел, – говорит Егорова.
– Ты номер машины запомнила? – Спрашивает Дворников.
– А ты?
Дворников вздыхает.
– Далеко не уйдет. Он же из банды Краплёного. Я его потом по базе найду.
– Тогда пошли опрашивать свидетелей, – предлагает Егорова.
39
Костюмерша Люся и Петровна за кулисами несут одежду Курагина. Подойдя к ящику с реквизитом, Люся открывает крышку. В ящике видит труп человека. Громко орет от страха и падает в обморок. Её успевает подхватить Петровна. Она тоже видит труп и испуганно крестится.
40
Перед сценой стоит Шепетиевский, переминаясь с ноги на ногу. В первом ряду сидят директор ДК, Харитонов, Люся, Петровна и Феофанова. Головина перевязывает голову участковому Басалику.
– Следователи уже доложили начальству, – сообщает Петровна, – Сейчас пожалует. С криминалистами.
– Как это он из комнаты в ящик попал? – Спрашивает Феофанова.
– Он же экстрасенс, подруга, – объясняет Петровна, – Он через стены проходит. Я об этом недавно в интернете прочитала.
На сцену выходит Егорова.
– Яков Маркович, прошу вас пройти со мной.
Шепетиевский с готовностью поднимается на сцену и следует с Егоровой за кулисы.
41
Труп уже лежит рядом с ящиком. Он накрыт одеялом. Возле него стоит Дворников. Егорова и Шепетиевский подходят к нему.
– Яков Маркович, вам придется провести опознание трупа, – предупреждает Дворников, – Мы предполагаем, что это пропавший Курагин.
– Если это Курагин, – говорит Шепетиевский, – то я точно опознаю.
– Это будет сделать сложно, Яков Маркович, – вздыхает оперативник, – Дело в том, что лицо и руки у него обожжены. Идентифицировать Курагина будет тяжело, поэтому важна каждая деталь.
– Я постараюсь.
Шепетиевский подходит ближе. Дворников поднимает одеяло. Шепетиескому становится плохо, поэтому он говорит через силу:
– Одежда его. Рост тоже. По-моему – он. Хотя я не уверен. Костюмерша Люська вам точно скажет. Она его лучше знает.
– Спасибо.
Администратор быстро уходит.
42
Харитонов и Головина беседуют, сидя в первом ряду партера.
– А вы верите в телепортацию? – Спрашивает врач.
– Нет, – отвечает он, – Я – конченый реалист. Жизнь есть только на земле. На земле она и заканчивается.
– Мы с вами раньше нигде не встречались?
– Не знаю.
– Меня зовут – Людмила.
Харитонов впервые улыбается:
– «В безмолвный терем входит он,
Где дремлет чудным сном Людмила…»
Он замолкает, а она продолжает:
– «Владимир, в думу погружен,
У ног ее стоял унылый…»
– Пушкин, – произносит он.
– А вас зовут – Володя, – делает вывод она, – Рада познакомиться.
Харитонов ничего не отвечает. На сцену снова выходит Егорова.
– Люся, идите за мной.
Костюмерша робко поднимается на сцену. Идет за Егоровой, растерянно поглядывая по сторонам.
43
Костюмерша, увидев распростертое на полу тело, закрывает лицо.
– Он это!
– Вы даже не взглянули на него, – кривится Дворников, – а говорите – «он».
– Ботинки его, – объясняет она, – Я их никогда не перепутаю. Недавно набойки ставила.
Дворников рассматривает подошвы ботинок. На них – новые набойки.
– Ну, надеть обувь может любой человек, – говорит оперативник.
– У него ещё родимое пятно вот тут, – сообщает Люся и показывает место у себя на ягодице.
– Откуда вы знаете? – Задает вопрос Дворников.
Люся теряется. Ей на помощь приходит Егорова.
– Дворников, не задавай дурацких вопросов, а лучше посмотри.
Теперь теряется Дворников. Он приподнимает одеяло, долго копается с одеждой, что-то рассматривает. Потом поднимает голову к Егоровой и Люсе.
– Есть. Это он. Курагин.
44
Полковник Колесников входит в зрительный зал. За ним идет эксперт Лихута. Подойдя к сцене, Колесников узнает Харитонова.
– Харитонов? Владимир Михайлович? Здравствуйте!
Харитонов исподлобья смотрит на Колесникова. Головина с интересом наблюдает за происходящим. Эксперт Лихута идет за кулисы.
– Вы меня не узнаете? – Спрашивает полковник, – Я – Колесников. Сергей Алексеевич. Вы мне операцию делали. Три пули вытащили.
Колесников расстегивает рубашку и показывает цепочку, висящую на шее, на которую нанизаны три пули.
– Вот они. Я теперь с ними не расстаюсь.
Харитонов узнает Колесникова и недовольно морщится.
– Да. Я вас вспомнил. У вас было ранение в плечо, спину и бедро.
– Совершенно верно, – подтверждает Колесников, – Два ранения так себе. А вот в спину… Вам пришлось повозиться.
– Большая кровопотеря была, – кивает Харитонов, – Еле остановили.
Головина, сделав для себя большое открытие, с улыбкой следит за Харитоновым и Колесниковым. Харитонов смущается, желая прекратить ненужный для него разговор.
– Ранения не беспокоят?
– Зажило, как на собаке. А у вас как?
– Отлично, – отвечает он, – Был под следствием. С работы уволили. Жена ушла. Жить негде. В общем, всё, как у людей.
– Шутите? – Удивляется полковник.
– Нет.
Головина, удивленно, смотрит на Харитонова.
– Помощь нужна? – Спрашивает Колесников.
– Уже нет.
Шепетиевский, дремавший в кресле, бьет себя по голове.
– Черт! Совсем забыл.
Шепетиевский поднимается и быстро выходит из зала. На него никто не обращает внимания.
45
Шепетиевский вынимает ключ и открывает замок на ящике. Открыв дверцу, видит пустой ящик.
– Не понял?
Он осматривает все вокруг.
– О, Господи! Час от часу не легче. Это уже не драма, а фарс какой-то!
Он выскакивает наружу.
46
Администратор подбегает к Колесникову, отталкивая в сторону Харитонова и Головину.
– Все, товарищ командир, окончен бал, погасли свечи, недолго музыка играла… Я пропал.
– Что случилось? – Спрашивает полковник.
– Пропал портфель с выручкой за всю гастрольную поездку, – сообщает Шепетиевский, – Мало того, что они убили талантливого артиста, они еще и ограбили бедного еврея-администратора.
– Где был портфель с деньгами?
– В ящике для реквизита.
– Кто об этом знал? – Интересуется Колесников.
– Никто не знал, – отвечает администратор, – Кроме меня, костюмерши и покойника.
47
В гримерке на стульях располагаются Колесников, Дворников, Егорова и участковый Басалик.
– Слушаю ваши предположения? – Произносит полковник.
– Убийство могли совершить с целью ограбления, – высказывает предположение Егорова, – а Курагин оказался случайным свидетелем.
– Значит, убийца должен находиться среди зрителей, – делает вывод Колесников.
– Возможно, что это сделал тот, что сбежал, – говорит Дворников, – Из банды Краплёного.
Участковый Басалик отрицательно вертит головой:
– Он был без портфеля.
– Убийство могла совершить костюмерша экстрасенса, – предлагает вторую версию Егорова, – По показаниям Шепетиевского, Курагин решил её уволить и сообщил ей об этом перед представлением.
– Любовница не смогла простить такого и пришила своего любовника, – скептически хмыкает Дворников.
– Убийство мог совершить Шепетиевский, который должен огромную сумму криминальному авторитету Крапленому, а все спихнуть на Курагина, – озвучивает третью версию Егорова.
– Версии принимаются, – произносит полковник Колесников, – Работаем.
48
Егорова допрашивает Шепетиевского.
– Я все время был на сцене… – сообщает администратор.
49
Дворников беседует с костюмершей Люсей.
– Вы отказываетесь сообщить, где были во время представления?
– Я была здесь.
– Кто это видел? Кто может подтвердить?
– Никто, – произносит Люська, собираясь расплакаться.
50
Эксперт Лихута подходит к полковнику Колесникову, который стоит рядом с Харитоновым, и передает несколько листочков.
– Что это? – Спрашивает Колесников.
– Заключение о смерти, – отвечает Лихута.
Колесников протягивает листочки Харитонову.
– Не хотите почитать, Владимир Михайлович?
Харитонов читает заключение. Хмыкает.
– Я могу взглянуть на труп Курагина?
– Я возражаю, – говорит эксперт, – Я против того, чтобы меня контролировали опустившиеся личности, далекие от экспертной работы.
– Не обижайтесь, Виктор Ефимович, – успокаивает того полковник, – доктор Харитонов великолепный специалист. А лишнее мнение только поможет следствию.
– Как знаете, – пожимает плечами Лихута.
Из-за кулис в сопровождении Головиной санитары на носилках выносят труп Курагина.
– Постойте! – Останавливает их Колесников, – Пусть труп осмотрит Владимир Михайлович.
Головина кивает санитарам. Те ставят носилки на пол.
Харитонов внимательно изучает труп Курагина, рассматривает пальцы на руках, изучает кожу. Затем проводит над ним руками. На лбу Харитонова сразу же выступают капли пота.
– Можно взглянуть на его личные вещи?
В это время за кулисами раздается душераздирающий крик. Оперативники бросаются за кулисы.
51
У ящика, в котором нашли труп Курагина, лежит костюмерша Люся. Егорова первой подбегает к ней. Усаживает на ящик. Костюмерша дрожит.
– Что случилось? – Спрашивает Егорова.
– Я собирала костюмы и реквизит, – рассказывает костюмерша, – Вдруг кто-то сзади схватил меня и начал душить.
Она показывает горло, на котором отчетливо видны следы рук.
– Вы видели, куда он побежал? – Интересуется Дворников.
– Нет, – всхлипывает Люська.
Егорова, Дворников и участковый Басалик разбегаются в поисках нападавшего. Возле Люси остаются Колесников, Харитонов, Лихута и Головина. Головина дает костюмерши таблетки.
– В этот раз таблетки не помогут, – произносит Харитонов, – Надо что-нибудь посущественней.
– Точно, – хмыкает эксперт Лихута, – Сто граммов без закуски.
– У меня есть капли корвалола, – говорит Головина.
– Пойдет, – кивает Харитонов.
Возвращаются Егорова, Дворников и Басалик.
– Ну, что? – Задает вопрос Колесников.
Егорова, Дворников и Басалик отрицательно машут головами.
– Опросите всех, – приказывает полковник, – Выясните, кто, где находился во время нападения.
Дворников, Егорова и Басалик выходят.
– Где одежда Курагина? – Спрашивает Харитонов у Люськи.
Костюмерша дрожащей рукой протягивает ему пиджак и брюки. Харитонов проверят карманы. В одном из них находит начатую пачку таблеток.
52
Харитонов осматривает гримерку. В углу находит огнетушитель. Обращает внимание на рукоятку запуска. Она находится в открытом состоянии.
53
Санитары под руководством Головиной и Лихуты грузят покойника в машину скорой помощи.
Шепетиевский подводит Харитонова к стареньким «Жигулям».
– Вот машина Курагина. Не фонтан для прославленного экстрасенса, но по селам и деревням она не заменима.
Харитонов изучает машину. Открывает багажник. На днище находит остатки белой жидкости. Трогает её пальцами. Нюхает.
54
К следственной бригаде подходит участковый Басалик.
– Товарищи следователи, тут такое дело, – говорит он, – Киномеханик только что сознался, что во время представления был с этой… с костюмершей Люсей. Они там, в кинобудке… в общем, амурами занимались.
– Так вот почему её никто не видел, – улыбается Егорова.
– Теперь ясно, почему её Курагин уволить хотел, – качает головой Дворников.
На сцену выходит костюмерша. Обращается к Колесникову.
– Товарищ начальник, можно я поеду домой? Я завтра все соберу если надо.
Колесников, видя состояние костюмерши, обращается к Егоровой.
– Лейтенант, отвезите свидетеля. От неё всё равно никакого толка.
– Спасибо большое, но я сама, – произносит Люська.
Егорова и костюмерша выходят. Харитонов подходит к Колесникову.
– Полковник, хочешь я раскрою это преступление?
Колесников удивленно смотрит на него.
– Но для этого мне нужно побывать в квартире экстрасенса, – продолжает Харитонов.
– Поехали.
55
Машина останавливается у подъезда. Из неё выгружаются Колесников, Шепетиевкий и Харитонов.
– Квартира, которую снимал Курагин на третьем этаже, – показывает администратор, – Дом старый. В таких домах этаж – за полтора. Когда поднимаюсь, всегда поминаю добрым словом и архитектора, и строителя, и мать их тоже.
– Рот закрой! – Обрывает его Харитонов, – Надоело.
56
Шепетиевский открывает дверь в квартиру.
– Милости прошу.
В это время из квартиры раздается несколько выстрелов из пистолета. Шепетиевский, Харитонов и Колесников прилипают к стене.
– Ничего себе! – Вырывается у Шепетиевского, – Настоящий артобстрел.
Из темной комнаты снова звучат громкие выстрелы. Пули попадают в стену над головами Шепетиевского, Харитонова и Колесникова.
Колесников вынимает пистолет и стреляет в ответ. В комнате тишина и спокойствие.
– Кажется отбой воздушной тревоги, – тихо произносит администратор.
Колесников медленно пробирается к двери в комнату. Затем прыгает в темноту. Шепетиевский и Харитонов пытаются разглядеть, что происходит в комнате, но безрезультатно.
Через некоторое время в комнате загорается свет. В дверном проеме появляется Колесников.
– Он ушел через черный ход.
Шепетиевский и Харитонов входит в комнату. По всей комнате разбросаны вещи.
– Что он здесь искал? – Спрашивает администратор.
– Наверное, то, что и мы, – отвечает полковник.
Харитонов осматривает комнату, заглядывает в кухню, туалет и ванную. Затем открывает кладовку. В ней у стенного самодельного шкафа стоит газовый баллон. Харитонов поворачивается к Колесникову.
– Поехали.
– Куда?
– Задерживать преступника.
– А это не опасно? – Интересуется Шепетиевский.
– Опасно. Он вооружён.
– Тогда нужно вызвать оперативную группу, – предлагает Колесников.
– Не помешает, – соглашается Харитонов.
57
Бойцы СОБРа готовятся к штурму. Харитонов, Шепетиевский и Колесников останавливаются на лестничной площадке.
– Вы готовы? – Спрашивает Колесников командира СОБРа.
Тот кивает.
– Тогда начали, – командует полковник.
Командир СОБРа машет рукой. Бойцы выбивают дверь и заскакивают в квартиру. Слышна пальба из пистолета, крики. Через некоторое время всё стихает. Из двери показывается командир СОБРа.
– Всё? – Интересуется Колесников.
Командир СОБРа улыбается и показывает большой палец.
58
В квартиру первым входит полковник Колесников. За ним – Харитонов и Шепетиевский. Они проходят в комнату, на полу которой лежат в наручниках Курагин и Люся. Администратор от удивления теряет дар речи, потом бросается к экстрасенсу:
– Матерь Божья! Кого я вижу? Воскресший из мертвых! Курагин, где мой портфель?
Тот смеется в ответ.
59
Колесников, Егорова, Дворников, Шепетиевский, участковый Басалик и директор ДК сидят в первом ряду партера. Перед ними стоит Харитонов.
– С самого начала меня удивило выступление Курагина, – рассказывает Харитонов, – Он обещал чудеса исцеления, а начал показывать какие-то допотопные цирковые номера.
– Да-да. Сегодня он изменил программу, – вставляет Шепетиевский, – Но я в это не лез. Это его конек.
– Он с самого начала провоцировал возмущение зрительного зала. И спровоцировал. Я начал его подначивать. Сказал ему о хронической болезни почек. Мой диагноз подтвердился, когда я нашел таблетки в его одежде. Это – «Нитроксолин». Это специфический препарат, который используется только для лечения почек. Короткое замыкание со светом устроила костюмерша, находясь в киноаппаратной, чтобы отвлечь внимание свидетелей от гримерки. Именно в этот момент по задуманному плану Курагин должен был выскользнуть из гримировочной комнаты. О разрыве с костюмершей Люсей Курагин сообщил Шепетиевскому, чтобы отвести от неё подозрение. А она устроила закулисное нападение на себя, чтобы быстрее уехать домой. Белый дым – это газ, которым экстрасенс заполнил гримерку. Для этого ему нужна была комната без сквозняков. А мокрая одежда, в которой был Курагин, защищала его от вредного воздействия газа, в отличие от Шепетиевского, который, войдя в комнату, сразу потерял сознание. Осмотр трупа экстрасенса привел меня в замешательство: это был не Курагин. Трупные пятна говорили, что человек умер двое суток назад. Руки были обожжены, чтобы уничтожить папиллярные линии на пальцах. Остатки формальдегида – это осадочная составляющая формалина, которые я нашел в багажнике «Жигулей» сказали мне, что труп был привезен именно в этой машине. То есть самим Курагиным. Это Курагин устроил перестрелку в своей квартире. Он не ожидал, что мы так скоро в ней появимся. Вам только остается узнать, в каком морге сегодня был украден труп.
С места поднимается Колесников.
– Подводим черту.
– Ребята из информационного отдела МВД сообщили, – говорит оперативник Егорова, – что у Курагина и его подельницы это не первое криминальное дело, которое они не раз проворачивали по заранее продуманному сценарию.
– Все это хорошо, – робко спрашивает Шепетиевский, – а где же деньги?
– Курагин сразу же отправил их за границу, – отвечает Егорова, – куда собирался сбежать на некоторое время.
Администратор меняется в лице:
– Боже, я погиб!
– Зачем они устроили такое «цирковое представление», ведь могли просто стащить портфель у Якова Марковича? – Интересуется участковый Басалик.
– Ага. Щас! – произносит Шепетиевский, – Краплёный быстро бы их нашел и сделал из них то, что сделает теперь из меня.
60
Оперативная группа уезжает. На крыльце, провожая их, стоят Шепетиевский, Харитонов и участковый Басалик.
– Ну, вот и всё, -печально произносит администратор, – Цирковое представление закончилось. Начались будни.
– До свидания, я пошел, – сообщает Басалик.
– Счастливой дороги, – прощается Шепетиевский с участковым за руку.
– Я тоже пойду, – говорит Харитонов.
– Прошу прощения, – задерживает его администратор, – вы не возьмете меня к себе. Ну, хотя бы на одну ночку. Боюсь, что дома меня ждет Краплёный. После того, что произошло, я второй серии просто не выдержу.
– А будет вторая серия? – Спрашивает Харитонов.
– Молодой человек, – вздыхает Шепетиевский, – Я в этом не сомневаюсь.