Полная версия:
Сергей Садов Элайна. Вторжение
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
И вот тут болезнь мужа… Сначала всё казалось пустяком, но с каждым месяцем болезнь прогрессировала, врачи разводили руками. Сначала они обещали излечение, потом хотели просто остановить болезнь, потом хотя бы замедлить. Но уже в последних отчётах явно просматривалась мысль, что нужно готовиться к худшему. Последний отчёт давал уже конкретный срок: в самом оптимистичном случае королю остался ещё год…
Вот сейчас Виала, королева Лакии, пыталась понять, как принять этоу новость. Как бы она ни относилась к мужу, но чувствовала себя защищённой. Она могла не соглашаться с королём, пыталась действовать за его спиной там, где считала, что он проявляет излишнюю мягкость, собирала вокруг себя единомышленников, пыталась поставить своих людей вокруг мужа. Но она никогда не интриговала против короля. Всё, что она делала, было исключительно ради укрепления королевской власти, то есть ради сына. Ну, так она считала. Из-за её действий порой и случались скандалы с мужем, который даже однажды пригрозил отправить её в монастырь, хотя оба знали, что угроза останется неисполненной.
И вот эта опора скоро должна была исчезнуть. Виала дурой не была, отнюдь. И она прекрасно понимала, что в одиночку ей не выжить, а то, что налетят разные гиены, тут даже гадать не надо. Вот где мягкотелость короля аукалась. Если бы он слушал её, то сейчас все сидели бы тихо, как мыши, и никто даже не осмелился бы угрожать её сыну. И хуже всех этот хитрый лис Стайрен Горзский, дружок её мужа и советник, которого совсем недавно он назначил канцлером, по сути, передав в его руки всю власть в королевстве.
Виала снова задумалась. Нет, как бы она к нему ни относилась, как бы ни ненавидела, но стоит признать, он по-собачьи верен династии Крат. Точнее, её мужу Эрдару, но там, где её муж, там и его сын. Нет, против наследника не пойдёт, а значит, хочешь не хочешь, но придётся договариваться. Если её муж назначил его канцлером, то наверняка он станет главой регентского совета, и как-то повлиять на это она не сможет. Остаётся постараться ввести туда как можно больше своих людей. И первое время придётся играть по правилам Стайрена, а вот дальше… Как ни верен он, но так же мягкотел, как и Эрдар. И так же, как и её муж, будет стараться со всеми договориться, будет уступать. А когда Кайл подрастёт, то вдруг окажется, что власти у него никакой и нет.
Нет, определённо с этим надо что-то делать.
* * *Небольшой плюгавенький человек, подобострастно кланяясь, торопливо выдавал слова почтения. Самому было противно раскланиваться перед варварским вождём с длиннющими усами, свисающими с боков рта и доходящими примерно до середины шеи, с наголо бритой головой, который с высоты своего роста с отчётливым превосходством взирал на посланника. Глянул на вручённый ему свиток.
– Читай, посланник, – вернул он бумагу. Шкура волка, накинутая на плечи вождя, дёрнулась и едва не упала, но вождь вовремя ухватил её и поправил.
Посол мысленно скривился, конечно, что можно ждать от варвара, даже читать не умеет. Тем не менее, на лице улыбка даже не дрогнула.
– Как прикажете, могущественный, – польстил он вождю…
Уяснив послание, вождь похмыкал.
– Пять сотен экю, говоришь… Иди, думать будем.
Посланник скривился, мысленно, конечно, внешне он никак не позволил недовольству появиться на лице. Постоянно кланяясь, он удалился.
Вождь помолчал, глянул на сундук с подарками. Повернулся к другу.
– Что скажешь, Вальд? Они ещё нас варварами называют. Но мы не платим врагам, чтобы они нападали на нас.
Стоявший чуть в стороне, в отличие от вождя, не очень высокий мужчина лет тридцати на вид, с простым прямым мечом на поясе и в кольчуге, лишь пожал плечами.
– Мы и так собирались напасть на них, а если уж они платят за это…
Вождь криво хмыкнул.
– Вот потому вождь я, а не ты, Вальд. Ты не видишь дальше своего носа. Набег мы готовили не ради набега. Мне нужно было золото, чтобы нанять ещё войска и привести к покорности остальные племена. Но если мы получили золото просто так, то набег больше не нужен.
– Ты нарушишь своё слово? – удивился Вальд. Вроде раньше за другом его детских игр такого не водилось.
– Нарушу? – Вождь снова улыбнулся очень нехорошей улыбкой. – Ну нет. Мы с помощью этих денег совершим набег, но на своих условиях. Этот паяц считает себя самым хитрым и умным среди варваров. Что ж, не будем его разочаровывать. Пусть ещё поумничает. Я его попрошу помочь нанять ещё людей. Нельзя не отрицать пронырливости лакийцев. Пусть поработает.
– Значит, набег?
– Нет, Вальд. Не набег. Завоевание. Король Лат Первый!
– Ты хочешь завоевать Лакию? – изумился Вальд.
– Лакию? – Вождь поморщился. – Дойдёт и до него очередь. Нет, Вальд, пока нам это не по силам. Набег – да, но завоевание… Медведя надо есть по кусочкам, Вальд. А для начала… Для начала давно пора закончить междоусобицу. И деньги лакийцев мне помогут. И вот когда все племена гарлов окажутся здесь, – вождь крепко сжал кулак и продемонстрировал его другу, – вот тогда и начнётся настоящий набег. А пока пусть этот проныра думает, что сумел обмануть примитивных варваров. Их внутренняя вражда нам поможет. Мне поможет. Ты со мной, Вальд?
Вальд хмыкнул.
– Ты же знаешь. Если кто и сможет объединить гарлов, то только ты. И вот тогда вся ойкумена вздрогнет под ударами наших мечей.
* * *Совсем иные мысли занимали посла Варийской империи в Лакии, который как раз сейчас плыл на корабле по Срединному морю, направляясь к месту своей новой службы. По иронии судьбы, у могущественной империи были примерно те же проблемы, что и у варварского королевства, в которое он и направлялся. Старый император, молодой наследник, которого совсем не интересовали дела управления империей и мечтающий о стезе учёного. Посол не мог сказать, насколько принц мог прославить империю научными открытиями, но одно понимал точно, если он не возьмётся за ум, то империю ждут очень тяжёлые времена. Племена арвов постепенно отвоёвывают у империи её восточные провинции, в Срединном море неожиданно появился соперник в торговле в лице Карской республики, чей флот всё чаще и успешнее бросал вызов имперским эскадрам. Казна опустошалась, при престарелом императоре началась борьба фракций за влияние. И в такой ситуации – император-учёный! Худшего сценария и представить невозможно. Бедная империя.
Посол вспомнил последний разговор с Верховным Советником, который состоялся перед самым отплытием, причём в присутствии императора. Поручение и особенно последние слова императора, сказанные уже в конце, при прощании:
– Я не буду спрашивать отчёта о твоих тратах, тебе будет подчинена вся резидентура в Лакии и соседних странах. Все твои запросы будут выполняться в первую очередь. Разрешаю даже прикарманивать выделяемые средства, тебе всё простится, если ты достигнешь успеха. Если нет… Впрочем, это будет уже неважно. Ты и сам прекрасно знаешь, как к тебе относится управляющий дворца Дарсий. И если ты не справишься, то, когда меня не станет, он получит власть, а ты окажешься зажаренным в медном быке. Твой единственный шанс – защита нового императора, который ты получишь в случае успеха.
Посол, вспомнив об этом жутком способе казни, невольно поёжился. Он и без этого напоминания прекрасно понимал, что стояло на кону. И, откровенно говоря, задачка была из того типа, в которых надо отправиться неизвестно куда и найти бриллиант в куче навоза. Но оказаться в медном быке не хотелось, потому придётся напрячься и выполнить поручение императора и Советника. В случае же неудачи укрыться не получится даже в Лакии. У императора длинные руки.
* * *В этот же день через пролив Грала в Срединное море вошёл десяток драккаров – всё, что осталось от некогда могучей рати из тридцати шести кораблей Эрка Рыжего. Опрометчиво ввязавшись во внутренние разборки, он сумел быстро настроить против себя остальных эрлов, которые впервые выступили против возмутителя спокойствия единым фронтом. К счастью, Эрк оказался достаточно сообразительным, чтобы понять, к чему всё идёт, и в последний момент успел дать дёру… Ну, почти успел. Счастье, что сам сумел вырваться и сохранить хотя бы десять кораблей. И одновременно стало понятно, что на севере ему спокойной жизни не дадут. Вот и решил он поискать счастье на юге. Совершив плавание вдоль берегов, они сумели без потерь достигнуть пролива, и сейчас Эрк стоял на носу драккара, разглядывая непривычного цвета море, так отличающееся от привычной ему серости сурового севера. И сейчас воин решал, какими должны быть его первые шаги в неизвестном ему море. Раньше он, не раздумывая, кинул бы свою дружину на побережья ничего не подозревающих и не ждущих нападений людей суши, созданных богами специально, чтобы люди моря могли их грабить. Как любой воин моря, он сухопутных презирал, считая их неженками, неспособными даже меч носить.
Но предшествующие события наглядно показали, к чему может привести поспешность. Эрк, может, и был неукротимым бойцом, всегда первым идущим в атаку, но дураком он не был и умел учиться на ошибках. Так что прежде, чем бросаться в бой, неплохо было бы понять местные расклады, разобраться в том, кто здесь кто. А для этого нужно для начала присмотреть тихое местечко, где можно отсидеться и собрать сведения.
– Ищем какой-нибудь корабль! – распорядился он, чуть повернув голову, от чего его длинные рыжие волосы, заплетённые в несколько косичек, слегка качнулись, привязанные к кончикам мелкие монеты тихонько звякнули, ударившись друг о друга. – Нам нужна информация, потому как можно меньше мёртвых и как можно больше живых.
Команда загудела. Может, кто-то и не был согласен с таким решением, но в море командир один, и его приказы не подлежат сомнению. На берегу, потом, можно будет высказать недовольство, если таковое окажется, но в море приказы вождя не обсуждаются. Люди на вёслах налегли сильнее, и драккары понеслись по волнам нового для воинов моря. Настроение воинов поднялось. Вырвавшись из лап неминуемой смерти, они прибыли в новое место, а значит, их ждёт новая добыча. А что ещё нужно настоящим воинам?
* * *Прошло четыре года…
Глава 1
Виала Крат, королева Лакии, пребывала в ярости. Кто-то мог бы сказать, что с некоторых пор это её естественное состояние, но только близкие люди могли отличить ярость притворную, которую она любила демонстрировать окружающим, от ярости настоящей. В последнее время абсолютно всё шло не так. И если прикидывать, с какого момента это «не так» началось, то, скорее всего, с болезни мужа. Врачи обещали год жизни, по самым оптимистичным прикидкам… Король обманул всех – сумел протянуть полтора. Виала же начала интригу именно в расчёте на год жизни монарха… и просчиталась. Король терпеливо выждал, словно затаившийся хищник, а потом нанёс удар, разом очистив весь сформированный регентский совет от её ставленников. Более того, в имения, без права появления в столице, отправились очень много тех, кто был её опорой. Большинство из них она не смогла вернуть даже спустя два с половиной года после смерти мужа. Вот и приходилось пока подстраиваться под Стайрена вместо того, чтобы реально укреплять власть сына. Была надежда, что удастся отвлечь герцога Райгонского, главного сторонника графа в регентском совете, натравив на него варваров с севера. Это помогло бы протащить кое-какие решения в совете, но этот сын собаки взял золото и занялся своими делами. Неужели этот вождь гарлов настолько туп, что не понял, что от него требуется? Или он сразу так решил: присвоить золото и не выполнить договорённости? Варвар варваром, но понял, что она жаловаться не побежит. Но ничего, когда она прижмёт этих зарвавшихся вассалов, она всё этому вождю припомнит. А сейчас пришли новости, что этот грязный варвар разбил последнее племя, которое не подчинялось ему, и теперь усиленно к чему-то готовится в своих лесах. Хотя… Королева замерла.
– Почему, непонятно? – усмехнулась. – Что делают варвары, когда у них образуется сила, с которой, как они считают, могут бросить вызов цивилизованным странам? Конечно, идут воевать.
– Что, госпожа? – вскинулась служанка, которая как раз в этот момент прибирала в комнате и подумала, что королева обращается к ней.
Виала раздражённо посмотрела на неё.
– Занимайся делом!
Служанка испуганно вернулась к работе. Королева снова задумалась, но на этот раз не позволила себе потерять контроль над эмоциями. Варвары точно пойдут воевать, а кто у нас первым попадёт под удар? Райгонское герцогство. Не ко времени, конечно, у неё ещё не готово ничего, но тут уже ничего не поделаешь. Ещё женитьба эта…
Её муж всё-таки сумел провернуть свадьбу сына с дочерью маркграфа Лейстена. Как же повезло, что не с дочерью герцога Райгонского, иначе те приобрели бы такую власть, что сковырнуть их было бы крайне сложно. Вовремя девчонка заболела. Ну а что потом выздоровела, это уже неважно, главное, свадьба не состоялась. Маркграф Лейстен тоже не подарок, но лучше герцога Райгонского. И ведь сумел настоять муж на свадьбе одиннадцатилетнего принца и десятилетней дочери маркграфа. И даже церковь, которая никогда такие ранние браки не одобряла, словно воды в рот набрала. Непонятно, чем муж подкупил иерархов, но те признали, что, с одной стороны, да, так нельзя, но если хочется, то вроде как и можно.
И быстро всё сделал, королева даже возразить не успела, полагала, есть ещё время.
– Но может, это хорошо, – неожиданная мысль пришла в голову королевы.
– Госпожа? – снова подняла голову служанка.
– Пошла вон! – не выдержала очередного отвлечения от размышлений Виала. – И передай, что я велела тебе десять палок всыпать, за дурость!
– Госпожа, – побелела служанка.
– Вон, я сказала!
Служанку словно ветром сдуло, а Виала почувствовала, что даже настроение поднялось.
– А может, это и хорошо, – повторила она, улыбаясь. – Слишком много власти набрал герцог Райгонский, да ещё их армия едва ли не сильнее королевской, а так быть не должно.
Виала прищёлкнула пальцами.
– Вот пусть варвары немного крови им пустят, а там мы придём им на помощь, и герцогу уже придётся подчиниться.
Пока ещё намётки плана были готовы, осталось всё обдумать. Эх, жалко, её отец уже умер, он мог бы помочь, подсказать, а так придётся самой всё делать. Всё самой… Ещё подумать, на кого бы опереться… Стайрен, всё он! При воспоминании об этом человеке Виала буквально вскипела. Как же она его ненавидела. Именно он стоял на пути к реальной власти, как у императора Варийской империи. Как она слышала, там ни один чиновник не смел даже пикнуть против императора, тут же оказывался внутри медного быка. Занятная, кстати, казнь. Когда её сын получит реальную власть, надо будет такого же быка завести для тех, кто не поймёт, кто в королевстве главный. И граф Стайрен там окажется первым, это себе королева пообещала твёрдо. Пока же приходилось терпеть и ждать. И копить силы.
Лат огляделся. Четыре года… Почти четыре года он шёл к тому, чтобы стать единым вождём гарлов. Посмотрел на отрубленную голову у ног. Дурак Стайл. А ведь мог бы стоять рядом с ним в славе, но выбрал сопротивление. Самый отчаянный и непримиримый. Конечно, ещё остались враги, но так, мелочь, передавят в течение месяца, если сами не сдадутся.
– Вальд, что там купцы?
Из-за спины вышел его друг, доверенное лицо, человек, которому он доверял даже больше, чем себе.
– Прибыли. Я там поспрашивал их…
Лат больше всего ценил в приятеле умение видеть слабости врагов. Если бы не он, с объединением племён пришлось бы повозиться намного дольше… Хотя себе-то врать не стоит, скорее, совсем не получилось бы. Умению Вальда собирать информацию и плести интриги позавидовали бы и имперцы.
– Как я понимаю, план похода уже готов? Вальд, нам необходим этот поход, и главное, удачный. Племена я объединил под своей рукой, но если не дать им общую цель… Чтобы укрепиться, мне нужна победа!
К счастью или к сожалению, прекрасно умея собирать и использовать информацию, плетя интриги, Вальд совершенно не умел ставить дальние цели. Прекрасный исполнитель, он нуждался в ком-то, кто сумел бы дать ему цель, а уж с тактикой он разбирался великолепно. Всегда второй… Но это положение Вальда устраивало полностью. Он и сам понимал свою слабость. Он не умел зажечь толпу воинов, как это делал Лат, повести их за собой, указать для всех общую цель. Зато мог выступить поддержкой.
– Ну, ты же всегда держишь слово, Лат, – хмыкнул друг. – Помнится, ты обещал одной королеве поход на герцогство. Пришла пора сдержать слово.
* * *Девочка с длинными тёмными волосами сидела на огромном стуле, явно не для неё по размеру, даже ноги до пола не доставали, и задумчиво изучала стену напротив.
– Ну как? Вот как он умудрился это сделать? – в который раз вопрошала она непонятно кого. – Как можно умудриться подхватить простуду в такую жару?
– Весна, – меланхолично отозвалась старшая девушка, сидевшая у стены в небольшом кресле. Она задумчиво изучала листок бумаги, лежащий перед ней на столе, выводя кончиком пера на щеке какой-то замысловатый узор.
Младшая девочка с недоумением посмотрела в её сторону.
– При чём тут весна, Лария? Ты вообще выходила из замка? Жарища же. Говорят, самая жаркая весна за десять лет.
– Вот именно. – Лария даже не посмотрела в сторону младшей сестры.
– А можно не для таких умных, как ты, пояснить вашу глубокую мысль? – не дождавшись пояснения, не удержалась от сарказма девочка.
Лария вздохнула, отложила перо.
– Весна. Жарко. Вода холодная. Прогреться не успела.
– А… о… Стой, Ларс что, купаться попёрся?
– Элайна, манеры!
– Ах, простите, как я могла такое сказать, прошу простить меня, ваша светлость. Я хотела спросить, надо ли ваши слова понимать так, что наш дорогой братик соизволил искупаться в речке, что протекает мимо нашего замка?
От двери раздался смех, и девушки разом повернулись в ту сторону. В комнату как раз вошли солидный мужчина лет сорока и юноша лет семнадцати. Смеялся именно он.
– Узнаю сестрёнку, – кивнул он девушкам. – Сначала скажет, потом думает. Между прочим, если Лария тебе рот с мылом начнёт полоскать, то даже не думай бежать ко мне за защитой.
Младшая девчонка надулась и сложила руки на груди, сразу став похожей на нахохлившегося и надувшегося бурундука, что вызвало прилив умиления у старшего брата. Поймав этот полный явно чрезмерного обожания взгляд брата, девочка совсем надулась и обиделась.
– Ну вас, злые вы.
– Но в чём-то Элайна права, – невозмутимо продолжил вошедший, обращаясь уже к старшей сестре. – Ларс точно учудил. С приятелями поспорил, что переплывёт реку два раза. Спор он выиграл, но не учёл, что вода ещё не успела прогреться. Но не переживайте, всё с ним будет хорошо.
– Боже, и этому парню четырнадцать лет! – явно ёрничая, воскликнула Элайна, протянув руки к небесам. – Он же почти уже взрослый! Папа, он явно сумел доказать это, считаю, что можно пойти ему навстречу и доверить какое-нибудь дело. Обязательно важное.
Мужчина, к которому обратилась девочка, в ответ рассмеялся.
– Сказала та, кто перекрасила кошку в оранжево-чёрные полоски, чтобы сделать её похожей на тигра.
– А я, в отличие от Ларса, никогда не говорила, что уже взрослая и что мне можно доверить какое-то важное дело. – Девочка показала язык.
– Элайна, – с нотками безнадёжности в голосе протянула Лария. – Папа, что-то серьёзное?
– Всё нормально. Но придётся ему теперь дней десять лежать… Да уж… Как же всё не вовремя… А ведь почти убедил меня доверить ему…
– Ой, бара-а-ан, – протянула Элайна, быстро сообразив, чего лишился старший брат.
Знала, что отца срочно зачем-то вызвал в столицу регент, причём не одного, а с наследником. Но тут ещё одна проблема, каждую весну или отец, или Турий с того дня, как ему исполнилось пятнадцать, отправлялись в поездку по герцогству. Себя показать, налоги собрать, герцогский суд учинить, ну и проверить, как вассалы поживают.
А ещё она недавно подслушала разговор отца с Турием, тот говорил, что отменять поездку по герцогству нельзя, а возглавлял её всегда кто-то из герцогской семьи. И вот он советовался с наследником, можно ли доверить это дело Ларсу или рано.
– Тебе пятнадцать всё-таки было в первую поездку…
– А Ларсу – четырнадцать. Пап, да ладно тебе, ты же сам понимаешь, что ему и делать ничего не придётся. Там с ним поедут те, кто и будет дело делать. А поставить подпись с печатью и моя лошадь сумеет. Я помню свою первую поездку.
К сожалению, Элайна тогда не сумела услышать весь разговор, её чуть не засекли, пришлось совершать стратегическое отступление.
– Ларс баран, – подтвердила свой вывод Элайна.
– Сестрёнка, ты бы поосторожнее с выводами, – по-прежнему оставаясь невозмутимой, заметила Лария. – Если Ларс баран, то получается, мы с тобой овцы… Родственники же.
Турий, глядя на растерянно хлопающую глазами младшую сестру, рассмеялся.
– Никогда не спорь с Ларией, малявка. Помнится, даже мне ни разу не удалось её переспорить.
– Даже? – удивилась Лария.
– Я не в физиологическом смысле, а в интеллектуальном, – буркнула Элайна. Сравнение с овцой ей не понравилось.
– Господи, Элайна, где ты таких слов понабралась? – вздохнул Турий.
– Книжки умные читаю. Не только любовные романы, – Элайна не удержалась от шпильки в сторону сестры. – Ай…
Со стороны Ларии вдруг прилетела большая подушка с кресла и смела Элайну со стула. Девочка, явно показушно, рухнула на пол, изобразила, как борется с огромной тяжестью, навалившейся на неё, не справилась и прикинулась раздавленной жабой. Даже язык высунула набок для достоверности.
– Платье поправь, – невозмутимо заметила Лария. – Панталоны всем видны.
До Элайны не сразу дошёл смысл фразы. От удивления забыла, что «раздавлена» жестокой старшей сестрой, и моргнула. Потом до неё дошло…
– А-а-а!!! – она испуганно откинула подушку в сторону и подскочила, лихорадочно оправляя платье. И только услышав смех старшего брата и отца, сообразила. Гневно развернулась к сестре. – Ты меня обманула! Ничего у меня не видно!
– Показалось, – пожала плечами Лария.
– Ах так… Ах так… – Элайна возмущённо запыхтела, но так и не сумела придумать, как сразить сестру. Тут её взгляд упал на листок на столе. – Никак письмо от твоего ненаглядного Ролана. Тоже ему пишешь? «Ах, милый Ролан, в этот утренний час, когда солнечный луч касается подушки, он напоминает мне о вас…»
– Ты! – Лария вмиг утратила спокойствие и вскочила. – Ты читала мои письма?!
Элайна замерла, удивлённо захлопала глазами. Потом до неё дошёл смысл восклицания сестры, и её губы сами собой расплылись в предвкушающей улыбке.
– Что? Я что, угадала? Ты серьёзно так пишешь? Ты переписала письмо Брунгильды Туниру из «Песни героев», просто поменяв имена? А-я-я-й, кто бы мог подумать, что наша леди безупречность занимается плагиатом. Что подумает высший свет, когда я об этом случайно, конечно же, проболтаюсь.
– Ты-ты… – Лария покраснела, непонятно, от гнева или смущения. – И вообще, откуда ты знаешь об этом письме, если, как ты говоришь, подобные романы читают только блондинистые дуры или просто дуры? Ты не блондинка. Дура?
Теперь Элайна стремительно покраснела.
– Я… Я проводила эксперимент, пыталась понять, что в таких книгах находят такие, как ты!
– Какие, как я?
– Такие.
В воздухе отчётливо запахло грозой. Турий, по неопытности молодости, попытался было встрять в спор сестёр, но был вовремя перехвачен отцом и отправлен из комнаты.
– Поверь моему опыту, сын, – заметил он, выталкивая юношу. – Никогда не встревай в спор двух женщин. Прилетит от обеих, ещё и виноватым окажешься. А нам с тобой нужно решить, что делать будем. Регент требует взять тебя с собой в столицу… Думал действительно Ларса отправить в поездку по герцогству… Теперь и не знаю, что делать. И в столицу не могу не ехать, и уже все люди собраны для поездки по герцогству. Тоже не отложишь. Может, действительно просто назначить кого главным…
Ни сын, ни отец не заметили, как Элайна, стоявшая неподалёку, услышав их разговор, тут же навострила уши, переругиваясь с сестрой уже чисто машинально. Дождалась, когда оба выйдут, глянула на сестру.
– Всё-всё! Сдаюсь.
– Ты! Ты!..
– Но знаешь, переписывать письма жениху из любовных романов… Такого я от тебя не ожидала, сестрёнка. Если не получается, могла бы меня попросить о помощи.
– У кого это не получается! – всё ещё не отошла от схватки Лария. – И ты серьёзно хочешь помочь? Не много ли берёшь на себя, мелочь? Представляю, что напишешь ты! «Ролан, жду тебя утром под дубом на нашей поляне, захвати малину в меду».
– Ты её любишь, – кивнула Элайна, соглашаясь. – И что тебе не нравится? Коротко и по существу. Хотя я бы ещё добавила: «и прихвати для моей неподражаемой и любимой младшей сестрёнки горячих булочек с корицей». Что? Их повар потрясающие булочки печёт.
