Саша Ким Чадо от профессора

Пролог

ЛЕРА

— Мандаринка, шевели ножками, пожалуйста!

— Ну, мам, я устала, — протестующе бормочет Ксения, похоже, ещё толком не проснувшись.

— Ладно, иди сюда, — подхватываю дочку на руки и ускоряю шаг. — Если я опоздаю на пару, ты будешь оправдываться перед профессором.

— Договорились, — смеется маленькая проказница, накручивая мои волосы на пальчик. — Кабинет три пять семь.

— Точно. Спасибо, что напомнила, — улыбаюсь я не по годам грамотной девочке.

Моя гордость! Я сделаю все, чтобы у неё была жизнь отличная от моей. Пусть ради этого мне и придётся попотеть…

Но почему именно сегодня?! Первая пара в магистратуре! В новом городе! А в саду как назло отключили воду.

Показав пропуск охраннику, проскакиваю мимо проходной. Размашистым шагом, переступая по две ступеньки, преодолеваю лестницу. Оказавшись на третьем этаже корпуса, опускаю Ксюшу на ноги и облокачиваюсь на перила, чтобы отдышаться. Любопытный ребёнок тут же направляется изучать растения и разного рода стенды. Я не отвожу от неё глаз, боясь, что непоседа затеряется в толпе.

— Вы в порядке? — слышится над головой мужской голос.

О, этот голос… Он словно обволакивает мое тело. Строгий, мужественный. Как же он похож на…

Резко выпрямляюсь, и едва не теряю равновесие, наткнувшись на хмурый взгляд ореховых глаз. Они глядят так пристально. Заглядывают в самую душу. Как всегда...

Мужчина ловит меня за локоть, не позволяя упасть с лестницы. Руки все такие же сильные. Виски чуть тронула седина. И ему, оказывается, невероятно идет борода. Такой солидный. Словно вовсе не тот, о ком я ненароком вспомнила.

В медовом омуте его глаз мелькает неподдельное волнение, приводящее меня в чувства. Погодите-ка! Как такое возможно? Костя? В смысле... Константин Дмитриевич. Это действительно он? Что он здесь делает?

— Студентка, — одергивает меня мой бывший… преподаватель, — вам плохо?

Значит, даже не узнал? Вот как?

Тряхнув головой, словно пытаясь избавиться от наваждения, ухмыляюсь. Что ж, так и должно быть. Прошло столько лет. Да и я приложила немало усилий, чтобы стать другим человеком. Больше я не та наивная студенточка! А уж быть неузнанной этим негодяем мне и вовсе не привыкать!

— Я в полном порядке, — с вызовом бросаю я, задрав подбородок.

Костя хмурится ещё сильнее. А я вдруг очухиваюсь от шока неожиданной встречи, и оглядываюсь по сторонам:

— О, нет! — выдыхаю я испуганно, когда мужчина уже собирается уходить. — Ксюша!

Сердце пропускает пару ударов. Из-за этого мужчины я снова как дура! Это каждый раз ведёт к непоправимым последствиям! Где мой ребёнок?!

— Ксения! — кричу я на весь коридор. — О, малышка, пожалуйста!

От страха к горлу подкатывает тошнота. Бросаюсь по этажу, кидаясь на прохожих с расспросами. Не следовало нам сталкиваться! Не следовало смотреть в глаза этому мерзавцу! Боже, где же она???

Мой локоть вдруг оказывается в жестких силках. Поворачиваюсь и едва не вскрикиваю, снова обнаруживая перед собой причину всех своих бед.

— Не видите, я занята! — яростно выпаливаю я, пытаясь вырвать свою руку из крепкого захвата.

Звенит звонок на пару. И коридор начинает пустеть. В ужасе всматриваюсь вдаль.

— Вы вроде сказали, что в порядке? — не отстает профессор.

— Уже нет!

— Объясните толком, чтобы я мог помочь.

— Ребёнок! Маленькая девочка... Ещё секунду назад она стояла здесь! — трясясь от волнения, объясняю я, едва сдерживая слёзы.

Константин Дмитриевич тут же достает телефон и принимается кому-то звонить.

— Ксюша! — снова зову я.

Что делать? Бежать искать? Но что если она вернётся сюда, чтобы найти меня? А меня не будет... О Боже!

— Ее зовут Ксения, — выхватываю я из разговора Кости имя дочери. — Маленькая...

Отодвигает телефон от уха:

— Сколько ей лет?

— Три!

— Одета во что?

— Красная жилетка и джинсы.

Отвечаю на автопилоте, сама ещё не осознавая, как это должно помочь. Но вдруг срабатывает университетское радио. Мужской голос объявляет о пропаже моего ребёнка.

Не могу поверить! Это кошмар какой-то! Слёзы непроизвольно брызгают из глаз.

— Успокойтесь. Это вам никак не поможет, — Костя сжимает мой локоть сильнее.

— Пожалуйста, — шепчу я, едва сдерживая истерику. — Моя девочка.

Вновь направляюсь вглубь коридора. Ее нигде не видно. Возвращаюсь к лестнице, где Костя снова разговаривает с кем-то по телефону.

— Я понял. Какая аудитория? Угу. Спасибо, Игорек, — кладет трубку. — Пойдёмте, Лера.

— Что? Куда? А вдруг она вернётся сюда?

Костя хватает меня за руку и буквально тащит за собой по длинному коридору.

— Аудитория триста пятьдесят семь, — бормочет он себе под нос. — Это здесь.

— Что здесь? — недоумеваю я.

Я знаю, что у меня здесь пара. Но не собирается же он запихнуть меня туда, пока мой ребёнок бродит неизвестно где?! Пока я предаюсь своим абсурдным паническим фантазиям, Костя открывает дверь и входит в кабинет.

— Студентка Ксения, вас к ректору вызывают, — усмехается он, глядя куда-то вглубь аудитории.

— Я слышала по радио. Но я ещё не все стихи рассказала! — слышится протестующий детский голос.

Чувствую, как от облегчения снова начинаю рыдать:

— Ксения Валерьевна! — врываюсь в кабинет. — Ну, ты у меня получишь!

— Мама! — доча бросается ко мне в объятия, словно мы сотню лет не виделись. — Я договорилась с профессором. Он не будет ругать тебя за опоздание.

— Бестолочь! Если бы ты не сбежала, я бы и не опоздала, — отчитываю я дочку, крепче прижимая к груди. — Как же ты меня напугала.

Голова кружится. Приходится опереться на дверь.

— Вернёмся к изначальному вопросу: вы в порядке? — слышится мужской голос над головой.

— Д-да.

Разжав объятия, пытаюсь встать. Но ноги не слушаются.

— Игорь Николаевич, боюсь, мне придётся освободить вашу студентку от занятия. Обеих, — Костя подмигивает Ксюше, и предательница улыбается ему во все свои молочные зубы. — Пойдёмте, я провожу вас в медпункт, Валерия.

Костя помогает мне подняться. Не противлюсь. Лишь потому, что действительно чувствую себя неважно. Неожиданно навалившаяся слабость, видимо стала последствием стресса. Надо бы померить давление, пока я не рухнула в обморок, тем самым напугав Ксюшу.

— Дочь, никогда! Запомни, никогда больше так не делай! — отчитываю я ребёнка, пока мы идем по длинному коридору.

Костя держит меня под локоть, и я чувствую неловкость. Оттого и строю из себя строгую мамочку, чтобы отвлечься.

— Мам, ну ты же сама мне номер сказала. Вот я и пошла...

— Никогда! — снова повторяю я. — Без мамы никуда нельзя ходить! А если бы там были медведи? Они бы съели мою Мандаринку! — не удержавшись, улыбаюсь доче.

— Мишки-ми-ми-мишки! — поет Ксюша.

— О, я тоже знаю эту песню, — вдруг отзывается Костя и начинает тихо подпевать моей дочери.

Вот как? Знает? Конечно, у него тоже уже есть дети. Подавляю неприятное собственническое чувство, нарастающее в груди. Меня-то даже не узнал! Что с него взять? У него таких глупеньких студенток как я вагон был.

Все время в медпункте, Костя развлекает Ксюшу. Хотя скорее она его. Блещет так сказать всеми своими знаниями, начиная от математики, заканчивая тем, где живёт Дед Мороз.

— Константин Дмитриевич, ну у неё давление восемьдесят на сорок, — почему-то обращается к Косте медсестра.

Словно он неразумного ребёнка привёл, ей богу!

— Я таблетки выдам. Но ей бы отдохнуть не помешало. Да поесть чего.

— Понял, — кивает Костя, поднимаясь с дивана. — Мы можем идти?

— Да, Константин Дмитриевич, — лебезит девушка в коротюсеньком халатике, протягивая мне блистер с таблетками.

Да у неё же там все белье видать! Знаю я, что бы моя бабуля сказала, если бы эту свиристелку увидела... Как же бесит!

— До свидания, Константин Дмитриевич! Заглядывайте к нам почаще!

До какого ещё свидания?!

— Надеюсь, у меня не будет на то причин, — ухмыляется Костя.

О, тут-то все осталось без изменений! Вы только посмотрите! Он ещё и улыбается этой!

— А вы без причин, — отзывается девушка. — Просто так. Чайку попить.

Ну су... супер!

Забыв себя в неожиданном и совершенно неуместном приступе ревности, хватаю дочку за руку и выскакиваю за дверь. Пусть и дальше любезничают! Только без меня.

— Костя, ты говорил, что покажешь свой кабинет! — вдруг выдает Ксюша, и я удивленно оборачиваюсь.

На конце нашей «гирлянды» болтается мерзавец с ореховыми глазами. Доча не промах. Видимо ей тоже не понравилась тетенька в халате, вот она и подмотала симпатичного профессора, не позволяя им продолжать. И смех и грех!

— Вы далеко живёте? — вдруг спрашивает Костя.

— Нет! — выпаливаю я. — Сейчас же пойдём...

— Да, — вклинивается маленькая предательница.

— Подробней, — просит Костя, обращаясь к ребёнку.

— Вот сначала мы едем на автобусе. Потом на метро. Потом пешком...

— Ясно, а потом три дня на оленях?

Ксюша смеется:

— Как Дед Мороз что ли? Нееет, — тянет она. — Хочешь в гости?

— Хочу. Но сначала твоей маме нужно отдохнуть и поесть. Слышала же, что доктор сказал.

— Я могу все это сделать дома, — пытаюсь я влезть в их оживленную беседу.

— Это долго. А вам необходим отдых немедленно. Пока вы не свалились в обморок.

Голова все ещё кружится, а потому сил протестовать у меня попросту не находится. К тому же, послать его ко всем чертям и потерять сознание, оставшись наедине с дочкой, мне не улыбается.

Костя тянет за руку Ксюшу, а она меня. Куда мы идём? И почему я вообще следую за этим человеком? Сколько боли он мне причинил...

— Располагайтесь, — велит мужчина, заводя нас в какой-то кабинет. — Нет, Мандаринка, диван мы оставим мамочке. А тебе я разрешаю исследовать свой стол. Я пока еду закажу. Что вы обычно едите?

— Макароны, — кривится дочка, даже не позволяя мне рта открыть.

— А что ты любишь? — заговорщически шепчет Костя, наклонившись к девочке.

— Картошку фри! — восклицает она, хлопая в ладоши.

— Так и быть!

— Ну, нельзя ведь... — начинаю я свой вялый протест.

— Сегодня можно! — категорично отрезает Костя. — Если желаешь, лично для тебя мы закажем ма-ка-ро-ны.

Мы снова перешли на «ты»? И что это вообще за фамильярная интонация? Он словно ребёнка дразнит. Только что язык осталось показать.

— Почему все ещё стоишь? Приляг. Иначе я буду вынужден вызвать скорую.

Какую ещё скорую? Не надо этого! Если меня в больницу загребут, куда я Ксюху девать буду? Ещё не хватало по больницам с ребёнком шарахаться. Я послушно присаживаюсь на край дивана.

— Лечь, — приказывает мой бывший профессор.

— Мам, ну чего ты как маленькая, не слушаешься совсем?

— Мандаринкам слова не давали, — притворно злюсь я.

Скинув балетки, я все же подчиняюсь и укладываюсь на кожаный диванчик. А что ещё остаётся, если эти двое ополчились против меня. Какое-то время я просто лежу и слушаю, о чем болтает Ксюшка. Но когда слабость накатывает новой волной, я уже не могу противиться. Просто прикрываю глаза на секунду.

— Спасибо вам, — бормочу я слова благодарности в адрес Кости. — Не знаю, что бы я делала без вас...

Это точно. Если бы не он, я ни только не нашла бы Ксюшу так быстро... у меня бы ее и вовсе не было. Моя малышка — лучший подарок, что он мог оставить мне на прощание четыре года назад...

Сквозь навалившуюся дремоту, мне слышится его голос:

— Тебе не за что благодарить меня... Мандаринка. Пока.

От автора:

Приветики, мои дорогие!

Счастлива видеть вас в новой книге!

Благодарю за ваши лайки и комменты, это очень бодрит музу!

Давайте вместе насладимся этой потрясающей историей!

Ваша Саша❤️

Часть 1. Глава 1

Несколько лет назад…

ЛЕРА

Ну и где его черти носят?! Я нервно оглядела толпу. Миши нигде не было видно, а вот-вот начнется обратный отсчёт. Это обстоятельство сильно меня нервировало. Я притащилась в Москву, чтобы встретить с ним Новый год, а в итоге под залпы салютов, похоже, останусь в гордом одиночестве среди кучи незнакомцев.

Каток на ВДНХ был переполнен. Я мечтала попасть сюда на Новый год. Это волшебство какое-то. Повсюду смеющиеся голоса. Разноцветные огни светили так ярко, словно я и не в Москве вовсе, а в Питере, наслаждаюсь белыми ночами. Была я там однажды на экскурсии с классом. Подобное не забывается. Как и сегодняшняя ночь. Только по другой причине...

Мне с трудом удалось уговорить Мишу свозить меня на каток. Он хотел праздновать со своими одногруппниками. Благо у него получилось договориться, чтобы они пошли с нами. Иначе сомневаюсь, что он бы исполнил мое желание. Вроде все должны быть довольны. Однако за пару часов нашего пребывания на катке, Миша десяток раз отправлялся «погреться» к друзьям, которые отказались кататься, руководствуясь тем, что это «детские забавы».

Праздничная музыка немного отвлекла меня от беспокойного ожидания. Я стала тихо подпевать новогоднюю песню. В такой толпе все равно ведь никому до меня нет дела. Я проехала очередной круг, когда почувствовала, что на мою талию легла тяжелая рука.

— Ну, наконец-таки, — проворчала я.

Не успела я поднять глаза на Мишу, как начался обратный отсчёт. Я в восхищении замерла, устремив свой взгляд вверх. Сжала руку Миши сильнее, начиная перебирать в голове все свои желания. Выискивая самое ценное.

Зажмурилась, услышав первый удар курантов. Миша потянул с моего лица маску, и уже в следующую секунду, накрыл мои губы поцелуем.

Мы встречаемся со школы. Нам говорили, что рано или поздно мы расстанемся, что все это детская влюбленность. И я гордилась тем, что наши отношения выдерживают все испытания. Даже когда Миша поступил в универ и переехал в Москву, мы продолжали поддерживать связь.

Я бы с удовольствием поехала с ним. К тому же судя по баллам на экзаменах, я могла рассчитывать на бюджетное место, но... я не могла оставить бабушку. Даже не так. Она не отпустила меня.

Моя бабуля весьма строгих правил. Кроме того у неё на все своё уникальное мнение. К примеру, она считала, что девушки, живущие в общежитии непременно должны катиться по наклонной. А уж если эта наклонная оказалась в Москве, то концом пути непременно будет беспросветная бездна.

Справедливости ради стоит сказать, что у меня и денег не было на то, чтобы ехать учиться в Москву. Я планировала найти подработку, но бабушка и слышать ничего не желала.

Мише учебу и все прилагающееся оплатили родители, а у меня... и родителей-то как таковых нет. Я осталась в родном городе рядом с бабулей. Поступила в местный универ, что стало поводом безмерной гордости бабушки перед соседками. Будто были сомнения...

Мы с Мишей поддерживаем отношения на расстоянии. Я поддерживаю. А он просто позволяет мне это делать. Последнее время даже не напишет первый. Мне с трудом удалось убедить бабушку отпустить меня к нему на Новый год. И уже завтра вечером я обязана сесть на поезд, не то меня ждёт суровое наказание. К примеру, она может запереть меня дома на все каникулы. А это крайне нежелательно.

Я люблю бабушку. Она самый родной мне человек. Но сложно не заметить, что она часто перегибает в своём воспитательном процессе. К тому же мне скоро девятнадцать. А я до сих пор с бабушкой за ручку в поликлинику хожу.

Не то, чтобы я не справилась сама. Но бабушка считает, что дела обстоят именно так. Кстати, в том числе к гинекологу. Именно поэтому у нас с Мишей... кхм... чисто платонические отношения. Уж не знаю, как он это терпит. Но ещё когда мы учились в школе, он сказал, что все понимает и согласен подождать столько, сколько необходимо. А необходима была всего лишь свадьба. Бабушка едва ли не ежедневно читает мне проповеди о том, что секс до брака страшный грех. А я... хочу... Мне не терпится наконец изведать, что же это за запретный плод такой.

Если честно, думала, ждать осталось недолго. Подруги в один голос твердили, что после выпускного Миша сделает мне предложение. Конечно, это была бы чистая формальность. Я не рассчитывала на пышную свадьбу и объединение проблем и финансов в едином семейном котле. Но Миша решил не спешить с предложением.

Если подумать: мои проблемы всегда оставались только моими. Не то, чтобы он никак не поддерживал меня. Просто он всегда занят. Тогда как я стараюсь всегда быть в курсе его дел. Ещё пока мы учились в школе, я из кожи вол лезла, чтобы помочь ему подтянуть хвосты. Однако когда что-то нужно мне...

К примеру, сегодня он даже не удосужился встретить меня с поезда. Я была просто в бешенстве. Но он так изменился в последнее время... Он попросту пропустил мимо ушей все мои возмущения, ответив лишь, что у него и без меня дел полно.

Когда я думаю о таких моментах, сомневаюсь, что нам действительно суждено быть вместе. Однако... сейчас этот затянувшийся поцелуй разбудил во мне какие-то новые чувства, помогая выбросить из головы глупые мысли.

Согревающие руки скользнули под пальтишко, и я судорожно выдохнула, чувствуя, как фейерверки, что взрывались в небе, отзываются чувственными взрывами в моей душе. Волшебно...

Сейчас я счастлива!

— Лера?!

Продолжая самозабвенно целоваться, я не сразу поняла, что до боли знакомый голос обращается ко мне.

Стоп!

Я наконец открыла глаза и отпрянула.

— С Новым годом, мандаринка, — ореховые глаза незнакомца озорно светились.

Он подмигнул мне и, просияв ухмылкой Джони Деппа, разжал объятия. Я в ужасе отскочила, едва не налетев на какую-то целующуюся рядом пару.

— Вы кто?!

— Какого хрена тут происходит?! — неистовствовал Миша, обращаясь ко мне.

Должна признать, я его прекрасно понимаю. Но при чем тут я? Я жертва этого мошенника!

КОНСТАНТИН

— Новоч... ЧТО?! И ты сообщаешь мне об этом в канун Нового года?! — моей ярости не было предела. — Это что еще за Тмутаракань?

— Кость, успокойся, я сам только узнал. Ну, согласись, ты наворотил дел. Теперь чтобы ректорат остыл, тебе придётся залечь на дно, — наставительно сказал Юра. — Один семестр. Обещаю. Пока ты будешь отбывать своё наказание в этом провинциальном вузе, я подготовлю почву для твоего триумфального возвращения.

— Какое ещё нахрен наказание? Кому какое дело с кем я сплю?! — неистовствовал я.

— Не будь это студентки... Кость, это элементарная субординация. Ты не должен был преступать черту, — он отчитывал меня как подростка. — Может тебе станет легче, если ты узнаешь, что Игорек тоже попал из-за вашего дурацкого спора. Так что тебе не одному там куковать...

— Не собираюсь я нигде куковать! — перебил я его. — Ноги моей не будет в этом мухосранске!

— Ты, конечно, можешь отказаться. Спорить никто не станет. Но тогда не видать тебе кресла ректора. Ты сам это должен понимать. Я попытался найти для тебя максимально безболезненный выход из сложившейся ситуации. Не хочешь? — друг пожал плечами. — Дело твоё.

— Это ты называешь безболезненным? Полгода в каком-то богом забытом городке? Где это вообще?

— В Ростовской области, — спокойно отозвался Юра.

— Тыща километров от дома! — взревел я. — А поближе вариантов ссылки не было?

— Наш ректор там когда-то преподавал. Потому я и выбрал именно этот вуз. Он оценит.

Я отмахнулся от него, как от назойливой мухи.

— Какие планы на праздник, дружище? — решил перевести он тему. — Опять по клубам кутить?

— Какие планы? — пробухтел я. — Вещи паковать, походу!

— Значит, все же поедешь? — друг хитро прищурился.

— Петрович собирается на заслуженный отдых, — констатировал я. — Если не я займу его место, то кто?

— Самомнение на высоте. Точно не пропадешь, — присвистнул друг, и снова перевел тему, когда я скептически изогнул бровь. — С родней не планируешь праздник отметить?

— Не уж увольте! Накануне Соня заявилась. Беременная, — я поморщился, чувствуя по этому поводу едва ли не физический дискомфорт: тема детей меня всегда напрягала. — Отец в бешенстве. Лучше ему на глаза пока не попадаться.

— Что, даже не попрощаешься перед затяжной командировкой?

— Это для меня затяжная. А для него, благо, если за полгода вообще остыть успеет. Не хочу в этом участвовать.

— Ну, дело твое, — невесело усмехнулся Юра. — В общем, мы с Людкой дома праздновать будем. Если надоест развлекаться как подростку, милости просим на нашу скромную вечеринку.

— Не по мне это дома тухнуть. К тому же хоть оттянуться перед ссылкой надо, — пробормотал я, пожимая руку приятеля. — С наступающим, Юр.

— Кость, — окликнул меня Юра, когда я уже стоял в дверях. — Ты хоть там не накосячь.

— Да пошёл ты! — ухмыльнулся я, закрывая за собой дверь его кабинета.

Конечно, я напился. А какие варианты мне ещё оставались? К тому же праздник, как-никак. Правда новогодним настроением и не пахло. Не спасали даже мандарины, которыми я закусывал текилу.

Просто блеск!

Меня — перспективнейшего молодого профессора, с двумя высшими образованиями погнали взашей, словно нерадивого щенка! Что ж, я готов с честью принять это испытание. А потом, когда я доберусь до ректорского кресла, ещё посмотрим кто кого!

— Костян, ты чёт сегодня не в духе, — хохотнул Игорь.

— Ты серьезно? Или ты просто не в курсе в какую... кхм...

Я оглядел многолюдную площадь и заговорил тише. Преподаватель, как-никак.

— Хочешь сказать ты ещё не слышал, что нас ссылают в какой-то Новоч... черт знает как его там!

— Так это же забавно! — неожиданно отозвался друг. — Мы с тобой ещё и там покутим. Как насчёт ещё одного пари?

— Нет уж. Я с тобой больше спорить не стану. В прошлый раз я выиграл. Почему ты до сих пор не отдал мне свою тачку? — хмыкнул я.

— Смею заметить, это весьма спорный вопрос, Константин Дмитриевич, — деловито начал отмазываться Игорек. — Мы обуславливались на три месяца. Срок не вышел.

— Кто виноват, что нас спалили?

— У тебя было восемь студенток. У меня семь и одна в разработке. Если бы не форс-мажор, я бы уравнял счёт, — уверенно заявил друг.

— Что ж, предложить вам овертайм, Игорь Николаевич, не в моих силах, — подыграл я другу. — Как насчёт пенальти?

— Прям щас? — удивился Игорь.

— Почему бы нет?

— Есть идеи? — он заинтересованно приподнял бровь.

— Масса, — я повёл рукой, указывая на бесчисленное множество девушек вокруг нас. — Поцеловать первую встречную. Как тебе?

— По рукам! — засмеялся Игорь.

Он тут же принялся выбирать для себя жертву. Его взгляд, очевидно, зацепился за длинноногую блондинку, что явно была одета не по погоде в своём платье мини и короткой шубке.

Игорек хмыкнул и вальяжным шагом направился к девушке.

Уж не знаю, что он там ей втирал, но она довольно быстро позволила ему приобнять себя. Однако уже через минуту я сложился пополам, когда блондинка влепила моему приятелю звонкую пощечину.

— Так-то, Игорек! — смеялся я, когда мой непутевый друг вернулся обратно. — Смотри и учись!

Я уселся на лавку и принялся натягивать коньки.

— Какого черта ты делаешь? — непонимающе нахмурился Игорь.

— Посмотри на этих курочек на катке? Они почти все себе под ноги глядят. Это раз. Во-вторых, чтобы выиграть спор не стоило выбирать такую фифу. Кого попроще. Например, вон та, — я указал на девушку, что неуверенно притормозила у бортика и, в который раз осмотрелась по сторонам. — В красном пальтишке. Милашка, не правда ли? Готовь свою тачку, дружище!