Старик молча слушал.
– Ну, и куда ты теперь?
Робин молчал. Куда он теперь? Он не знал.
Старик поднялся.
– Ладно, если хочешь, можешь пожить у нас.
– Но у меня нечем заплатить.
– С Люськой вон посидишь. Мне некогда. Конец мая, трава цветёт. Собирать надо.
– Так вы травник? Знахарь?
– Помогаю потихоньку, сколько могу. За девкой приглядишь, по хозяйству что поможешь. Домой, я понимаю, не пойдёшь?
– Не пойду. Им и так тяжело, куда я ещё нахлебником.
– Дурка ты малый, дети для родителей не могут быть нахлебниками. Звони хоть, не теряйся, не рви им сердце ещё и ты.
Робин кивнул.
– Ладно, мне в лес надо, засиделся тут с вами, – он надел плащ с большими карманами, взял корзину, погрозил Люське пальцем и вышел.
Они остались одни.
– Ну, Люся, что делать будем?
Девочка быстро слезла с его колен и подбежала к комоду. Открыла самую нижнюю полку и достала оттуда толстую старую растрёпанную книгу, и, прижимая её к себе, побежала к дивану. Быстро вскарабкалась на него и ладошкой похлопала рядом с собой, зовя Робина.
Он подошёл и сел рядом. Она сунула ему книгу.
– Ну, давай почитаю. Зелёные глаза её радостно вспыхнули.
Утром пошёл сильный дождь. Бюро погоды за три дня предупредило, что по графику наступает срок полива растений и очистки мегаполиса, когда в дождь добавляли нейтрализатор и смывали все загрязнения, превращая их в удобрения, что особенно актуально сейчас, после праздничного фейерверка.
Ночь была тёплой. Ан не закрыл окно, и теперь шум ливня разбудил его. Ещё не совсем проснувшись, в полудрёме, он слушал, как потоки воды обрушиваются на элизий.
«Сегодня испытание», – мелькнуло в голове, и Ан быстро сел.
В дверь постучали.
– Ан, пора вставать, у тебя сегодня экзамен! Иди завтракать! – донёсся тётин голос.
– Иду, тётя.
Через десять минут он вошёл на кухню, где уже собралось всё семейство.
– Доброе утро!
– Доброе! – тётя оторвалась от шкворчащих на плите сырников и улыбнулась ему.
– Здоров, – дядя свернул газету.
Сандра, раскладывая тарелки на столе, кивнула.
– Ну, что, выпускник, к испытанию-то готов? – дядя бросил газету на подоконник.
– Готов.
– Это хорошо. Смотри, покажи там, на что ты способен. Директор ваш, Григорий Тихонович говорил, что у тебя есть шанс выдержать на отлично, и перейти к Творцам. Не будь дураком, не упусти его, ты же мечтаешь учиться в Наукограде?
– Ну, да, хотел бы.
– Ну, да, хотел бы, – передразнил его дядя. – Что ты мямлишь? На экзамене так будешь, не видать тебе Творца, как своих ушей.
– Отец, что пристал к парню? Дай ему поесть спокойно! Не дёргай, он и так волнуется, – вступилась тётя, ставя на середину стола белую глубокую тарелку с горкой румяных сырников.
– Волнуется, – проворчал дядя, перекладывая себе на тарелку порумянее, – а не должен волноваться или должен так спрятать все свои волнения, чтоб никто не увидел. Надо быть уверенным в себе, а не нюней. Только так можно добиться в жизни всего, чего хочешь, а не: «Ну, да, хотел бы…», тьфу, – захватив целую ложку густой сметаны, он опрокинул её белой шапкой на горячие сырники.
– Да что ты развоевался-то с утра? – тётя обернулась к мужу.
Дядя глянул на Ана.
– Да ничего, так я. Не сердись, – он потянулся и потрепал его по шее, – это я любя, ты же мне как сын, переживаю за тебя.
Помолчал и добавил:
– А ты там все-таки, понастойчивее!
– Хорошо, дядя, – улыбнулся Ан.
Легко стукнувшись лбами в знак примирения они, засмеялись.
– Ну, вот и хорошо! Ай! Горю! Воды!!
Ан взглянул на тётю и обмер: полотенце, лежащее на её плече, одним концом упало в огонь конфорки и загорелось. Огонь быстро побежал по нему и добрался уже до фартука. Ан хотел броситься к тёте, помочь, но не смог даже пошевелиться. Его словно парализовало, мир исчез, остался только огонь. Пламя, пожирая пространство, тянулось к нему:
– Ты мой. Растворю. Сожгу. Уничтожу. Ты – ничто, – блики огня говорили на понятном только им языке. В ярком пламени стали проступать какие-то тени.
Ан очнулся, когда кто-то облил его холодной водой. Вздрогнув, он осмотрелся. Тётя стояла вся мокрая в луже воды недалеко от выключенной плиты. С её волос капала вода. Дядя с пустым ведром рядом с ней. А Сандра с большой банкой возле Ана. Все трое почему-то с жалостью смотрели не на тётю, а на него.
– Простите, – прошептал Ан.
– Ничего, ничего, – засуетилась тётя, – Ничего страшного. Сама виновата, неаккуратно около плиты. Ты как? Как себя чувствуешь?
– Ты так побелел, что мы все перепугались, – сказала Сандра.
– Я нормально. Испугался огня. Никогда не думал, что могу так испугаться огня.
Дядя с тётей переглянулись.
– Не думай об этом. У каждого свои закидоны. Ладно. Быстро! Все приводим себя в порядок. Мы уже опаздываем, – покрикивая, дядя вышел из кухни, унося ведро.
***
Школьный двор бурлил. Родители, школьники, выпускники, учителя – все смешались в одну радостно-напряжённую гомонящую толпу, ожидающую традиционную речь Куратора-Хранителя, который ежегодно допускал выпускников к испытанию, а затем объявлял его результаты.
Ан стоял рядом с Линдой. После неудачного знакомства с её родителями они увиделись впервые. Чуть в стороне переминалась с ноги на ногу Клавдия Егоровна, которой Пётр Степанович строго – настрого наказал следить за тем, чтобы Линда не встречалась с Аном, но она не решалась подойти к группе выпускников.
– Волнуешься? – Линда погладила руку Ана.
– Есть немного. А ты?
– Нет. Это у тебя решается судьба, а за меня уже давно всё решили, – потупилась Линда.
Ан обнял её за плечи и шепнул на ухо:
– Не переживай. Я что-нибудь придумаю. Мы обязательно будем вместе. Ведь ты хочешь, чтобы мы были вместе?
Линда взглянула на него васильками глаз, черные зрачки-воронки закрутили Ана, затягивая на самое дно, засмотревшись в них, он забыл обо всём.
Резкий звук звонка заставил их вздрогнуть. Обернувшись к школе, они увидели директора школы. Невысокий лысый толстячок в темно-синем костюме стоял рядом с высокой худощавой женщиной. Её смуглую кожу и короткую стрижку чёрных волос эффектно подчёркивал белый брючный костюм.
«Хранитель», – выдохнула толпа.
– Уважаемые родители и выпускники! – голос директора, многократно усиленный, был слышен в каждом уголке школьного двора. – Поздравляю вас со знаменательным днём вашей жизни! С окончанием обучения! Все эти годы каждый день, из года в год вы приходили в школу, которая стала для вас вторым домом. Тут вы взрослели, получали знания, обретали друзей, становились людьми – будущими достойными членами нашего славного элизия. Наконец, пришло время последней проверки ваших знаний, последнего испытания, результаты его определят каждому из вас дорогу в будущее. Сегодня день, когда вам необходимо сконцентрироваться и показать всё, чему вы научились и на что способны. Желаю вам спокойствия и ясности ума. Передаю слово Куратору – Хранителю элизия.
Женщина кивнула директору и сделала шаг вперёд.
– Друзья! Уважаемые выпускники! Восемнадцать лет Хранители создавали все условия, чтобы вы могли счастливо расти и бесплатно получить образование, выявить и развить свои таланты и способности. Теперь пришло время вам выбирать свой жизненный путь и послужить на благо нашего общества. Только так, общими усилиями, делая нашу жизнь прекрасной, оберегая незыблемость её порядка, мы можем с честью сказать, что сделали все для процветания цивилизации планеты Земля.
Повисла секундная пауза и стала слышна глубокая тишина, казалось, мир замер перед решающим испытанием.
– Прошу выпускников пройти в здание школы и подняться в актовый зал.
Директор и Хранитель встали по обеим сторонам двери, пропуская выпускников.
Ан за руку с Линдой пошли вслед за всеми.
***
Актовый зал был переоборудован под экзамен. На сцене за длинным столом расположились наставники тех дисциплин, по которым предстояло испытание: математике, физике, химии, естествознанию, робототехнике и программированию, истории Земли и обществоведению, словесности и риторики. Перед каждым из них на зелёной мраморной столешнице стоял монитор, соединённый с компьютерным центром, спрятанным за полупрозрачной занавесью в глубине сцены.
Внизу, в зале, в четыре ряда по десять столов расположились места для испытуемых, на каждом – компьютер, рядом с ним табличка с номером.
У входа в зал всех остановили.
– Внимание всем! – директор поднял руку.
– Сейчас вы по одному заходите и садитесь на любое, понравившееся вам свободное место. Важно: проходить и занимать места быстро, чтобы не задерживать остальных. Прошу! – директор отошёл в сторону, Куратор – Хранитель встала напротив него.
Испытуемые начали занимать места. Через несколько минут все расселись. Куратор – Хранитель и директор школы зашли в зал последними, и прошли на сцену к преподавателям.
Все было готово.
Директор подошёл к краю сцены с последним напутствием.
– Ребята, задания вам предстоит выполнить непростые. Не спешите, у вас достаточно времени, чтобы все спокойно обдумать. Внимательно читайте то, что появится на экране монитора. Даже если задание покажется вам лёгким, обязательно прочтите его дважды, прежде чем приступить к выполнению. Вся информация по прохождению экзамена в вашем компьютере. Обязательно ознакомьтесь с вступительной инструкцией и строго следуйте ей. Если у кого-то возникнут проблемы с пониманием задания, или кому-то понадобится обратиться к членам комиссии, нажмите на красную кнопку, которая находится под монитором. Я надеюсь, что вы все отлично справитесь с испытанием. Хорошо! Теперь прошу всех зарегистрировать своё участие. Для этого приложите ладонь к индикатору личности, который находится прямо под табличкой с номером вашего стола. Проверьте, если регистрация прошла успешно, то на табличке должно высветиться ваши имена: идентификационное и общественное. Если увидите ошибку, нажмите красную кнопку. Прошу приложить ладони!
Экраны мониторов преподавателей засветились, высвечивая вход учеников в систему. Директор внимательно просматривал список. Наконец, на его мониторе высветилось: «Вход в систему произведён успешно. Все испытуемые зарегистрированы».
– Молодцы. Так, все хорошо. Начинаем испытание. Оно продлится ровно четыре часа. Прошу всех надеть на голову обруч, который лежит на вашем столе. В ходе испытания его снимать нельзя. Если это сделать необходимо по какой-то причине, например, вам необходимо прервать испытание, чтобы выйти, то не снимая обруч, нажмите красную кнопку. В противном случае будет считаться, что вы не прошли испытание. Внимание! – Он обернулся к Куратору – Хранителю. Она кивнула и быстро набрала комбинацию цифр. – Время пошло! Удачи всем.
Экзамен начался. На мониторах наставников, Куратора и директора школы, отразились иконки испытуемых. Один клик, и в развороте иконки можно было видеть монитор испытуемого и весь ход его экзамена с отображением верных и ошибочных решений с комментариями.
***
Ан вместе со всеми приложил ладонь к идентификатору, и надел обруч. Первые три часа прошли для Ана довольно легко, со всеми предметными заданиями он справился. Остался последний блок.
«Интересно, а что это за последний блок»? Экран на мгновенье погас. Затем на чёрном фоне высветились жёлтые крупные буквы: «Проверка психологической адаптации. Подтвердите готовность – Enter».
Ан опешил, что за психологическая адаптация? Такого предмета в школе не было. Чуть поколебавшись, он нажал Enter.
В обруче послышался щелчок, в глазах у него потемнело, а затем ярко вспыхнул свет. Он сидел в глубоком кресле в тесной комнате, напоминающей каюту корабля, за широкими иллюминаторами которого чернел космос, рассыпаясь миллиардами звёзд. Яркая вспышка и звуковой сигнал привлекли его внимание к табло над дверью, на котором зажглась пульсирующая надпись: «СРОЧНЫЙ СБОР». Раздался механический голос: «Внимание экипаж! Всем срочно явиться в центр управления кораблём», повторив дважды, голос умолк.
Ан встал и вышел в коридор, который узкой металлической змеёй уходил вглубь корабля и упирался в массивную дверь. «Центр управления» прочитал он надпись над нею и направился туда. В большом круглом зале под панорамными окнами в полумраке светились стенды со встроенной аппаратурой, наклонённые под углом в сорок пять градусов.
Напротив входа у стендов расположились три кресла. В центральном сидел седой плотный мужчина, руки его покоились на широких подлокотниках. Слева от него – молодой парень, по возрасту чуть постарше Ана. Он обернулся к Ану и улыбнулся, приветственно взмахнув рукой. Старший, не оборачиваясь, произнёс:
– Приветствую Андо на борту нашего корабля. Проходите, занимайте свободное кресло.
– Здравствуйте, – поздоровался Ан, усаживаясь в кресло.
– Итак, вся команда в сборе. Давайте знакомиться. Меня зовут Беркли Смагондар, я – командир корабля. В кресле штурмана – Александр Смирнов. В кресле ассистента – Андо Альденис. Меня можете называть просто командир.
– Меня – Саша.
– Ан.
– Отлично. Теперь к делу. Наше задание в конверте, который лежит передо мной. Ан, возьмите конверт и прочитайте вслух, что там написано.
Ан взял конверт – плотная белая бумага, без надписей и не запечатана. Внутри оказался тонкий листок, свёрнутый пополам. Это была карта звёздного неба. Расположение звёзд было незнакомо, Ан с интересом принялся рассматривать созвездия и обнаружил, что две звезды обведены красными кружками. На обороте карты он прочёл:
«Планета «Альфа» терпит бедствие. От неё получен сигнал бедствия. Необходимо выяснить, что происходит и по возможности помочь. На планете «Омега» находится чрезвычайно ценный для Земли груз, который необходимо в обязательном порядке доставить на Землю. Выполнение обеих задач важно. Приоритет исполнения задания установите сами. Действуйте по обстановке».
Ан ещё раз взглянул на карту и положил её перед командиром, который бегло осмотрев, передал штурману:
– Введите координаты.
Александр поколдовал над пультом управления, и прямо перед ними на панорамном окне появилась полупрозрачная карта с ярко горящими точками–планетами – «Альфой» и «Омегой» – целями их путешествия, и тонким белым пунктиром проложенного пути до них.
Ан вздрогнул от внезапного голоса бортового компьютера:
– Планета «Альфа» топлива достаточно до подлёта к планете. Для возвращения на планету Земля топлива недостаточно. Уточните место дозаправки. Планета «Омега» топлива достаточно до подлёта к планете и для возвращения на Землю.
– Так, – нахмурился командир. – У нас проблемы. Неизвестно сможем ли мы дозаправиться на «Альфе».
В каюте повисла тишина.
Наконец, командир произнёс:
– Прошу каждого принять решение: летим ли мы на «Альфу», помогаем спасти разумную жизнь, но неизвестно сможем ли заправиться и выполнить второе задание, вернуться. Или летим к планете «Омега», и с необходимым Земле грузом возвращаемся.
Ан растерялся. Он, конечно, изучал астрономию, но она считалась необязательным предметом. Космос земляне не исследовали. По мнению Хранителей, это требовало неоправданно колоссальных финансовых вложений, а Земля должна быть самодостаточным замкнутым миром. Учёные искали новые источники ресурсов в возобновляемой природе, что считалось естественным, а потому правильным, хотя космические компьютерные игры пользовались большой популярностью, как среди детей, так и у взрослых.
– Я думаю, что надо лететь к планете «Омега» и с ценным грузом возвращаться на Землю, – не колеблясь, сказал командир. – Для меня все ясно. Я отвечаю за ваши жизни и за выполнение задания.
– Да вы что? – подскочил на месте штурман. – Конечно, живые важнее! Они там погибают, а у нас есть возможность их спасти! Ну, не долетим до Земли сразу. Так оттуда можно послать сигнал, и за нами прилетят, а груз этот никуда не денется. Ан, ты как?
«Странное задание. Что тут испытывают мою гуманность что ли, или практичность? Выбор: спасение живых существ или ответственность перед своей планетой? Какой ответ они от меня ждут? Думаю тут важнее ответственность перед Землёй». Он колебался. Наконец, тихо произнёс:
– Я думаю, что лететь на планету «Омега» и вернуться на Землю с ценным грузом будет правильнее, чем лететь к «Альфе» и узнать, что мы ничем не можем помочь. При этом Земля может потерять и корабль, и ценный груз.
– Что ж, ваше предложение вполне разумно, – произнёс командир. – Летим на «Омегу».
И корабль устремился к заданной точке.
«Дурацкое задание, – думал Ан, – и вообще, решать должен командир, а не ассистент». Он чувствовал себя виноватым, словно сам, одним махом, уничтожил целую планету, которую, если бы не его трусость, спасли бы.
«Да, ничего я не струсил! – убеждал он сам себя. – Чтобы мы могли сделать? Три человека? Только оценить обстановку и послать сигнал на Землю. И сидели бы там, пока с Земли не прилетели. Глупо! Только зря время тратить. Да и неизвестно, что там. Может глобальная природная катастрофа. Только корабль погубили бы, я высказал разумное решение». Но всё равно, червь сомнения точил его. Ан стал замкнутым и хмурым, и команда, чувствуя его настроение, не приставала с разговорами, что усугубляло ситуацию: Ан воспринял это, как отчуждение, и ещё больше раздражался.
Наконец, корабль вошёл в орбиту планеты и на втором витке приземлился. Попытки выйти на связь с базой ни к чему не привели. Было решено самим идти на место, выяснить, что происходит и забрать груз.
– Штурман и ассистент, выводите вездеход. Я буду через несколько минут.
Саша подмигнул Ану, и они направились в технический отсек корабля.
– Управлял когда-нибудь вездеходом?
– Бывало.
– Если хочешь, можешь сесть за управление.
– Давай, спасибо. Только таким я ещё не управлял, – смутился Ан, рассматривая огромную, в два раза выше его роста, машину. – На танк похож, только без дула, мы проходили по истории.
– Да ты что! Сравнил тоже. Давай забирайся, – Саша ловко вскарабкался в верхний люк и скрылся внутри. Ан полез следом. В отсеке вездехода было холодно даже в скафандрах, и тесно. В обзорное окно просматривалась платформа звездолёта, под ним – пульт управления. Саша усаживался рядом в кресло.
– Ну, готов? – спросил он.
– Готов!
– Давай!
Ан запустил двигатель. Штурман быстро набрал на пульте управления комбинацию цифр, стена звездолёта перед ними вздрогнула и стала опускаться вперёд.
Ан дождался, когда стена полностью опустится, и осторожно начал ход, стараясь держать машину точно посередине. Съехав с платформы, они остановились.
Штурман новой комбинацией цифр поднял стену, которая закрыла вход в звездолёт.
– На всякий, – пояснил он, – и по инструкции положено.
Машина тихо гудела, ожидая командира.
– Смотри сюда и запоминай. Если что, чтоб смог попасть внутрь, – он медленно показал порядок набора цифр. – Запомнил? А вообще, лучше запиши код в браслет, – посоветовал он.
Ан последовал его совету.
– Да ерунда это все, – сказал он, сохраняя код в памяти. – Что толку, если я и попаду в звездолёт? Без вас я все равно не смогу взлететь, нас не обучали, как им управлять.
– Не скажи! А автопилот-то на что? Забираешься в звездолёт и громко орёшь: автопилотирование, цель полёта – планета Земля. И всё! Спи себе спокойно до прилёта, – засмеялся Саша.
Послышался стук открываемого люка.
– Что за веселье? Анекдотами балуетесь? – командир забрался внутрь.
– Ага, балуемся, – весело ответил Саша, подмигнув Ану.
– Ну, все на месте, поехали! – командир устроился рядом с ними. Саша незаметно толкнул в бок Ана.
Ан завёл вездеход.
– Вон там тридцать градусов от горизонта справа видишь базу?
– Небольшой покатый холм?
– Ну, можно и так назвать. Рули туда.
Вездеход вздрогнул, и тяжело вдавливаясь в почву, пошёл вперёд. Ану казалось, что на планете выпал темно-серый снег. Он был таким лёгким, что проходя по нему, вездеход оставлял за собой густую завесу снега-пыли, которая ещё долго стояла в воздухе перед тем, как осесть. Здесь всё было так необычно и завораживающее, что Ан невольно засмотрелся.
– Уснул? – Ан взглянул на штурмана. Тот, улыбаясь, смотрел на него.
– Все в порядке, – Ан прибавил скорость, и вездеход рванул вперёд, оставив за собой фейерверк пыли. Командир недовольно покачал головой, Саша весело хмыкнул.
***
Пологий холм постепенно приближался, пока, наконец, не превратился в цепь из нескольких огромных ангаров, прижавшихся друг к другу. Остановились около ближайшего крайнего. Двери ангара были закрыты.
– Нас не ждали что ли? – Саша взглянул на командира.
– Должны были ждать.
Саша спрыгнул с вездехода и загрохотал кулаком по металлу двери.
Пару минут ничего не происходило. Потом дверь ангара стала медленно приоткрываться, и из неё вышел человек.
– Привет, Элла! Как ты? Как дела? Давно не виделись!
«Девушка!» – ахнул Ан.
– Привет! Как у вас? Всё в порядке?
– Да, всё нормально, – командир спрыгнул следом за Сашей, и махнул Ану, чтобы следовал за ними.
– Давайте, проходите быстрее, у нас тут ЧП, – велела девушка, быстро входя внутрь и оставляя дверь открытой.
– Что такое?
– Что случилось? – в один голос воскликнули командир и штурман, следуя за ней.
Ан чуть замешкался, неловко вылезая из вездехода. Внезапно он почувствовал, как планета заходила ходуном, и, не удержавшись, упал, покатился в огромном пыльном комке. Послышался оглушительный грохот.
Придя в себя, он сел, скафандр спас от похоронившей пыли. Руками отталкивая тягучую вату, поднялся во весь рост и остолбенел. На месте ангара зияла пустота. Второй ангар, который стоял почти вплотную к первому, одним краем завис над провалом. Вездеход находился в каких-нибудь десяти метрах от края провала.
Ана охватила такая слабость, что он сел прямо в пыль, взметнув её в маленькие фонтанчики.
«Как же так! Что делать? Я один на планете. Задание не выполнено. А люди? Что с людьми?»
Он заставил себя встать и осторожно подойти к провалу, заглянуть внутрь.
Ангар лежал на боку недалеко от поверхности земли. Всего каких-то метров шесть – восемь.
– Эй! Меня слышит кто-нибудь? – крикнул Ан и прислушался. Тишина.
«Рация!» – добежав до вездехода, Ан быстро забрался внутрь, щёлкнул тумблером радиосвязи.
– Командир! Командир! Саша! Это Ан! Кто-нибудь меня слышит? Приём!
Прислушался. Из радиостанции доносился только треск. Он снова и снова пытался выйти на связь. Прошло долгих пять минут, когда Ан, наконец, услышал:
– Слышу тебя.
Ан подскочил от радости.
– Как вы? Живы? Как я могу помочь?
– Ан, это я – Саша. Командир и Элла похоже сильно пострадали. Они без сознания. Я вроде цел, только рука. Слушай внимательно. Главное доставить груз на Землю. Груз находится в последнем от этого ангаре. Там большой ящик маркированный «Земля 385».
Голос стал пропадать, теряясь в треске помех. Ан лихорадочно крутил настройку.
– Сашка, Сашка! Ты где! Я тебя не слышу, ты пропал!
– Спокойно, – тихий голос штурмана прорывался сквозь треск. – Тебе нужно поместить ящики в грузовой отсек вездехода.
– Какой груз?! Ты что?! А как же вы?
– Ангары в любой момент могут уйти под землю. Сначала груз. Потом придёшь за нами. Я пока постараюсь привести в чувство командира и Эллу. Иди уже. Потом свяжемся. Не отключайся. Я подскажу если что. Поторопись!
– Хорошо!
Ан завёл вездеход, и, стараясь выжать максимальную скорость, повёл к последнему ангару.
– Я тут на месте. У ангара. Дверь закрыта. Как её открыть? Сашка! Сашка! – в ответ тишина.
Ан выбрался из машины и бросился к ангару. Только подойдя совсем близко, он увидел справа от двери ангара кодовый замок. Поколебавшись, Ан набрал единственный код, который знал – код входа в звездолёт.
Пару секунд ничего не происходило, затем металлическая стена вздрогнула и плавно поползла вверх, открывая проход.
Он вошёл. Здесь было тепло. Жужжали кондиционеры, поддерживая необходимую температуру. Огромный ангар казался пустым. Только в центре него стоял большой ящик метра два в длину и полтора в ширину и в высоту. Ан попытался его сдвинуть и не смог.
«Должны же быть на складе какие-то подъёмные механизмы. Не руками же они всё таскают!».
Ан огляделся. По центру склада от входа к противоположной стене проходили колонны, а вдоль них под потолком тянулся толстый чёрный трос, в конце которого, у задней стены ангара, висел большой металлический крюк. На колонне рядом с ящиком, он заметил чёрную коробочку с кнопками: две кнопки располагались по бокам коробочки, и две сверху – снизу неё. На кнопках – стрелки с различными направлениями: вправо, влево, вверх, вниз. Секунду поразмышляв, Ан нажал кнопку влево или вперёд. Раздался тихий щелчок, и крюк медленно пополз от задней стены к Ану, когда он завис над ящиком, Ан повторным нажатием на кнопку остановил его. Стрелка «вниз» позволила спустить крюк, а зацепить за широкий кожаный ремень, которым ящик был плотно опоясан, было делом на пару минут.
Так, управляя крюком, Ан приподнял ящик и медленно понёс его к выходу. Аккуратно заведя в ангар вездеход, он поставил его под груз. Открыл верх грузового отсека и медленно погрузил ящик. Он был огромным, и Ан подумал, что не сможет закрыть грузовой отсек, ящик будет выпирать. Но все обошлось, крышка отсека, почти вплотную притираясь к ящику, закрылась. Ан машинально смахнул пот со лба, проведя рукой по скафандру, закрывающему лицо, улыбнулся.
«Фух. Одно дело сделано, теперь главное – люди», – думал Ан, выводя вездеход из ангара, и на максимальной скорости мчась к звездолёту. Через полчаса он был на месте.
Набрав код, Ан с замиранием сердца ожидал, откроется ли вход. Звездолёт не подвёл, код сработал, и платформа стала медленно опускаться, открывая проход. Ан осторожно завёл вездеход внутрь. Быстро выбрался из него.
«Как его разгрузить-то»? – Ан лихорадочно осматривался. Не найдя ничего подходящего, он попытался наладить голосовую связь с кораблём:
– Груз доставлен на корабль! Необходима разгрузка!– на разные лады кричал Ан. Звездолёт насмешливо молчал.
«Идиот! Столько времени потерял! Поеду так».
Он забрался в вездеход и с тревогой посмотрел на сигнал грузоподъёмности. На нем высвечивалось: «Внимание! Загрузка 98% максимально допустимой грузоподъёмности». Он знал, что на вездеходе стоит ограничитель грузоподъёмности, и что при его превышении, двигатель автоматически блокируется.
«Если даже в эти два процента не влезем все, то перевезу по очереди. Вперёд»!
Вездеход не успел выехать из звездолёта, как планета снова содрогнулась. Корабль вздрогнул, машину качнуло так, что Ана подбросило, и он стукнулся головой о люк. Хорошо, что скафандр смягчил удар. Новый толчок заставил юношу вцепиться в сидение. К счастью, всё вскоре затихло. Переждав несколько минут, Ан осторожно вывел вездеход из звездолёта, поднял платформу и посмотрел в сторону базы. Отсюда сложно было что-то различить, виднелся только перекошенный холм, который теперь скорее напоминал огромную шляпку гриба, сбитую ногой привередливого грибника и застрявшую вертикально в траве.
«Надо срочно вывозить людей. Саша, возможно, сможет разгрузить ящик. Ну, я – дурак – столько времени потерял, надо было сразу туда ехать»!
На предельно возможной для перегруженной машины скорости, он мчался к провалу, где находились люди. Опасаясь близко подводить вездеход, остановил его метров в десяти.
Прихватив рацию, он вылез из кабины и побежал к провалу. Не добежав пяти метров, он перешёл на шаг, чем ближе подходил к краю, тем осторожнее были его шаги. Подошёл, лёг и заглянул внутрь.
– Сашка! Командир! Вы тут? – прокричал он в рацию.
Сердце радостно стукнуло, когда донёсся хриплый голос Сашки:
– Нету нас, на курорте загораем! Груз забрал на вездеход?
– Забрал. Хотел выгрузить в звездолёте, но не смог.
В рации что-то неразборчиво сказали.
– Что?
– Груз полетит в вездеходе в транспортном отсеке. Его выгрузят на Земле. Почему ты здесь? Тебе же ясно сказали лететь к Земле на автопилоте. Доставить груз и прислать за нами спасательную экспедицию.
– Я это…, – Ан не знал, что сказать. Сказать, что не полетит без них, что совесть ему не позволяет так сделать? Как то по-детски звучит. – Я не смог открыть звездолёт, наверное, не ту комбинацию запомнил.
– Угу. А где ж ты пытался вездеход-то разгрузить? – сквозь треск помех, послышался кашель.
Сильный подземный удар покачнул землю под Аном. Земля осыпалась, подняв густую пыль. Рядом обвалился кусок породы и с шумом скатился вниз, оставляя за собой широкий грязно-серый шлейф. Ан с усилием отполз подальше от осыпавшегося края воронки и снова заглянул внутрь.
– Саш, как вы там?
– Нормально. Хватит болтать. А то так тут все и останемся, и с грузом. Трос притащил?
– Да!
– За вездеход конец зацепил?
– Да!
– Ну, и на том спасибо. Осторожно разматывай бобину и опускай вниз. Не торопись! Постарайся не пылить, и так ничего не видно! Трос-то хоть взял с креплением?
– А то!
– Ну, молодец. Давай.
Очень медленно и осторожно Ан начал разматывать бобину. Трос тихо пополз вниз.
– Всё. Есть! Жди, сейчас прикреплю командира.
Через десять минут Ан почувствовал, что трос дёргается и услышал:
– Давай иди в вездеход и очень медленно, слышишь? На самом медленном! Давай заднюю. Понял?
– Да, понял!
Ан бросился к машине. Трясущимися руками включил мотор, поставил на задний ход и медленно стал отводить машину от края провала. Трос натянулся и задрожал. Капли пота заливали глаза Ана. Чуть-чуть добавил скорости, машина вздрогнула и попятилась, выбирая трос из провала.
Проехав метров десять, Ан увидел, как тёмное тело, окутанное в грязно-серое пылевое одеяло, перевалилось через край провала и поползло следом за вездеходом. Ан резко остановил вездеход. Выключил двигатель и бросился к командиру. Наклонился, всматриваясь в пелену серой пыли. Пепельно-белое лицо с ввалившимися закрытыми глазами смотрело на него сквозь шлем. Трясущимися руками Ан оттащил командира подальше от провала.
– Сейчас, командир, потерпи. Сейчас поедем в звездолёт, а там и домой. Всё будет хорошо, – шептал Ан, отцепляя трос от крепления на его поясе. – Погоди пока тут. Я быстро.
Ан на ходу крутил ручку бобины, закручивая трос. Подбежал к машине. Сунул бобину на соседнее сидение, сел сам, и аккуратно взяв вправо, чтобы задним ходом не задеть потом командира, приблизился к провалу. Закрепил один конец троса к вездеходу и, прижав к себе трос, пополз к краю.
– Эй! Все в порядке! Давай другого! Спускаю трос!
– Молодец, – прохрипело в ответ. – Не другого, а другую. По нежнее там с девушкой.
– Да, аккуратно я, аккуратно!
Ан сначала вытащил Эллу, потом очередь дошла и до Сашки. Подняв его, он кинулся к нему и обнял. Слезы защипали глаза:
– Хорошо, хоть ты в сознании, а то бы я не знал, как бы вас и достать.
– Все нормально. Ты молодец, – Сашка похлопал его по спине.
– Ты сам как? Что такое? Перелом? – Ан с ужасом смотрел на безжизненно болтающуюся левую руку.