Рима Амелина Первый раз

Мы разошлись в разные коридоры, и направились в свои аудитории.

«Думай о предстоящих уроках» – говорила я себе, пытаясь избавиться от мыслей о Ричарде. И от слов Луизы, что он «ТАК на меня смотрел». Забудь Поли. Он играет с людьми. Ты никогда не узнаешь, что он реально думает, потому что его отношение меняется в зависимости от часовых поясов. То он улыбается, катается с тобой по треку, говорит по душам, а потом заявляет, что это ничего не значит, и вы друг другу – никто. Помни, как он оставил тебя в аэропорту Лос-Анджелеса, враз изменившись в лице. Ему нельзя доверять. От таких людей лучше держаться подальше. Мне не нужны лишние проблемы. Единственное, что я хотела – умыть Джессику и своего братца. У меня это получилось. Больше меня ничего не волнует.

Когда мы с Мэри зашли в класс, женские взгляды сразу упали на нас. Мои фотографии, гуляющие по колледжу, никто не отменял. И если Джессике я нос утерла, то многие понятия не имели про существование Полигона и наш внутренний конфликт. И для них – я была внебрачной дочерью Николаса Уилсона, которая спит за деньги со взрослыми мужчинами. Боже, не дай бог это дойдёт до директора и мистера Уилсона. Какой это будет позор... Как же сильно надо меня не переносить, чтобы так себя подставлять? Я ведь в таком случае молчать не буду, сразу же ткну в эту стерву пальцем.

Мы с Мэри сели за третью парту в среднем ряду.

— Не обращай внимания. Две недели максимум, и произойдёт что-то ещё более сногсшибательное, из-за чего про тебя все забудут.

Я развернулась к своей подружке, раскладывающей канцерные принадлежности, со стратегическим выражением лица, словно расставляющую свои войска, и меня озарило.

— Ты через это прошла... Когда твои фотки... — Я замолкла, уставившись на неё.

Мэри усмехнулась.

— Да, только мои фотки были настоящими. И они были выложены не стервой, которая не переносит меня на дух, а человеком, которого я любила. — Мэри закусила губу. — Знаешь, я тогда месяц в школу не ходила. Родители даже хотели меня перевести на домашнее обучение. Джек помог заткнуть всем рты.

— Чего!? — шепотом воскликнула я, не обращая внимания на язвительные комментарии со средней парты левого ряда. — Ты не говорила...

— Он помог сделать так, чтобы все замолчали. Ради себя. Я же косвенно и его унизила. Переспала со своим тренером, когда уже была договоренность с его семьей. Но после того, как он помог... Сам Джек стал ненавидеть меня. Как и его сестра, с которой мы до этого дружили, — пояснила Мэри.

— Ахренеть, почему ты раньше этого не рассказывала?

— Это не имеет значения. Сейчас мы друг друга не выносим, но на людях делаем вид, что все в порядке. А точнее, перед родителями. Скажу одно, — Мэри покосилась мне за спину, откуда доносились шепотки «шлюха», которые я бессовестно игнорировала. — Ты явно справляешься лучше меня.

— В моем случае, это все неправда, поэтому мне проще.

— Да, но другим ведь все равно, правда это или нет. Это те же слова, и те же взгляды, что когда-то проживала и я. Поэтому я и говорю, что ты справляешься лучше.

Дверь хлопнула, и весь шум резко исчез. В кабинет зашёл преподаватель. Мэри вздохнула, открывая учебник по истории с выражением великомученика.

Три лекции пролетели незаметно. Во время обеда, Тайлер встретил нас с Мэри у нашей аудитории вместе со своими друзьями, чтобы провести нас до столовой. Луиза уже ждала там. Казалось, просто дружеский жест. Почему бы не зайти за своими друзьями, поступившими на первый курс? Но я видела, как Тайлер внимательно смотрел на окружающих нас ребят, будто считывая угрозу. На лекциях нас с Мэри невозможно было достать. Педагоги не позволяли даже лишнего щума в классе. Но злые презрительные взгляды мне это замечать не мешало. Мэри старательно поддерживала меня своим присутствием. Не представляю, через что ей пришлось пройти в 15 лет, в полном одиночестве. Ее подруги тогда от нее отвернулись. Хотя, может оно и к лучшему. Смотря на Джессику и ее свиту сейчас, я бы точно не хотела иметь их у себя в подружках.

Нас с Мэри охраняли. А точнее меня. От лишних казусов, которые могли со мной случится. Тайлер проводил нас как до столовой, так и до аудитории после – отпуская разные легкие шуточки про трудный первый день со своими друзьями. Алекс тогда правильно сказал, что Мэри никто не тронет. Все эти богатенькие дети ненавидели меня. Или... Были заинтересованы. Могу поспорить, тех парней у шкафчиков, я точно видела в торговом квартале Полигона.

Кстати, здесь было достаточное количество людей в учебной форме. До сих пор не понимаю, почему в таком элитном учебном заведении не ввели это как обязанность. Когда я спросила об этом Луизу на обеде, ее друг-третьекурсник пояснил, что раньше такое правило было. Но также случались истории, когда какой-то ученик попадал в скандал в СМИ, и в этот момент находился в форме с эмблемами колледжа. Поэтому было принято решение убрать такую практику. Но на всех важных мероприятиях и сборах нашего учебного заведения – форма обязательна.

Я видела Алекса в коридоре, когда Тайлер провожал нас после обеда. Он стоял вдалеке с той самой блондинкой из конного клуба. Как же ее звали? Не помню. Заметив нашу компанию, он сразу превратился в грозовую тучку, желающую метать молнии. Если бы не Тайлер, я уверена, что просто проигнорировать его бы не получилось. А вот блондинка явно растерялась от моего появления в таком виде. Ее не было на парковке, но я думаю, слухи уже должны были до нее дойти, учитывая, что она тоже ошивается с королями. Я легко улыбнулась им, стараясь не задерживать на них долгое внимание.

После занятий, мы с Мэри решили направиться к акулам, отмечать первый учебный день. Домой мне возвращаться точно не хотелось. Я боялась Алекса. Взаправду. Но еще страшнее было то – что он расскажет своему отцу про мою машину. Но каким бы вспыльчивым он не был, надеюсь он слегка подумает, и поймет, что у Николаса после этого будут вопросы, которые он будет задавать мне, а я тогда не буду помалкивать и о ночной жизни Алекса. А то, что Николас об этом не знает, было очевидно.

У Тайлера и Лу были занятия в соседнем корпусе, поэтому встретиться мы договорились на парковке, и чем ближе с Мэри мы подходили к выходу из колледжа, тем сильнее моя внутренняя интуиция ворчала, что сейчас точно что-то будет. И успокоить ее у меня никак не получалось.

Я не ошиблась. Около моей красной машины меня ждал мой брат. Сложив руки на груди, он сканировал туда-сюда снующих подростков, выискивая меня.

Я остановилась, отдернув Мэри. Она, проследив за моим взглядом, поняла мой ступор и тихо шепнула.

— Может нам стоит подождать Тайлера и Луизу?

— Думаю, это отличная идея.

Я уже хотела было развернутся и исчезнуть из потенциального поля зрения своего братца, как сзади к нам подошел Джек, обняв нас за плечи.

Я дернулась, скидывая его руку. Мэри же угрожающее зашипела.

— Думаю, нам стоит пообщаться, невеста моя, — ласково пропел он, наблюдая за Мэри.

Алекс уже маршировал в нашу сторону.

— Поли! — издалека крикнул он, привлекая моё внимание.

Джек схватил мою руку, мягко удерживая от побега. Вырваться и ударить? Я только начала прикидывать, куда поудобнее врезать, как воздух разрезал знакомый звук.

Желтая «Тойота Супра», сопровождаемая четырьмя машинами, неслась прямо сюда. Автомобили паровозиком заехали на парковку и остановились около моей кобры. «Супра» же, резво вырулив влево, припарковалась аккурат между Алексом и нашей с Джеком компанией.

Из «Тойоты» вышел Элиас, на лице которого застыла привычная легкая улыбка. Но его глаза... Он был раздражен, а вся эта приветливость была лишь дымом, скрывающем настоящий огонь.

Карими, не обращая внимания на Алекса сразу направился к нам.

— Какие-то проблемы? — бросил он Джеку, пока остальные акулы вылезали из своих машин. Атмосфера накалилась.

Я, глянув на растерянное лицо Харриса, резво дернула руку, вырываясь из его хватки.

— Элиас, ты далеко забрел от своего дома. — Проигнорировав вопрос, ответил Джек, все ещё вцепившись в Мэри. В его голосе звучала наигранная бравада, но я видела, как дёрнулся кадык, когда он окинул взглядом машины, подъехавшие с Элиасом. Из них выходили знакомые лица – Карл, несколько парней, которых я видела на Полигоне. Они не угрожали. Просто стояли, опираясь на свои машины, и смотрели. Этого было достаточно.

— Мы на нейтральной территории, Джек, — Элиас шагнул ближе, сокращая дистанцию до опасной. Он был ниже Джека, но сейчас казался выше всех нас вместе взятых. — Отпусти девушек.

— Это семейный разговор, — вмешался Алекс, подходя сбоку. Его голос звучал резко, но я заметила, как он покосился на «Супру», на Элиаса, и на остальных. Он быстро глянул на Джека, округляя глаза. Возникло ощущение, что они общаются ментально.

— Разве? А кто здесь твоя семья? Поли? Не ты ли кричал, что она никогда не будет твоей сестрой, — парировал Элиас, переводя взгляд на Алекса.

И в этот момент раздался другой голос. Спокойный. Холодный. Уверенный.

— Харрис, Уилсон.

Все обернулись.

Ричард крупными шагами медленно двигался в нашу сторону вместе с Майклом. Лицо Майкла было таким же напряженным, как и у Джека с Алексом. Казалось, что только Ричард здесь абсолютно спокоен. Подойдя вплотную, Ричард просто встал напротив Элиаса. Они общались без слов.

Это было нечто большее — столкновение, схватка без единого слова. Его глаза, обычно такие спокойные, такие непроницаемые, полыхнули настоящей, неприкрытой злобой. Холодной, выверенной, опасной. Он смотрел на Элиаса так, будто видел перед собой не человека, а угрозу, которую с удовольствием бы уничтожил, если бы не правила приличий.

Элиас выдержал этот взгляд. Даже улыбнулся — расслабленной улыбкой, которая, как я теперь знала, ничего хорошего не обещала.

Ричард первым отвёл глаза. Развернулся и пошёл к своей машине, даже не убедившись, что Алекс и Джек следуют за ним. Он знал, что они пойдут.

— Пошли, — Элиас кивнул нам с Мэри. — Садитесь в машину и уезжайте. Быстро.

Мы уже двинулись к моему «Мустангу», когда голос Ричарда – громкий и отчётливый, предназначенный для чужих ушей – остановил нас.

— Разве Мэри теперь одна из акул? — спросил он, не оборачиваясь. В его голосе звучала насмешка, смешанная с пренебрежением.

Элиас остановился. Я видела, как на его лице расцвела улыбка – широкая, почти добродушная. Но глаза остались холодными.

Ричард обернулся, снова встречаясь с ним взглядом. Но теперь в нем читался вызов.

Он ничего не ответил. Просто отрицательно покачал головой и пошёл к своей «Супре».

— Элиас? — позвала я, чувствуя, как внутри всё сжимается от нехорошего предчувствия.

Мы с Мэри уже подошли к моей машине.

— Садись в машину, Поли, — бросил он, не оборачиваясь.

Я уже открывала дверцу, когда сзади послышались шаги. Джек. Он подошёл к Мэри, которая стояла как вкопанная, и взял её за руку. Не грубо. Властно. Собственнически.

— Она с вами не поедет, — сказал он, глядя на меня. В его голосе не было вопроса. Только утверждение. — Она моя невеста.

Мэри дёрнулась, попыталась вырвать руку, но Джек сжал пальцы сильнее.

— Пусти, — прошипела она возмущенно, но в её голосе я услышала страх. Настоящий страх, от которого кожа становится ледяной.

Я шагнула к ним, готовая вцепиться ему в глотку, но чья-то рука легла на моё плечо. Луиза.

— Не надо, — тихо сказала она. — Сейчас так будет лучше. Для неё.

— Лучше? — я обернулась к ней, чувствуя, как внутри закипает ярость. — Ты видишь, что он с ней делает?

— Вижу. Но если ты ввяжешься в драку сейчас, завтра у неё будет в сто раз больше проблем, чем сегодня. Доверься мне.

Мэри поймала мой взгляд и чуть заметно кивнула. «Всё в порядке». Но в её глазах стояли слёзы.

Джек увёл её. Я смотрела, как они идут к его машине, и чувствовала, как внутри меня что-то обрывается. Как все рушится, прямо у меня на глазах. И я ничего не могу с этим сделать

— Поехали, — Луиза подтолкнула меня к «Мустангу». — Мы что-нибудь придумаем. Обещаю.

Я села за руль. Руки дрожали. Ключ повернулся в замке зажигания, мотор ожил, зарычал, требуя действия. Я уже собиралась выехать, когда краем глаза уловила движение.

Я обернулась.

Ричард стоял у своей «Феррари». Алекс и Джек уже были там, что-то говорили ему, размахивали руками, но он не смотрел на них. Он смотрел на меня.

Его взгляд прожигал насквозь – тёмный, тяжёлый, нечитаемый. В нём не было злобы, которую он только что бросал в Элиаса. Не было насмешки, с которой он спрашивал про Мэри. Но он пробирал меня насквозь, заставляя задержать дыхание на мгновенье.

Я замерла, не в силах отвернуться. Время снова сплющилось в тонкую нить, соединяющую нас через десятки метров асфальта.

Справа раздался звук заведенного двигателя. «БМВ» Карла была готова сорваться с места. Элиас сел в машину и сразу нажал на газ. Акулы последовали за ним. Я, недолго думая, нажала на педаль, и мой «Мустанг» рванул с места, унося меня прочь от этого безумия.

Прибыв в дом на побережье, я не могла расслабиться. Мэри не отвечала на сообщения. И хоть я сама понимала, что ей ничего не сделают, в груди болело. Я бросила ее. Оставила с ними. Хоть Элиас и объяснил, что это было единственное верное решение в данной ситуации, что он предупреждал, что будет защищать только меня, я чувствовала себя предательницей.

Мэри ответила только тогда, когда я собиралась уже ехать домой.

«Все я порядке. Я дома. Заедешь завтра за мной?»

Ответив короткое «да», я села в свою кобру и направилась в гараж. Домой приезжать на ней, я ещё боялась. Хотя, это Николасу нужно бояться вопроса: «Какого черта у моего отца был миллиард долларов на счету?».

Алекса не было. Я поужинала вместе с его родителями, рассказала про потрясающий первый день, про приветливых и добрых однокурсников и… Отправилась спать. Видимо я зря переживала. Алекс даже не вернулся домой.

На следующее утро, я как обычно направилась за своей машиной в гараж, чтобы забрать подругу. Мне ведь так и не удалось с ней нормально поговорить.

Мэри ждала меня там же, где и вчера. Только привычного веселья на ней не было.

— Прости, — сразу сказала я, когда она села в машину.

— Тебе не за что извиняться, я сама не хотела быть одной из них. — Мэри задумчиво посмотрела на меня, и исправилась. — Из вас.

— Что вчера случилось? После того как мы уехали?

— Не поверишь. Джек послал Джессику, сказав ей добираться самой, и довез меня до дома. Даже заглянул на обед и в итоге остался на ужин. Мы просто... Разговаривали. Обо всем. Он узнал, что я тоже была на Полигоне, рассердился, но... Потом начал рассказывать про свои победы, достижения. Как будто и не было этих двух лет, между нами. Я... Не знаю, что это было. Но доверять я ему не хочу.

— Ты точно в порядке? — уточнила я, смотря на ее спокойное блаженное лицо.

— Да, наверное.

Я выдохнула.

— Либо Джек не такой плохой, каким кажется на первый взгляд, либо он ведёт двойную игру. Будь осторожней с ним.

— Знаю, Поли. Знаю.

Мы подъехали к колледжу, уже без той доли внимания, которая была прикована к нам вчера: в начале машина, потом я – уже сенсация сама по себе, как дочь Уилсона и младшая сестра Алекса, а потом ещё и акулы, которые приехали со своей компанией нас встречать. До сих пор не верится, что это все произошло за один день.

Оставив машину, мы спокойно дошли до нашей аудитории. Я окончательно перестала замечать слова, бросаемые мне в спину и взгляды, с которыми встречалась в коридорах. Наплевать.

Так и пролетела первая учебная неделя, затем вторая.

Как сказал Николас, мой брат снова переехал к Брендану, поэтому и перестал временно появляться в нашем доме. Странная реакция. Я была уверена, что он будет угрожать, дышать мне в спину, драться за территорию в гостиной, и прочее, прочее, прочее.

Но в следующий раз, мне предстояло увидеть своего брата, только на Полигоне...