PowerfulAnd PowerfulAnd Не веста

Глава 10

Мы выехали с рассветом. Вьюга точно в хорошем расположении духа, а вот я под сомнением. Всю ночь мне только и снились губы Колояра. Он ими так искусно орудовал, то на моих губах, то на груди, то еще ниже Проснулась я с чувством, что всю ночь вовсе не спала. А когда открыла глаза, никого в комнате не обнаружила. Только легкую жалость, что его действительно не было. И это немного разозлило. В царстве довольно спокойно относятся к близости до союза и женщин не обязывают быть верными одному единственному будущему супругу, но В царстве Хлада девушки женятся в шестнадцать.

Сегодня я впервые ощутила, что наконец настала весна. С ветром пришел приятный запах грязи, тающего снега и уже всходившей где-то далеко травы. Большую часть года царство Хлада покрыто снегом, но весной Зима отступает, даёт своему народу насладиться теплом и взрастить еду. Вот и сейчас теплые ветры несут запахи лета откуда-то с юга.

Мимо нас уже не мелькали леса, а постоянно то тут, то там вырастали деревеньки или имения. Как я поняла, дорога между Змейскальным и Хладоградом самая часто проходимая, так что не удивительно, что тут кто-то живёт. Сложенные из бруса домики совсем не похожи на те каменные хоромы или даже деревянные теремы в Змейскальном. Народ ещё укутанный в шапки и шубы приветствовал процессию царевича поклоном, во всяком случае те, на кого мы наткнулись на тракте.

Ночевали мы уже не в лесу, а в каком-нибудь домике, который выделяла деревня при виде синего плаща и волка на нём. Впервые за очень долгое время я вспомнила, что из-за храпа можно не смыкать глаз. Обычно в доме храпел только отец, иногда даже приходилось вставать с кровати и расталкивать его, чтобы стены избы переставали дрожать, так что я давно не мучилась от бессонницы. А теперь мне это “веселье” устроили дружинники.

К концу второго дня я поймала себя на мысли, что всё реже и реже думаю о имении Трубецких, барыне или Агнешке. Не знаю, может ли Колояр заставлять меня думать о чём-то другом, но мысли всё чаще сводились к тому, как себя вести в замке, как лучше говорить с царевичем. Мы так и ехали все два дня позади, снова молча.

Я под его молчаливым присмотром пыталась собрать магию в руке и сотворить из неё песок, но ничего не получилась. Он больше не лез ко мне, ни днём, ни ночью.

После ещё одной бессонной ночи в “деревне под горой” я в седле держалась только стараниями Вьюги. Но не прошло и пары часов езды, как мы поднялись на высокий холм по пути к столице и я закусила язык, чтобы не показывать своего восхищения идущему рядом царевичу.

Далеко от нас из земли вырастала исполинская гора. Оказалось, что мы в самом начале подъёма и земля как будто сама холмами ползёт к горе. Как объяснил царевич, замок и столица стоят на горном хребте выше по горе, но с другой стороны, поэтому нам пока что было не видно замка. Я молча разглядывала, как верхушка горы может так высоко уходить в голубое небо. Погода была солнечной, ни одного облака, но будь они, верхушка бы точно вспорола “мягкие подушки” своим пиком. Как и сказал царевич, мы начали подниматься. Дорога неизменно была наклонена и я ни разу не пожалела, что телегу тащат грузовые кони дружины. Буран, как истинный вожак, иногда ржанием подбадривал Вьюгу, которая уж точно не привыкла постоянно идти в гору.

Пару часов мы медленно шли по холмам, огибая гору еще задолго до её начала, а потом я сжала зубы от восхищения. Из-за горы, прямо из её основания начали появляться дома, пусть и крохотные, но уже заметные. Издали было слышно шум реки, которая начала таять на горе и с шумом сливается вниз.

На горном хребте, как грибы на дереве послойно начали вырастать улочки. Меня очень удивило, что Хладоград начался задолго до величественных стен меж двух острых гор, а кончался только высоко в замке. В отличии от маленьких домов эта монструозная серая постройка была видна издалека. Казалось, что замок с тремя шпилями, вырезан прямо в горе высоко высоко над городом. Его крыши покрыты снегом, а огромные окна выходят прямо на город.

- Это даже не треть замка, - палец Колояра коснулся подбородка и он прикрыл мне рот, расслаблено качаясь от походки Бурана. Вьюга качнулась, но слишком поздно, почти задев боком скакуна царевича. Я перевела взгляд на него и черноволосый мучитель не сдержал самодовольной улыбки, будто самолично его построил, - основная часть находится в горе.

Чем ближе мы приближались к городу, тем больше и больше домов вырастало. Как только мы пересекли реку, я поняла что именно отсюда начинается город. Границы столицы уже не вмещали людей и они строили свои жилища за пределами стен. И пусть первые дома далеко от реки, народу ближе к реке достаточно. Не прошло и нескольких холмов, как под ногами коней начали толпиться дети, а женщины с кипящими ушатами воды вываливались из бань, чтобы взглянуть на царевичей.

Как и сказал Колояр, чтобы подняться в замок уйдёт ещё один день и не соврал. Дорога на подъезде к столице всё больше и больше размакала из-за постоянной езды повозок, а люди начинали затруднять ход у лошадей. Вьюга выбрала меньшее зло, ведь никогда особо не жаловала людей, и почти прижалась одним боком к Бурану, лишь бы держаться от них подальше.

Тем временем склон становился круче и через несколько часов такой дороги мы добрались до стен. Показалось до замка всего ничего, но теперь чтобы его рассмотреть приходилось поднимать голову вверх, хоть пока что и не сильно. Дорога сменилась на каменную, мы прошли сквозь ворота с головами драконов, которых не было времени рассмотреть. Серые стены заключенные между двух гор образовывали собой полукруг. Огромные, высоченные ворота, которые было не рассмотреть из-за домов, нараспашку открыты и охраняются двумя мужчинами в синих камзолах. Я не сразу заметила, что Мекрас едет в самом начале, демонстрируя всем царский вымпел, а позади пристроились какие-то стражники, оттесняя толпу и телеги за нами.

- Царевичи вернулись! - как только мы проехали за ворота города, послышались крики с улицы. - Царевичи вернулись!

Я сглотнула, наблюдая как по обе стороны от нас вырастают дружинники, чтобы не давать людям приближаться. Теперь мы ехали по городу. Дома из темного дерева все с стеклом в окнах, без исключения. Где-то резные ставни, где-то крашеные двери или красивые скамьи. Но замок всё ещё был выше и довольно далеко. Я молча пялилась на людей вокруг, которые с горящими щеками приветствовали своих горячо любимых правителей.

Совсем скоро мы поднялись к площади с огромным фонтаном, на котором сейчас красовалась фигура волка изо льда. Он был сложен из какого-то белого камня и украшен вырезанными снежинками. Захотелось прикоснуться.

Дальше мы ушли с жилой улицы и свернули на торговую. Тут же все были увлечены больше покупками, чем царевичами. Дома красовались вывесками на первом этаже и горящими глазами детей, высунувшихся из окон, на вторых этажах. Особенно богатые лавки здесь делали огромные стеклянные окна, чтобы демонстрировать красивые пышки или, к примеру, длинные колбасы прямо на улицу. Из-за людей наше движение уже давно замедлилось, но я особо и не переживала, ведь могла вдоволь насмотреться на жизнь, так не похожую на мою.

Чем ближе мы становились к замку, тем больше вокруг вырастало стражи. В какой-то момент даже появился впереди орущий мужчина, который только и вопил на всю округу: “Дорогу царевичам! Дорогу!”. Я насчитала около тысячи вожделенных вздохов и это только те, что были обращены Колояру, ведь я ехала рядом. Девицы с лентами в косах готовы были пасть к его ногам, но вот их русые волосы говорили о низком сословии, собственно, как и мои.

Из-за них я совсем не заметила, как мы приблизились к пологим склонам горы, над которыми уже начинало садиться солнце. Шпили замка уходили вверх так высоко, что пришлось задрать голову изо всех сил. Высокие ворота, может с пять меня ростом или даже больше, закрыты и возвышаются над людьми не хуже снежных склонов. Серая гора, кое-где покрытая завалами нетронутого снега, так крута, что замок действительно кажется просто высеченным в ней. Хотя не сомневаюсь, что так и было, ведь камень из которого он сложен на вид ничем не отличается. Ворота замка открылись, своим ревом извещая всю округу. Стража останавливала пронырливый народ, который хотел скользнуть на за нами внутрь, а мы спокойно вошли.

Страх моментально сковал лёгкие, как только Вьюга переступила порог на воротах. Здесь, за стенами, раскидывается огромная пустая территория, наполненная толи стражей, то ли крепостными. Справа и слева у стен замка выстроены помещения, конюшни и склады. Какой-то уж больно тощий конюх выставил руки перед Вьюгой, чтобы остановить, но лошадь заржала, грозясь вот-вот встать на дыбы.

- Оставь. - приказал Колояр и мальчишки след простыл. Буран уперся носом в шею Вьюги на секунду и та дёрнулась, недовольно заржав. - Нам нужно проехать дальше.

Дружина свернула вправо, к деревянному зданию, откуда послышалось ржание лошадей, а мы медленным шагом направились к ещё одной стене и воротам. Вторые ворота были открыты, мы прошли внутрь и я наконец-то увидела то, чего и ожидала. Стены замка нависали над людьми не хуже грозового неба. Огромные стеклянные окна в них показывали, что здесь никому не страшен холод, а красота отнюдь не главное в мире. Главное это ужас и власть. Почти чёрного цвета замок с огромными по широте башнями, высокими воротами, грубыми скальными узорами

- Твоя тюрьма, принцесса. - сухо проговорил Колояр и слез с Бурана. Он подхватил уздцы Вьюги. - Слезай.

Я не собиралась его ослушаться и спрыгнула с Вьюги. Конюх в сером сюртуке с убранными руками за спину почти кланяясь приблизился к царевичу и забрал его коня, а другой точь в точь такой же забрал и моего. Около ста метров разницы между воротами, а эти конюхи уже выглядят заметно богаче. Я сдула выбившуюся из косы прядь волос, когда его высочество схватил меня за локоть, толкая вперёд.

Вдруг рядом появились Алексей и Велислав, передавая и своих коней конюхам. Братья взглянули на меня лишь мельком, убеждаясь что я тут и сквозь землю не провалилась.

- Только не выходи из себя, брат. - Велислав заметил то, как вцепились в меня пальцы его величества. Предостерегающе и скорее для меня прозвучали его слова. Колояр пренебрежительно выдохнул, демонстрируя брату, что ему не нужна помощь и забота.

Я сглотнула, заметив что мы движемся к большой двери. Она закрыта, а по бокам стоит недвижимая стража. С губ сорвалось горячее дыхание, клубом покидая лёгкие. Дверь шумно скрипнула, широко открылась в обе стороны от нас. Температура за стенами ничуть не изменилась. Этот замок мало обременен красотой. Здесь нет резных частей или дорого украшенных стен. Просто чёрный величавый и холодный камень.

Первая парадная украшена лишь гвардейцами. Подошвы царевичей стучат по камню. Перед нами стража каждый раз открывает двери, пока царевич тянет меня и тянет по странным длинным коридорам, абсолютно одинаковым и тёмным. Ни одной живой души, кроме стражи, нам так и не попалось, но лишь до тех пор, пока высокие пустые комнаты не сменились широкой лестницей.

Я прикусила язык, чтобы не ахнуть после очередных распахнутых дверей. Длинный коридор с развешанными по стенам портретами правителей. Дыхание сперло от красоты и величия этого искусства. Только в самых дорогих книгах можно было увидеть цветной портрет правителя, а здесь художники не жалея краски расписывали каждую морщинку. Под потолком прекрасные синие гобелены, под ногами синий ковер с красивым узором, который соткали в речных землях. Двери с резными ручками и росписями в виде снежинок заперты по стенам, скрывая какие-то тайный.

Но хуже всего было, что такой коридор сменился ещё одним, а потом ещё и ещё таким же. Но вот, когда мы дошли до конца одного из таких, пред нами предстала дверь. Ну, как дверь

Дыхание перехватило от огромных почти таких же исполинских ворот, как и первые городские, с ручками в виде волков. Два стражника, которые только и занимались тем, что открывали двери, потянули их с каким-то необыкновенно легким усилием и две двери открылись со звуком трущегося друг о друга железа в петлях.

- Черти меня побери - сорвалось с губ, когда я шагнула внутрь огромного, просто невероятно гигантского зала замка!

Крыши над головой почти не видно, благодаря её темному цвету и высоте залы. Огромные, не свойственные нашим погодам и стране, окна открывают чудесный на то, что сейчас заволокла метель.

Но разве когда мы ехали был хоть намёк на непогоду?

Широкие, необъятные колонны удерживают свод, чтобы он не рухнул преграждая путь к белому небытию, а за ними огромный открытый балкон, который так и манит взглянуть с него вниз. Огромные факельные чаши, наполненные маслом оставляли тёплый свет у колонн. Пол выслан из удивительно ровных кусков белоснежного камня. То тут то там висят синие флаги с воющим лютоволком на них. Огромные гобелены с ними же на стенах.

А впереди, метрах в пятидесяти, точно стоит трон.

- Приятно, что кто-то ещё изумляется этому. - Велислав усмехнулся, равняясь со мной. Колояр отпустил меня, словно бы отсюда я точно никуда не денусь, но под руку меня тут же подхватил средний. - Наш отец довольно суров, а мать вспыльчива, так что молчи и не отвечай им.

- Если хочу сохранить голову? - серые глаза младшего брата беспристрастно уставились на меня, а затем он кивнул. Велислав пусть и не с таким напором, но тоже настойчиво подтолкнул меня ближе к трону, пока шаги Колояра оглушают тишину залы.

Чем ближе мы подходим к трону, тем больше становилось жутко. на миг мне показалось, что это ощущения наследного царевича, но я прислушалась к собственной магии и поняла, что это не так. Меня начало тошнить. Ветер, которому в этом зале только рады, взметнул мои волосы, пытаясь напугать, но

Огонь, как в печи, вспыхнул в животе. Вдыхаю и выдыхаю поглубже, чувствуя как это пламя разгорается и помогает держаться. Может я и не справилась с тем, чтобы сделать магию материальной, но благодаря тренировкам я начала чувствовать её лучше. Наша магия отличается. Моя магия живая. И я чувствую её.

И сейчас она понимает, где находится. Потому что вот-вот вырвется через кожу где-то на животе, ведь она мечется под ребрами, как безумная. Я рискую поднять взгляд с ног Колояра.

Люди, с опущенными головами кланяются приближающемуся к ним Колояру. Приказ вдруг в висках больно колит и я чувствую, что нужно опустить глаза.

Но ни разу не взглянуть на драгоценный трон я не могу.

Особенно если царю с царицею немедля придет в голову меня казнить. Я и царские отпрыски приблизились почти вплотную к трону. Вокруг нас стояли люди, человек может быть десять, включая стражу. Боль пронзила шею, глаза защипало, но побороть любопытство я уже не смогла.

- Оставьте меня с моими сыновьями! - тело вздрогнуло под довольную улыбку державшего меня под руку Велислава.

Как раскат грома пронесся по залу голос царя Мутабора Метельского.

Сердце заколотилось от вида. Огромный трон, весь в серебре и с черной кожаной спиной, украшали венценосные волки на двухметровом изголовье. Две огромные волчьи пасти замыкали ручки и на одной из них покоилась рука царя. Человек таких размеров не представлялся мне существующим. Его плечи едва ли помещались в рамки трона, огромные ладони поглаживали башку волка на подлокотнике не более, чем голову котёнка.

Я сглотнула, ведь он поднялся с места. Трон стоит на возвышении и я бы голову дала на отсечение, если бы солгала что вижу человека, а не дракона. Густая поседевшая чёрная борода подстрижена до начинающейся широкой шеи. Серые глаза, ослепительно пристальные, и уничижительный взгляд дали мне понять, что я не более букашки в этом зале. На его груди красуется великолепный синий камзол, застегнутый на все пуговицы. Множество серебряных вставок и нитей ткут из самих себя невероятной красоты рисунок разных лун и волков. А синий плащ за спиной, словно едва наступившее ночное небо, словно крылья утяжелен серебряной пластиной, для защиты спины. На темных кудрях находится ослепительная корона, схожая по форме с изображениями метели или бурана. Кое где острые, не симметричные кристаллы льда.