Андрей Полянский Каталион

Глава 2. Прибытие

Отто протянул руку за стаканом виски и Милавски впервые обратил внимание на его часы. Застывшая стрелка показывала 08.08. Милавски посмотрел на свои. Его Ролекс тоже показывал 08.08.

— Черт возьми! -воскликнул Милавски. Я был прав, — смотри!

И он показал Отто время на своих часах.

— Время одинаково, — заметил Отто.

— Да, время совпадает. И такой же оранжевый туман.

Причем время одинаково на всех часах которые есть на яхте. Включая часы Нелли. Я сразу обратил внимание на то, что все часы остановились, когда мы попали в оранжевый туман. Но теперь я вижу, что остановка времени на твоих часах полностью совпадает с нашим. Мы действительно попали в какую-то временную, или пространственную аномалию, — утвердительно произнес Милавски.

— И единственное, что непонятно, так это то, как сейчас из этого выбраться.

Уже привыкшие к неизбежной реальности путешественники обнаружили, что яхта будто бы пришла в движение. Да, по прежнему ничего не работало за исключением песочных часов. Но песочные часы не самый лучший вариант для отслеживания и контроля времени на длинных промежутках.

Милавски с присущей ему образованностью предположил, что единовременная остановка часов напрямую связана с временной аномалией. Он был абсолютно прав в своем предположении. Но никто из них не мог подумать, что дело не только во временной аномалии. И что последующие события снова поставят перед ними множество вопросов.

Загадки, загадки, сплошные загадки. Им не было разумного объяснения. По крайней мере если исходить из того уровня знаний, которым обладали путешественники. Да, действительно, все они были хорошо образованы по Земным меркам. Но, в этом случае их рассуждения были более чем бессильны.

Казалось, что яхта двигалась. Но она была в состоянии полного покоя относительно воды. Однако путешественники ощущали непонятное, ничем не объяснимое перемещение в пространстве. Аделаида словно была забетонирована в громадном жестяном тазу. А сам таз куда-то перемещался под воздействием неведомой и непреодолимой силы.

Работал принцип неотвратимой безжалостности бытия.

С верхней палубы раздался громкий крик Нелли. Милавски и Отто выскочили в кокпит.

Нелли показывая рукой вдаль взволнованно кричала.

— Смотрите, там что-то есть! Там, там, вы видите?

Милавски и Отто посмотрели в сторону указанную Нелли.

Неожиданно исчезла пелена оранжевого тумана. Вдалеке показалась суша с уходящей высоко в облака горой. Что-то странное было в появившимся очертании суши. Не было видно солнца. Казалось, окружающий мир был подсвечен непонятным источником равномерного света.

Внезапно заработавший двигатель Аделаиды, крики неведомых птиц ошарашили путешественников. Нелли едва не свалилась за борт от резкого толчка яхты при наборе скорости.

Путешественники молча переглянулись. А между тем в их сторону, со стороны появившейся суши, подпрыгивая на волнах неслась странная на вид спасательная шлюпка. Несколько минут спустя шлюпка подошла к борту Аделаиды.

Это была видавшая море и невзгоды старая спасательная шлюпка доведенная до неузнаваемости руками неизвестного шлюпочного мастера. На носовой части шлюпки громоздилось причудливое сооружение в форме трапа с плетенной из веревок беседкой и небольшой ржавой гарпунной пушкой с заряженным гарпуном. Добрая передняя половина пластиковой шлюпки была вырезана.

Внутри на установленных поперек бортов скамейках сидело несколько человек. Из оригинала шлюпки оставалась только ходовая рубка, вернее её небольшая часть. Верх шлюпочной рубки был открыт, а за громадным штурвалом находился тщательно выбритый и ухоженный человек.

На палубу Аделаиды бросили швартовы. Пока Отто и Нелли помогали прибывшим, в носовую беседку шлюпки поднялся лохматый человек. Передернув затвор в гарпунной пушке он навел её в сторону яхты.

В воздухе повис аромат напряжения.

Милавски понял, что его пальцы судорожно сжимают взведенный в кармане куртки Люгер. На шлюпке заглушили мотор. На борт Аделаиды поднялся человек из ходовой рубки.

Видимо капитан.

Одет он был непривычно, — белые, холщовые шорты и высокие кожаные охотничьи ботинки с торчащими поверх них вязаными гетрами. Красный мундир с золотым шитьем и эполетами, вероятно доставшийся от Британской Королевской Гвардии. На голове – новый пробковый колониальный шлем. Из оружия на правом боку висела старая потрепанная кожаная кобура с торчащей оттуда рукояткой нагана.

— Довольно харизматичный тип, — отметил про себя Милавски.

Щелкнув каблуками и слегка наклонив голову неизвестный галантно представился.

— Джордж Спенсер, — произнес он на чистом английском. На минуту путешественники потеряли дар речи. Выражение их лиц напоминало лица вождей племени из джунглей Амазонки в 16 веке впервые увидевшими выстрел из аркебуза.

Оправившись от оцепенения путешественники представились. Возникло секундное неловкое молчание. После обмена приветствиями и короткого разговором ни о чем, Джордж любезно, но с ноткой настойчивости предложил завести Аделаиду в порт. Они завели швартовый канат на шлюпку. Изрядно чихая давно выработавшим свой ресурс двигателем, шлюпка взяла курс в сторону суши. Вскоре показалось причудливое нагромождение остатков кораблей и странных на вид конструкций.

Джордж остался на Аделаиде, то ли в качестве лоцмана, то ли охранника. Или ради праздного любопытства? Ответа не было.

-Это ведь не Земля? – с слабой надеждой в голосе спросила Нелли.

-Нет, не Земля, - ответил Джордж. Вы попали в другой мир. Но об этом позже, - сейчас мы приведем вас в порт, а дальше вы все узнаете сами.

Спустя полчаса показалось некоторое подобие гавани.

Это был остов гигантского пассажирского корабля с практически полностью вырезанными бортами. Его внутреннее пространство служило небольшой гаванью, где было обустроено несколько причальных стенок для лодок и катеров местных жителей.

Пришвартовав яхту, Джордж вежливо пригласил путешественников наведаться к нему в гости в его уютное и с его слов очаровательное убежище. Распорядившись оставить около яхты караул, он предложил следовать за ним. То, что увидели путешественники ещё больше удивило их.

Причалы сделанные внутри гигантского корпуса корабля кишели разномастным людом и немногочисленными причудливыми существами. Люди всех возрастов, рас и цвета кожи, без особого доминирования какой либо национальности. Все это напоминало громадный восточный базар с его с его суетой, многоголосием зазывал, шелестом одежд и криками торговцев.

В воздухе стояла удивительная терпкая смесь ароматов моря, пота и пищи. Причалы выходили на большую торговую площадь. Кроме людей изредка мелькали человекоподобные существа будто бы созданные в иных мирах или измерениях.

Псеглавцы, или кинокефалы, — кивнув в их сторону сказал Джордж. Древний, очень древний род вымерший на Земле, но сохранившийся здесь.

Весь этот человеческий муравейник шумел словно рассерженный пчелиный рой. В основном слышалась английская речь, но многие жители разговаривали между собой на языках их национальностей. На самой площади шла бойкая торговля рыбой, странными на вид овощами и различными, весьма привлекательными на вид продуктами.

Потрясенные, стараясь не отстать от Джорджа, они молча шли через этот новоявленный Вавилон впечатляющий своим ярким соцветием звуков, красок и запахов. Свернув в узкий проулок, Джордж остановился перед красной, обитой заклепками железной дверью и нажал едва заметную кнопку.

Через несколько секунд дверь открылась и путешественники вошли в роскошный, словно снятый с дорогого круизного лайнера лифт.

Внутри лифта не было ни кнопок этажей, ни каких либо указателей. Все свидетельствовало о том, что он был индивидуальный и в нем можно было подняться только в строго определенное место. Двери лифта открылись и путешественники вошли в уютную, светлую гостиную обставленную роскошной деревянной мебелью. В конце гостиной находилась обширная терраса с витыми, словно спроектированными Гауди периллами.

Джордж кивком пригласил их на террасу. Путешественники вышли. Перед ними лежал лазурный, играющий солнечными бликами океан. Прямо над линией горизонта в небе висела громадная, матового, с голубыми прожилками цвета планета. За ней, словно выстроившись в цепочку по кривой диагонали уходящей вдаль виднелось ещё несколько планет. Светило что-то яркое и теплое, похожее на солнечный свет.

Но самого источника света, — солнца, либо чего-то похожего на него не было видно. Весь этот парад планет находился в пространстве пропитанным нежно голубым, небесным цветом. Это было изумительное и завораживающее зрелище, сразу давшее ответы на многочисленные вопросы роящиеся в головах путешественников.

— Добро пожаловать в наш мир, — произнес Джордж и гостеприимным жестом предложил присесть на роскошный черный кожаный диван.

Гости присели.

Человек в темно-синей ливрее принес серебряный поднос с четырьмя стаканами и несколькими, на вид старыми бутылками вина и виски. Позже, на столе появилась ваза с диковинными фруктами, среди которых можно было опознать лишь один, очень отдаленно напоминающий земное яблоко. Потом появился второй поднос с алкоголем и несколько больших тарелок с различными закусками.

Наполнив стаканы Джордж произнес короткий но не менее емкий тост, — поздравляю с прибытием в наш мир!

— Вижу по лицам, мне стоит начать рассказывать вам? — улыбнувшись спросил он.

— Было бы неплохо, — язвительно ответила Нелли.

— Я начну с плохого, — мы не знаем, где находиться этот мир в котором мы сейчас живем. Вернее не знаем с Земной точки зрения. Но мы точно знаем, что сюда попадают лишь выжившие жертвы кораблекрушений. И иногда, как в вашем случае экипажи не затонувших яхт и кораблей. К слову сказать, ваша целая яхта это всего лишь девятый из описанных в истории острова случай.

Несколько минут Джордж наслаждался молчанием опешивших гостей. Видимо в их сознании ещё теплилась надежда, что это сон, или какой-то дурной розыгрыш. Но короткое вступление Джорджа полностью развеяло их тщетные и несбыточные надежды.

— Давайте я вкратце опишу что происходит и как все устроено. Тогда, возможно в ваших головах начнет складываться картинка происходящего с вами. Только вкратце, — размеренно произнес Джордж.

— Мы называем нашу планету Каталион. Наша планета не полностью доступна для людей. Размер нашего мира ограничен континентом и единственным океаном. Но и океан доступен не полностью. Его большая часть находится в зоне оранжевого тумана. За границу оранжевого тумана никто и никогда не мог выйти. Если смотреть на нашу планету с орбиты, или из космоса, то картина будет той же. Большой материк, часть океана и плотный покров оранжевого тумана.

У нас нет преступности. Нет очень сильного расслоения по классам как на Земле. И нет доминирующей группы людей, отдельной расы или национальности. Можно смело сказать, что на нашей планете живет одна большая семья. Особенностью которой является бережное отношение ко всему живому на нашей планете.

-Тогда зачем вы оставили караул возле моей яхты? –спросил Милавски.

-Исключительно от детей и праздных зевак, - ответил Джордж. Такие события в нашем мире происходят довольно нечасто. Поэтому прибытие вашей яхты вызовет несомненный интерес среди жителей города. И особенно, среди детей.

В наш мир за крайне редким исключением попадают моряки или выжившие в кораблекрушениях. Вы редкое исключение и вам будет оказана высшая честь, высший уровень допуска и возможностей.

Как я уже говорил, — меня зовут Джордж, я Управляющий шестого города. Всего на нашей планете, или если вам будет угодно на материке двенадцать городов. Мы присвоили городам номера, а не названия ради соблюдения принципа равенства. Мы предполагали, что представители каждой нации хотели бы назвать города по своему.

Но, обычно в каждом городе живет множество национальностей. Поэтому мы приняли Соломоново решение, - номера. И в данном случае, все равны и соблюдены интересы всех без исключения.

Возможно Каталион одновременно находиться в двух измерениях или пространствах. Скорей всего так. Иначе как объяснить, что все прибывшие с Земли появляются из оранжевого тумана.

Есть еще планета Артулания. Она больше по размерам и более развитая, чем наша. Каталион является – спутником Артулании. Как Луна и Земля, — Джордж закончил и плеснул себе виски в уже опустошенный стакан.

— Я понимаю, что ничего не понимаю, — Нелли сложила ладони на лице и задумчиво посмотрела на Милавски.

— Не только ты, — улыбнувшись ответил он.

— Я правильно понял, что на Каталион попадают только живые, а не мертвые? — спросил Милавски.

— Разница между жизнью и смертью для человека очень тонка, — ответил Джордж. Никто не знает, что происходит после смерти. Мы не можем быть уверены, что сейчас мы живы. Возможно, когда с человеческой точки зрения мы умрем, то наша смерть это и будет настоящая жизнь.

— Я имел в виду, что сюда не попадают мертвые с физиологической точки зрения люди, — уточнил Милавски.

— Вот это верная постановка вопроса, — с улыбкой ответил Джордж. Тема жизни и смерти очень глубока. При желании мы можем обсудить ее позже.

Кстати завтра, если вы не против начнется ваше обучение жизни на Каталионе. Так, как изначально у вас высшая категория допуска вас будут обучать только в вашей маленькой группе без посещёния обязательных общественных школ. Обучение будет проходить в несколько циклов. Каждый цикл, — отдельная тема, отдельный учитель. Все это время вы будете жить у меня в гостях. Выход в город только со мной, или в сопровождении учителя для практических занятий.

Это правило не для вашей безопасности. Оно исключительно для того, чтобы вы по незнанию наших законов и принципов жизни не попали в неприятную ситуацию. Джордж прервал свой разговор и внимательно посмотрел на собеседников.

-Уверен, - каждый попавший сюда, просто эксперт по попаданию в неприятные ситуации, - пошутил Милавски.

-О, да, - рассмеялся Джордж. Никто из попавших на Каталион не прибыл сюда из мягкой и теплой постели.

-Тогда нам нечего бояться, - улыбнулся Милавски.

— А что там? — показав рукой на планеты спросил Отто?

— Мы не знаем, мы не можем туда попасть и они не могут попасть к нам. Мы часто видим их космические корабли вылетающие с планет. Но они никогда не прилетали к нам. Мы думаем, они просто нас не видят. По нашей теории они находятся в другом измерении, или в другом пространстве. Мы их видим, а они нас нет, — ответил Джордж.

Вы очень много узнаете во время вашего обучения, про которое я вам говорил. Кстати, вы пройдете индивидуальный курс, по окончании которого любой из вас сможет продолжить более глубокое изучение того, или иного предмета.

А потом, кто знает? Возможно вы выберете для себя путь ученого, учителя, или наставника. А может быть найдете себя в другой, более интересной для вас и полезной для общества деятельности.

-Мне уже не терпится начать учиться, - воскликнула Нелли. Обещаю, я буду усердной и прилежной ученицей!

-Завтра начнете, - успокоил ее Джордж. Я знаю, — все происходящее для вас из раздела нереального. В завершение моего вступления я хочу сказать, что на Каталионе нет смерти. Люди здесь не болеют и не умирают сами. Человек может погибнуть только от несчастного случая, на рыбалке или во время охоты. Или при нападении существ из Подземного Мира, — дополнил глядя на изумленные лица гостей Джордж.

Но обычно, это случается довольно редко. Он также может добровольно покинуть Каталион через Подземный Мир.

— Что за Подземный Мир? — с присущим ей любопытством поинтересовалась Нелли.

— Это сеть внутренних миров, через которые человек должен пройти, чтобы воплотиться в текущем или ином теле, но в другом мире. Он может попасть обратно в то место из которого он попал сюда. Либо, исходя из его кармического опыта, его сущность, называемая душой перевоплотиться в другом теле и времени.

Или в другом пространстве и мире. Это исход с заранее неизвестным вам концом. Об этом много написано в религиозных трудах множества религий на Земле и это не должно быть новостью для вас.

По сути, это рулетка, результат которой вы не знаете заранее. И результат игры в нее, может принести крайне положительный, или отрицательный результат.

-А попасть в никуда, его сущность может? – поинтересовался Отто.

-Нет. В любом случае, ваша сущность перевоплотится. И пусть вас это не пугает, - закончил Джордж.

Глава 3. Первые познания

Эндрю, Отто и Нелли сидели в гостиной на широком диване.

В гостиную вошел высокий, худой человек в одежде римского патриция. Поздоровавшись, он представился: — Меня зовут Максимилиан, сегодня у вас будет первый урок времени. Вероятней всего уроков будет два. Но, потом, если вы заходите продолжить более углубленное изучение, я всегда к вашим услугам.

Путешественники утвердительно кивнули. Милавски, словно прилежный ученик открыл крышку ноутбука и приготовился стенографировать.

— Как вы заметили, на Каталионе нет привычного всем на Земле светила. У нас нет одной доминирующей звезды, свет которой имеет решающее значение для нашей планеты. Он приходит ниоткуда с точки зрения наблюдателя, находящегося на Каталионе.

Точней он приходит от нескольких звезд, которые в силу искажения пространства фактически не видны. Поэтому днем по всей поверхности Каталиона свет равномерен. На Каталионе есть день и есть ночь. Но нет заката и рассвета, как на Земле. Сумерки и рассвет наступают медленно и почти незаметно.

На Земле очень долгое время люди пользовались измерением времени при помощи Солнечных часов. Но это было неточно. Со временем на Земле была введена единая система отсчета времени. У нас на Каталионе это невозможно в виду отсутствия одного источника света. Но давайте теперь перейдем к вопросу времени.

— Теория наших учёных заключается в том, что мы находимся в точке пространства, на которую одновременно воздействуют несколько временных измерений. — А поскольку время здесь многомерно, их результирующий временной вектор в нашей точке равен нулю. Или очень близок к нему. Время по своей природе не одномерный поток, движущийся из прошлого в будущее, а система векторов. События развиваются не вдоль единственной временной линии, а сразу по множеству направлений, каждое из которых соответствует одному из возможных вариантов развития событий.

— Время также можно представить в виде набора пересекающихся векторов. В некоторых точках эти векторы могут взаимно компенсировать друг друга. Тогда результирующее течение времени оказывается равным нулю или очень близким к нему.

Конечно, это не означает, что времени там вообще нет. Оно существует, но одновременно в нескольких направлениях. Каталион, видимо, как раз находится в такой точке. Поэтому с точки зрения живых организмов, обитающих на Каталионе, привычного нам течения времени здесь просто нет.

Отто в изнеможении закатил глаза. Похоже, лекция совершенно не укладывалась в его голове.

— С вами все в порядке? — вежливо спросил его Максимилиан.

— Да, спасибо, все в порядке. Но, видимо, я слегка туповат для такого массива информации, — с улыбкой ответил Отто.

— Отлично, тогда продолжим, — ответил Максимилиан. Отлично с точки зрения, что с вами все в порядке, - улыбнулся он.

Он рассеянно посмотрел в пол, вспоминая то место, где прервал свой рассказ.

— Ах да, — воскликнул он. Итак, попавшие на Каталион живут вечно с точки зрения землян, и у нас нет естественной смертности или старения.

— А Земля находится в области, где действует один временной вектор и нет точек пересечения с другими. Поэтому там время существует в привычном для землян виде — как линейная последовательность событий, которую можно измерять от прошлого к будущему.

— Но есть один примечательный факт, — задумчиво продолжил Максимилиан. Самые, так сказать, древние люди на Каталионе — это примерно первый век до нашей эры по земному времени. Людей, попавших сюда раньше, нет. Также, как нет и людей, попавших сюда из будущего. И что примечательно, количество попадающих сюда людей с планеты Земля с каждым столетием становится меньше. Мы не знаем, с чем это связано. Ответ на этот вопрос могут дать лишь более высшие разумные существа.

— Подняв руку вверх, словно школьница, Нелли спросила: — А как вы определяете время для повседневной жизни?