Просто Писатель Маска Смотрителя

Глава 4

327 год 4-й эры.

На следующий день после разговора с Вилком Эдрик проснулся ближе к обеду. Лежа и потягиваясь в кровати, он с интересом разглядывал деревянные балки на потолке. Ничего необычного он в них не находил, но с удовольствием рассматривал узоры, которые образовывали разные слои и волокна древесины. Пролежав так ещё четверть часа практически не двигаясь, он осознал, что новый день настал и у него появился новый заказ.

- Ну что, лентяй, хватит мять перины своими боками. Пора работать! - проговорил Эдрик сам себе.

Солнечные лучи уже пробивались через щели в ставнях окна и яркими пятнами падали на деревянный пол. В комнате всё ещё было достаточно сумрачно. Но яркий свет и не требовался Эдрику - так он чувствовал себя более комфортно.

Немного походив по комнате - в основном от кровати до окна, потом до стола, который стоял по правую руку от окна, и назад до кровати, - Эдрик упал на пол и принялся отжиматься. Сама комната выглядела достаточно скромно, единственная роскошь в ней - это кровать с пышной периной. Стены, вымазанные земляной краской непонятного жёлто-коричневого цвета, украшали пара шкур, правда, непонятно зачем они там висели: ведь они лучше смотрелись бы на полу. Небольшой открытый стеллаж и две табуретки у стола - вот и всё убранство комнаты.

Сделав полсотни повторений, Эдрик поднялся и подошёл к столу. Взяв свой кожаный подсумок, он порылся в нём рукой и достал небольшой пузырек с мутно-зелёной жидкостью. Откупорив его, он зажмурился и одним глотком осушил содержимое — горечь ударила в горло.

Эту настойку-обезболивающее смотрителям приходилось пить раз в неделю — всю оставшуюся жизнь, с тех пор как маска вросла в плоть.

- Ну вот и глаза открылись. Нужно что-нибудь закинуть в желудок! - снова вслух сказал Эдрик.

Надевая на себя шоссы, длинную рубаху серого цвета и коричневый кафтан, Эдрик запрыгнул в кожаные ботинки. Дальше он нацепил на себя пояс с ножнами для небольшого кинжала со стороны спины и спрятал их за длинным плащом тёмно-зелёного цвета, который застегивался бронзовой пряжкой на шее. Коридор гостиницы освещал свет, пробивающийся из окна под крышей. Узкая винтовая лестница вела на первый этаж. Ступеньки предательски поскрипывали под ногами постояльцев, но Эдрику удавалось проходить всегда бесшумно. На первом этаже его встретил хозяин «Золотой подковы». Его звали Рит, и это был высокий, на удивление худощавый мужик. Наголо бритой голове поблёскивала на свету, а впалые глаза постоянно бегали, как будто всё время выискивали что-то.

- Доброго дня, господин! - громко и звонко, почти прокричав, сказал Рит.

- И вам здравья, - ответил Эдрик, немного втягивая голову в плечи. «После такого «доброго утра» ещё долго может звенеть в ушах», - подумал про себя Эдрик.

На улице ярко светило солнце, люди ходили по улице, каждый по своим делам.

- А мне снова спускаться на самое дно общества: грязь, мразь и блядство, - бубнил себе под нос Эдрик, спешно шагая по оживлённой улице.

Дойдя до сторожевой башни, отделявшей жилой квартал от рыночной площади, Эдрик свернул в узкий вонючий переулок. В нём воняло помоями и мочой.

- От вони аж глаза режет. Как тут люди живут? Привыкли, наверное, - думал про себя Эдрик, прикрывая нос и рот рукавом рубахи.

- Так, эта харчевня должна быть где-то тут, - Эдрик снова произнёс это вслух, чуть шёпотом.

Его глаза бегали по стенам и дверям в поисках неприметной таблички с названием «Седло» - это и была та самая харчевня. Деревянная дверь была слегка приоткрыта, из-за неё слышались голоса людей, смех, брань, споры - всё слилось в единый неугасаемый гул. Эдрик приоткрыл дверь и шмыгнул вдоль стены к столу, за которым сидел хозяин харчевни. Эдрик не знал его лично, да и харчевню эту он не знал, но часто слышал упоминания о ней в рассказах городской стражи, когда они обсуждали ночные вылазки в город. Слышал тогда, как уже кажется, в прошлой жизни.

- Тебе чего? Я тебя тут впервые вижу! - смотря исподлобья, сквозь зубы процедил трактирщик.

- Устал с дороги, отдохнуть хочу, расслабиться, - оглядываясь по сторонам, сказал Эдрик.

- Это тебе не бордель, он в восточном квартале города, туда и кати свои яйца.

- Так мне и не девка нужна.

- Пить хочешь?

- Не хочу.

- Слышь, ты... Мудень, ты чё мне мозг ебёшь? Тебе чего надо? - покраснев от злости, прошипел трактирщик.

- Фирит, фирит мне нужен, тупица, - сказал Эдрик, нависая над трактирщиком.

- Так бы и сказал, а чё всё кругом ходишь? Мысли читать не умею. Вон видишь, - трактирщик указал рукой на стол посреди зала, - там мужик сидит без уха, вот тебе к нему.

Эдрик молча кивнул трактирщику и пошёл в указанном направлении. Подойдя к столу, он увидел, что нужный ему мужик сидит спиной к нему. По отсутствующему уху его легко было определить. Невысокий крепкий мужик, бритый наголо. Его голова покрылась испариной от духоты харчевни. Ухо было отрезано по корню - зрелище не из приятных. В момент за столом все замолчали и уставились на подошедшего гостя. Одноухий медленно перекинул ногу через лавку и оказался боком к Эдрику. Упершись руками в свои бёдра, одноухий просто кивнул в сторону Эдрика. Немой вопрос «Тебе что надо?» повис в воздухе.

- Мне сказали, у тебя интересное купить можно.

- Интересное? - пожевав языком и громко сплюнув на пол, проговорил одноухий.

- Ты понимаешь, о чём я, не прикидывайся дебилом.

- Ты, залётный, за языком следи, а то отрежем, будешь с собой в кармане таскать, чтоб баб развлекать.

- Короче, у тебя есть или я пошёл дальше?

- Пойдём, отойдём, тут как-то шумно, - вставая из-за стола, сказал одноухий и жестом руки показал своим парням сидеть на месте.

Эдрик двинулся за крепышем, настороженно озираясь по сторонам. За ними никто не последовал. Они углубились в угол харчевни, за громоздкий шкаф — нелепая хламовина в такой дыре, но подходя ближе, Эдрик почувствовал магию.

Они остановились.

Резким движением руки одноухий вытащил нож из-за пояса и приставил к груди Эдрика. Не сказать, что смотритель не заметил этого движения или не успел среагировать. Он просто не хотел этого: зачем спугивать свою жертву?

- Язык свой вытащи, - прошипел одноухий.

Эдрик молча высунул язык.

- Ты кого наебать хочешь, а, выблядок? Ты не жрёшь фирит. У всех, у кого фирит жрёт, ожог сбоку языка. Они его за щекой держат и пережёвывают периодически, от этого язык и щеку разъедает.

- Ты мне лекцию про фирит рассказать решил? Если не знаешь, что такое лекция, могу объяснить.

- Ты не из стражи, их рожи я все знаю. Ты какой-то залётный. Тебе чё надо?

- Фирит, я же сказал.

- Ты не жрёшь фирит!

- А кто тебе сказал, что я для себя беру? Нож убери. Хуже будет.

Одноухий опустил руку, но нож в ножны не убрал. Он перебирал его в руке. Испарина на голове превратилась в капли и начала стекать с головы на лицо.

- Хм, нервничает. Потеть сильнее начал, глаза бегают. Нож теребит, как хер свой, - думал про себя Эдрик.

- Я сказал: мне нужен фирит, но не себе. Хочу купить партию на продажу. А я слышал, у вас он лучший во всей Эвире.

- Может, и так. Но нам тут конкуренты не нужны, может, прирезать тебя проще.

- Ты совсем головой не думаешь? Или херово слышишь одним ухом? Я не говорил, что продавать буду тут.

- А где?

- Не твоего ума дело где. Ты тут мелочь продаёшь и не занимаешься партиями. Ты думаешь, я с тобой это обсуждать буду?

- А от меня тебе чего нужно тогда?

- Мне тебе всё объяснять нужно? Отведи меня к тому, кто «держит» у вас поставки фирита, с ним говорить буду.

- А мне какая выгода? - убирая нож за пояс в ножны, сказал одноухий.

- Деньги. Пятьдесят серебряных, - вполголоса произнёс Эдрик.

- Семьдесят серебряных, - ответил одноухий.

- Рожа не треснет?

- Она у меня растягивается.

- Пятьдесят сейчас и двадцать, если договоримся о поставках.

- А почему меня должно парить, договоритесь вы или нет?

- Потому что от этого будет зависеть, заплачу я тебе ещё или нет.

Почесав покрытую щетиной щеку, одноухий проговорил:

- По рукам. Давай полтинник.

Эдрик достал из небольшой поясной сумки кожаный мешочек с монетами и отдал его лысому. Высыпав на пол перед собой монеты, одноухий пересчитал их взглядом и собрал обратно. Молча, ничего не говоря, одноухий пнул по ножке шкафа, и его задняя стенка открылась. За стенкой шкафа было небольшое пространство с люком в полу и лестницей, ведущей куда-то в подвал.

- Хм, иллюзия. Если открыть сам шкаф, то ничего не будет видно. Хитро с учётом того, что смотрители теперь не участвуют в патрулировании города, - думал про себя Эдрик.

Одноухий кивком головы указал, что смотрителю придётся лезть вниз. Лестница оказалась неглубокой - в полтора человеческих роста. Комната подвала освещалась масляными лампами. Посреди комнаты стоял стол, за которым сидели четыре фигуры. Их огромные тени заплясали на стенах от подрагиваний языков пламени светильников. Эдрик подходил всё ближе к столу и чувствовал, как ему в спину дышит одноухий. Фигуры за столом повернулись к незваному гостю. Один из бандитов жестом показал, чтобы Эдрик остановился. Двое других подошли к смотрителю и начали обыскивать его.

- Ещё в партки залезьте, педики, - подумал про себя Эдрик.

Громилы вынули кинжал из-за спины и положили на стол. Бандит, который указывал Эдрику остановиться, поднялся с табуретки и убрал кинжал Эдрика себе за пояс.

- Твоё пыряло пока у меня полежит, - в полный голос сказал бандит.

- Я по делу, - выговорил Эдрик.

- Меня зовут Болмут, или Боломут - кому как удобно, - с ехидной улыбкой проговорил бандит.

Болмут пристально разглядывал Эдрика, как будто пытаясь залезть к нему в мысли. Его чёрные глаза с широкими зрачками медленно ползли по фигуре смотрителя.

- Так по какому делу? - усаживаясь назад на табурет, сказал Болмут.

- Хочу продавать фирит в Комне.

- Хм... Комна - хороший город. Торговый. На границе с Соларином. Но там есть кто продаёт. Хомяк. Знаешь его?

- Слышал про него.

- Он там весь город подмял. Как его перекроешь?

- Это уже моя проблема, Болмут, - прошипел Эдрик. - Он у вас берёт фирит? Или нет? - продолжил Эдрик.

- Нет, у него свои «кухни». Сколько нам с продажи?

- Что значит «вам»? Я покупаю у вас, а дальше - моё дело, по сколько продавать. А так как я беру партиями, рассчитываю на скидку, - оценивая взглядом трёх оставшихся громил, проговорил Эдрик.

- Скидку? Калис не пойдёт на это. У него цена фиксированная, а я от своей прибыли не планирую отказываться, так что, дру...

Не успел Болмут договорить, как Эдрик резким шагом назад по диагонали оказался за спиной одноухого и выхватил его нож из-за спины. Резким движением Эдрик проткнул лёгкое одноухому и толкнул его в сторону двух громил слева от стола. Перекатом вперёд Эдрик оказался прямо у громилы справа, который не успел осознать происходящее. Быстрый финт - и нож уже торчит из головы бандита. Одновременно с этим Эдрик выхватил его тесак и бросился в сторону оставшихся двоих. Они успели выхватить свои мечи и неряшливыми размашистыми ударами пытались дотянуться до смотрителя. Такие деревенские выпады не могли достать Эдрика. Уворот, парирование - и вот уже очередные громилы корчатся в муках, валяясь в лужах собственной крови.

Болмут даже не вздрогнул. Видеть такое ему было не впервой. Подходя ближе к Болмуту, Эдрик сказал:

- Вот теперь и поговорить можно, - поигрывая тесаком в руке, сказал Эдрик.

- Убрать меня решил, чтобы у Калиса напрямую фирит брать? Сука.

- Да в жопу свой фирит засунь, мне нужен Калис.

- Он не будет с тобой говорить.

- Это мы посмотрим, что он будет, а чего нет. Послушай, Болмут: не ты, так кто-нибудь другой мне расскажет, где его искать. Оставь свои кишки в своём внутреннем мире, расскажи, где его искать.

- Он друид, и как любой друид живёт в лесу. Выходи из южных ворот и топай до развилки дорог. Там увидишь большой дуб, зайди за него и строго на юго-запад. Там будет полянка. Вот там и встретишься с Калисом.

- Он там живёт?

- Ты дебил или прикидываешься? Он друид: он поймёт, куда ты идёшь, как только ты зайдёшь за дуб, и сам придёт к этой поляне.

Взмах тесака - и голова Болмута отлетела на пару шагов от тела.

- Кишки все ещё при тебе, я не обманул, - шёпотом произнёс Эдрик.

- Нужно выбираться, но там полная таверна народу, и если я выйду без одноухого, начнётся бойня, - вслух размышлял Эдрик.

- Как сказал Ларс: «Чувствуешь, палёным пахнет», - улыбаясь, сказал Эдрик.

Он поставил табуретку на стол и, взобравшись на эту конструкцию, подпалил доски потолка подвала. Пробравшись по лестнице назад, Эдрик выглядывал из-за края волшебного шкафа. Дым медленно поднимался в помещение харчевни, но из-за вони и перегара запах гари был не сразу заметен. Но спустя время дым клубами валил из-под пола. Народ начал в панике бежать из «Седла». И в этой панике все забыли про незнакомца, которого одноухий отвёл «поговорить».

Глава 5

307 год 4-й эры.

Прошло две недели с момента заключения спора между Эдриком и магистром Эллианом. Эдрик сидел в своей комнате за небольшим деревянным столом и аккуратно разбирал стеклянную колбу, которую ему принёс Зарим. Колба была довольно необычной: ровный стеклянный шар, идеально отшлифованный, с узким и длинным горлышком. Внутри колбы находилась небольшая пробка, к которой была привязана шёлковая нить, так что, потянув за эту нить, основная часть колбы закупоривалась плотно изнутри, отделяя горлышко. Верхнее отверстие колбы также закрывалось пробкой с маленькой дырочкой посередине. Колба была специально сделана для «вспышки». В реальных боевых действиях её редко использовали, так как колба очень хрупкая и могла разбиться в подсумке, но для плана Эдрика она подходила идеально. Сначала в основную часть колбы заливали соляной раствор с добавлением кристаллов василиска, затем горлышко изнутри закупоривали и насыпали в него соль Дурама. Потом закрывали внешнее отверстие пробкой и вставляли в дырочку специальный металлический стержень. «Вспышка» готова. Надавив на металлический стержень, нижняя пробка выскакивала, и в раствор попадала соль из горлышка. Резким движением раствор нужно было встряхнуть и сразу выбросить из рук, так как происходила алхимическая реакция с выделением яркого света и большого количества тепла. Если колбу держать в руках, можно было легко сжечь себе всю кожу.

Дверь в комнату тихонько открылась, и за спиной у Эдрика появился Зарим.

- Ты прогулял занятие? - с недовольством в голосе произнёс Зарим.

- А какая была тема? - не отвлекаясь от разбора колбы, спросил Эдрик.

- Друиды, мой юный алхимик, друиды.

- Хм, в принципе я про них уже всё прочитал. Не думаю, что я узнал бы что-то новое.

- А вот и ошибаешься. Магистр Варгон рассказал нам то, чего нет в твоих пыльных книгах.

- И что же он вам рассказал? - Эдрик повернулся к Зариму, и в его глазах возник неподдельный интерес.

- Ты же знаешь, что самые опасные из друидов - это оборотни.

- Да, это и дурачку понятно… - Зарим, не дожидаясь окончания фразы, продолжил:

- Так вот, оборотни играют с огнём. Никто из них не может долго находиться в облике животного. Через время они теряют свою человеческую сущность и становятся обычными животными, в которых обратились. Опытные оборотни могут сохранять человеческое сознание два, ну максимум три часа. И если они не успеют обернуться назад в человека, то рискуют навечно остаться диким животным.

- Или домашним, если превратятся в кошку, например, - с улыбкой пробормотал Эдрик.

- Или в домашнее. Как твои успехи со «вспышкой»? Колбу достать было непросто.

- Всё идёт так, как я задумал, Зарим. Я думаю, дуэль нужно наметить на вечернее время, чтобы эффект был сильнее.

- А ты хитер. Хорошо, что ты мой друг.

- Зарим, а Талгалос готовится к дуэли?

- Ты смеёшься? Нет, конечно. Он просто делает то же, что и всегда: колотит всех направо и налево. Для него это будет очередной поединок. Очередной Эдрик. Я всё ещё думаю, что у тебя нет шансов.

- Тогда ставь на него. Думаю, ученики уже начали этим заниматься.

- Конечно, но на тебя никто не ставит. Ты проигрышный вариант.

- Спасибо за поддержку, друг.

- Я говорю как есть, Эдрик. Кто тебе ещё правду скажет?

- Такую? Да любой!

- Он тебя отделает так, что ходить не сможешь. Но не переживай, твой обед я буду тебе приносить в госпиталь. С голоду не помрёшь, если, конечно, тебе будет чем жевать.

- Тогда проноси похлёбку.

Мгновение тишины прервал смех обоих парней.

Время шло к полудню. Яркий солнечный свет проникал в комнату и падал пятном на пол, а в его свете кружились пылинки, образуя причудливую неосязаемую стену в полумраке комнаты. С улицы доносились голоса учеников, которые по обычаю носились во дворе школы. Эдрик встал из-за стола и подошёл к окну. Смотря на ребят во дворе, он задумчиво перенёс свой взгляд на здание напротив. Оно выглядело как крепость мрака посреди детской безмятежности. На другом конце двора стояло здание старшей школы. Четырёхэтажная каменная крепость из чёрного кирпича с дубовыми ставнями, наглухо закрытыми от внешнего мира. На фоне цветущего сада и беззаботных учеников оно казалось мрачным и пугающим. Каждый раз, когда Эдрик смотрел на него, мурашки пробегали по его спине.

- Зарим, а ты думал, что будет потом?

- Потом? - переспросил Зарим, также подходя к окну.

- Да, потом. Когда мы пройдём в старшую школу. И не спросить ведь у них, у старших учеников, что там.

- Да, старшей школе запрещено выходить во двор и разговаривать с нами, младшими. Но знаешь, я стараюсь об этом не думать. На всё воля Семи. Всё уже решено, мы можем только достойно принять свою судьбу.

- Я думаю, выживают там не все, - продолжил свои рассуждения Эдрик.

- Это вот с чего ты взял?

- Посуди сам: нас в младшем классе двадцать человек. Должности верховных смотрителей при королях открываются не так часто, как мне кажется. Так зачем, зачем столько смотрителей? Или там, за стенами школы, мы мрём как мухи? Тоже неутешительная судьба.

- Друг, а другой судьбы у нас и нет, - положив руку на плечо Эдрика, сказал Зарим.

Эдрик повернулся к Зариму и посмотрел в его карие глаза.

- Да, Зарим, нет, - улыбнувшись, ответил Эдрик.

- Так что, прими её и не намочи штаны в самый ответственный момент.

- Нам пора на обед, пошли. Потом закончишь со своими баночками, - продолжил Зарим.

Ребята вышли из комнаты в длинный коридор, в конце которого была лестница, ведущая на первый этаж с общими залами. Идя по коридору мимо дверей палат других учеников, Эдрик никак не мог отпустить мысль о будущем. Очень странно думать о том, что будет через два года, когда у тебя на носу дуэль с солидным кушем при победе.

Края каменных ступенек лестницы уже сточились, и за одним неловким шагом следовал быстрый спуск и пересчёт всех ступенек своим копчиком.

- Сколько же людей прошло здесь, что пятки учеников стесали камень, - проговорил Эдрик сам себе.

На первом этаже в зале столовой практически не осталось свободных мест, и Эдрик с Заримом сели на свободные, которые находились в изрядном удалении друг от друга.

Сегодня на обед подавали похлёбку и кашу из ячменя. Не так уж и вкусно, но очень сытно. Все ели и непрерывно обсуждали новости школы, последние уроки и магистров.

Эдрик поднял взгляд от каши и оглядел всех сидящих за столом. Талгалос был недалеко. Он выделялся среди всех своим ростом - был на две головы выше любого ученика. Он не говорил, а только жадно вталкивал в себя всё съестное, которое попадалось ему на глаза. Иногда не брезговал доесть что-то за другими.

- Мда, такому кабану одной порции маловато будет, - подумал Эдрик.

В этот момент Талгалос оторвал своё внимание от тарелки и взглянул на Эдрика. Взгляд был спокойный, без агрессии, как будто им завтра не нужно было драться друг с другом. Талгалос улыбнулся Эдрику и, не дожидаясь его ответа, принялся дальше расправляться с едой.

- Думаю, завтра его взгляд не будет таким же дружелюбным, - вновь про себя подумал Эдрик.

После обеда на выходе из столовой Эдрика поймал магистр Варгон.

- Вместо того чтобы спать на моих занятиях, ты решил лучше спать в своей кровати? Это неуважение ко мне, Эдрик, - насупив брови, сказал Варгон.

- Магистр, прошу прощения. Мне ваши уроки интересны, но если я не подготовлюсь, завтра вместо двадцати учеников у вас останется девятнадцать.

- Не велика потеря, - рассмеявшись, сказал магистр.

- Знаешь, я понимаю твоё волнение, но это не повод пропускать занятия. Послезавтра отработаешь пропуск. И знаешь что, Эдрик?

Эдрик посмотрел на Варгона.

- Как ты думаешь, почему Талгалос не волнуется так, как ты?

- Наверное, потому что я ему в пупок дышу?

- Нет. Волнение есть, когда ты что-то делаешь впервые, а когда ты это делал тысячу раз, волнения нет. Для него это не дуэль, а очередной поединок. Очередной Эдрик. Задумайся об этом. За стенами школы у Смотрителей не должно быть волнения - оно затуманивает разум и притупляет реакцию.

- Магистр, а на кого вы поставили? - сменив тему, произнёс Эдрик.

- Магистры не делают ставки! Официально, - с лёгкой улыбкой произнёс Варгон.

Варгон потрепал Эдрика по голове своей рукой. Было ощущение, что вся его голова помещается в ладонь магистра.

Не успев отойти от Варгона, Эдрик наткнулся на Талгалоса.

- Эдрик, завтра после обеда?

- Давай лучше перед ужином. На полный желудок драться неудобно.

- Мне без разницы, когда драться. Не всегда получится выбирать время за стенами.

- Возможно, Талгалос, но далеко не факт, - Эдрик слегка улыбнулся.

- Значит, завтра перед ужином, во дворе. Буду тебя ждать, Эдрик, - произнося эти слова, Талгалос протянул руку Эдрику.

Эдрик кивнул и уверенно пожал руку своему будущему сопернику. Дороги назад нет. Завтра всё решится: что сильнее - разум или грубая сила.

Ночь Эдрик провёл в размышлениях и сотни раз прокручивал предстоящий бой. Он перебрал в голове сотни вариантов развития событий, и почему-то во всех этих вариантах Эдрик выходил победителем.

День перед дуэлью протекал как обычно: завтрак, занятия, обед, свободное время и далее по расписанию.

Но каждая минута, приближавшая Эдрика к поединку, откликалась в его сердце волнением и тревогой. Кажется, он уже практически утратил способность мыслить трезво - в его голове мысли метались, путались и сбивались в один неразборчивый комок.

Время поединка настало.

Во дворе школы, прямо перед зелёным лабиринтом, собрались все ученики. Им было интересно не тем, чем всё закончится - исход для многих был понятен, - а сколько ударов выдержит Эдрик, прежде чем признать поражение.

Магистры стояли немного поодаль от учеников и о чём-то перешёптывались. На лице магистра Варгона было нескрываемое волнение, а вот магистр Эллиан был невозмутимо спокоен, как будто уже заранее знал, чем всё закончится.

Эдрик спускался по лестнице во двор, нервно потирая «вспышку» в небольшой поясной сумке.

- Так, соберись и успокойся. Это всего лишь дуэль. Не будет же он тебя убивать, по крайней мере, мне очень хочется на это надеяться, - бормотал Эдрик себе под нос.

Через пару минут все были готовы. Эдрик стоял напротив Талгаласа спиной к лабиринту. Как и ожидалось, Талгалос взял свой любимый толстенный посох - им удобнее размахивать и держать противника на расстоянии. Эдрик же взял небольшую дубинку, и не потому, что он не хотел чего-то более весомого, - просто на более весомые «аргументы» у него просто не было сил.

Эдрик взглянул в глаза Талгаласу и снова увидел невозмутимое спокойствие. Его глаза были будто пустыми - он смотрел не на Эдрика, а как будто сквозь него.