Павел Азатов Рейд Финвалы

Пролог

Изначальной расой, населившей мир магии — Фанма-гею, были первые творения Стихий — драконы. Они были свидетелями появления из первичной материи космоса созданий Огня — фениксов, Земли — троллей, Воздуха — левиалов, Воды — русалов, Недр — нагов, Света и Гармо-нии — эльфов и детей Духа — Эйгол. Одни из них были бессмертны, жизнь других длилась столетия и более. Каждый из представителей этих и более поздних волшебных рас обладал магическими способно-стями в какой-либо области — они могли воздействовать на природу и объекты одной силой мысли или врожденным даром.

Согласно древнему договору изначальных рас с людь-ми, последние, как существа, в жилах которых магия текла избирательно, срок жизни был короток, а натура снедаема страстями и пороками, не могли проживать на континентах, являвшихся родиной и местом обитания волшебных рас — Альвиате, Тролланде и Велаяре. Люди могли жить, разви-вать свою культуру и образовывать государства на самом большом континенте Фанмагеи — Магионе наряду с уже жившими там представителями других рас.

В обмен на это условие волшебные расы даровали пред-ставителям людей, владеющим высоким магическим ис-кусством, возможность принимать облик и обладать спо-собностями любого волшебного существа Фанмагеи исходя из своих предпочтений, природных данных и магической мощи.

Прошли века, люди, следуя своей натуре, создавали, развивали и укрепляли, завоевывали, делили и разру-шали государства, пока не образовали их по принципуприверженности к одной из стихий — Огня, Земли, Возду-ха, Воды и Духа.

Ключевую роль в управлении этими государствами игра-ли люди, наделенные магическими способностями, наи-более могущественные из которых могли превращаться в волшебных созданий и творить присущую тем магию.»То, единое, которое было начало, прикрытое пустотой, родилось силой огня» (Ригведа, X, 129).

Глава 1.

Столица Пламии

Близился рассвет. Тёмно-синее небо постепенно приоб-ретало цвет индиго, а перед самым восходом Солнца, на не-сколько минут смены ночи и дня, стало нежно-лиловым.

Жрецы храма Солнца выстроились рядами на скальных террасах и, протянув руки к восходящему светилу, запели величественный гимн. Словно услышав торжественный во-кальный призыв своих служителей, на рубеже неба и моря появился край звезды, который, постепенно увеличиваясь, превратился в украсивший посветлевший небосвод красный диск. В унисон рождению зари крещендо звучали голоса хора. Оторвавшись от линии горизонта, Солнце приобрело насыщенный оранжевый цвет, заполняя своим сиянием пространство вокруг. Светящаяся дорожка протянулась по морской глади к берегу. Приветствуя первые лучи, за-сверкали позолоченные главы пяти основных башен замка. Им вторил огромный бронзовый диск, венчавший вершину скального Храма Солнца. Благодатный свет щедро заполнил улицы и площади царственного Гелиодара — столицы мо-гущественной Пламии, государства магов Огня. Архитектурные доминанты города образовали пирами-дальный треугольник, на вершине которого величаво воз-вышалась златоглавая громада замка Пяти башен — рези-денции Государственного совета — Пиро-Прайда.

В юго-восточной части столицы, на берегу Васпейско-го залива, высилась пятиярусная башня маяка — Храма Огня. В крупных приморских городах Пламии храмы Огня служили одновременно и маяками для кораблей, исключе-ние составлял храм Огня Вихары, где маяк был сухопутным и указывал ориентир караванам и паломникам. Храмы Огня были центрами обучения и усовершенствования боевой магии Огня и исследования его свойств.

На юго-западе города живописно высилась одинокая скала, на склонах которой были высечены лестничные пе-реходы и террасы, а у подножия размещались жилые и учеб-ные корпуса храма Солнца — главного центра магии света, целительства, просвещения и прорицания.

Внутри этого географического треугольника распола-гались: правительственные учреждения, резиденции да-раев — высших должностных лиц государства, дворцы Со-вета легатов провинций, Совета магов Огня и Академии магии, особняки посольств и торговых представительств, штаб-квартиры купеческих и ремесленных гильдий. Город утопал в пышной растительности, поражающей буйством красок. Листва деревьев и кустарников пестрела от зеленой и желтой до алой и лиловой гаммы. Цветущие ярко-красным акации, нежносиреневым гибискусы и белым магнолии наполняли воздух волшебным ароматом. Кроны араукарий, таксодиумов и кедров дарили живительную тень. Исполинские и раскидистые дубы и платаны поражали сво-ими величием и природной монументальностью, создавая вокруг себя атмосферу спокойствия и защищенности.

Недалеко от портов и между жилыми и ремесленными кварталами раскинулись ярмарки и рынки, которые слави-лись во всем континенте своими масштабами, разнообра-зием и высоким качеством товаров.

Торговые гости из эльфийских княжеств Магиона про-давали целебные снадобья, мази и настойки, украшения из янтаря, расшитые золотыми и серебряными нитями тка-

ни, луки из тиса, костяные рукоятки для ножей и кинжалов из рогов редких диких животных, изящные стилеты, а также конхи — духовые инструменты из крупных раковин. Изде-лия из сплава с зеленым тайгиором, добываемым в горах великого княжества Древесные своды и обладавшим мощ-ными защитными свойствами, раскупались мгновенно.

Купцы из Домгора, Габрала, Марахата, Фарагда и других господарств гномов, расположенных в неприступных гор-ных массивах, привозили на продажу изделия из драгоцен-ных и поделочных камней, боевое и церемониальное оружие и доспехи, различные изделия кузнецов — ажурные вазы из серебряной проволоки, затейливые флюгера и хитрые замки.

Негоцианты из Аквалонии торговали дарами морей — изделиями из жемчуга, кораллов и перламутра, амброй, китовым усом и жиром, рогом нарвала, который охотно покупали высшие маги для изготовления посоха, а также гарпунами и рыболовными баграми, ювелирными украше-ниями из ларимара и аквамарина. Особо ценились металли-ческие изделия с примесью голубого моренита — редкого и ценного металла, добываемого на океаническом дне, имеющего свойство нейтрализации защитной магии. Исключи-тельным правом добычи моренита обладало государство, что значительно обогащало казну правителя.

Многочисленные табуны лошадей и отары овец, пасу-щихся на бескрайних просторах степей Ветравии, опреде-ляли её экспортный вектор. Оттуда везли пряжу, кашемир, кошму, ваджаль, паласы, вяленое мясо. Кроме того, были представлены плоды земледельцев — пшеница, ячмень и просо — и ремесленников — наборы для кавалерийских лучников, конская упряжь, лёгкие, но прочные кожаные доспехи и плюмажи из конского волоса. Ветравия была лидером по добыче и экспорту меди и лазурита, добывае-мых в горах Маян. Высоким спросом пользовались резвые

и статные степные скакуны — ветраны. Стоимость породи-стого жеребца могла доходить до деграна (10 кг) серебра.

Терра славилась обилием городов и ремесленных цен-тров, её купцы торговали тканями — сукном, бархатом, фустианом, крепкими напитками — элем и настоянном на можжевельнике женевером, изделиями из стекла и оло-ва, металлическим инструментарием для ремесленников. Также из Терры завозили уголь и серебро. Особой гордостью террийцев и одной из главных статей экспорта был крупный рогатый скот, особенно породы грауризе, отличавшийся большими приростами веса и удоем. Бык-производитель грауризе весил в среднем один ларгран (тонну) и не уступал в цене скакунуветрану.

Редкие гости из долины Духа торговали печатными кни-гами. Ученые, студенты и целители выстраивались в очере-ди, чтобы приобрести копии древних трактатов и рукописей из самого большого и богатого книгохранилища Магиона — библиотеки Академии Духа. Сменяя друг друга, в Гелиодар прибывали караваны и ко-рабли, привозившие товары из провинций Пламии, отра-жающие их географические и климатические особенности, культурное наследие, а также экономическое разнообразие. Оазис Вихара поставлял в столицу золото и драгоценные камни — рубины, сапфиры, гелиодор, а также красители — красный кармин и желтый куркумин. Оттуда везли ковры, каракуль, атлас, гранатовое вино, произведения мастеров чеканки и мастериц вышивки сюзане. Но особенно цени-лись привозимые оттуда металлические изделия с примесью алого вихарата, добываемого в незначительном количестве в пустыне

Хамаза и обладающего прожигающим эффектом. Из лесистой Дубравы завозились охотничьи соколы и ме-сячные щенки громадных псов-мадианов, взрослые особи которых были способны вступить в схватку с грозой лесов медведем или свирепым вепрем. Стоимость на тех и других

могла доходить до трёх-пяти золотых рувалов. С севера так-же шли древесина, пенька, бумага, мёд, воск, дёготь и смола. Остров Эосфор и полуостровная провинция Ариран до-ставляли разноцветный жемчуг, нефрит, рис, чай, мускат-ный орех, шелк, фарфоровую и лаковую посуду, шкатулки и панно, инкрустированные перламутром, изделия

из серебра.

Суда из плодородной житницы страны — Наталики, сна-чала вниз по реке Ладейне, а потом морем, везли плоды земледелия — пшеницу, фасоль, кукурузу, гречиху, расти-тельные масла, сыр, сидр и льняное полотно.

Из Поста грифонов, который жители Пламии называли попросту ГрифПо, в столицу завозили мрамор для отделки зданий и фонтанов, платину, свинец, мумие, пальмовое масло, финики, изделия из алебастра и светильники из цвет-ного стекла.

Караваны из знойных Байхана и Фазелиса доставляли в порт Афалин, а оттуда морем в Гелиодар, хлопчатобу-мажную ткань, адрас, вино, специи, изюм, курагу, изделия из верблюжьей шерсти, ювелирные украшения с бирюзой и гранатом, благовония, ароматические масла и расписную керамику.

Из трюмов кораблей, прибывших из западного форпоста страны — Ардариса, выгружали приобретенный на архипе-лаге Кауриан фиолетовый краситель — пурпур, добываемые в месторождениях в Грифоновых горах аметисты, серебро, железо, а также соль, парусину, мыло и рыболовные снасти. Высоко ценились и пользовались спросом далеко за пре-делами Пламии товары, вывозимые из Гелиодара, — книги с красочными художественными иллюстрациями, хрусталь-ная посуда и светильники, ювелирные украшения из золота, парча,

шпалеры с флористическими и анималистическими сюжетами, оливковое масло, апельсины и лимоны.

Изредка в порты Пламии заплывали крутобокие и длин-ные корабли с континента Альвиат. Их светло-сиреневые,

искрящиеся при солнечном и лунном свете, паруса, словно пышные утренние облака, выделялись на фоне морской глади и были видны издалека. Альвиат, одно это слово бу-доражило умы поэтов, путешественников и купцов. Это была родина волшебных рас и существ. Его населяли эль-фы, гномы, феи, фавны и многие другие, на вершинах гор гнездились фениксы, горные долины стерегли львымете-оры (маахас), в небе парили левиалы, грифоны и пегасы, подземные сокровища находились под неусыпной охраной нагов, чистоту заповедных лесов блюли парканы и лешие, в священных рощах паслись единороги, а в водах обитали русалы и водяные. Согласно древнему договору первых рас с людьми, по-следние не могли проживать на этом континенте, хотя им позволялось прибывать с дипломатическими или торговыми миссиями. Однако длительность плавания туда — три-че-тыре месяца и более, отсутствие точных навигационных карт и непредсказуемость в вопросе спроса товаров сводили к минимуму как торговые, так и дипломатические контакты. Завозимые с волшебного континента товары были ди-ковинами и пользовались огромным спросом, хотя были доступны не каждому покупателю. Оттуда доставляли ред-кие сорта древесины, в том числе серебряного и муарового дерева, перья экзотических птиц, орехи дерева-эндемика Дейжар, способные утолить голод на долгое время, тон-чайшую рисовую бумагу, нагрудные панцири из легкой, гибкой, но очень прочной чешуи рыбы Рагрийд, обитавшей в морях, омывающих Альвиат, а также плащи из непромо-каемой ткани, способ производства которой эльфы держали в строгом секрете.

Коренные жители самого северного и небольшого, по сравнению с другими, континента Тролланд — тролли и горгульи охотнее использовали бы в контактах с соседями быстроходные боевые суда — бракады, чем более широ-кие и медлительные грузовые и транспортные — ронтоды.

Международные торговые связи сурового континента и его угрюмых и воинственных обитателей ограничивались об-меном товаров на рынке полуострова Гран, где в основном проживали пришлые минотавры и куда раз в два месяца на десятидневную неделю допускались торговцы из Терры, ближайшего к Тролланду государства на континенте Ма-гион. Там же и тогда же заключались контракты о найме жителей континента в качестве военной либо рабочей силы. Прямые торговые связи между Тролландом и Пламией от-сутствовали.

Согласно легендам и мифам, далеко на юге, за Рубежным океаном, находился огромный и таинственный остров Ве-лаяр — родина и место обитания самых могущественных и загадочных существ Фанмагеи и первых детей Стихий — драконов.

Глава 2. Знаки отличия

Как и каждое высокое и сложное искусство, магия требу-ет не только природного таланта, но и специальных навы-ков, знаний и умений, а также определенного уровня силы воздействия, так называемого могущества в использовании магии, которое у каждого мага проявляется индивидуально. Согласно Параграфу 2 Уложения о магии, принятого в го-роде Эва Долины Духа, на континентальной конференции волшебников людей, колдунов гномов, эльфийских чароде-ев, объединенных под общим названием — маги, по уровню энергетической мощи и сверхъестественных способностей, совокупности специальных знаний и опыта маги подразде- ляются на семь рангов.

Магистр

Архимаг

Старший маг

Маг стихии

Маг-соискатель

Маг-юниор

Ученик мага

Эта градация признаётся и соблюдается во всех государ-ствах Магиона, в том числе эльфийских и гномьих, с при-сущими им особенностями. Так, в эльфийских княжествах семи магическим рангам соответствуют саны адептов эль-фийской магии — секвойи, баобаба, платана, тиса, кипари-са, кедра и сосны. У гномов маги четвертого ранга делились не по стихиям, а по способностям в какомлибо деле — кам-нетворцы, рудознатцы, самоцветоведы. Согласно сложившейся традиции, на официальных и церемониальных мероприятиях маги носят одежду цветов своей стихии. Хотя это правило не являлось строго обяза-тельным, маги старались его придерживаться.

Маги Огня предпочитали красный, оранжевый и золотой цвета. Маги Земли — зеленый, желтый и коричневый. Маги Воздуха — синий, серый и голубой. Маги Воды — бирюзо-вый, серебристый и цвет морской волны. Маги Духа — все оттенки фиолетового. Белый и чёрный являлись универ-сальными цветами.

Стихию и ранг мага можно было узнать по камням на их перстнях. Принцип цветовой гаммы драгоценных камней был близок к тому, что и в одежде.

Магистры носили перстни на среднем пальце правой руки. Если магистр был удостоен того же звания в другой стихии, он носил перстень с соответствующим камнем и на среднем пальце левой руки. Архимаги носили церемониальные перстни на безымян-ном пальце, старшие маги — на указательном. Если им присваивалось соответствующее звание в магии другой стихии, они носили перстни с камнями этой стихии на паль-цах левой руки.

Драгоценные камни, которые использовали маги первых трёх рангов, должны были быть камнями из так называе-мого первого порядка — алмазы, рубины, сапфиры и изум-руды. Магами духа использовались перстни с аметистом. Маги Огня любили также солнечный гелиодор, Воды — ак-вамарин и редкие сорта жемчуга — абалон или акойя, Земли — раухтопаз, Воздуха — горный хрусталь. Излюбленным вариантом эльфов был янтарь. Но, как и в любом правиле, находились исключения.

Перстень магистра магии Огня Аграфены венчал янтарь. Это был крупный прозрачный кабошон сочного зеленого оттенка, в котором застыла маленькая веточка-жгутик се-ребряного дерева. Янтарь носил имя «Слеза леса». Когда Аграфена призналась Велу, за какую сумму она приобрела у эльфов Альвиата этот камень, он был поражен, настолько цена была высока. Аграфена объяснила ему, что ценность янтарю придает та самая застывшая в нём веточка.

Маги четвёртого и пятого рангов носили кольца на ми-зинцах или использовали менее ценные, в основном непро-зрачные минералы — малахит, бирюзу, яшму, нефрит, опал, лазурит и агат. Маги Воды обычно носили жемчуг.

Драгоценный камень в перстне мага был не просто це-ремониальным атрибутом, это был персональный амулет и накопитель магической энергии — маны. Приобретая драгоценный камень или изделие с ним, маг брал его в руку и воздействовал на него своим энергетическим полем. Если камень отзывался, то теплел и начинал слабо светиться. Камень ежедневно, маленькими дозами накапливал энер-гию стихии, в нужный момент отдавая её своему хозяину, всю разом либо частями. В случае необходимости камни-амулеты могли увеличить силу мага в два, а то и в три раза от его обычных возможностей.

Наибольшим потенциалом обладали камни в перстнях магистров магии. Они имели высокую ценность, носили имена и были хорошо известны в магической среде.

Так, оранжевый алмаз Махатмы носил имя «Око феник-са». Рубин Вела — «Сердце дракона». Алмаз с голубым оттен-ком Властителя морей Эр-Ваттенда — «Айсберг». Изумруд магистра Земли Плодарии — Госпожи полей и лугов Терры именовался «Улыбка весны». Алмаз редкого серо-синего цвета Владыки ветров Лавага назывался «Осколок неба». Тёмно-фиолетовый аметист ректора Академии Духа маги-стра Адыль Сенга — «Полёт мысли».

Весьма интересный перстень был у магистра Аркониэля. Он свидетельствовал о том, что его обладатель является адептом сана секвойи — высшим званием представителей эльфийской магии. Перстень украшал королевский янтарь молочного цвета в обрамлении золотых листьев дуба, по-лыни, волчьей ягоды и драконьего дерева. Каждый из ли-стьев имел свой символический смысл. Лист дуба означал владение боевой магией, полыни — целительства, волчьей ягоды — способности понимать язык зверей и птиц. Лист драконьего дерева говорил о большой магической силе.

Случалось, что кроме стихийной магии маг мог обла-дать каким-либо узкоспециализированным талантом. Так, магистр Огня Вел Рохо мог считывать информацию с дра-гоценных камней, определяя их магический потенциал, уровень совместимости с обладателем и сферу применения. Магистр Земли Чашиб понимал язык зверей. Магистры Огня Аграфена и Воды Цирцилла обладали даром определять силу и возможности магов по их аурам. Магистры Воздуха Лаваг и Эврал владели способностью призывать птиц и получать от них помощь. Магистр Воды Нареид чувствовал и опре-делял месторождения с залежами моренита.

Глава 3. Ночные встречи

Полная луна нежно касалась окрестностей своим блед-ным сиянием. На горе Радомир царила благостная тишина, изредка ненавязчиво нарушаемая шелестом листьев на ве-тру. Чуть ранее, проводив светило торжественным гимном, жрецы храма Солнца разошлись по своим комнатам, чтобы отойти ко сну, а рано утром с новыми силами воспеть его восход и рождение нового дня.

Среди ночи настоятеля храма магистра Афалана разбу-дило уханье. Его издавала висящая на стене эльфийская маска совы, глаза которой светились золотым светом. Ора-кул призывала его, что случалось крайне редко и означало, что в астрале она увидела сложившуюся картину будущих судьбоносных событий.

Одевшись, Афалан поднялся на верхнюю террасу и, убрав иллюзию, прошел к древу в сокрытой лощине. Оракул уже ждала его, сидя на ветви раскидистого платана.

— Приветствую тебя, Альта — Амара! Я прибыл по твое-му зову! — торжественно произнёс магистр. В ответ оракул певуче изрекла:

Устои государства пошатнут Корабль и его маршрут

Сам по себе корабль не загадка

В маршруте изменённом кроется разгадка

Виденье и не сбыться может

Коль красных магов группа этому поможет

Огласив пророчество, оракул скрылась в кроне дерева, к ногам магистра упал свиток с записью пророчества.

Вернувшись к себе, Афалан написал и отправил срочное сообщение в Гелиодар Стражу пламени Велу Рохо.

Ночной дремучий лес к северу от столицы Терры — Бергвальды таил в себе много загадочных и пугающих зву-ков и теней. Но горевший в охотничьем лагере костёр не да-вал разыграться воображению, освещая расположившихся возле него двух мужчин. Они входили в Квадригу — пра-вящий совет Терры, состоящий из четырёх высших магов Земли.

Грузный, широкоплечий бородатый здоровяк Ималай — Господин гор и недр Терры полулежал на овчинном тулупе, облокотившись о поваленное дерево. Его собеседник, сухо-щавый брюнет с пронизывающим взглядом чёрных глаз, по-водив пальцем над засохшим пнём, превратил его в удобное кресло. Сев в него и вытянув ноги к костру, Господин лесов и рощ Чашиб спросил: К чему такая таинственность? Мы не могли пообщать-ся в Бергвальде?

Хотел поговорить в приватной обстановке. Мне необ-ходимо выехать на восток, проверить работу серебряных рудников. Меня не будет некоторое время. Будь добр не дай нашей миротворице провернуть в Квадриге свои делишки в моё отсутствие.

Инспекция рудников требует солидного военного сопровождения? — спросил Чашиб, подкидывая хворост в костёр.

О чём это ты?

О вооруженных троллях и минотаврах, которые скрытно лесами и горными перевалами движутся на вос-ток страны.

Ах, об этом! Решил заодно провести манёвры и рас-тормошить свои гарнизоны в замках, они обленились и раз-учились пользоваться оружием.

Ну-ну. А ты уверен, что эти манёвры не принесут нега-тивных последствий? Я чувствую скрытую в них опасность, и не только для тебя.

Доля истины есть в твоих ощущениях. Эти манёвры трудно назвать безопасными.

Полагаю, ты отдаешь отчёт своим действиям.

Мне надо быть уверенным, что в моё отсутствие Ква-дрига не примет решений, влекущих кардинальные изме-нения в политике. Не беспокойся, я не дам им провести какое-либо ре-шение в ущерб интересам Терры, — заверил Чашиб собе-седника, хмуря свои чёрные густые брови.

Встреча была назначена тем, кого заговорщики называ-ли номером один, в Рыбнице — предместье на юго-западе Гелиодара. Порт и рыболовецкая слобода располагались на побережье одноименного залива. От песчаного, более чем в два фарланга (двухкилометрового) в длину участ-ка берега, который окаймляла скалистая гряда, отходили в море многочисленные причалы. В порт Рыбницы прибы-вали торговые и рыболовецкие суда, тогда как Васпейский порт в соседней бухте принимал военные и пассажирские корабли.

Безоблачное тёмное небо покрылось множеством звёзд. Море было спокойным и безмятежным, размеренно вяло шелестя у берега. Ночная прохлада располагала к отдыху в тепле и уюте домашнего очага. Даже собаки, как сгово-рившись, не нарушали своим лаем царившую тишину. Оди-нокие путники, внося диссонанс в эту дремотную идиллию, торопливо прошли по безлюдным улицам, пряча лица в ка-пюшонах легких плащей.

Они встретились на постоялом дворе, расположенном у окраины предместья. Трое мужчин сидели в дальнем сла-боосвещенном углу зала и пили, или делали вид, что пьют, местное вино с пряностями.

У меня мало времени, чтобы не вызвать подозрений, я должен как можно скорее вернуться, — тихо произнес но-мер один. — Итак, начало положено, через несколько дней судно выйдет в рейд. Капитан и команда корабля подобраны моими людьми с учетом наших интересов. Что с остальными пунктами плана?

У меня возникли проблемы, — ответил номер два. — Наше предложение отклонено, но решение найдено, хотя и не отвечает всем заявленным требованиям.

При таких условиях, насколько будет сильно сопро-тивление? — спросил номер один.

Я найду чем и где их занять на это время. Сопротив-ление будет минимизировано.

У меня для Вас поручение. По моим данным, некой помехой в реализации плана может послужить смотритель васпейского моста.

Каким образом? — поинтересовался номер два.

По наблюдениям моих людей он несколько раз встре-чался с самим Стражем в городе. В наших интересах, чтобы Корпус стражей как можно дольше пребывал в неведении относительно рейда «Финвалы». Тем больше шансов на её благополучное и, главное, своевременное прибытие в сто-лицу.

Кроме того, в назначенный день подъемный механизм моста должен быть не исправен. Согласно плану, мост в зоне Вашей ответственности. Вы понимаете, насколько это се-рьезно? С нынешним смотрителем это будет проблематич-но. Я разберусь с этой проблемой, — ответил номер два. Как обстоят дела у Вас? — спросил номер один у треть-его собеседника.

Заявка подготовлена и направлена, остались фор-мальности, — ответил тот вполголоса, — я не думаю, что возникнут проблемы, подобные мероприятия всегда при-ветствовались.

А как Ваша часть плана? Удастся осуществить вы-вод? — поинтересовался номер два.

Детали проработаны. Основную часть нам получится передислоцировать, — ответил номер один.

Наши союзники за морем помогут нам в этом или Вам придется обойтись собственными силами?