Оля Лэй Идеальный свидетель

– Приехали, – сказал Редж. – Можешь подняться.

Лиза села и выглянула в окно.

Дом Реджинала Кросса возвышался перед ней, словно вырванный из готического романа – не особняк в привычном понимании, скорее небольшая крепость, втиснутая между вековыми дубами. Высокий забор, камеры по периметру, гравиевая дорожка, ведущая к массивной входной двери. Архитектура была сдержанной, почти суровой: серый камень, прямые линии, никаких декоративных излишеств. Окна – высокие, стрельчатые, почему-то с зеленоватым отливом. Похоже, этот дом строился совсем не для красоты.

Редж заглушил двигатель и вышел. Лиза открыла дверь и ступила босыми ногами на холодный гравий.

– Ай! – она поджала ногу и чуть не упала, схватившись за дверцу машины.

Редж обернулся. Посмотрел на её носки. На гравий. На её лицо, искажённое от боли и холода. И – Лиза могла поклясться – уголок его рта чуть дрогнул. То ли усмешка, то ли просто нервный тик. Через секунду лицо снова стало каменным.

– Идём, – сказал он и, не дожидаясь, направился к двери.

Лиза проковыляла за ним, стараясь наступать на участки, где гравия было поменьше. К тому моменту, как она поднялась на крыльцо, носки окончательно промокли, а ноги – замёрзли.

Внутри дом оказался именно таким, каким она его себе представляла – и одновременно совершенно иным. Никаких семейных фотографий. Никаких картин на стенах, никаких безделушек на полках. Минимализм, доведённый до абсолюта: тёмное дерево, серая обивка мебели, холодный свет встроенных светильников. Всё дорогое, всё на своих местах, почти стерильно чистое. И при этом – совершенно безжизненное.

Лиза стояла в центре гостиной, обхватив плечи руками, и чувствовала себя лишней. Как пятно на безупречно белой скатерти.

– Это... ваш дом? – спросила она.

Редж, уже успевший снять пиджак и повесить его на спинку стула, обернулся.

– Мой. А что? Не нравится? – в его голосе проскользнула насмешка, но какая-то ленивая, без яда.

Лиза неожиданно для себя ответила серьёзно:

– Вообще-то, похоже на вас.

Редж вскинул бровь.

– Строгий, холодный, мрачноватый, – перечислила она, оглядывая гостиную, – и... красивый.

Последнее слово вырвалось раньше, чем она успела подумать, и Лиза тут же пожалела о нём. Щёки вспыхнули. Она отвела взгляд и притворилась, что изучает книжные полки.

– Красивый, – повторил Редж задумчиво. – Не помню, чтобы мне хоть раз такое говорили.

Пауза затянулась. Редж прошёл через гостиную к лестнице.

– Твоя комната на втором этаже.

Они поднялись наверх. Дом внутри оказался больше, чем выглядел снаружи: длинный коридор, несколько комнат, приглушённый свет. Редж открыл одну из дверей и отступил, пропуская Лизу вперёд.

Спальня была небольшой, но уютной – настолько, насколько вообще могла быть уютной комната в этом доме. Широкая кровать с серым постельным бельём, письменный стол у окна, встроенный шкаф, торшер с мягким светом.

– Ванная там, – Редж махнул рукой в конец коридора. – Полотенца на полках. Если захочешь пить или есть – кухня внизу, сама найдёшь. Вопросы?

– Нет, – сказала Лиза. – Спасибо.

Он кивнул и уже повернулся, чтобы уйти, но она окликнула его:

– Реджинал?

Он остановился. Обернулся через плечо.

– Меня зовут Лиза. Не «свидетель», не «объект», не «мисс Хейз». Лиза.

Он смотрел на неё несколько секунд. Молча. Изучающе. Потом кивнул – коротко, почти незаметно.

– Доброй ночи, Лиза.

И вышел.

Дверь закрылась. Лиза осталась одна. Она опустилась на край кровати, провела ладонью по серому покрывалу и почувствовала, как напряжение этого бесконечного вечера наконец начинает отпускать. Мышцы болели. Глаза слипались. Она хотела спать – просто провалиться в темноту и ни о чём не думать.

Лиза нашла в шкафу махровый халат – тёмно-синий, слишком большой, явно принадлежавший Реджу – и отправилась в ванную. Ей нужно было смыть с себя грязь и страх. Вообще весь этот день.

Ванная оказалась под стать дому: серый кафель, хромированные детали, идеальная чистота. Стакан для зубных щёток стоял на краю раковины – стеклянный, тяжёлый. Лиза быстро приняла душ, обтёрлась полотенцем и завернулась в халат, затягивая пояс потуже. Подвернула рукава. Потом включила воду в раковине, плеснула в лицо. Подняла голову и посмотрела на себя в зеркало.

Из отражения глядела измученная, бледная девушка с растрёпанными волосами и красными от усталости глазами. Чужая. Незнакомая.

– Ну и денёк, – прошептала она своему отражению.

Подняла руку, чтобы поправить волосы, и случайно задела стакан.

Он полетел на пол и, ударившись о кафель, разлетелся на сотни осколков. Звук вышел оглушительным – таким резким в идеальной тишине, что Лиза ахнула и отшатнулась.

И в ту же секунду дверь ванной распахнулась с такой силой, что ударилась о стену.

На пороге стоял Редж.

С пистолетом.

Лиза вскинула руки вверх – инстинктивно, глупо, по-детски – и почувствовала, как по щекам текут слёзы. Она даже не заметила, когда они начались. Горло сдавило спазмом, и вместо слов из груди вырвался только сдавленный, жалкий писк.

А потом – рыдания.

Редж опустил пистолет. Перевёл взгляд с неё на осколки, с осколков – снова на неё. Выражение его лица изменилось: напряжение ушло, но на смену ему пришла какая-то странная растерянность. Словно он ожидал увидеть что угодно, но только не заплаканную девушку.

– П-простите, – выдавила Лиза, заикаясь. – Я с-случайно. Я просто...

Она не договорила. Рыдания накрыли её с головой – все страхи, весь ужас произошедшего, всё напряжение, которое она держала в себе с того самого момента, как увидела пистолет в проулке. Она плакала навзрыд, некрасиво, взахлёб, и ничего не могла с этим поделать.

Редж убрал пистолет в кобуру за поясом и шагнул к ней. Его пальцы сомкнулись на её запястьях – крепко, но не грубо – и заставили опустить руки.

– Всё в порядке, – сказал он тихо и ровно. – Не бойся.

И Лиза, сама не понимая, что делает, подалась вперёд и уткнулась лбом в его грудь. Ей было всё равно, что он подумает. Всё равно, что это не её мужчина, не её друг, даже не её знакомый, а просто человек, который обязан её охранять. В этот момент ей нужен был кто-то живой, тёплый, настоящий – и он был единственным, кто оказался рядом.

Он замер. Лиза чувствовала, как напряглись мышцы его груди под тонкой тканью рубашки. А потом – осторожно, неуверенно, словно пробуя незнакомое действие, – он приобнял её за плечи и легонько похлопал по спине.

– Всё в порядке, – повторил он. – Ты в безопасности.

Она не знала, сколько времени они так простояли. Постепенно рыдания стихли, дыхание выровнялось. Лиза отстранилась и шмыгнула носом.

– Мне нужно выпить. Можно мне выпить?

Редж помедлил секунду. Кивнул.

Они спустились в гостиную. Он подошёл к небольшому шкафчику со стеклянными дверцами, достал оттуда бутылку вина.

– Можно покрепче? – попросила Лиза.

Он слегка вскинул брови, но ничего не сказал. Убрал вино и достал виски. Налил на дно стакана и протянул ей.

Лиза выхватила стакан и выпила залпом. Виски обжёг горло, но в желудок провалился тёплым шаром.

– Ещё, – выдохнула она.

Редж налил ещё – чуть больше, чем в первый раз. Она снова выпила залпом и скривилась.

На светло-голубой рубашке Реджа всё ещё темнели мокрые пятна от её слёз.

– Рубашку жалко, – заметила она.

Редж молча смотрел на неё. Лиза уже чувствовала, как алкоголь разливается по телу тёплой волной. Быстро. Слишком быстро.

– Можно поесть? – попросила она.

Он кивнул в сторону кухонного островка. Лиза подошла к холодильнику и принялась изучать его содержимое. Сыр, ветчина, баночка икры, хлеб для тостов в корзине на столешнице. Она сделала два бутерброда, намазала икру, съела ложечку прямо из банки. Желудок благодарно принял еду.

Когда она жевала второй бутерброд, сидя на барном стуле, то глянула на Реджа. Он сидел в кресле, уткнувшись в книгу. Но глаза его не бегали по строкам – он смотрел в одну точку. Лиза была уверена: он не читает. Просто прячется. Наблюдает за ней из-под полуопущенных век.

Она отклонилась в сторону, пытаясь поймать его взгляд. Барный стул качнулся. Лиза ахнула и полетела на пол, больно приземлившись на правый бок. Хлеб так и остался у неё в руке.

И тут её накрыло. Не слезами – смехом. Истерическим, неконтролируемым хохотом, который вырывался из груди помимо её воли. Она лежала на полу, сжимала в руке кусок хлеба и хохотала.

Редж оказался рядом мгновенно. Склонился над ней, присел на корточки.

– Всё нормально?

Лиза продолжала смеяться, не в силах остановиться. Он взял её за запястья и потянул, усаживая на полу. Потом слегка встряхнул.

– Послушай меня. Я делаю всё, чтобы тебя не убили. Может, хоть постараешься не убиться сама?

Лиза перестала смеяться. Посмотрела в его серо-зелёные глаза – такие близкие, такие серьёзные. И, не думая, подалась вперёд и поцеловала его.

Несколько секунд он не шевелился. Позволял ей елозить губами по своим губам. А потом резко отстранился и встал, рывком поднимая её на ноги.

– Что ты делаешь? – в его голосе прозвучало раздражение.

Смеяться Лиза перестала. Она положила хлеб на столешницу, скрестила руки на груди и посмотрела на него с вызовом.

– Что, недостаточно хороша для такого аристократа, как ты?

Редж покачал головой, ничего не ответил и вернулся в своё кресло. А Лиза вдруг ощутила всю навалившуюся усталость – тяжёлую, свинцовую. Ей срочно захотелось лечь. Она прикинула варианты: подняться в спальню или остаться здесь, на диване? Выбрала второе. Всё-таки быть рядом с ним давало хоть какое-то подобие спокойствия. Даже после того, что она только что сделала.

Она легла на диван, свернулась калачиком и закрыла глаза. Последнее, что она увидела, – силуэт Реджа в кресле у окна.

Утром Лиза проснулась от головной боли. Редж полулежал в том же кресле и, кажется, спал. Но стоило ей добраться до кувшина, налить воды и обернуться, как он уже стоял у барной стойки и смотрел на неё сонным, хмурым взглядом.

– Тебе нужна одежда? – его глаза задержались на раскатавшемся рукаве халата.

– Да. Было бы неплохо.

– Я раздобуду телефон. Закажешь всё, что нужно.

– Спасибо, – выдохнула Лиза.

И благодарила она искренне. И не только за телефон.

Перед тем, как уйти, Редж обошёл дом. Проверил замки, камеры, периметр. Потом открыл бар, достал оттуда бутылки, переставил их в верхний шкафчик и запер дверцу на ключ. Ключ убрал в карман. Он не знал, понадобится ли эта мера предосторожности, но привык перестраховываться. Особенно теперь, когда в доме появился человек, чьи реакции он пока не мог предсказать.

При появлении Лизы он окинул её быстрым, цепким взглядом. Ничего не сказал. Просто кивнул и уткнулся в свой телефон, быстро набирая сообщение.

Она села на диван напротив, поджав ноги под себя. Тишина в доме стояла такая, что было слышно, как тикают часы где-то в глубине коридора. Лиза украдкой разглядывала Реджа. Выглядел он так, что… ничего понять было нельзя. Собранный, отглаженный, непроницаемый. Она скользила взглядом по его профилю, его рукам, отметила его манеру держать телефон – всей ладонью снизу, а не на пальцах, – и пыталась понять, что это за человек. Холодный? Да. Опасный? Безусловно. Но вчера, когда она плакала на его груди, он не оттолкнул её. Не сказал ни одной грубости. Просто стоял и ждал.

Может, всё было не так однозначно.

День прошёл в тишине. Лиза бродила по дому, разглядывая скудную обстановку, пробовала читать, но мысли то и дело возвращались к пережитому ужасу, к неясному будущему. Когда вернулся Редж, она поймала его взгляд – быстрый, оценивающий, ничего не выражающий – и отвела глаза.

– Иди сюда, – сняв пальто, Редж сел в кресло и достал из кармана два телефона.

Положил их на столик перед Лизой – один за другим, как фокусник, показывающий карты. Первый был крошечным, чёрным, с кнопками и монохромным дисплеем – такие Лиза видела только в старых фильмах. Второй – обычный смартфон, чистый, без единой царапины и без логотипа на корпусе.

– Этот для звонков, – Редж указал на кнопочный. – Номер уже записан. Только один контакт – мой. Звонить в крайнем случае.

– А этот? – Лиза взяла в руки смартфон.

– Для заказов. Сим-карты нет, к аккаунтам не привязан. В доме есть Wi-Fi, пароль я напишу. Заведёшь фейковый аккаунт на любом маркетплейсе. Адрес доставки – вот этот. – Он протянул ей бумажку с адресом пункта выдачи в Миллфорде. – Заказываешь, что нужно, я буду заезжать и забирать. Никаких реальных имён, – продолжал Редж. – Никаких доставок сюда. VPN включён, не выключай. Если спросят подтверждение по SMS – не заказывай, выбери другой магазин. Всё, что можно отследить, будет отслежено. Поняла?

– Поняла. А если я захочу что-то, что нельзя заказать? – быстро спросила Лиза, потому что Редж уже поднялся.

– Тогда обойдёшься.

Она вздохнула. Возражать было бесполезно.

– И ещё, – добавил Редж, – напиши друзьям, что уехала. Коротко. Без деталей. Что решила отдохнуть, развеяться.

Лиза кивнула. Номера она помнила – коллега из кофейни, бывшая одноклассница, с которой иногда списывалась, соседка. Не так уж много людей, которые могли бы заметить её отсутствие. Она набрала сообщение под его диктовку и разослала. Никто не ответил – да она и не ждала ответа. Ей вдруг стало тоскливо от того, как легко она может исчезнуть.

Лиза спрятала телефоны в карман. Ей стало немного легче – по крайней мере, теперь у неё будет одежда. И зубная щётка. И хоть какая-то связь с внешним миром, пусть и односторонняя.