Ольга Гутарёва Пятая башня

— Ты искусно увиливаешь от правды, — Векша отодвинулся, припав прежде лбом к изгибу её плеча и оставив на коже влажный след от зернистых капель пота. — И всё продолжаешь швырять мне в лицо, что я ничтожный. Что я слабак. А после ещё дивишься, почему я серчаю.

— Чего? — Таня нахмурилась. — Почему ты так думаешь?

Векша едва не зашипел от беспомощной злобы.

— А как ещё я обязан думать? Кругом одна напасть! Дружки твои только и ждут, когда я оступлюсь. Сегодня посмеются, завтра подставят, а подвернётся случай — и нож в спину всадят. Я такое не раз проходил! Ещё ты. При них мне перечишь, насмешничаешь, будто мне мало за каждым их взглядом следить да гадать, кто из них чего задумал.

Таня долго всматривалась в него с каким-то тревожным любопытством, словно только теперь начинала понимать весомость его слов. Прежде чем Векша успел её оттолкнуть, Таня протянула руки и, мягко, хотя и без всякой робости, взяла его лицо в ладони.

— Ты сейчас не врёшь? — спросила она. — Ты правда… так живёшь?

Векша вспомнил, что люди не способны чуять ложь. Как же они вообще выживают? Какого это — верить вслепую? Как же, должно быть, сложно и страшно. И глупо.

— Векша… — Таня не отвела взгляда, потому что уже знала ответ, — никто не ждёт, когда ты оступишься. Никто не высматривает, где у тебя слабое место, чтобы потом этим воспользоваться. А я… если спорю, то не потому, что считаю тебя слабым. Я просто боюсь за тебя. Мне не всё равно, что с тобой будет. Это называется заботой. А если совсем уж прямо — любовью. Ты правда этого не видишь? Давай так. Если тебя это так задевает, я постараюсь… ну, постараюсь при других с тобой сильно не спорить, чтобы тебе было спокойнее. И без того все уставшие, нам ещё лишних ссор не хватало в дороге. Но и ты прекращай так себя вести. Если кто-то поступил с тобой плохо, это ещё не повод срываться на окружающих. Я понимаю, что тебе проще видеть во всех врагов, но… так дальше продолжаться не может.

Векша не ответил. Зажмурился, пытаясь не сорваться на грубость. Не сорваться на крик.

Перестать видеть врагов в тех, кого ему, возможно, вскоре придётся убивать собственноручно? Как жестоко по отношению к нему. Нет, так не выйдет. Не выйдет.