Ольга Волкова Сердце вне обязательств

Поздно ночью Миша отправил меня домой с водителем.

После свиданий моя жизнь возвращалась в привычное русло: работа, коллеги, отчёты, совещания, дом. Я руководила крупным отделением банка и трудилась допоздна каждый день, кроме четверга. У начальства была на хорошем счету. Встречи с Мишей заряжали меня энергией на неделю.

2

С подругой Наташей мы виделись редко, не чаще раза в месяц, но каждая такая встреча затягивалась до самого утра под бесконечные разговоры и искренний смех. В этот раз я рассказала ей о Мише. Наташа, как и Люба, с беспокойством отнеслась к моему роману с загадочным незнакомцем. Она смотрела на меня в упор, и её глаза стремительно расширялись от шока, отказываясь принимать услышанное.

— Неужели ты совсем ничего о нём не знаешь? Может, он вовсе и не Миша даже, — её голос прозвучал тихо, почти шёпотом.

— И я не совсем Вика, — проговорила я, допивая вино из бокала.

— Он думает, что ты Вика?

— Да, я представилась ему этим именем.

Наташа покачала головой, покрутила в тонких пальцах ножку бокала, вино лениво закружилось по стенкам.

— Но он знает, где ты живешь? — продолжала выяснять подруга.

— Примерно… Водитель привозит меня к соседнему дому. Когда машина уезжает, я иду пешком к себе.

Глаза Наташи вспыхнули опасным огнём, уголки её губ дрогнули и поползли вверх, складываясь в лукавую улыбку.

— Ну ты даёшь! Шпионский роман. Значит, отношения ради секса?

— Да, и только. Нам ничего не мешает наслаждаться друг другом. Есть только он и я.

Наташа не сводила с меня глаз, от её тихого сканирования по моей спине пробежал холодок. Где-то на самом дне моего сознания пульсировало осуждение самой себя: «Это неправильно». Но тут же другая мысль перекрывала все сомнения: «Это лучшее, что случалось со мной за последние годы». Эта мысль была спасательным кругом, за который я цеплялась из последних сил, пока её глаза буравили мою душу в вязкой тишине кухне.

— Никогда бы не подумала, что ты способна на такое. Даже не знаю, осуждать тебя или завидовать, — подытожила она, откидываясь на спинку стула.

— Понимаешь, с ним я становлюсь кем-то другим. Когда он рядом, я не узнаю себя. Вика смеётся чуть громче, чем привыкла я, её движения плавные и лишены моей обычной внутренней зажатости. Она раскрепощена и бесстыдна в сексе и позволяет себе наслаждаться новыми ощущениями. Но, с другой стороны, я говорю ему вещи, о которых боялась думать, признаюсь в страхах, которые всегда держала в себе. Впервые в жизни, играя роль, я искренняя и мне не нужно притворяться. Как так?

Наташа подняла бокал и допила вино.

—Надеюсь, ты перестала думать о своём Паше?

— Да, я начала встречаться с Мишей и, наконец, забыла о бывшем муже. Наташа, как же любовь может искалечить жизнь! Моя любовь оправдывала его поведение, его издевательства, его алкогольную зависимость и призывала к терпению и прощению. Но при этом любовь разрушала меня изнутри. Мы не были счастливы, я никогда не чувствовала себя счастливой — он приносил мне одни проблемы, страдания, пустые обещания. Я затыкала душевную боль и верила, я плакала и терпела, решала его проблемы. Почему? Потому что любовь? Потому что он был моим мужем? Сейчас я счастлива, у меня всё есть, кроме этой дурацкой любви, которая принесла в мою жизнь только страдания. Любовью я сыта по горло. Больше не хочу. Миша лечит мою душу, а секс с ним — тело.

—Кстати, недавно мне звонила твоя мама, интересовалась твоей жизнью, она до сих пор надеется, что у вас с Пашей всё наладится. Просила меня поговорить с тобой, направить на путь истинный.

Мне было очень тяжело это слышать.

— Ну почему? Я спросила однажды маму: «Я должна быть с Пашей?» А она ответила: «Он пропадёт без тебя». Это говорит моя мать! Разве она желает мне счастья?

— Моя мать часто ходит в церковь и ставит свечки за моё скорейшее замужество. Ей даже не важно, за кого именно я выйду, просто возраст, просто уже надо, — Наташа усмехнулась.

— Счастье женщины в замужестве. Иначе жизнь не удалась. Кто такое им внушил?

— Не знаю, но, кажется, я очень хочу замуж, даже несмотря на горький опыт знакомых женщин.

После вина мы всегда переходили на чай. Я включила электрический чайник и достала из холодильника набор любимых пирожных. В этот поздний час не существовало ни калорий, ни угрызений совести за съеденное. Мы сидели друг напротив друга – две заговорщицы в круге тёплого света. Чайник еще не закипел, а мы уже расправлялись с воздушными эклерами и корзиночками со свежими ягодами.

— Ну, у тебя хоть есть регулярный секс, а у меня пока тишина. Может, мне стоит самой предложить кому-нибудь секс без обязательств? — сказала Наташа, облизывая сахарную пудру с губ.

— Попробуй, — я улыбнулась, — кстати, как у тебя с Костей?

— Ничего. Он по-прежнему встречается с Таней.

— Может, тебе переключится на кого-то другого?

— На кого? — удивилась Наташа. Она по-хозяйски достала из шкафа чашки и начала разливать нам чай.

— Ну, не один же Костя в вашей компании работает?

— Марина, я не могу ни на кого смотреть. Засыпаю с мыслями о Косте, просыпаюсь, представляя его рядом. На работе жду, что сегодня он скажет о расставании с Таней. Мы идеально подходим друг другу! Любим одни и те же телепередачи, слушаем одинаковую музыку.

— Таня не выпустит его из своих рук. Костя — красавчик, перспективный, мечта любой девушки. Но он с Таней, а для тебя это мечта. Тебе уже за тридцать. Давай выпьем за то, чтобы ты встретила молодого, симпатичного и свободного парня.

— Кто бы говорил, — усмехнулась Наташа. Она подняла свою чашку с чаем и с глухим звоном коснулась моей.

— Что не так? — удивилась я.

— Сама встречаешься с женатиком.

— Это не факт! — возразила я. — Я не знаю, женат он или нет. Я ничего не знаю наверняка. И знать не хочу!

— Зачем такая конспирация, если он не женат? — тихо проговорила Наташа.

— Не знаю. Может, как я, насытился по горло любовью…

— Марина, прости. Что-то я грубо… Это потому что ты про Костю холодно отзываешься. Но я сердцем чувствую, что он неравнодушен ко мне. Он так смотрит на меня… — Наташа мечтательно отвела взгляд в сторону.

— Наташа, дорогая моя, ты год уже вздыхаешь о нём. Он был один, потом начал встречаться с Таней, а ты где-то в призрачной перспективе… Он улыбнётся тебе, и ты придумываешь, что он неравнодушен… Прости, но тебе нужен другой мужчина.

— Где бы найти этого другого мужчину? Довольствуюсь иллюзией, что Костя будет моим.

— Да, какой была бы скучной жизнь без наших иллюзий… —мы обе на мгновение замолчали.

— Кстати, как поживает Люба?

Наташа и Люба знали друг друга, но общались только в моём присутствии. Друг с другом они не находили контакта. Наташа считала Любу слишком правильной и слишком скучной. А Люба не видела в Наташе тех качеств, за которые могла бы полюбить её как подругу, считая её легкомысленной болтушкой.

— У неё всё как обычно. Спасает мир, несчастных и обездоленных. В последнее время занялась приютами для собак.

— С таким-то мужем я тоже что-нибудь придумала бы, чтобы не проводить время дома, — усмехнулась Наташа.— Не знаю, где она взяла такого мужлана? Они же совсем друг другу не подходят. Она красотка, птичка- чиричка, а он — валенок.

— Любовь зла…

— Ей бы ребёночка, — с жалостью сказала Наташа, — у неё столько энергии, потому что нет детей, вот и ищет, куда бы эту энергию направить. Она сама-то тоже несчастна. Ведь правильно говорят, что если человек с такой отчаянной одержимостью рвётся всем помогать, то сам он нуждается в помощи больше остальных.

— Почему?

Наташа взяла телефон, отыскивая какой-то важный пост.

— Вот, нашла. Зачитываю: «Таким людям кажется, что любовь нужно непременно заслужить, выменять на услуги, купить ценой собственной усталости. Что если она перестанет быть полезной, то станет невидимой. Исчезнет». Это как раз про Любу.

— Согласна, а муж, зная это, нисколько не жалеет её. Она могла бы стать хорошей матерью, но не даёт бог им детей.

— Конечно, не даёт. Потому что видит, что они не пара. Это знак! Если не получается завести ребёнка, то надо разбегаться. Ничего хорошего из этого не выйдет всё равно. Вот у меня коллега. Десять лет с мужем лечились, ездили по монастырям, к бабкам разным. Такая у них любовь была, так хотели ребёнка! Вымолили. Родился здоровенький мальчишка. И что ты думаешь? У мужа словно крышу снесло— начал изменять налево и направо. Ужас! Развелись. Она сейчас одна воспитывает сына. Не зря им бог детей не давал. Муж то сволочью оказался, а она просто этого не замечала. На месте Любы я бы нашла себе другого мужчину. Но разве не нужно человеку страдать? Чем больше трудностей, тем лучше, не так ли?

Мы допили чай, съели все пирожные и решили, что пора уже спать. Наташа осталась у меня.

После развода с Пашей каждую ночь меня одолевали тяжёлые мысли, я засыпала с мучительным чувством вины. Раздираемая сомнениями, я задавалась вопросами: правильно ли я поступила, что развелась, и как сейчас живёт мой бывший муж? До рассвета я не могла избавиться от навязчивых больных мыслей, изматывающих мою душу.

Всё изменилось после знакомства с Мишей. Теперь я засыпала со счастливой улыбкой, перед сном прокручивая в голове наши встречи, игривые взгляды и тёплые разговоры. Сегодня под ровный сап подруги я снова вспомнила одно из свиданий. Он предложил отправиться к озеру, туда, где он скрывается от городского шума и прислушивается к себе. Я впервые видела Мишу за рулём, он вёл машину ровно и сосредоточено. Я вспомнила одну народную мудрость, что по манере вождения можно узнать, каков мужчина в постели. Размеренный стиль, как у Миши, говорил о том, что мужчина проявляет внимательность к потребностям и желаниям женщины в интимной жизни, с этим я могла согласиться. Он был очень чутким и предугадывал мои желания.

Добравшись до берега озера, мы вышли из машины, оказавшись в абсолютной тишине, нарушаемой лишь стрекотом сверчков. Вечерний воздух пах озёрной водой и хвоей. Миша прислонился к капоту, я стояла перед ним, глядя на него снизу вверх. Было уже темно, и в сумраке я едва различала черты его лица. Он взял мою руку и мягко сжал её.

— Посмотри, какая луна! — сказал он, и я обернулась. — Полнолуние?

— Ещё не совсем…

Одним движением он притянул меня к себе, заключая в объятия. Я с готовностью откинулась назад, примкнув спиной к его груди, растворяясь в тепле его тела. Перед нами расстилалось засыпающее озеро, а прямо над горизонтом висела круглая земляничного цвета луна.

Такая луна, что вспомнились стихи, — произнесла я.

— Стихи? Какие?

— Нет, не проси их прочитать. Они слишком грустные.

— Вика… Сегодня такой романтичный вечер. Как раз не хватает стихов.

Я начала тихо читать:

— «Какая ночь! Я не могу.

Не спится мне. Такая лунность.

Ещё как будто берегу

В душе утраченную юность.

Подруга охладевших лет,

Не называй игру любовью,

Пусть лучше этот лунный свет

Ко мне струится к изголовью.

Пусть искажённые черты

Он обрисовывает смело, —

Ведь разлюбить не сможешь ты,

Как полюбить ты не сумела…»

Ну, и так далее… — закончила я.

— Почему тебе в голову пришли именно эти строки?

— Луна, лунность— это Есенин.

— Только поэтому? — задумчиво произнёс он. — Ни разу не слышал этого стихотворения. Найду, прочту его до конца. Вдруг там счастливый финал.

— Нет, — ответила я печально.

Миша крепче обнял меня, уткнувшись лицом в волосы. Я чувствовала его горячее дыхание. В его объятиях было так спокойно, и время остановило свой бег.

— Вика, мы в наших отношениях проговорили всё, кроме одного момента… — он немного помолчал и продолжил. — Если однажды ты пропадёшь, я не стану искать тебя. Для меня это будет знаком, что ты решила вычеркнуть меня из своей жизни.

Что-то острое болезненно кольнуло под рёбрами. Я медленно повернула голову, всматривалась в его лицо.

— Это означает, что если ты не напишешь мне в среду, то…

— То значит, пришло время нам с тобой расстаться.

Я пожала плечами. Было мне больно от этих слов? Нет. Это часть нашего договора. Мне будет жаль потерять идеального любовника, но это лишь секс по четвергам и не более. Ведь так, Вика? А что думала по этому поводу Марина мне знать не хотелось.

Мы занялись сексом в машине. Это было нечто особенное, мы словно прощались надолго и хотели напоследок максимально насладиться ласками друг друга.

Утром мы с Наташей позавтракали и разъехались по своим делам. По утрам я теперь тоже просыпалась в хорошем настроении, с радостью приходила в банк, с удовольствием общалась с сотрудниками. Коллеги заметили изменения в моём поведении и многие даже передумали увольняться — так говорила Люба. Не только развод положительно отразился на мне, но и знакомство с Мишей.

Во вторник пришло неожиданное сообщение: «Встретимся сегодня?» Я удивилась. Почему он хочет встретиться сегодня? В матрице, должно быть, произошёл сбой.

Я написала «Да», и Миша указал время и адрес встречи.

У меня возникла тревожная мысль, что вдруг о наших встречах узнала его жена? Возможно, что Миша женат. В тайне от него она написала сообщение с его телефона, и сама придёт на встречу, чтобы разобраться со мной. Неприятное чувство охватило меня и держало до вечера, пока я не подъехала к ресторану и не увидела Мишу. Он ждал меня внутри и уже заказал нам ужин.

— Привет, — сказала я, подходя к столику.

— Привет, — Миша встал и помог мне снять плащ.

— Что-то случилось?

— Ничего не случилось, я просто соскучился по тебе. Вот и всё.

Только-только утихла внутренняя дрожь от предвкушения встречи с женой Миши, как меня накрыла новая волна тревоги.

«Начинается», — подумала я. Миша изучающе смотрел на меня. Что он пытался найти в моих глазах?

— В четверг я не смогу увидеться с тобой, решил перенести встречу на сегодня, — спокойно добавил он.

«Фу-у-х», — выдохнула я… Не про любовь.

— Мы встречаемся уже давно, но я всё ещё не могу понять, какая ты на самом деле, — продолжил Миша, разливая вино по бокалам.

— Это хорошо или плохо?

— Даже не знаю. Ты всегда разная. И сегодня ты другая. Ты меняешься так незаметно и красиво, что я теряюсь. Мне хочется узнавать тебя заново, как в первый раз. Я не могу надышаться тобой.

Я напряглась: «Всё же объяснение?» Я не знала, что ответить и сказала невпопад.

— Мне тоже интересно с тобой.

— Да, — отстранённо ответил Миша и эхом повторил мои слова. — Интересно с тобой.

Тут же его губы тронула лёгкая, всё обесценивающая ухмылка, он резко переключился с романтичной волны и стал прежним Мишей.

Любовь казалась мне приговором, а объяснения — его оглашением. Я страшилась этого плена больше всего на свете. Я до одури не хотели пускать это тяжёлое чувство внутрь себя и в свою жизнь. Я пряталась под маской Вики и моё сердце было в безопасности. Стоило ему сказать «люблю» — и всё бы рухнуло, нашим отношениям пришёл бы конец, я бы пропала из жизни Миши навсегда.

После ужина мы поехали в гостиницу. Он с порога начал раздевать меня, жадно целуя. Я не знала, какой секс ждёт меня сегодня. Будут ли нежные ласки или жаркая безумная страсть. Отдаст ли он инициативу мне или всё будет контролировать сам.

Иногда я думала о том, будет ли у меня с кем-то такой безумный секс? И была уверена, что нет… Миша был идеальным любовником. Знал, как работает моё тело и играл на нём, словно виртуоз на музыкальном инструменте. С мужем не было ничего подобного.

Мы продолжали встречаться по четвергам. Всё как обычно: страстный секс и ни слова о любви, отношениях, будущем. Я по-прежнему ничего не знала о Мише, а он обо мне. Только однажды он встретил меня в гостиничном номере с озабоченным лицом.

— Всё в порядке? — спросила я. Миша поднёс палец к моим губам, призывая молчать.

— Ни слова о личном.

Он начал раздевать меня, и уже через пару минут его глаза горели огнём желания и страсти.

3

Настал день, который изменил мою жизнь. Это был обычный вторник, мне нужно было срочно отвезти документы в главный офис. Из-за пробок я могла опоздать, поэтому поехала на общественном транспорте. В жутко переполненном трамвае у меня украли телефон. Это стало для меня настоящей трагедией. Я не смогла сохранить свой номер, потому что сим-карта была оформлена не на меня. Восстановить контакты не удалось. Номер телефона Миши был утерян навсегда, ведь я не помнила его наизусть.

С последней надеждой я написала заявление в полицию, надеясь, что они поймают воришку и вернут мне телефон и моего Мишу.

Мой новый телефон молчал. Каждую среду он упрямо молчал... Я не знала о Мише ничего, у меня не было шансов найти его, он навсегда исчез из моего мира. И я начала скучать: я постоянно думала о нём, доставала из памяти яркие картинки наших встреч, смакуя каждую из них. Четверг стал днём воспоминаний, от которых мне становилось больно. Как же мне не хватало наших свиданий. Жизнь потеряла краски и смысл. По четвергам я по-прежнему уходила из банка раньше, словно доказывая кому-то и себе в том числе, что у меня всё по-прежнему.

Я как безумная шла по улицам, вглядываясь в прохожих, сердце начинало колотиться, когда взгляд выхватывал из толпы знакомый поворот головы, похожую куртку или линию профиля, но это всегда был мираж: жёсткая насмешка воспалённого рассудка.

Я заходила в кафе, где мы однажды ужинали с Мишей, в глубине души надеясь, что он ждёт меня там. В следующий четверг ехала в другой ресторан, садилась за столик, заказывала еду и всматривалась в посетителей, ища глазами знакомый силуэт. В голове крутились слова Миши: «Если ты пропадёшь, я не буду искать тебя. Я пойму, что ты решила со мной расстаться».

«Ладно, хватит! Значит, так тому и быть», — сказала себе я, приняв решение прекратить безуспешные поиски своего любовника в местах былых встреч.

4

В один из выходных дней Наташа приехала ко мне в гости, влетая в квартиру стихийным бедствием, едва не снеся вешалку в прихожей. Сияя от счастья, она с порога сразу выпалила, в чём причина её окрылённости.

— Я теперь с Костей! Отметим?

Я ошарашенно взяла из её рук бутылку шампанского и коробку с тортом.

— Поздравляю! — сказала я, не веря её словам. Мы прошли на кухню, я поставила угощение на стол и вскинула на подругу недоверчивый взгляд. — Где его Таня?

Наташа скривила губы и вместо ответа, демонстративно отвернувшись к столешницы, с преувеличенным усердием принялась кромсать торт.

— Он пока не расстался с ней. Но это дело времени. Он вот-вот расскажет ей обо всём.

— Обо всём? У вас что-то было с Костей? — спросила я подругу. Она оставила в покое торт и опустилась на стул.

— Да, было, — призналась она, смущённо опуская глаза.

— Как? Когда? Где? — у меня вспыхнуло какое-то беспокойство. Наташа поставила передо мной торт и принялась раздирать золотистую фольгу на горлышке шампанского.

— Давай сначала выпьем, — сказала она, продолжая воевать с пробкой, пока та не вырвалась из бутылки. Я молча достала фужеры. Когда янтарная жидкость была разлита, мы просто осушили свои бокалы, без слов, без тоста. Наташа поморщилась то ли от кислоты шампанского, то ли от воспоминаний, и глухо начала свой рассказ:

— У нас есть коллега — Сашка. Два дня назад у него был день рождения. Он пригласил сотрудников нашего отдела в кафе. Тани не было — она из другого отдела. Хорошо посидели, правда я немного перебрала. Костя весь вечер не сводил с меня глаз, ухаживал. Потом позвал на улицу. Мы вышли. Внезапно он накинулся на меня и начал целовать. В голове всё поплыло, колени ослабли, я не могла поверить, что это происходит наяву.

Я слушала подругу, не отрывая взгляда от её лица, которое менялась с каждой секундой. На нём отражались безграничное счастье, неверие, страх и робкая расцветающая надежда.

— И что дальше?

— Я не знаю как, но мы оказались в его машине на заднем сидении, и занялись любовью прямо на парковке…

Подруга замолчала, мыслями она была уже не со мной: она снова была в машине и заново переживала каждое прикосновение Кости. От нахлынувших воспоминаний, её щёки зардели румянцем, а дыхание участилось.

— И что дальше? — своим вопросом я вернула Наташу на кухню.

— Потом я поехала на такси домой. Он обещал, что бросит Таню, — в глазах подруги теплился уголёк надежды, что так и будет.

— И это было два дня назад? Он звонил тебе сегодня? Вчера? — мои вопросы падали тяжело, как пощёчины, выдёргивая подругу из мира иллюзий.

— Нет ещё.

Как же сильно мне хотелось верить вместе с ней в её хрупкие мечты. Я всей душой желала Наташе безоблачного, сказочного счастья, но сердце болезненно сжималось от холодного предчувствия, что Костя очень сильно разочарует её. Наташа, словно очнувшись от гипноза, продолжила легко и трезво:

— Марина, знаешь, что я думала в тот момент? Хотела выбить клин клином.

— Это как?

— Я пришла к мысли, что мне следует переспать с Костей. Я рассудила так: если секс с ним мне не понравится, то я смогу сразу забыть о нём.

В комнате повисла пауза.

— И тебе понравился с ним секс?

Мой взгляд впивался в её глаза, пытаясь считать ответ раньше, чем он сорвётся с губ.

— Я не помню, — выдохнула она. В её глазах стояла такая концентрированная, почти театральная скорбь, что это выглядело комично. Мои губы сами собой растянулись в улыбке, подруга увидела моё лицо, и плотину прорвало. Мы расхохотались одновременно. Сидя друг напротив друга, сотрясаясь в истерике, размазывая по щекам слёзы вперемешку с тушью. Это было дико, абсурдно, но после этого дышать на кухне стало заметно легче.

Мы торжественно подняли бокалы и чокнулись, выпив за нас и нашу дружбу.

— Наташа, если вдруг он так и не решится поговорить со своей Таней и останется с ней, ты же не очень расстроишься, правда?

— Почему ты об этом спрашиваешь? Он обязательно поговорит с ней, — произнесла Наташа уверенно. Она подцепила вилкой кусок шоколадного бисквита и отправила его в рот.

— Верю. Хочу верить. Но Таня не отпустит его, даже если узнает о его измене, — продолжала я неприятный диалог. Наташа подняла на меня взгляд. В её глазах не было обиды или гнева – только твёрдость и уверенность.

— Мы с Костей любим друг друга.

— Да, конечно. Я рада за вас. Но, чтобы не разочаровываться, не надо очаровываться. А ты сейчас очарована.

Наташа молчала. Я продолжила:

— Вы увидитесь с ним на работе в понедельник, верно? Давай договоримся: как бы ни сложился день, вечером мы встретимся и поговорим. Хорошо?

— Договорились, вот увидишь, что в понедельник я буду самой счастливой девушкой. А сейчас мне пора, я сегодня записалась на маникюр и к косметологу. Буду к понедельнику самой красивой.

Когда подруга улетела на крыльях счастья, я занялась генеральной уборкой — хорошее средство от депрессии. А у меня, видимо, всё шло к ней. Последние недели я возвращалась домой поздно, раздевалась и ложилась спать. Я, наверное, специально нагружала себя работой, чтобы ни о чём не думать, вернее ни о ком. С некоторых пор я начала бояться четвергов. Я ненавидела этот день недели. Я очень скучала по Мише. Не думала, что так болезненно буду переживать наше расставание. Но ведь оно произошло по моей глупости, меня это злило больше всего.

Протирая пыль на столике, я наткнулась на браслет, который подарил Миша. Я толком и не помнила момент, как именно это было. Кажется, он просто вынул его из внутреннего кармана пиджака и надел украшение мне на руку. Он сказал мне что-то при этом? Не помню. Я решила, что это обычный серебряный браслет с фианитом в центре. Покрутила его в руке и убрала в шкатулку к другим украшениям.

У меня осталось что-то на память от Миши. Тогда я не могла подумать, что это был браслет с бриллиантом по цене трёх моих зарплат.

***

В понедельник мы с Наташей, как и договаривались, встретились в кафе. Наташа только переступила порог, и мне сразу стало ясно:

Костя не сделал выбор. Он не расстался с Таней ради неё. Она села напротив, но её душа осталась стоять где-то там, за порогом, потерянная и поникшая. Наташа надела дежурную улыбку и пыталась делать вид, что всё идёт по плану. Продолжая мечтать о счастливом будущем с Костей.

— Я вполне могу подождать. Сколько я ждала его внимания? Ещё подожду, - с грустной оптимистичностью сказала она, пряча дрожь в пальцах за ритмичным вращением стакана с водой.

— Ты говорила с ним? Какие у него планы? — мой голос звучал ровно, словно я была её адвокатом, чеканила каждое слово, но внутри всё звенело от желания отомстить за подругу, разорвать этого Костю в клочья.

— Когда мы остались в кабинете вдвоём, он попросил меня: «Ты пока ничего никому не рассказывай о том, что произошло между нами. Малыш, ты ведь всё понимаешь».