Ольга Торубарова Дневник Лёли

— «Мама, расскажи, почему мы путешествовали из деревни Джонки на Амуре в город Фрунзе, а потом из Фрунзе в Магадан? Как лягушки – путешественники. Здесь же в Магадане у нас всего лишь маленькая комната, а на Джонке ведь был большой, хороший дом, мне так папа рассказал!»

— «Да, только папа забыл тебе сказать, что в доме том он бывал редко, а всё пропадал у родителей, у своих братьев и сестёр, да соседний табор навещать не забывал! Не любили они меня. Дед твой Георгий всё говорил папе: — „Кого ты нам привёз? Худая, как заморыш, ‚синичке хоть пшеничку‘ — толку не будет! Весной не выдержит работы в огороде, свалится!“. А то бывало, придут к нам в дом всем семейством, шумят, галдят! Я, уставшая после работы, да тут ещё ты неожиданно заболела коклюшем- этой страшной болезнью, от которой почти все дети умирают. Слава Богу, ты чудом осталась жива, и очень хотелось тебе, малышке, уделить больше времени, а тут надо готовить ужин на целую толпу! Да я согласна готовить и кормить, лишь бы вели себя, как положено, разувались, придя с улицы, не топали, да не шумели! А ещё, колодца во дворе не было, колонка далеко, принести воды некому, ведь отец занят был постоянно какими — то делами. Приходилось с огорода снег собирать, растапливать его, кипятить эту талую воду и пить. Прожили вот так целую зиму. Весной всем семейством вышли в поле, на огороды, ну и я конечно с ними. Тут, на удивление, все убедились, что „синички“ оказывается бывают очень даже выносливыми! В мае — месяце уже вовсе тепло стало. Хотелось одеться красиво, пройтись по деревне, я всё же была уважаемым человеком — заведующей детским садом и весь посёлок меня знал. Сшила я сама себе юбку в красную клетку, шотландкой называлась, а к ней красную с белой оборкой блузку. Тебя оставила в садике, а сама пошла в дом к родителям твоего отца, чтобы найти мужа и позвать домой! Иду по улице нарядная, красивая, все на меня любуются, приветствуют, здороваются! Гляжу, у дороги стоит корова, а у неё на рогах доска нацеплена, так что ей кроме своих копыт, ничего не видно. Ах, думаю, бедная коровка! Наверно, плохие мальчишки — хулиганы над животным поиздевались! Подошла я к корове, заглянула ей в глазки и давай снимать эту доску. А корова — то оказалась бешеной, ведь ей специально глаза закрыли, чтобы на людей не бросалась! Увидела она мою красную юбку, да яркую блузку и давай бодаться! Я была хоть и очень худенькая, но сильная, и ухватилась обеими руками за рога. Корова меня мотает из стороны в сторону и передними копытами бьёт по моим ногам, сама мычит, ревёт, а я кричу ещё громче неё! Сбежались люди. Что уж они сделали, чтобы успокоить животное, не знаю. Я лежала в грязи в разорванной юбке, из разбитых ног текла кровь. Дрожа и плача, зашла я в дом к родственникам мужа. А там веселье: за столом пьют, песни поют! Рядом с твоим отцом сидит цыганка Марта — бывшая невеста твоего папы. Посмотрела она на меня злыми глазами, да как давай хохотать. Папа твой крикнул ей, чтобы замолчала, а та ещё больше закатывается от смеха! Тогда, твой отец ударил её. Затем, выскочив из-за стола, схватил ружьё, и кричит мне: — „Кто тебя так? Я убью его!“ Он думал, что на меня напал разбойник, ну и разозлился: — „Говори, кто он?“. — „Не знаю, то ли бык, то ли корова!“ — еле выговорила я, всхлипывая! Только пришла в себя после этого ужасного события, как произошёл кошмар, о котором ты знаешь. Это случилось в твой первый день рождения. Собрались мы его отметить в доме у родственников. Народу было много, свои деревенские да цыгане, ну и красавица Марта конечно тоже там. Пили, ели, веселились, затем все высыпали на улицу плясать, на деревянном настиле! Там — то тебя твой дедушка случайно уронил. Я не могу об этом говорить, даже вспоминать тяжело! Сильнейшее сотрясение мозга, раны и кровоподтёки по всему тельцу. Когда тебе стало немного легче, я надумала окрестить тебя. Церкви все разрушены, но мне подсказали, как можно устроить это таинство. Позвала я на дом священника. Это был молодой, красивый, ссыльный священник из Украины. Всем служителям церкви, советская власть запрещала крестить детей, а кто не слушался, их ссылали далеко на Дальний Восток, как в тюрьму, даже паспорта забирали. Молодой человек пришёл к нам в обычном простом костюме, с собой принёс большую сумку и попросился в другую комнату переодеться. Закрыв плотно шторы я, чтобы никто не увидел крещения, приготовила таз с тёплой водой. Тут, из соседней комнаты вышел священник в сверкающей рясе, с золотым крестом на груди. Он был потрясающе красив, будто Иисус Христос! При крещении, ты улыбалась радостно, словно совсем не было больше боли и кровавых ран на твоём теле! Я, попросила отца, съездить на катере в Хабаровск на железнодорожный вокзал, и купить билет на следующий день до города Фрунзе, чтобы уехать отсюда навсегда. Тут твой папа взмолился: „Не уезжайте! Ну, останьтесь ещё хоть на немного, пожалуйста!“. Что делать, уговорил, и купил билеты на поезд через неделю. А потом узнали, что тот состав, на котором мы хотели ехать раньше, пустили под откос бывшие заключённые. От поезда с людьми ничего не осталось. Мы с тобой через неделю проезжали, смотрели в окно и видели горы обломков. Всё это очень страшно! А во Фрунзе, нас встретила твоя бабушка Надя. Домище у них огромный, места бы всем хватило, но во дворе стоял маленький, крепкий домик, называемый — „времянка“. Он очень нам понравился, мы и поселились с тобой во „времянке“, а папу оставили в деревне, чтобы подумал, кто дороже для него — мы, или цыганская жизнь с Мартой!».

_________________________

А ещё я вспомнила свой случай! Когда мне было три года, мы тогда ещё жили в городе Фрунзе, то у соседей была голубятня, и их сын Сеня, увлекался разведением голубей. Он меня пригласил в гости, а потом позвал в голубятню посмотреть, как живут голуби. Я увидела, что голубка высиживает крошечные яйца голубого цвета. Она их грела своим животиком и, скоро должны были вылупиться голубята. Ах, как мне захотелось иметь своего голубочка, тогда я тихо взяла, и утащила одно яичко. Всю ночь грела его в ладошках под одеялом, боялась раздавить. Утром голубок ещё не проклюнулся. Тут подходит мама:

— «Лёля, вставай! Сколько можно валяться?»

— «Не встану я сегодня! Лежать буду целый день!»

— «Тебе плохо? Дай лоб пощупаю, нет ли температуры! Всё нормально, вставай!»

— «Не встану!»

— «Как это, не встану? Быстро поднимайся!»

Мама схватила меня в охапку и поставила на пол. Яичко упало и разбилось! Как я зареву: — «Что же ты наделала? Ты же моего ребёнка — голубёнка убила!». Надо мной смеялись все! Потом пожалели, и тогда мама пошла на рынок, и купила мне полную корзину жёлтеньких, хорошеньких цыплят. Когда цыплятки немного подросли, стало понятно, что один из них петушок. Наверно, он должен был быть красивым, потому что на спинке, на грудке, и на крылышках у петушка стали появляться разноцветные пёрышки: красные, зелёные, жёлтые. Петя был умный и играл со мной в прятки, прямо как человечек. Найдёт меня, радостно захлопает крылышками, и сам потом убегает прятаться. Я его запомнила на всю жизнь, потому что история эта очень грустная. У нашей соседки тёти Кати появилось чудо: большой ящик с маленьким экраном, а чтобы в этом экране хорошо было видно кино, к ящику приделали очень огромное увеличительное стекло. Мама сказала, что этот ящик называется — телевизор, и что кроме как у тёти Кати, ни у кого на нашей улице, такого больше нет. И вот, как — то гуляю я во дворе с петушком Петей. Вышла мама, и зовёт меня к тёте Кате в гости смотреть телевизор. Как же я обрадовалась: «Здорово, мне повезло увидеть впервые в жизни телевизор!». Схватив Петю, я засунула его в большую корзину, накрыв её куском фанеры и вместо того, чтобы занести корзину в дом, оставила её во дворе. Чуть ли не все жители улицы, собрались в большой комнате тёти Катиного дома. Часа два мы удивлённо смотрели и слушали передачи из ящика, а когда вышли на улицу, то было уже темно. Во дворе мама включила большой фонарь. Корзина, где находился мой петушок, была перевёрнута. Пети в ней не было, а на асфальте валялись пёрышки- красные, зелёные, жёлтые. Моего друга съели тёти Катины кошки. Ой, что со мной было! Я так плакала, как никогда в жизни, и в эту же ночь у меня случился первый приступ очень страшной болезни, которую называют — «эпилепсия».

______________________

— «Мамочка, я помню, как мы ездили в горы к какой — то странной, и удивительной женщине».

— «Ты разве и это помнишь? Несчастья не закончились с нашим переездом во Фрунзе. Такая сильная травма головы, не прошла даром. У тебя началась ужасная болезнь, в народе её называют „чёрной“. Каждую ночь в одно и то же время, тебя били судороги, закатывались глазки, изо рта шла пена! Короче, начались наши новые мучения, и врачи ничем не могли помочь. Тут я узнала, что в далёком киргизском ауле, расположенном высоко в горах, живёт русская женщина, которая лечит молитвами.

— «Это та самая Александра?»

— «Конечно она. Договорилась я с соседом о поездке, он запряг лошадь в повозку, и мы поехали к Александре. Ехали долго — целый день. Нашли дом целительницы.

Вышла к нам ещё не старая женщина, одетая в старинную русскую одежду. Она пригласила нас в свой дом».

— «А, в доме много детей за столом сидело. Они, с таким любопытством на меня смотрели!» — перебила я.

— «Да! Эта удивительная женщина, перевернула табуретку на бок, накрыла медвежьей шкурой, получилось низкое сиденье. На него тебя и посадили. Затем покрыла тебя с головой тёмной тканью».

— «Я очень тогда испугалась, и вся дрожала! Мне показалось, что на мою голову льётся вода, но я почему – то не промокаю!».

— «Нет, лилась не вода, а растопленный воск, и не на голову, а в миску, которую целительница держала над тобой».

— «Зачем?»

— «Когда воск застыл, на нём появилось изображение чудища! Александра сказала, что это чудище мучило тебя по ночам, а теперь оно вышло из тебя и ушло в воск. Этот воск вынесли на улицу и сожгли в костре. С тех пор ты спишь спокойно и не болеешь».

— «А ещё Александра подарила мне блестящий зелёный камушек сказав, чтобы я его всегда хранила и носила с собой. И если я в своей жизни сильно захочу стать такой как она, то буду!»

— «Ну, тебе ещё рано быть целительницей, будь просто девочкой!»

— «А, папочка ведь потом приехал к нам во Фрунзе?»

— «Приехал! — вздохнула мама. — Устроился на работу водителем. Всё бы хорошо, да стал злым и раздражительным — видно скучал о своих родных, а может быть, Марта его околдовала! Начал твой папочка показывать свой характер! Я терпела, терпела, сколько было сил, а затем решила уехать от него далеко и навсегда! Тем более, врачи посоветовали увезти тебя в холодный климат на Север, вот я и завербовалась в город Магадан на работу, тайком от папы! Он, в этот край за нами не смог бы приехать, так как здесь „закрытая зона“.

— «Но он же приехал?»

— «Приехал!» — опять вздохнула мама. — Мы для него оказались роднее всех! Наш Амур — папочка, в Киргизии пошёл в милицию, подал заявление в государственный розыск и нас конечно же нашли. А потом он и сам завербовался в Магадан на работу и спокойно доехал!»

— «Я так рада, что папа нас нашёл! Что бы я делала без него?»

— «И я!» — мамочка обняла меня и чмокнула в щёчку.

— «Он ведь стал хорошим, правда, мама?»

_________________________

Мне сообщили, что через три дня у меня будет день рождения, и сказали, чтобы я пригласила в гости ребят. Об этом во дворе всем было объявлено и самые лучшие мои подружки и друзья стали готовиться к поздравлениям. Мама хорошо пекла, поэтому пообещала праздничный стол заставить пирогами с разной начинкой. Хоть на Севере очень трудно было с привозом фруктов и овощей, мама, работая в детском саду, доставала их, так как общалась с родителями детей, а родители работали кто на складе, а кто в магазине. И вот на мой день рождения на столе были разные овощи и фрукты, и даже виноград! Когда мои друзья вошли к нам домой, у них просто «слюнки потекли». Мой друг Вася, всё ещё был на костылях после прыжка с крыши, и моя мама посадила его в наше единственное кресло. Пух как увидел, что его любимое кресло занято, прыгнул Васе на колени, долго присматривался, обнюхивал, а потом привык к нему и заурчал. У Васи был ещё младший братик Миша, я его тоже пригласила на свои именины. Мои товарищи не просто жили в нашем дворе, но и ходили в мамин детсад, только в разные группы. Все поздравили меня, потому что мне исполнилось шесть лет. Дети подарили толстый альбом для рисования и карандаши. Подружка Вера, принесла бант на мою праздничную голову, а Надя подарила зонтик, теперь зонт не только у моей мамы, но и у меня был свой.

— «Только ты не прыгай с ним с крыши, а то зонтик сломается!» – шепнула Надя. Вася с Мишей преподнесли мне набор ёлочных игрушек.

— «Сейчас же лето, до Нового года далеко!»

— «Ну и что? – сказал Вася. – Эти игрушки такие красивые, что ими можно любоваться целый год. Видишь, они даже твоему котику понравились!». Я заглянула в коробку. Действительно, игрушки красивые, блестящие, зеркальные! В шаре, лежащем сверху, я увидела своё отражение. Пух, даже захотел залезть внутрь коробки, но я его не пустила, ещё раздавит стеклянную красоту!

— «Ну что, все подарки рассмотрела? А теперь зови детей к столу, пироги остывают!» — позвала мама. Мы сели торжественные и молча стали пробовать «вкусности», а когда наелись, то так разговорились да расшумелись, что маме пришлось сделать нам предложение: — «Сейчас, Лёля вам покажет диафильм, а затем вы все пойдёте гулять!». Диафильм – это такая фотографическая плёнка, на которой изображена сказка. Мама натянула белую простыню – получился экран. На окне задёрнули шторы для темноты. Затем мама стала крутить ручку прибора, и на экране стали передвигаться кадры с изображениями, а внизу каждого кадра текст, который я читала вслух.

— «Как называется этот прибор?» — спросил Миша

— «Проектор!» — ответила мама.

Все сидели, затаив дыхание, а я была очень гордая, потому что ни у кого из моих друзей не было проектора с диафильмами. Потом мы пошли на прогулку, и дети ещё долго обсуждали сказку, увиденную на экране.

________________________

У всех знакомых ребят были братики и сестрёнки, а у меня не было, а так хотелось, чтобы у меня был брат и обязательно старший. И я его себе придумала. Мечтала я, будто бы он есть на самом деле, только уехал далеко, ну например — в армию. Я сама так поверила в то, что он есть – этот мой брат, что взяла и рассказала о нём своим друзьям, а они не поверили и стали смеяться надо мной.

— «Ах, так? А что если мой брат Сергей скоро приедет?

— «Вот когда приедет, тогда и посмотрим!»

Ой, что же я буду делать? Как же я буду доказывать существование брата?» — думала я целых два дня и придумала. Когда дома никого не было, я взяла папину зимнюю шубу, которая изнутри была каракулевая, коричневого цвета, и на свою кровать уложила шубу так, что на подушке получилась коричневая, кудрявая голова, а на кровати будто бы туловище, лежащее на боку. Одеялом, аккуратненько накрыв предполагаемое лицо и тело, я осталась довольна своей выдумкой. Но тело лежало и не дышало, а ведь оно должно посапывать!

— «Пух, иди сюда! Ложись под одеяло, там на шубе тепло, мягко! Ты поспи, а я схожу за ребятами, только не вылезай, лежи тихо!» Выглянув в окно, я увидела друзей и пошла к ним.

— «А у меня, между прочим, брат Серёжа из армии вернулся, и сейчас он дома!» — гордо сказала я.

— «Да? Познакомь нас с ним!» — оживились дети.

— «Вообще – то, он сейчас спит, но я могу вам его тихо показать, а то ведь он завтра уедет далеко на работу, и вы его больше не увидите!» — заговорщицки сказала я и повела к себе домой толпу ребят.

— «Заходите только тихо, ногами не топайте, не шуршите, а молча смотрите!»

Дети зашли, и вылупили глаза на кровать. Хотели задать вопросы, но я грозно прижала палец к губам, требуя тишины! Вдруг под одеялом вздохнуло, зашевелилось и захрапело! Я тут же, быстренько, выпроводила детей в коридор.

— «Ну что, видели?» — гордо спросила я.

— «Ага! Только мы его не разглядели. У брата твоего волосы светлее, чем у отца. В маму, наверно?»

— «Ну, да! Я вам потом его фотографию покажу! Вот, а вы не верили!». И я довольная тем, что так удачно всё получилось, продолжала уже на улице, придумывать вслух биографию брата. Пока я гуляла с детьми, мама возвратилась домой. В комнате было темно, и она зажгла свет. И что же видит? На её кровати, под одеялом лежит кто-то толстый, светловолосый, кучерявый, и храпит!

— «Вы кто?» — закричала мама!

А он молчит! На маму напал страх! Вдруг, одеяло зашевелилось, и вылез Пух, сказав — «мау!». Мама от неожиданности чуть сознание не потеряла. Взяв себя в руки, она сдёрнула одеяло и увидела на кровати шубу и кучу тряпок. тут и я пришла домой. Ох, и попало же мне! Даже отлупили!

— «Ой, не буду больше! Я же только хотела иметь братика или сестрёнку! — плакала я.

— «Братик или сестрёнка — они маленькие, а ты, какого- то мужика толстого сотворила!»

— «Это не мужик, это мой старший брат Серёжа!»

— «У меня от твоих фокусов, с сердцем плохо было! Вот

придёт папа, покажет тебе Серёжу!» — пригрозила мама.

Глава 5

Днём я Пуху рассказываю истории, а ночью он мне. Когда котик хочет поговорить, он подползает ко мне на брюшке, смотрит в мои глаза и от взгляда зелёных глаз, мне хочется заснуть. А потом начинается чудо! Говорящего кота ни у кого нет, кроме меня! И вот, что он мне на этот раз сказал: «Лёля, мама Алла скоро снова станет мамой! Родится твой братик! Мурь!

— «Ах, вот оно что? А я думаю, почему мамочка растолстела? Где же мы все поместимся в такой крохотной комнате? Детская кроватка встанет разве что посередине, и ходить совсем будет негде!»

— «Мы умные! Мау! Что-нибудь придумаем! Спи, Лёля!» — заурчал кот.

— «С такой новостью разве заснёшь? Как здорово, что у нас появится маленький мальчик! Наконец- то у меня будет братик, и я научу его читать и писать! Ура!»

— «Мама, а я всё знаю!»

— «Что же ты такое знаешь?»

— «Мама, когда родится мой братик, как мы его назовём?»

— «Почему ты думаешь, что у тебя будет братик?» — удивилась мама и посмотрела на папу.

— «Я тут не причём, я молчал!»

— «Да я и сама догадалась, ну и немного Пух подсказал!» — ответила я.

— «Это как же тебе Пух мог подсказать?» — улыбнулась мама.

— «Да так, на ушко!»

— «Она у нас ушлая! Вечно ей кто-то на ушко нашёптывает!» — засмеялся папа.

— «Удивительно, откуда ты знаешь, что у нас будет мальчик? Даже мы с папой об этом не знаем! Я уже начинаю тебе верить. Ну, раз хочет доченька братика, будет ей братик!»

— «Мам, я во сне видела, как будто мы живём не в этой комнате, а в большой новой квартире».

— «Хотелось бы верить, что так оно и будет!»

— «Будет, будет! Пух сказал, что мы умные и что-нибудь придумаем!» Родителям стало весело.

_________________________

Удивительное событие произошло сегодня ночью. Сквозь сон я услышала музыку. Звучание маленьких колокольчиков как будто переговаривались с нежными, продолжительными звуками. Проснувшись, я подумала, что музыка была во сне, но она продолжала звучать на самом деле. Села я на кровати и стала слушать. Луна ярко светит в окно, а посередине комнаты сидит Пух. Глазки его горят зелёненькими огоньками, шёрстка так блестит, как будто искрится. Пух смотрит под потолок на шкаф, откуда льётся музыка. Посмотрела я на кровать родителей, они спят — сопят и не слышат ничего. Встала я на цыпочки, дотянулась с кроватки до шкафа и достала коробку с ёлочными игрушками. Пух запрыгнул на кровать и смотрит, как я открываю коробку. Самый большой ёлочный шар малинового цвета, лежит сверху. Когда я заглянула в его зеркальную поверхность, то увидела не своё лицо, а какую — то другую комнату. Она была светлая, большая, будто зал, где на люстрах горели свечи и отражались в зеркалах, висевших на стенах.

— «Пух, ты видишь это?»

— «Мрр!»

— «Там, какая- то красивая комната! Чья она?»

— «Это моя комната, которую я хочу подарить тебе! Мяу!»

— «Спасибо! Но как же это? Твоя комната здесь, с нами!»

— «Это да, конечно, только с вами я временно, а там всегда!»

— «А я тоже там буду? И как называется место, где ты живёшь всегда?»

— «Лёля, представь себе радугу, состоящую из линий разного цвета, которые не смешиваются между собой, но всегда идут рядом друг с другом — так и разные миры находятся рядом, словно цвета радуги. Там, где живу я – одно из самых удивительных мест! Мы, жители прекрасного мира, можем путешествовать где только захотим: посещать прошлое, настоящее, будущее не только вашего мира, но и других миров! Ты можешь называть его — „Золотой свет“! Он рядом с вами, только в другом измерении и поэтому для вас невидим. Человек, попадающий в мой мир, никогда не заболевает, не старится, не умирает, потому что у нас безопасно! Я приглашу тебя к себе в гости, когда подрастёшь!»

— «А как вы называете наш мир?»

— «Зелёный путь»! – Что- то вроде школы, в которой надо учиться и совершенствоваться. Тебе пока не понять всего!»

— «Пух, для чего же ты тогда у нас поселился, если у вас так хорошо?»

— «Я, пока что, защита вашей семьи, мяу!»

— «Ты такой маленький котик, как же можешь нас защищать?»

— «В вашем мире много зла, в частности — вокруг вашей семьи! Придёт время, когда ты будешь видеть то, чего не видят другие! Будешь всё знать и всё уметь, сама бороться со злом и побеждать его!»

Во время разговора с Пухом, я всё время рассматривала прекрасную комнату в зеркальном шаре. Потом спросила: «Пух, почему в этой комнате сейчас никого нет?»

— «Там будут все, кого ты за собой позовёшь!» — загадочно произнёс Пух.

— «За собой? Как же мы все залезем в такой маленький шарик?»

— «Потом узнаешь! Няа! Давай спать?» — Пух свернулся калачиком и закрыл глазки.

Музыка стихла, всё исчезло. Из зеркального шара смотрело моё отражение. Игрушки я не стала убирать на шкаф, а сунула коробку под свою кроватку, надеясь ещё не раз увидеть сказочную комнату.

______________________

Папина фронтовая история.

— «Папа, ты был на фронте?»

— «Был!»

— «А с кем ты воевал?»

— «С фашистами, а потом с японцами, только тебе пока не обязательно это знать!»

— «Обязательно! Я хочу всё знать о тебе!»

— «Я тебе расскажу, но только не про войну, а про то, как однажды у всех солдат от долгих походов, заболела кожа на ногах».

— «Наверно, натёрли сапогами, в которых вы топали?»

— «Может быть! Но, скорее всего это была какая — то инфекция! Короче, кожа от колен и до кончиков пальцев была вся в язвах! Язвы гноились, лопались, кровоточили и болели, а лекарств никаких! Мы солдаты, просто измучились от этой ужасной болезни. Сидим однажды поздно вечером у костра. Тут из лесу вышел к нам старый нанаец — местный житель. Мы его накормили солдатской кашей, и случайно, нанаец увидел мои ноги, а я перед его приходом как раз разулся и сидел у ручья, смачивая раны холодной водой. Старик покачал головой и говорит: „Что же ты сынок мучаешься, когда вокруг столько лекарств?“

— «Где же лекарства, дедушка?» — удивился я.

— «А вот оно!» — сказал мужик, и соскрёб ножичком смолу с хвойного дерева — кедра. — «Ну-ка, смажь ранки свои!»

Солдатики это увидели и разбрелись по тайге искать смолу. Так несколько дней мы натирались этим природным средством, и у всех язвы зажили!

________________________

Музыка теперь звучала каждую ночь, и меня будил звон хрустальных колокольчиков! Я просыпалась, доставала коробку с ёлочными игрушками из-под кровати, раскрывала её, и вот опять самый большой шар малинового цвета светился, показывая мне чудесную комнату, в которой никаких изменений так и не было.

— «Пух, как сделать, чтобы твоя сказочная комната не была пустой? Хочу, чтобы в ней кто-нибудь жил!»

— «Может быть надо кого — то позвать?» — промурлыкал кот.

— «Позвать? Маму с папой разбудишь! Да вдруг они ещё отберут у меня ёлочные игрушки!»

— «Спроси у шарика, может он тебе подскажет что делать?» Собралась я с духом и прошептала: «Эй, шарик! Слышишь ли ты меня?» Шар засветился ещё больше и в нём заиграли малиновые огоньки.