Ольга Торубарова Дневник Лёли

— «Ну, посмотри деточка, видишь — никого нет! Чего ты испугалась?».

— «Там!» — показала я рукой на штору. — «Гляди, это же просто кукла!» — сказала мама. На полке возле той самой шторы сидела большая кукла с тёмными, кудрявыми волосами и карими стеклянными глазами.

— «Она была здесь! Не кукла, а живая!»

— «Доченька, кто был здесь?»

— «Та женщина из папиной деревни. Она снова хотела

меня поднять в воздух и бросить об пол!»

Запретили мне разгуливать одной по детскому саду, да я и сама боялась отойти хоть на шаг от своих родных. Папа обошёл весь детский сад, но никого не нашёл. Родители уложили меня рядом спать, а сами сели чистить картошку.

— «Ну что, Амур, а кукла – то, копия твоя Марта!» — прошептала мама.

— «Она не моя и никогда не была моей. Их табор стоял рядом с нашей деревней, а мы просто дружили!».

— «Просто? А то, что твои родные, и её цыгане решили породниться, поженив вас, забыл?».

— «Это они так решили, но я же встретил тебя, ты теперь моя жена и другой мне не надо!» — рассердился папа.

— «Тише! Лёльку разбудишь! Смотри, у неё твои реснички длинные, чёрные, загнутые!»

— «И твоя белая кожа – „кровь с молоком!“

— «Ага. Злую тётку значит, зовут Марта?» — думала я, отвернувшись к стене – «И, она была невестой моего папы? А я тут при чём — маленькая девочка? Я же не виновата, что папа женился на маме, а не на Марте! Но ведь в той комнате, отчётливо виделась женщина в полный рост, а вовсе не кукла!» — с такими мыслями пришёл сон. Утром, когда стали собираться дети, я захотела тихонечко посмотреть на куклу Марту, но на полке её не было. Куда же она девалась? Пропала!

________________________

Сегодня воскресенье, и я вышла гулять во двор. В нашем дворе было много детей и все мы очень дружили. Смотрю, дети собрались в кружок и говорят о чём-то.

— «Наверно, новую игру придумали!» — подумала я. Вдруг чувствую, как будто я мёрзну и у меня «мурашки по телу», это так всегда со мной бывает, когда должно случиться что-то очень важное и интересное. Просунулась я в центр круга, а в середине толпы стоит девочка, похожая на сказочную принцессу, так мне показалось! Красивое и умное личико, длинные золотые волосы, а одета так стильно, как будто с книжной картинки срисована.

— «Как тебя зовут?» — кто – то спросил её.

— «Лера! Полное имя — Валерия!» — ответила сказочная красавица.

— «Ах! Когда я вырасту, и у меня будет дочка, то обязательно назову её этим именем, и она будет такая же милая!» — с восхищением подумала я. Ночью, мне приснилась крошечная, беленькая, голубоглазая девочка. Женский голос из сна произнёс: — «Это — твоя дочь Лера!»

Свою волшебную сумочку я не знала, как использовать, и однажды мне представился случай. Во дворе, напротив нашего дома выстроились сараи, словно длинный состав поезда, а за этими сараями вечно жили маленькие котятки и щенятки. Одни вырастали и убегали, другие снова нарождались. Мы — дети, постоянно возились с этой живностью, кормили их, чем могли, но разве прокормишь такую большую компанию? Я налила молочка в крошечную бутылочку, завернула маленький кусочек котлетки в бумагу, всё это поместила в свою сумочку, и пошла за сараи одна. Навстречу мне выскочили голодные малыши, почуяв запах еды. Даже не считала я, сколько раз произнесла волшебные слова — «Дубль два». Может раз сто, а может и больше, но хвостатые малыши ели до отвала котлет, пили много молока, стали толстые, пузатые, а потом пошли спать. Я им оставила ещё еды немного, сама же отправилась обратно. Между сараями, к дому, был узкий проход, и я уже хотела там пройти, но остановилась, потому что в этом проходе стояло тёмное, серое облако. Сквозь него ничего не было видно, мне даже показалось, будто оно меня позвало, я испугалась и решила не ходить туда, а пройти в другом месте. Но там было то же самое, кто – то загородил тропинки и только голос шипел уже отчётливо и понятно, медленно и злосумочке. Я прижала её к себе, ну потому что, ни за что не хотела с ней расставаться, и стала отходить назад, прижимаясь к забору. С ужасом смотрела я на растущие огромные руки, будто сделанные из дыма, облако шипело и надвигалось. Вот оно сейчас накроет меня! Я, закричала, и тут же услышала скрежет колёс машины. Оглянулась, между забором и сараями мчится по воздуху знакомый мне синий автомобиль, сверкающийвеще: — «Иди сюда! Ко мне! Ко мне!». От страха и ужаса, бежала я изо всех сил между сараями и длинным забором зная, что в конце есть выход на улицу, но когда я туда прибежала, то не нашла выхода. Впереди опять стояло облако серого цвета, в нём будто крутились вихри и, голос, продолжал шипеть.

— «Ты ты мне не нравишься! Отдай мне, отдай это!»

Из серой массы облака, высунулось несколько длинных, тонких чёрных рук, и они как змейки потянулись к моей сумочке. Я прижала её к себе, ну потому что, ни за что не хотела с ней расставаться, и стала отходить назад, прижимаясь к забору. С ужасом смотрела я на растущие огромные руки, будто сделанные из дыма, облако шипело и надвигалось Вот оно сейчас накроет меня! Я, закричала, и тут же услышала скрежет колёс машины. Оглянулась, между забором и сараями мчится по воздуху знакомый мне синий автомобиль, сверкающий звёздочками. На большой скорости, машина врезалась в серое облако, но оно не ушло, а только отползло подальше, сдаваться, видимо, не собиралось. Из машины быстро вышли мои знакомые, подарившие сумочку. Они втроём развели руки в стороны и громко закричали: — «Как исчезает дым — так зло исчезнет!». Затем каждая резко свела руки впереди себя и сложила их крест — накрест так, что получилось у них вместе три креста. Из рук женщин вылетели молнии и ударили в серую массу облака. Раздался такой сильный хлопок, как будто лопнул огромный воздушный шар. Я, аж уши закрыла ладошками. Засветило солнышко и всё стало как прежде.

— «Кто вы?» — спросила я робко у девушек.

— «Ну, хорошо, давай знакомиться. Меня зовут Елена, и я — это ты, только в будущем!»

— «Вы — это я?»

— «Ну конечно! Только раз мы с тобой одно целое, зови меня на „ты“! Я нравлюсь тебе?»

— «Очень! Я буду называть тебя „Взрослая Елена“. А кто эти девушки, и как их зовут?» — поинтересовалась я.

— «Меня зовут Валерия!»

— «А меня — Мирра! Мы, твои ближайшие родственницы!».

— «Очень приятно! Скажите, кто это такой страшный был, и почему он меня пугал?» — спросила я у своих родных.

— «Это — Чад! Его бояться не надо, потому что он питается страхом людей. Не будешь бояться Чада, ничего плохого он тебе не сможет сделать. Гораздо страшнее тот, кто послал его к тебе!»

— «А кто он такой?»

— «Как его зовут, знать не надо, потому что произносить имя „мерзкого“ — себе вредить!»

— «Для чего они меня пугают? Я же маленькая девочка!»

— «Ведьма Марта, вызвала заклинаниями к себе „мерзкого“ и, попросила его помощи для уничтожения тебя и твоей мамы! Догадываешься зачем?»

— «Чтобы забрать себе папу?»

— «Догадалась! Ради твоего папы, Марта сама на всю жизнь стала служанкой „мерзкого“.

— «Как мне вас звать на помощь в трудную минуту?»

— «Кот Пух не только твой друг, но и наш. Его искристая шёрстка содержит всю информацию о вашей семье, а хвостик котика — своеобразная антенна, которая определяет ваше местонахождение и передаёт нам. Мы сами придём на помощь, когда будет нужно».

— «А можно покататься на вашей машине?».

— «Когда исполниться тебе семь лет, тогда и покатаемся вместе, а пока что, до свидания!»

Мы обнялись и расстались, а мне так хотелось расспросить их о многом, но машина унесла моих будущих родных в неизвестном направлении.

________________________

Мне было всего пять лет, но я уже хорошо читала, поэтому воспитательница часто просила меня почитать детям сказки, а сама куда-то уходила, оставив нянечку смотреть за нами. Но, я читала не только то, что написано в книжке, а на ходу сочиняла свои сказки. Дети их любили даже больше книжных, потому что мои сказки были про каждого из них. Картинки из жизни ребят, стояли как будто у меня перед глазами, и я просто рассказывала то, что видела. Нянечка слушала, открыв рот. Иногда приходили другие няни и воспитатели послушать мои сказки – истории. Я рассказывала о том, что происходило у детей дома сейчас, а потом придумывала, как они будут жить дальше: где будут учиться или работать, сколько будет детей в семьях или вообще не будет никого и ничего. У одного мальчика Саши был папа, но не было мамы, и я рассказывала сказку о том, как его папа искал для сыночка маму, но не находил. Я придумала интересную историю, будто папа Саши познакомился с мамой девочки Таи, которую приводили в младшую группу. Сочинила, как будто бы их папа и мама встретились, влюбились друг в друга, а затем поженились. И представляете, эта история потом случилась на самом деле, я даже сама удивилась, и поразились все вокруг!

Вот рассказ папы Виталия:

— «Папочка, как ты познакомился с мамой?»

— «Когда я пришёл с войны, мне было уже двадцать семь лет. Молодой и очень сильный, я ну никак не хотел жить в деревне, поэтому вплавь переплыл реку Амур, ширина которой пять километров, и пешком пришёл в город „Комсомольск — на Амуре“. Жить мне там было негде, поэтому я спал на пляже под оставленной лодкой. Ко мне приходили друзья – товарищи, я играл на гитаре и, мы все дружно пели. Лето, конец августа, тепло, хорошо! Вдруг, на пляж, молодая воспитательница привела группу детсадовских детей. Девушка была удивительно хороша: высокая, стройная, кудрявая, с большими серыми глазами! Короче, красавица! Ну, я и влюбился в неё с первого взгляда! Воспитательница усадила детей загорать, а сама, скинув с себя халатик, вошла в воду и поплыла. Я за ней, а она от меня обратно на берег, но я всё равно решил познакомиться и не отставал!»

— «Это была мама?» — спросила я.

— «Ну конечно она. А у меня на руке наколка „Вита“, видишь? Воспитательница увидела это и говорит: „Молодой человек, чего вы пристаёте? У вас вон на руке какая – то „Вита“. Вот и плывите к своей девушке!». А я ей отвечаю: — «Так это же часть моего имени! Я — Виталий!» Тут мама перебила папин рассказ и добавила свою историю: «В предыдущую новогоднюю ночь, мы с подружками гадали на суженого – ряженного. А гаданье было такое: надо было подойти к любому окну, постучать в стекло и, если спросят: — „Кто там?“, вслед спросить у них: — „Назовите любое мужское имя!“. Ну, я это и крикнула, а мне в ответ весёлый голос пропел то ли Витя, то ли Вита. И хотя ясно прозвучало — „Вита“, я почему-то решила, что ослышалась и стала ждать встречу с Витей, но когда папа сказал, что его зовут Виталий, тут уж не сомневалась – вот он мой суженый! Суженый, да не ряженный. Не работал, жил под лодкой, ну только что красив, ловок и силён, как лев, да поёт ещё приятно! Я ему заявила: — „Когда будешь работать, получать зарплату, тогда и поговорим!“.

— «Итак! – продолжил папа. – Такую девушку терять нельзя! Полюбил её так сильно, что вся моя душа перевернулась! Решил начать искать работу. Друзья посоветовали пойти на прослушивание в Приморский Ансамбль песни и пляски, потому что у меня сильный голос. Тогда, я и пришёл к дирижёру в военный гарнизон. Сам волнуюсь! А там, все хористы, солисты присутствуют, да и оркестранты тоже. Попросили меня спеть, и я конечно, спел им под свой гитарный аккомпанемент цыганскую песню „Ручеёк“. Прослушав, все стали совещаться между собой. Слышу незнакомые слова: — „Тенор, тенор драматический, абсолютная интонация! Что эти слова означают, не пойму“.

— «А вот мы сейчас проверим, абсолютная у него интонация, или нет!» — сказал руководитель и налил мне полный стакан крепкой, кхэ, воды».

— «Какой, такой крепкой воды, папа?».

— «Вот вырастешь, тогда узнаешь!»

Дирижёр велел петь снова, но только протяжную песню, да ещё без помощи гитары. А мне стало легко! Волнение куда-то ушло, и я запел свою любимую русскую народную песню — «Ах, ты степь широкая». Как же мне потом все хлопали, обнимали и опять говорили незнакомые слова про какой – то слух и голос.

— «Ох, хвастунишка! Лёля тебя попросила рассказать о нашем знакомстве, а ты всё о своём ансамбле!» — сказала мама.

— «Что же делать, если я тоскую по этой работе? Так вот! Приняли меня солистом в Приморский ансамбль песни и пляски, поставили на довольствие, выдали военную форму (полное обмундирование). Питание, и зарплата хорошая – всё как положено, а то у меня и штанов — то нормальных уже не осталось. Тут же я занял денег и купил у друга старенький мотоцикл».

— «Ну, а дальше я расскажу!» – маме не терпелось продолжить папин рассказ – «С той встречи на пляже прошло всего пять дней. Все эти дни твой папа ходил вокруг детского садика, да провожал меня до дому, а то что устроился на работу, не говорил. Папочка хоть и стал военным, а замашки цыганские остались. Представляешь дочка, прихожу с работы домой, открываю ключом дверь своей маленькой комнаты, которую я получила, работая в детском саду, и перепугалась, потому что посередине моей комнатушки стоит мотоцикл! Уж я – то подумала, что меня по какой- то причине выселяют. Расстроилась, стою, не знаю, что делать! Собралась идти к соседям с вопросами. Но тут заходит очень красивый, в новенькой военной форме твой будущий папа, „улыбка до ушей, хоть завязочки пришей“, в руках огромный букет ромашек и васильков, да сетка-авоська с банками тушёнки и сгущёнки»

— «Ты про сухофрукты забыла» — добавил папа.

— «Ах, да! Их был целый огромный мешок, который занял всё свободное место под кроватью!».

— «А что? Я выполнил все твои требования и с полным правом пришёл жениться!» — рассмеялся мой папа.

— «Что с ним поделаешь? На следующий день в Загсе нас сразу же и расписали, потому что твой папа, всех работников Загса, очаровал своей улыбкой. Свадьбу мы праздновали с ним вдвоём. Наварили картошки с тушёнкой. На сладкое был компот из сухофруктов».

— «Ага! Мама, как оказалось, совсем не умела готовить. Её соседи научили, как правильно варить компот. Сказали, варить до тех пор, пока ягоды не опустятся на дно – вот и вся премудрость! Но не предупредили, что пока кастрюля стоит на плите и компот кипит, то ягодки постоянно будут плавать наверху. Вот мы и сидели три часа, ждали, когда ягоды упадут на дно. Свадьба затянулась до полуночи из-за компота. Мама, смеясь добавила, что папа не выдержал и выругался — „Да ёж – невтерпёж! Давай уже снимать с плиты этот компот, а то он скоро весь выкипит!“. Только сняли кастрюлю с огня, как ягоды тут же на дно и попадали. Хохоту было!»

— «На всю жизнь этот компот в память врезался!» — признался отец.

— «Зато есть что вспомнить. Наша жизнь теперь наподобие этого компота: полноценная и насыщенная, потому что свадебный напиток получился уж больно наваристый и густой! А помнишь, Амур, как ты нас с дочкой из родильного дома встречал? Как же мне тогда было стыдно! У всех мужья, как мужья, на легковых машинах приезжали, а наш папочка отличился, подогнал военную грузовую машину, полную солдат, и когда мы с тобой вышли из дверей роддома, солдатский хор грянул петь строевую песню! Выскочили все врачи, медсёстры, санитарки да роженицы, и давай плясать на крыльце. А нас с тобой папа затолкал в кабину и под громкое хоровое пение повёз домой!». Я маме сказала:

— «А мне нисколько не стыдно, наоборот весело, потому что у нас было не так, как у всех! Папочка, почему же ты не остался петь ввоенном ансамбле, раз тебе там так нравилось?»

— «Очень нравилось, тем более, что меня в том коллективе уважали, ведь я потом стал первым солистом! Когда– либо, я расскажу об этом, а ты иди, погуляй во двор, а то твои подружки уже пол – часа заглядывают к нам в окна».

Глава 4

Дети были все в сборе, и я с ними сразу поделилась впечатлением, что сегодня ночью во сне летала как птица, ну потому, что вообще летаю каждую ночь. Подружка предположила, наверно это оттого, что я расту, поэтому мне снятся такие сны. Я, удивилась и стала спорить: «Ну, не все же летают во снах, а сами ведь всё – равно растут! И вообще, человек может летать и не во сне даже, а на самом деле!» Тут, конечно же, все засмеялись! Зачем я только это сказала? И сразу же хитрые дети мне предложили: — «А ты взлети, попробуй, а мы посмотрим, сможешь ли?». Много раз дома, я пыталась взлететь после своих снов, но у меня ничего не получалось, хотя я была уверена, что стоит мне только пожелать, и я полечу, ведь это так просто и легко, главное – сильно захотеть! А ребятам я сказала так: — «Сейчас у меня пока не получается, но мы можем с высоты попрыгать, ну, хотя бы с сараев». Детям такая идея понравилась! Как я уже писала, напротив наших двух домов выстроились пятнадцать сараев, близко друг к другу, и дети представляли себе, что это поезд, а сараи — вагоны. Вскарабкавшись на крышу первого сарая, дети для разминки решили просто пройтись по выдуманному составу. Вдруг до нас донёсся щенячий скулёж. В одном из сараев был заперт щенок. А мы, дети, были все на редкость добрые и не выносили несправедливости! Ах, как жалко нам стало эту собачку, и каким же извергом представили мы себе его хозяина. Что делать? Конечно же, надо было спасать малыша из беды! Дверь сарая на замке, но разобрать крышу – пара пустяков! Мальчик Вася, был самый шустрый на выдумки. Сломать доски на крыше была его идея. Через пять минут у нас в руках были: топор, молоток, гвоздодёр, а через пол — часа в крыше уже была достаточная дыра, чтобы в неё можно было пролезть. Вася спрыгнул внутрь сарая и, спасённый щенок с рыжими, длинными ушами вскоре весело гулял по крышам как кот. Теперь нам захотелось попрыгать с самой высокой высоты, но так как сараи были низкими, и поэтому решили полезть на крышу нашего двухэтажного дома, и оттуда прыгать с парашютами.

— «А где же мы возьмём парашюты? Может зонтиками воспользоваться? Ведь у всех дома есть зонтики! Ура!» — обрадовались мы, и побежали по домам. Вскоре все пришли с зонтами кроме меня, потому что пока я бегала по сараям, мама ушла на работу, прихватив с собой зонт. Но я всё – равно полезла прыгать. Тут, дети вспомнили о моих полётах во сне, и предложили: «Давай, лети! Ты же умеешь летать, вот и лети первая, а мы за тобой!». Я встала на край двухэтажного дома и посмотрела вниз. Страшно не было, тем – более, внизу была целая куча песку, которую недавно привезли для песочницы. Мне захотелось оглядеть с высоты всё вокруг. Необычные ощущения, словно во сне, когда летаешь над землёй. Моё внимание привлёк человек весь в чёрном, стоявший в проходе между сараями прямо напротив меня. Да это же

тот самый, который сидел в поликлинике и глазел на меня! Он и сейчас смотрит с ехидной улыбкой, будто ждёт чего – то плохого. Что же делать? Если откажусь прыгать, то меня друзья засмеют. Вдруг я вспомнила всё, что делали мои новые родственницы. Раскинув руки в стороны, как крылья, я произнесла: — «Как исчезает дым, так пусть зло исчезнет!». Затем резко скрестила руки перед собой и направила крест в сторону мужчины. Никакого огня из моих рук не вылетело, но чёрный злюка всё же пропал, будто растворился в воздухе.

— «Ну чего не прыгаешь? Струсила?» — ребята раскрыли зонтики.

— «Сейчас полечу» — ответила я, закрыла глаза, и представила, что сплю. Затем оттолкнулась ногами от крыши, и как мне показалось, очень плавно присела на песок.

— «Ну, теперь вы! Давайте не бойтесь! Это здорово!» — меня прямо распирало от счастья! Самый смелый Вася, раскрыв зонт, решительно полетел вниз. Зонт его вывернуло в обратную сторону. Вася взвизгнул, и остался сидеть на песке, качаясь из стороны в сторону.

— «Ой, нога болит! Ой, ой, ой!» — выл Вася. Остальные, стоявшие на крыше, сразу же раздумали прыгать, быстро сложили свои зонтики, и ушли через чердак, чтобы спуститься по лестнице во двор. Я достала из кармана свой лечебный камушек и, приложила к больной Васиной ноге.

— «Потерпи Вася, сейчас боли не будет!».

И действительно, мой друг сказал, что побаливает нога, но совсем немножко! Вдруг, подбегает ужасно злой милиционер, который живёт в моём подъезде и кричит: — «Кто сломал мой сарай? Кто мою породистую собаку украл? Всех сейчас в милицию заберу!». Собрались папы и мамы. Приехала «Скорая помощь» и, увезла Васю в больницу. Щенка вернули милиционеру, а всех детей разобрали по домам и наказали. Мой отец и дядя Гриша — Васин папа, полезли на крышу сарая заделывать дыру. Потом, уже дома, папа поставил меня в угол, а сам сел чинить сапоги. Стою в углу и вспоминаю свой прыжок. А ведь я не падала, а летела медленно и плавно.

— «Папа, я сегодня летала. На самом деле! Не веришь?».

— «В следующий раз ремень будет летать по твоему мягкому месту! Мама сейчас придёт домой, и соседи расскажут ей про твои полёты. Ты хочешь, чтобы мама переживала? У неё и так работа нервная!

— «Папа, а моя родина — Комсомольск на Амуре?»

— «Угу! Ты мне зубы — то не заговаривай! Стой в углу!»

— «А почему мы уехали оттуда, расскажи?»

— «Ну, хорошо, расскажу! Когда ты родилась, а родилась ты летом пятьдесят третьего года – тогда это было очень страшное время! Тебе, конечно, многого не понять, но в тот год в стране была объявлена амнистия. Это значит, что из всех тюрем освободили многих заключённых, среди которых были особо опасные. Их переправляли из Магадана по Охотскому морю, а потом по реке Амур на баржах. Преступники высаживались на берег по всему Дальнему Востоку. Однажды мы всей семьёй отдыхали на пляже у реки. Я был в военной форме. Вдруг, бежит мимо какой – то человек и кричит нам: — „Спасайтесь! Заключённые уже в городе! Убивают всех военных и их семьи!“. Я быстро снял с себя форму, закопал в песок и как спортсмен в одних трусах побежал вместе с тобой и с мамой домой. Дома оделся в штатское, сходил в воинскую часть и подал заявление на отпуск, надо же было как – то спасать вас! Дома, только собрали в дорогу вещи, как вдруг открывается без стука дверь, и заходит старая, незнакомая цыганка: — „Угостите чем не жалко, молодые!“.

— «Всё упаковано, угостить нечем, но могу пачку папирос дать!».

— «Ну, давай! Вижу, ты похож на цыгана, яхонтовый!».

— «Наполовину: мама- цыганка, отец- украинец!».

— «Жена у тебя не нашего роду – племени, но сильна — любой цыганке не уступит! Доченька у вас? Как зовут?».

— «Мы только думаем, а вообще хотим дать цыганское имя Ляля» — сказала мама.

— «Не назовёте так, раздумаете! Дашь русское имя в честь тётки своей!» – уверенно сказала цыганка, пристально разглядывая маму.

— «Как вы узнали? — удивилась мама – Я очень любила свою тётю! С детства мечтала, чтобы моя доченька была такой же как она!».

— «Знаю я! Тётка твоя была артистка, певица, разъезжала по курортам, жила в роскоши и веселье! Дочь твоя унаследует эту профессию, хотя это — не её основное призвание. Твоя родственница умерла в страшных муках, но участь её не грозит твоей малышке. Берегите дочь! Она у вас особенная, и поэтому силы зла будут стараться уничтожить её, только ничего не бойтесь! Дорога вам дальняя, благополучная! Любить будете друг – друга всю жизнь! Расходиться да сходиться, разъезжаться вам да съезжаться! Родите ещё двоих сыновей. А жить вам не очень долго, умрёте, когда будет по шестьдесят два года!»

— «Так мало?» — удивилась мама. Старая цыганка посмотрела на неё внимательно и добавила: — «Тебе мало? Ну, хорошо! Жить тебе ровно на десять лет больше мужа!». Как отрезала!

Ушла пророчица, а тут и машина грузовая приехала. Сложили в неё вещи, и поехали к речному причалу, а там пересели на катер и уплыли по реке Амур в деревню «Джонки», где жили все наши родные. Твоя мама устроилась на работу заведующей детским садом и сразу же получила жильё – большой дом! И зачем я тебе всё это рассказываю? Ты же наказанная стоишь!». Тут пришла домой мама с работы, и кот Пух радостно мяукая, побежал к ней, заглядывая в сумку.

— «Почему Лёля стоит в углу? Что случилось?» — спросила мама.

Папа рассказал о том, как мы сломали крышу сарая, но промолчал о прыжках с высоты.

— «Пусть дочь быстрее просит прощения и выходит из угла, тем – более, что я столько вкусненького принесла».

— «Простите меня, пожалуйста! Я больше не буду ломать крыши, воровать собак и заставлять людей летать!» — всхлипывала я.

— «Чего воровать? Кого летать?» — удивилась мама.

— «Прощаю, прощаю, и давайте ужинать!» — воскликнул папа.

______________________