Полная версия:
Ольга Ивановна Маслюкова Причал её надежды
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
– Сама не знаю. Наверное, увидел Бог, что меня нужно успокоить, и послал волшебника, который пригласил меня в ресторан.
– Не дури, давай по порядку. А то я подумаю, что у тебя крыша съехала.
– Может, и съехала. После того, что сказал Илья, может все съехать… Слушай.
И она рассказала все в мельчайших подробностях.
– Точно, как в сказке, – доброжелательно удивилась подруга. – Вот и не верь в чудеса. Вот бы мне так… – мечтательно произнесла она. – Он хоть номер твой взял?
– Нет.
– Как? – подпрыгнула Юля. – Визитку дал?
– Нет.
– Я бы не упустила такой шанс. Эх, Сонька, как ты могла? И правда ты какая-то не от мира сего. Может, знаешь, где он работает?
– Нет. Только знаю, что бизнесмен.
– Точно дура. Ой, прости, не хотела обидеть. Упустила мужика!
– Я об этом не думала. Он намного старше, наверняка женат, есть дети. Да и при чем тут… Он сказал, что я помогла ему на время забыть о проблемах. А я ничего не делала – просто не прошла мимо. Но эта встреча отвлекла меня от обиды. Сейчас бы я рыдала у тебя, а так стало легче. Оказывается, не только у меня неприятности. Он сказал: не убивайся из-за измены, ты молода и красива. И еще назвал умницей. Было приятно. Илья никогда меня не хвалил. Я бы простила измену, но его постоянную ложь… и признание, что он никогда меня не любил… это было очень больно. Юля, он так грубо со мной расстался. Неужели так можно?
– Нет, конечно. Он хам и глупец, который, взяв драгоценный камень, не смог его сохранить. Не страдай! У тебя все впереди. Он еще пожалеет, но тебя это уже не будет волновать. Бог все видит. И твой незнакомец прав. Плохо, что не обменялись телефонами. Ну и что, что он старше? Не шестьдесят же ему. Твой Илья тоже старше. А тот, может, разведен и свободен…
– Ну и фантазерка ты, Юлька. Бывает так: встретятся два человека, помогут друг другу и забудут. Поэтому и не обменялись. Все, закрыли тему. Мужчина приятный, но у него тоже что-то случилось, лезть в душу я не стала. Мне хватило того, что мы оба обрели душевное равновесие. Он искренне сказал, что я помогла. Может, разделила психическую напряженность на двоих? И слава Богу. Я шла к тебе в стрессе, а сейчас мне легче. Понимаю: это временно, завтра буду обливаться слезами, но сейчас… я спокойна.
– Сонь, жаль, что ты его потеряла. Вдруг бы пригодился. На работу бы помог устроиться. Он же бизнесмен…
– Как появился, так и исчез. Значит, не понадобится. Ты лучше расскажи: она красивая?
– Кто?
– Ну эта… любовница Ильи.
Юля вздохнула: видно, реабилитация у подруги будет долгой.
– Ну… ничего так… яркая. Он тогда меня увидел, понял, что я заметила, подошел и сказал: «Надеюсь, ты умная и не будешь болтать». Я промолчала.
– Так он еще и предупредил тебя…
София опустила глаза, молча допила чай и съела блины.
– Сонь, ты не переживай, – после паузы взяла ее за руку подруга. – Он тебя предал. Детей нет – и ладно. Начнешь новую жизнь. Посмотри, какая ты красавица.
– А если бы я была беременна – случилось бы то, что случилось?
– Не строй иллюзий. Случилось бы, только сложнее и больнее. Если он кобель – это навсегда. Мучилась бы всю жизнь. Сколько женщин терпят мужей-изменников…
– Что-то мне опять нехорошо. В горле ком, хочется плакать. Меня как будто выключили. Был свет – и нет света.
– Я понимаю, пережить это тяжело. Но ты молодая, красивая, свободная. А опыт – дело наживное. Все впереди. Бывают ошибки, но на них учатся. И не вздумай больше плакать, – успокаивала Юля. – У меня есть шампанское. Распечатаем?
– Давай! – махнула рукой София.
Юля обняла ее, потом достала шампанское, фужеры и поставила на стол. В холодильнике нашлись виноград, копченая колбаса и сыр.
– Как сказать родителям? Они расстроятся, – задумчиво произнесла София.
– Не факт. Твоя мама говорила, что он не тот человек, которому они отдали дочь. Помнишь? Надежда Фёдоровна – женщина мудрая.
– А как же любовь? Моя любовь. Она не может исчезнуть так быстро?
– А может, это и не была любовь? Может, ты ее придумала? Не успел жениться – и уже налево. Ты у него не первая и не последняя. Любовница еще хлебнет с ним горя. Все, что ни делается, – к лучшему.
– Он мне заявил, что никогда меня не любил. Представляешь?
– Сонечка, успокойся. Это первый жизненный урок. Ты справишься.
– Юля, я ничего не понимаю. Ты опытней меня, хотя и не замужем. Если у меня не любовь, то какая она – эта проклятая любовь? Объясни. Без него я скучала, с ним – была счастлива.
– Скучала, ждала – это привычка и привязанность. Ты ни с кем толком не дружила. Жила с родителями, которые опекали тебя, чтобы ты не совершила ошибок. Выдали замуж, не остановили. А ты еще не была готова. Двадцать три года – для тебя рановато. Студентка, погружена в учебу – и вот первая влюбленность…
– Да, я влюбилась. Он был таким хорошим! Родители не возражали, видели, что я счастлива. Разве так не бывает?
– Бывает. Даже я поверила ему. Подумала: вот Соньке повезло. Но, как видишь, это редкость. Тебя привлекла его внешность, умение общаться, но ты не могла так быстро влюбиться, не зная его прошлого, не зная, какого он рода и племени. Ты ничего о нем не знала. Ни-че-го. Заморочил он тебе голову, не дал опомниться. Сразу предложил руку и сердце, а ты поддалась головокружительной эйфории. Ты заканчивала учебу, разобраться было некогда. И хорошо, что это случилось так рано. Влечение, желание быть с ним рядом ты приняла за любовь.
– Да, ты в чем-то права. Говоришь как мудрая женщина.
– Во всем я права, и со временем ты это поймешь еще больше. А вот когда ты не сможешь дышать без любимого – тогда я поверю, что это любовь. Может, слышала: «Любовь состоит из одной души, обитающей в двух телах».
– Юля, откуда цитата?
Она улыбнулась.
– И не помню уже. И еще: говорят, «никогда не люби того, кто обращается с тобой, как с обычным человеком». Мне нравятся эти слова. Когда я была влюблена, много читала.
– Ты тоже так сильно любила?
– Я не инопланетянка. Могу любить, переживать и расставаться.
– Ты говоришь так, будто знаешь, как это пережить.
– Знаю, Сонечка. Любовь не знает логики, она выше разума. Я любила, как Джульетта – Ромео. Мне было шестнадцать, ему – семнадцать. Его звали Роберт. Имя американское, – усмехнулась Юля. – А потом он уехал с родителями. Наверное, в Америку. Семья была крутая, богатая…
Она сделала паузу, подошла к окну и продолжила, не глядя на Софию:
– Нас разлучили: я не та, кто ему нужен. Они уехали, и я больше о нем не слышала. Долго мучилась, страшные мысли в голову лезли. Дышать без него не могла. Мать водила к психологу. Но лучше тебе этого не испытывать.
– Ты никогда мне не рассказывала…
– Не хотела бередить душу. Теперь успокоилась. Дышу ровно. Потом увлеклась женатым. Потом другой – опять неудача. Но так я уже не влюблялась. Поняла: мужчинам нужна только физическая близость. «Ну и пусть», – думала я. Найду хорошую партию и выйду замуж. Сильно полюбить больше не смогу, а жить в достатке постараюсь. Сейчас я в поисках богатого мужчины, – расхохоталась Юля и повернулась к подруге.
– Как все просто у тебя стало. Я так не хочу.
– Тебя никто не заставляет. Просто живи. Жизнь сама выведет к тому, кто не сможет надышаться тобой.
– Юля, я, наверное, холодная женщина. Илья бросил меня именно поэтому.
– Не вини себя. Ему нужен был повод. Он привык к разнообразию и всю жизнь будет гулять. Он грубиян, который ничего не сделал, чтобы разбудить в тебе женщину. Ему легче найти опытную. Знаю, это больно слышать, но он не соврал: он тебя не любил. Ему нравилось, что ты без ума от него. Игрушка. Наслаждался твоими чувствами, а потом надоело. Вернулся к прежней. Вот когда ты встретишь мужчину, который откроет для тебя новые грани близости, тогда ты окончательно поймешь, какой козел твой муж. Скажу честно: в этом плане мне с мужчинами везло.
– Юля, мы с тобой никогда не разговаривали на такие темы. Мне было стыдно спрашивать.
– Теперь будешь спрашивать. А я с удовольствием поделюсь, – рассмеялась подруга.
– Какая же я наивная и глупая, – с грустью произнесла София.
– Нет, ты просто неопытная. В наше время сначала набираются опыта, а потом выходят замуж. Близость играет важную роль в семейной жизни. И если между вами есть химия, муж не будет изменять.
– Юля, какая ты… я и не знала. Мы болтали про шопинг, учебу – про что угодно, но не про жизнь с мужчиной.
– Я старше всего на пять лет, но уже узнала кое-какие тайны. Сонь, я не решалась заводить с тобой такие разговоры. Ты чистая, нежная, добрая, доверчивая и честная. Сейчас редко встретишь такую. Я рада, что у меня есть ты. Все будет хорошо. Главное – перенеси развод спокойно. Не показывай, что убиваешься. Он только и ждет, что ты прибежишь и бросишься ему на шею в слезах. Его гордыня и тщеславие погубят его. Не радуй его больше своей любовью. Такие мужчины любят, когда по ним страдают. Не доставляй ему этого удовольствия. Он, кстати, не терпит женских слез, верно?
– Ты угадала. Но разве можно не плакать, когда тебя обижают?
– Вот видишь, я и здесь права. Если мужчина раздражен от женских слез, он не умеет сострадать, он жесток. Я сталкивалась с такими. Забудь его.
– Постараюсь. Юля, ты сегодня сказала мне столько жизненных премудростей, от которых я была далека.
– У тебя все будет хорошо, Сонь. Посмотри, какая ты красавица. И умница к тому же – профессионально владеешь языками.
– Тремя в совершенстве и пытаюсь освоить китайский. Надеюсь, буду владеть и им. Теперь времени больше.
– Это отвлечет тебя от грустных мыслей. А я помогу тебе забыть этого козла.
– Ну что ты так об Илье… Непривычно слышать и обидно за него.
– Прошу прощения, – с иронией произнесла Юля. – Она еще и жалеет его. Удивительно! Он другого не заслуживает. Нужно меняться, Сонь.
– Хорошо-хорошо, успокойся. Я буду меняться. Вот увидишь.
– У меня скоро отпуск. Поехали на море? Ты свободна – там и пройдешь реабилитацию. А то я думаю, с кем полететь. На работе у кого денег нет, у кого муж. А я так хочу на море!
– Не знаю. Подумаю еще. Сначала поеду к родителям за город. Скоро зимние каникулы. Хорошая идея. И о ней я не скажу Илье.
– Сколько можно! – возмутилась Юля. – «Илья, Илья!» Забудь! Ты теперь свободна! Никаких отчетов перед ним.
– А вдруг он вернется? Юля, я прощу его…
– Ой, подружка, с тобой все понятно. Это надолго. Срочно нужно тебя спасать! Разозлись на него в конце концов! Он предал тебя! Ты свободна!!! Запомни! Сво-бод-на!
– Юля, мы прожили почти год. Так мало. И он за это время смог разлюбить меня? Как это? Я виновата…
– Не занимайся самобичеванием. Эта любовница была и раньше, до свадьбы. Не понимаю, зачем он женился? Влюбил тебя в себя и наслаждался.
– Юля, пожалей меня… – простонала София.
– Если я пожалею, ты вообще раскиснешь. Поверь: никакой жалости.
Глава 4
София познакомилась с Юлей, когда училась в университете. Однажды в выходной зашла в торговый центр подобрать нарядную кофточку на день рождения сокурсницы. Долго ходила по этажам, пока за стеклом не увидела множество вешалок с новинками. Она вошла в отдел, где работала Юля.
Красивая стройная блондинка с длинными ресницами и приветливой улыбкой сразу расположила к себе. Ненавязчиво, но профессионально она предлагала варианты, хотя вещи были брендовые и недешевые. София растерялась от разнообразия расцветок и фасонов. Мерила одну кофточку за другой – все ей шли удивительно.
– Девушка, у вас редкой красоты спина, грудь и плечи. Я впервые встречаю такое сочетание, – сыпались комплименты от продавца.
– Ну что вы, – смущенно отмахивалась София.
– Нет-нет, вы себя недооцениваете. Эти кофты сидят на вас идеально. Рост не модельный, но вы такая аккуратная и очень красивая.
София впервые слышала такие подробные комплименты. Ей говорили, что она красивая, но вот так – никогда.
– Ваши слова ласкают уши, но я понимаю: вам нужно продать товар, и это у вас профессионально получается, – решила не отставать София.
– Что вы, все не так. Вы просто яркая девушка, в хорошем смысле. На вас и сейчас хорошие вещи, но они скромны. Только знающий человек, взглянув, определит бренд и ваш вкус.
Юля настолько расположила к себе Софию, что они познакомились. Девушки смеялись, шутили, а когда наконец определились с выбором, София купила вместо одной кофточки две. Покупателей было мало, и Юля могла позволить себе общаться с понравившейся покупательницей. Договорились встретиться в кафе. Так началась их дружба.
Несмотря на разницу в возрасте, они никогда не ссорились, их взгляды совпадали, им было комфортно вместе. Юля, как и София, коренная москвичка, жила с мамой, которая работала в метро. После смерти отца мать замкнулась и перестала вести с дочерью прежние беседы. Прошло полтора года – отношения потеплели. Юля старалась больше времени проводить с мамой, отложив отношения с мужчинами, от которых та нервничала и злилась.
София до замужества жила с родителями, но часто оставалась одна в трехкомнатной квартире: они уезжали за город. Там их ждал уютный двухэтажный дом с великолепным садом и большим участком, за которым Егор Ефимович ухаживал сам. Он рано вышел на пенсию и увлекся пчеловодством. Продавал мед с собственной пасеки и сделал на этом небольшой бизнес. Мать Софии, Надежда Фёдоровна, прежде работала фельдшером в воинской части. Как только муж ушел на пенсию, она оставила работу и стала во всем ему помогать, занималась цветами и грядками.
Выйдя замуж, София переехала к Илье. Тот уже давно перебрался в Москву из Ростова и благодаря другу, который вел здесь бизнес в сфере обслуживания автомобилей, начал свое дело. Илья быстро купил недвижимость, поменял машину и влез в долги. Когда его друг Роман перестал ему помогать, дела пошли плохо. Илья привык к роскошной московской жизни, расставаться с ней не хотел и начал искать выгодную невесту.
Узнав, что отец Софии – бывший генерал, а она единственная дочь, он сразу же предложил ей выйти замуж, надеясь, что ее родители будут помогать. Но ошибся. Егор Ефимович был строг и нерасточителен: он считал, что мужчина должен сам справляться со своим бизнесом и долгами. Илья не мог предположить, что тесть никогда никому не одалживал денег, и зять не исключение.
Не жалел средств Егор Ефимович только на дочь. София была поздним и единственным ребенком. Ее не баловали – родители-военные были строги, – но она ни в чем не нуждалась и росла в безусловной любви. Окончив школу на отлично, поступила в университет. Решение был легким: девушка выбрала иняз уже давно, ведь с детства увлекалась изучением иностранных языков. Еще школьницей любила переводить сказки, а повзрослев, с легкостью взялась и за романы.
Родители часто вели разговоры о будущем дочери, надеясь и мечтая, что она станет переводчицей на дипломатических встречах. Но София рано вышла замуж, отчего с отцом сложились натянутые отношения. Редко стали общаться и почти не встречались. Егор Ефимович не принял душой Илью, и только благодаря матери, которая одобрила брак, дочь зарегистрировалась. Но вскоре Надежда Фёдоровна уже не радовалась, что не послушалась мужа и не разубедила дочь не торопиться. Егор Ефимович не успокаивался, постоянно ворча на жену: та не смогла убедить дочь, как женщина, повременить с замужеством и подумать о карьере.
И вот теперь, после предательства и ухода Ильи, София не знала, как сообщить об этом родителям. Юля успокаивала подругу, говоря, что те будут только рады их разводу.
Девушки не заметили, как за беседой промчалось время. Юля предложила Софии переночевать у нее, чтобы не оставаться наедине с тягостными мыслями.
– Ой, Соня, – всполошилась она, глянув на часы, – сейчас мама вернется с дежурства. Нужно ужин приготовить.
– Давай помогу.
– Тогда почисти картофель, остальное я сама.
– Жаль, что твоя мама замкнулась после смерти отца. Она всегда была такой веселой.
– В последнее время она изменилась, мы стали ближе. Мама ведь очень сильно любила папу, и он ее. Она еще молодая, ей всего пятьдесят четыре.
– А выглядит намного моложе.
– Да, и я хочу, чтобы она была счастлива. Если бы у нее появился мужчина… – вздохнула Юля. – Папу я любила, но жизнь продолжается. Правда?
– Конечно. Женщине нужно сильное плечо рядом. Лишь бы не пьющий и не грубиян.
– Мама, в отличие от меня, однолюбка. Я была такой, но изменилась. Ей сложно полюбить снова – будет сравнивать с папой. Если я выйду замуж, она останется одна… А так, может, кто-то появится и полюбит ее. Например, вдовец… Бывает же: две одинокие половинки обретут на старости счастье, чтобы не сойти с ума от горя.
– Согласна. Одиночество – это страшно. Будто стал никому не нужен, как выброшенная вещь.
– Родители нужны всегда, и любовь к ним вечная. Но ведь есть и своя жизнь. А тоска мамы преследует меня. Поэтому хочется, чтобы она еще почувствовала счастье, любовь и внимание. Тогда и мне будет легче.
– Ты же знаешь, мой папа – генерал и всегда был строг. Хотел, чтобы мама родила ему сына, а родилась я. Родители живут дружно. Папа никогда не грубит маме. Они могут поспорить по мелким хозяйственным вопросам, но сразу же мирятся. Он всегда говорит ей: «Ты мой цветочек, продолжай радовать меня». У мамы мягкий и покладистый характер, в этом я на нее похожа. Мы с ней всегда подчиняемся папе. Он наш защитник. Сейчас развел пчел и с утра до вечера с ними возится. Пенсия достойная, но эти хлопоты приносят ему удовольствие.
– Зато мед настоящий у вас! И лекарство, и лакомство.
– Это так, но я мед не люблю. Папа продает его.
– А мой читал лекции. Вроде и зарабатывал, а денег все время не хватало. Не мог купить машину. А может, просто не любил их? А мне ой как нужна машина!
– Зато квартира у вас шикарная. Четыре комнаты. В нашем доме тоже четыре.
– Дом – это совсем по-другому. Все равно места больше. И машина у вас есть.
– Да, папа не представляет жизни без нее. А я равнодушна.
– А я – нет. Это моя мечта! И она обязательно сбудется. Мужа хочу только с машиной.
– Какая ты меркантильная, – засмеялась Соня.
– Я не меркантильная. Сама никогда не накоплю столько денег на машину, которую хочу. Люблю красиво одеваться и отдыхать. Ведь это шанс познакомиться с состоятельным мужчиной. А машину хочу шикарную.
– А если ты полюбишь нищего? Ну пусть не нищего, а такого, как ты сама? Или тебе не нужна любовь? Лишь бы богатый?
– Понимаешь, я была влюблена и, наверное, больше так не полюблю. Поэтому вправе выбрать мужчину, который полюбит меня. Может, и не олигарха, но с большими деньгами.
– Да, планы у тебя наполеоновские. А я без любви не могу.
– Это пока. Ну что тебе дала твоя любовь? Одно разочарование. Мне кажется, у тебя была просто влюбленность. Когда ты решила выйти замуж, я не понимала твоего затмения. Но отговаривать не имела права – ты же летала от счастья. Я твоего Илью видела насквозь. Бабник он.
– Наверное, ты права. Я просто доверчивая дура. Так ему верила.
За разговором они не заметили, как приготовили ужин.
– Уже семь. Встретим маму и пойдем гулять, – заявила Юля. – Развеемся, зайдем в кафешку. Как тебе предложение?
– Знаешь, настроение сегодня не развлекательное.
– Наоборот, – запротестовала подруга, – нужно отвлечься от Ильи. Представь, что он сейчас с ней, и у них…
– Перестань! Мне и так тошно, – перебила София. – Как у тебя все просто получается.
– Не усложняй. Это жизнь. Ведь никто не умер. Тьфу, тьфу, тьфу… – поплевала она через плечо. – Подумаешь – ушел к другой. Может, у тебя жизнь только начинается. Тебе всего двадцать три.
– Скоро двадцать четыре.
– И?.. Ты ничего в этой жизни не видела. Это первая твоя ошибка. Их может быть много. А на ошибках мы учимся.
– Юля, с тобой так легко. Ты правильно рассуждаешь. Но это сейчас, сегодня. Завтра я приду домой, все будет напоминать о нем, и я погружусь в депрессию.
– Это будет завтра. А сегодня мы веселимся. Сегодня суббота! Когда наступит завтра, что-нибудь придумаем. Я не позволю грустить.
– Ладно! – вздохнула София. – Но я даже не оделась прилично…
– Ничего себе… в ресторан с незнакомым мужчиной ты пошла в джинсах и свитере, не постеснялась, а со мной решила нарядиться. Мы не на свадьбу. Просто зайдем в кафе, послушаем караоке. Я оденусь так же. Джинсы и свитер. Ок?
– Хорошо.
Ей не хотелось идти, но напор Юли не оставлял шансов. Она пересилила грусть.
В прихожей хлопнула дверь.
– Ой, мамуля пришла! – воскликнула Юля, выскочила в прихожую и чмокнула мать в щеку.
– Слышу, пахнет котлетами. Я так проголодалась, – улыбнулась мама Юли.
Она разделась, вымыла руки и зашла на кухню.
– Здравствуйте, Татьяна Ивановна, – встала София.
– Сиди, сиди, Сонечка. Добрый вечер! Давно не была. Сейчас поужинаем вместе.
Юля накрыла на стол.
– Как жизнь, София?
– Нормально.
– Все говорю дочке: пора замуж. А она принца ищет, да еще и с большими деньгами.
– Мам… не начинай. Без мужа не останусь. Я еще молода. Мне… – она сделала паузу, – через месяц двадцать восемь. А выгляжу на все двадцать!
– Не успеешь оглянуться – тридцать будет. Останешься в старых девах. Рожать пора. В твои годы у меня уже была ты.
– Мамочка, это было когда? Сейчас рано не рожают и замуж рано не выходят.
– Природу не обманешь.
– Всем приятного аппетита, – сказала Юля и села между Софией и матерью. – Мам, мы с Соней сейчас пойдем погуляем.
– А где Илья?
Подруги переглянулись.
– Он ушел от меня к другой, – выпалила София.
– Как?..
– Вот так. Поэтому я пришла к Юле. Она предложила переночевать. Можно?
– Конечно, можно.
– Я сегодня не могу вернуться домой. Тем более быть там одной.
– Не могу поверить. Вот это новость!
– Я сама еще не верю.
– Родителям сообщила?
– Нет.
Подруги долго решали, как быть, и пришли к единому мнению: пока не сообщать родителям Софии о разводе. Ведь развод еще не состоялся, торопиться не нужно. У Софии были небольшие накопления, и она решила потратить их на поездку, чтобы успокоиться.
– Вот негодяй! – продолжала удивляться Татьяна Ивановна. – Это надо же…
– Видишь, мама, какие мужчины. А ты – замуж, замуж… У Ильи эта любовница была уже давно.
– Ничего не понимаю. Зачем женился и морочил голову?
– Надеялся на тестя. Думал, отхватил генеральскую дочку – и денежная дорожка расстелется, – парировала Юля.
– Ой, девчонки, ну и жизнь настала. Девушки ищут богатых, и мужчины тоже. Ни любви, ни чувств. Все покупается.
– Мама, чтобы любовь и деньги были в одной упряжке, нужно пройти огонь, воду и медные трубы.
– Юля, ты рассуждаешь так, будто у тебя богатый опыт.
– Не богатый, но… – она замолчала.
– Не понимаю я нынешнюю молодежь, – с грустью сказала Татьяна Ивановна.
– Спасибо за ужин, – поблагодарила София и вышла из-за стола.
– Мамочка, мы отчаливаем.
– Не задерживайтесь. Я буду волноваться.
– Договорились. Позвоню.
Подруги быстро собрались и вышли на улицу.
– Юля, а ты матери рассказывала про свою юношескую любовь?
– Так, немного. Поверхностно. Скрыть не могла – она видела мои переживания. Пришлось объяснять. Стыдно было говорить, что меня бросили.
– Ладно, не будем о грустном, – заметив, что подруга изменилась в лице, София решила закрыть тему. Но сама почувствовала, что к горлу снова подкатывает ком. Успокоительное перестало действовать, а она забыла взять его с собой. – Юль, я не пойду в кафе.
– Что случилось?
– Не могу. Сейчас разрыдаюсь. Поеду домой.
– Ну уж нет, я с тобой.
Юля позвонила матери и сказала, что переночует у Софии.
Подруги доехали до метро и через час были на месте. Они еще долго говорили, строили планы и уснули под утро.
Глава 5
Новый воскресный день у Софии начался со звонка родителям.
– Доченька, доброе утро! Почему не позвонила вчера? Я начала беспокоиться, – в голосе матери слышалась тревога. – Я привыкла, что в выходные ты мне звонишь.
– Мамочка, не волнуйся. Все хорошо. Я была в гостях у Юли.
– Одна? А где Илья? Может, приедете? Я испеку его любимый пирог.
– Мамочка, извини, перезвоню. Не могу сейчас говорить.
София отключила телефон. Слезы накатились на глаза. Она хотела успокоиться, чтобы мама не услышала всхлипываний.
– Соня, с кем ты говорила? – потягиваясь, спросила Юля.
– С мамой, – шмыгая носом, ответила та.
– Ты чего? Что случилось?
– Она пригласила меня с Ильёй. Его любимый пирог испечет…
– Так, собираемся и едем к твоим родителям. Нужно все рассказать, и тебе станет легче.
– Я боюсь, – вытирая слезы, сказала София.