Олег Волков Пароль Цайдам

На следующее утро я вышел из вагона проводить Ирину с дочкой. Стоял туман. Мокрые от росы перила вагона, влажный воздух пропитан запахами шпал и расставаний. Мы стояли на одинокой серой платформе. Мимо нас шли, опустив головы, задумчивые фигуры с ручной кладью. Закурив, Ирина сказала, глядя куда-то в сторону – обычно книжные романы так не начинаются.

– Да, скорее заканчиваются – согласился я – по крайней мере большинство. Но надежда, что это только начало романа всё же остаётся. По крайней мере у меня.

– Надеюсь в виде рукописи.

– Хотя бы.

– Позвоните мне – сказала она, протягивая листочек бумаги с предварительно записанным телефоном.

– Да, обязательно.

– Вы мужчины все так говорите. Хотя между нами ничего и не было.

– Но остаётся надежда?

– Возможно.

– Долгие проводы, короткие встречи – вспомнилось мне название фильма Киры Муратовой.

– Олеся, пойдём – позвала она дочку, деликатно стоявшую поодаль.

Глядя в окно купе на уходящие в мокрую хмарь домишки. я перебирал в памяти и пытался как-то понять или проанализировать, если о возникших чувствах можно так хладнокровно. Была ли эта встреча поздним чувством? С высоты полученного опыта общения с женщинами – вряд ли. Чаще любовь разгорается между юными, еще не познавшими горесть разочарований, предательств, измен. Не отягощенными материальными соображениями. Если вы сталкиваетесь хотя бы с намёком о материальном состоянии, то сразу становится ясно, что это расчёт. И далее ни к чему хорошему привести не может. Находясь в преклонном возрасте всегда рассуждаешь о том, кому это выгодно? Сожительство представляется как удобный выбор совместного сосуществования, избавления от одиночества, мелких домашних проблем и вместе с тем вторжения в чужую уже порядком прожитую жизнь, невольному погружению в чужое прошлое, висящему порою тяжким грузом.

С Иннокентием мы прощались уже ближе к вечеру в Челябинске. Он был похож на гончую перед охотой. Так что и прощание было коротким. Через секунду его зелёный рюкзак растворился в толпе, а я направился к стоящему поодаль председателю местного отделения Союза писателей Борису Львовичу Алямову, встречавшему меня, как было оговорено. Я его сразу приметил, хотя до этого в глаза не видел, по сутуловатой фигуре, замшевой кепке и, главное, по бардовому кашемировому шарфу, намотанному замысловатым образом поверх воротника плаща. На вид ему было, как и мне около или немного больше шестидесяти. Недельная небритость и очки в толстой оправе выдавали в нём человека творческой профессии. – Прошу в авто, указывая куда-то на стоянку. Григорий Николаевич? – уточнил он, протягивая руку.

– Вы не ошиблись, Борис Львович, – подтвердил я, пожимая руку – рад встрече.

Через минуту мы уже двигались на его старенькой Тойоте по направлению к центру города. Мы знали друг друга только по переписке и встретились воочию только сегодня. Так как встреча с читателями была назначена на следующий день, тут же было решено отправиться куда-нибудь отметить встречу. Но если ты приехал в Челябинск, то не быть приглашенным в ресторан «Уральские пельмени» было бы оскорблением для коренного челябинца. У каждого в своём городе есть такое заведение, вспоминаемое с ностальгией о прошлом. У меня в Казани таким является «Акчарлак». Он, кстати чем-то напоминает «Уральские пельмени», но этот стоит, а Акчара уже нет. Челябинск подтверждал своё суровое звание, ставшее мемом. Здесь всё отдавало ностальгией по советским временам, начиная с внешнего вида с облупленной штукатуркой на цоколе. Да и зайдя внутрь, ощущение, что время остановилось только усилилось. От этого совка невозможно избавиться, вытравить – те же официантки, будто сошедшие с обложек «Огонька», скупое оформление а-ля рус. Наверное, подумалось мне, где-то стоит на столике забытая табличка «яйцами и пальцами в соль не лазить», а рядом солонка с желтой слипшейся крупной солью. И, как обычно случается, когда в ресторане все «свои», к нам подбежал улыбающийся лысоватый человечек в черной жилетке и бабочке, представившийся администратором и пригласил за стол.

На следующий день, собрав скромный писательский багаж, состоящий из моих книжек и ручки, на случай автографа, мы с Борисом Львовичем, заехавшим за мной в гостиницу, направились в местную библиотеку. Нас там ждали. Ещё у входа к нам подбежала дама творческого вида в шляпе и пожимая мне руку своей холодной сухой ручкой сказала прошептала каркающим голосом – Григорий Николаевич. как мы рады вас видеть. С приездом. Меня зовут Мария Ивановна, я являюсь директором нашей юношеской районной библиотеки, и мы очень рады… Тут её прервал Борис Львович – Мариванна, дай гостю пройти, не держи его под дождём, у нас ещё будет время поговорить. По-видимому, они были старые знакомые.

Встреча прошла, как и предполагалось, штатно, как выражаются военные. Вступительное слово взял Борис Львович, затем Мариванна закончила прерванный спич на улице и остаток встречи ваш покорный слуга излагал свои писательские мысли о величии русской литературы, современном состоянии дел на писательском фронте. отвечал на вопросы, подписывал свои и чужие книжки. Внимание привлекла девушка с восточными чертами лица. Она явно выделялась на фоне женщин бальзаковского возраста. Одета она была в строгий жакет с юбкой и выглядела скорее, как бизнесвумен. В конце творческой встречи, как я и предположил вначале, она подошла ко мне.

– Здравствуйте, меня зовут Тай Джин. Я член ассоциации российско-китайской дружбы и нам хотелось бы поговорить с вами по одному деликатному делу – сказала она с заметным акцентом, протягивая визитку.

– Очень рад знакомству – ответил я не подозревая, о чем идёт речь.

– Мы узнали, что вы начинаете работу над книгой о Китае, точнее об автономном районе Синьцзян.

Тут я вспомнил недавнее знакомство с Иннокентием и в голову полезли самые причудливые мысли – как вы об этом узнали – осторожно спросил я.

– Всё очень просто, не волнуйтесь – ответила она не меняя каменного выражения лица – сейчас эпоха Интернета и мы со своей стороны отслеживаем всю информацию, которая касается культурного обмена между нашими странами. Поэтому увидев в соцсетях вашу общую фотографию и видео, мы решили с вами связаться.

– Хорошо, в это я поверю. Но как вы меня нашли?

– В этом тоже нет никакого секрета – по напечатанному объявлению на сайте библиотеки о творческой встрече с вами – ответила она наконец-то улыбнувшись. Так я надеюсь на встречу? Вы надолго в Челябинске?

– Нет, завтра уезжаю.

– Когда, точнее.

– Поезд вечером, так что если днём зайдёте, будет очень хорошо. Допустим в два часа. Устроит?

– Устроит – ответила она, одарив дежурной улыбкой в уголке рта – и развернувшись, как марионетка ушла, цокая каблучками своих крошечных туфель.

Немного позже, на традиционном чаепитии с сотрудниками библиотеки и приближенными, я спросил у Мариванны, благодаря за радушный приём, про объявление на их сайте и получил лаконичный ответ – что вы, Григорий Николаевич, у нас и сайта никакого нет, ладно объявление напечатали на принтере.