Полная версия:
Нюта Царёва Карма для Бэдбоя
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
— На заброшке? Самое место подышать, — скалится второй полицейский и тычет фонарем в сторону Эмилии. — Особенно с девушкой?
Кожей чувствую, как она напрягается.
— И кто у нас девушка? — первый подходит ближе, чтобы рассмотреть.
А мой мозг лихорадочно ищет варианты. Подруга? Слишком банально. Знакомая? Вызовет лишние вопросы.
— Невеста, — почти не думая, выпаливаю первое, что приходит в голову. Глупо, наивно, но хотя бы объясняет ее присутствие здесь со мной и официально развязывает мне руки. Я защищаю свое.
Полицейские одновременно хмыкают, обмениваются уничижительными взглядами.
— Невеста в порванном платье на заброшке? — грузный ехидно ухмыляется. — Интересно гуляете, жених. Церемонию бракосочетания здесь же проводили?
— И первую брачную ночь, — поддакивает второй.
Я чувствую, как по шее разливается жар. Сзади слышится сдавленный вздох Эмилии, то ли возмущения, то ли страха. Я собираюсь что-то ответить, но в этот момент из темноты, словно из ниоткуда, появляются еще двое. Они не в полицейской форме, а в идеально сидящих строгих костюмах. Их движения четкие и отлаженные, сразу видно, что частная охрана, причем серьезная, не из дешевых агентств.
Какого хрена происходит? Ледяная волна страха пробегает по моей спине. Это уже не ппсники, с которыми можно как-то договориться.
— Это пипец... — слышится за моей спиной почти беззвучный, испуганный шепот Эмилии. Ее пальцы впиваются мне в локоть.
— Не бойся, я... — начинаю я, пытаясь ее успокоить, но меня мгновенно перебивает один из «костюмов». Его голос холодный, ровный и не терпящий возражений.
— Эмилия Игоревна, этот молодой человек не причинил вам вреда? — его взгляд скользит по мне, быстрый и оценивающий, словно сканируя на уровень угрозы.
Эмилия делает шаг вперед, ее подбородок вздернут.
— Нет! Он совсем не при чем! Я сама... — она пытается взять вину на себя, и у меня сжимается сердце от этой внезапной смелости.
— Ваш отец настоятельно просил доставить вас домой. Прошу проследовать с нами, — «костюм» говорит мягко, но в его тоне слышится сталь.
— Я не пойду! — голос Принцессы дрожит, но в нем слышится вызов.
Второй «костюм» делает едва заметный шаг вперед.
— Не заставляйте применять силу, вам это не понравится.
Я не выдерживаю, ярость вскипает во мне и толкает на подвиги.
— Вы не имеете права! — делаю шаг вперед и инстинктивно встаю между ними и Эмилией.
— Ну, ты еще о правах поговори, — «костюм» закатывает глаза с таким видом, будто я только что заговорил на древнекитайском. — Тебе и так статья за похищение светит. Или ты думаешь, что с рук сойдет?
— И не только, — подхватывает второй, его тон полон сарказма. — Если Игорь Владимирович напишет заявление, тебе мало не покажется.
Их слова бьют точно в цель. Я чувствую, как почва уходит из-под ног. Это уже не детские игры и не пустые угрозы. Кажется, я серьезно встрял.
— Стойте! Хватит! — Эмилия резко выходит вперед, заслоняя меня собой, как минутой раньше заслонял ее я. Лицо бледное, но решительное. — Я поеду с вами. Только оставьте его.
— Принцесса, стой! — пытаюсь ее удержать за руку, но она вырывается.
Оборачивается ко мне, и ее взгляд на секунду встречается с моим. В нем нет прежней ненависти или насмешки. Там смешались страх, благодарность и какая-то горькая решимость.
— Все нормально, Кот. Спасибо за вечер, — говорит тихо, но четко. — Прощай…
В смысле «прощай»? Я не согласен!
Бессильно сжимаю кулаки, чувствуя, как гнев и отчаяние душат меня, но не могу ничего сделать. Только смотрю, как она гордо вздергивает подбородок и уходит с этими людьми. Хлопают дверцы в машине, та трогается с места, шурша шинами по щебню и исчезает в темноте. Я остаюсь один с двумя полицейскими, которые смотрят на меня с новым, еще более хищным интересом.
— Ну что, а мы как развлечемся? — первый, грузный, светит мне фонарем прямо в лицо. — Раз невесту забрали, с женихом пообщаемся.
Вместе мы выходим на улицу, я осматриваюсь, продумывая пути побега. Надо свалить нахрен, все равно не догонят. Тем более в темноте.
— Начнем с документов, — скалится жилистый, доставая блокнот.
В голове проносится: «Вот же же млять...»
— У меня нет с собой, — говорю я, разводя руками, стараясь изобразить легкое сожаление. — Может в следующий раз?
— Как это нет? А права? — жилистый поднимает на меня колючий взгляд.
— И прав у меня нет, — бросаю, не подумав и пожимаю плечами.
Они переглядываются. Грузный фыркает.
— Что ж ты без прав на мотоцикле катаешься? — он смотрит на меня с притворным, сладким удивлением.
Я нервно сглатываю, кажется, путаюсь в показаниях. Нужно врать, и врать убедительно, иначе будет плохо.
— А это не мой. Мы пешком пришли, он уже здесь стоял, — смотрю полицейскому прямо в глаза.
Полицейские переглядываются и смеются грубо и неприятно.
— Значит, мой будет, — жилистый похлопывает по седлу мотоцикла, а у меня внутри все переворачивается. Вик меня убьет, если с его байком что-то случится.
— Поехали в отдел, — грузный хватает меня за локоть и тащит к машине. — Там разберемся и с тобой, и с мотоциклом.
Мысленно матерюсь, но поддаюсь и шагаю вперед. План проносится в голове со скоростью света. Могу, конечно, рвануть в сторону и потеряться в лабиринтах заброшки. Уверен, менты меня не догонят. Но тогда подставлю Вика по полной. Мотоцикл-то не исчезнет. Его опознают, найдут владельца и будут проблемы. А у Вика Лера беременная. Ему лишние траблы не нужны. Я и так уже наделал дел.
Стиснув зубы до хруста, чувствуя вкус собственного бессилия. Придется подчиняться. Вот же трешанина…
— Поехали.
Меня грубо прижимают к капоту машины, мельком обыскивают. Жилистый вытряхивает содержимое моих карманов. Звякают ключи от мотоцикла, падает телефон, немного мелочи.
— О, а вот и ключи. Где взял? — он вертит в руках брелок, ухмыляясь.
— Нашел, — пожимаю плечами, делая самое равнодушное лицо, какое только могу изобразить. Внутри все клокочет, так и подмывает ввязаться в драку и раскидать их, как котят. Я могу…
— Счастливчик. Пакуй его, а я прокачусь, — обращается он к напарнику, подбрасывая ключ.
— Э, хорош, — дергаюсь я. — Сломаешь еще.
— Тебе не все равно? Не твой же.
Я затыкаюсь, глотая бессилие и злость. Меня грубо заталкивают в машину на заднее сиденье. Дверь с глухим стуком захлопывается. Я сижу в тесном, пропахшем табаком и потом салоне, смотрю в окно на уезжающий в темноту мотоцикл Вика. В голове одна мысль, тяжелая и безрадостная — встрял по полной программе. И как выбираться из этой задницы пока абсолютно не понятно. Остается только надеяться, что Принцесса не пострадает. И что кто-то сможет меня вытащить из клетки. Но надежда эта слабая, как огонек в этой кромешной тьме.
Глава 13. Эмилия (Мили)
Машина трогается, увозя меня от заброшки, от незаконченной птицы на стене и ощущения свободы. Я смотрю в окно на мелькающие тени деревьев и зданий, и чувствую, как по щекам катятся предательские слезы. От злости и обиды, на родителей, которые меня совсем не понимают. На Кота, из-за которого все так перекосилось, но больше всего на саму себя. Как я могла быть такой дурой? Зачем включила телефон? Ведь догадывалась, что в нем может быть маячок. Да и брат предупреждал, что каждый мой шаг контролируется.
Колючие мурашки страха расползаются по коже. Отец уже знает все. И где я была, и с кем. Так просто он это не оставит и теперь за несколько часов общения с Котом придется заплатить. А я даже не могу решить, что чувствую к этому парню, эмоции слишком противоречивые.
Когда мы подъезжаем к дому, сердце бьется так, будто репетирует партию ударника в хэви металл группе. Краем глаза замечаю, что гости уже уехали, ну хоть без публичной порки обойдемся. Обреченно вздыхаю и выхожу из машины, прекрасно осознавая, что через мгновение на меня обрушатся обвинения во всех смертных грехах.
— Явилась, — фыркает мать, увидев меня. — Посмотри на кого ты похожа. Позорище!
Прохожу мимо, сразу к кабинету отца. Тихонько стучу, получив разрешение, вхожу и прикрываю за собой дверь. Отец сидит за своим столом, спиной к окну, за которым темнеет наш идеальный сад. Даже не поднимает взгляд на меня, а изучает дисплей ноутбука. Воздух в комнате густой, пропитанный дорогим табаком и молчаливым гневом. Он словно тысячи иголочек впивается в кожу, вызывая дискомфорт.
— Пап, я все объясню, — пытаюсь действовать на опережение.
— Садись, Эмилия, — тон отца, словно ведро ледяной воды.
Я опускаюсь в кожаное кресло, чувствуя себя школьницей, пойманной на списывании. Только ставки несравнимо выше и наказание тоже.
— Ну попробуй объясни. Что ты устроила? — он откладывает мышку и смотрит на меня. Его взгляд спокоен, но в этой спокойности таится такая буря, что мне хочется провалиться сквозь землю. — Сбежала из дома, бросив жениха и поставив семью в неудобное положение. Уехала на мотоцикле с неизвестным… элементом. Неизвестно чем занималась на заброшенной территории Ты вообще понимаешь, что натворила?
— Папа, я просто… — глотаю комок в горле. Во рту все пересохло, а язык будто распух. Пытаюсь найти слова, но отец резко прерывает меня, его голос звучит как удар хлыста.
— Просто что, Эмилия? Хотела показать характер? Молодец, показала, — его тон все еще равнодушный, но интонация заставляет внутренне дрожать. — Каждое действие имеет последствия. Репутация нашей семьи, Эмилия, строится годами! А уничтожить ее можно одной такой выходкой! Новость о том, что дочь Туземского задержали за рисованием граффити в компании какого-то уличного художника, уже могла бы быть на первых полосах, если бы не мои люди!
— Но он не… — зачем-то пытаюсь вставить слово в свою защиту.
— Не важно, кто он! — отец встает и начинает медленно прохаживаться по кабинету. — Важно, что сделала ты. Выставила нас всех на посмешище. А что касается Валентина Лунева и его семьи… Ты должна готовиться к свадьбе, а не бегать по помойкам!
От его слов становится душно и горько. Он не понимает, даже не пытается понять. Для него я просто пешка в его большой игре, которая вдруг взбунтовалась.
— С сегодняшнего дня ты под домашним арестом. Никаких телефонов, ноутбуков и прочих гаджетов. Будешь готовиться к учебе, осталась всего неделя. А о своих гулянках забудь, посвяти время будущему мужу.
Приговор вынесен окончательный и обжалованию не подлежит. Отец возвращается к своему креслу, а ко мне теряет всякий интерес. Я выхожу из кабинета, дверь закрывается за моей спиной с тихим щелчком, который звучит как шепот присяжных: «окончательно и бесповоротно».
Стою в коридоре, сжавшись в комок от ярости и бессилия. Это несправедливо! Меня обманули, похитили, а теперь еще и в тюрьму посадили! Мир сошел с ума, но придется подчиниться. Пока.
Ухожу к себе в комнату и вниз лицом падаю на кровать. Хочется смыть с себя сегодняшний вечер, переодеться в мягкую пижаму, но сил нет ни на что. Так и засыпаю, не переодевшись.
А утро начинается с головной боли. После такой гаммы эмоций и переживаний, не мудрено. Быстро привожу себя в порядок и спускаюсь на кухню, чтобы найти таблетку.
— Ну что, путешественница-авантюристка? — слышится издевательский голос из гостиной. Выходит Артем, с яблоком в руке и довольной ухмылкой во всю физиономию. — Как тебе экскурсия по промзонам? Говорят, там очень… атмосферно.
Сволочь, а не старший брат!
— Отвали, Артем! — шиплю я, сжимая кулаки.
— Да я же от чистого сердца! — он подходит ближе, преувеличенно всматриваясь в мое лицо. — А где боевой раскрас?
— Я тебя сейчас сама раскрашу! — делаю шаг к нему, но он лишь смеется и выставляет вперед руки.
— Ладно, ладно, не кипятись. Просто жаль, что ты главное событие семестра пропустила. Вчерашняя вечеринка… это было нечто. Все до сих пор в восторге. А ты теперь даже сторисы не посмотришь… без телефона то… — брат продолжает издеваться, а мне хочется втащить ему, как в детстве. — Как жаль, как жаль… И от жениха сбежала, и вечеринку пропустила. Теряешь хватку, сестренка.
Он бьет точно по больному, невольно краснею от негодования.
— Очень смешно? Рада, что тебе весело!
Артем видит, что я на грани, и его тон наконец-то меняется. Ухмылка сходит с лица, становится проще, теплее.
— Миль, да расслабься. Ты же знаешь, отец остынет быстро и сжалится над тобой. А пока отдыхай и набирайся сил.
— А я не устала!
Глубоко вздыхаю, пытаясь взять себя в руки.
— Тем… — тихо говорю я, глядя на него умоляюще. — Дай мне телефон. На пять минут. Пожалуйста.
Брат смотрит на меня с сомнением, потом косится на дверь кабинета отца.
— Ты же знаешь, что будет, если…
— Я быстро! Обещаю! Никто не узнает.
Артем закатывает глаза, тяжело вздыхает, но я вижу — сдается. Он не любит, когда я делаю глаза как у кота из Шрека.
— Боже, ладно. Только тихо и быстро. И если что я тебе ничего не давал.
Он достает из кармана джинсов свой смартфон и сует мне в руку. Я бегу в свою комнату. Мне нужно только пять минуточек, одним глазком заглянуть на канал Кота.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
