Маргарет Нокс Путь инквизитора.

«Настрой поток энергии и другие будут благодарны, город будет благодарен», — услышала Лилит чужой голос, возможно это Виктор?!

Образы сменялись хаотично, она не могла контролировать поток, ей хотелось вернуться к Каю. Она хотела увидеть как он умер, но Артур отпрянул от нее прежде чем она увидела.

Зона шёпота торжествовала. Она нашла их слабые места. Ещё немного — и они просто врастут в эту почву, став ещё парой теней на ветках.

Артур понял: зона ловит его через интерфейс. Чёрная линза — это связь с Аргентисом, с прошлым. Окно, через которое зона входит в его мозг.

— Лилит! — выкрикнул он, перекрывая гул призраков. — Смотри на меня!

Она подняла голову. Глаза были затянуты серой пеленой безумия. Она видела в нём только палача. Он сорвал с пояса тяжёлый служебный нож. Лилит вздрогнула, ожидая удара, но Артур сделал то, чего не ожидала даже Зона. Он развернул нож рукоятью к себе и с силой ударил по собственному виску — туда, где край чёрной линзы срастался с костью.

Раздался тошнотворный скрежет металла о череп.

— Нет! — вскрикнула Лилит.

Артур стиснул зубы так, что послышался хруст. Он нащупал тонкий соединительный кабель и рывком вырвал его. Чёрный глаз вспыхнул ослепительно-красным, заискрил и… погас, превратившись в безжизненный кусок пластика.

Тишина наступила мгновенно.

Для Артура мир наполовину погрузился во тьму, но вместе со зрением ушли и голоса. Он разорвал связь. Он перестал быть Инквизитором с доступом к базе данных. Он стал просто раненым человеком.

Оглушённая этим жестом, Лилит почувствовала, как тяжесть на плечах ослабла. Призрак Эрика за спиной задрожал и начал рассеиваться. Зона потеряла контакт с Артуром, и её сеть начала рваться.

Артур тяжело дышал; из-под разбитой линзы по щеке текла густая чёрная технологическая кровь вперемешку с настоящей.

— Иди... ко мне... — прохрипел он, протягивая руку.

Лилит осторожно подошла к нему. Она больше не слышит это раздражающее щёлканье его глаза, она видит только голубой глаз, умоляюще смотревший на неё.

В Зоне наконец стало тихо. Без этого механического ритма, без щелчков, вбивавших гвозди в её мозг.

Она подошла медленно, словно боясь, что этот жест — очередная галлюцинация тумана. Артур сидел, привалившись к скрюченному стволу дерева. Левая сторона лица была залита смесью алой крови и вязкого технического масла. Потушенный чёрный глаз выглядел как пустая глазница.

Лилит присела рядом. Пальцы дрожали, когда она коснулась его щеки.

— Зачем... — шепнула она, но вопрос застыл на губах.

Она аккуратно стёрла кровь с его скулы. Артур вздрогнул. Когда её пальцы коснулись его кожи, он не почувствовал нежности, с которой она дотронулась до его лица. Кожа под прикосновением, казалось, начала гореть; это было успокаивающее тепло.

Под её рукой Артур задыхался. Ему казалось, что Лилит не просто касается его — она выжигает на нём своё присутствие. Она вытесняла ледяной холод зоны, который ещё секунду назад тянул к нему руки.

— Я всё ещё ненавижу тебя, — сказала она, и серые глаза сверкнули. Она обняла его.

— Хорошо, значит, ты не сошла с ума, как я предполагал.

Шутка была неуместной, учитывая обстоятельства, но она разлилась в груди Лилит, как тёплое вино. Она сопротивлялась этому чувству.

Лилит подставила плечо. Она обхватила его за пояс, помогая подняться. Артур опёрся всем весом.

Внутри Лилит, в самой глубине её опустошённого сердца, что-то зашевелилось. Это была чистая необузданная искра жизни, проснувшаяся в ответ на его беспомощность. Они шли сквозь редеющий туман. Зона шёпота сопротивлялась, тени Ткачей безмолвно кричали им вслед, а призрак Эрика в последний раз мелькнул вдалеке и рассыпался серебряным прахом.

Артур шёл вслепую, полностью полагаясь на тепло её тела. Для него мир теперь состоял только из черноты слева и Лилит справа.

Наконец воздух изменился. Выжженная земля под ногами сменилась мягким красным песком.

Они вышли.

Песок забивался в складки одежды, скрипел на зубах и лип к повязке на лице Артура. Прошло три часа с тех пор, как они покинули границу Зоны. Первые мили он почти висел на плече Лилит; шаги его были тяжёлыми, волочащимися. Но как только туман окончательно рассеялся за спиной, он резко, почти грубо оттолкнул её руку.

Лилит пошатнулась от неожиданности, глядя, как он, пошатываясь, делает шаг в сторону, подальше от неё.

Артур стоял, тяжело дыша. Левая рука — та, что была со стороны повреждённого глаза, безвольно висела вдоль туловища. Он как будто не чувствовал её — нервная система дала сбой, погрузив половину тела в глухое оцепенение.

Он видел, как Лилит смотрит на него. Во взгляде её была смесь усталости и той самой ненависти, которую он заслужил.

Артур заставил себя выпрямиться. Каждый вдох стоил ему колоссальных усилий.

— Далеко до твоего поселения? — голос прозвучал холодно, почти механически.

Он не смотрел на неё; единственный голубой глаз был устремлён в горизонт, где дрожало марево раскалённого воздуха.

Лилит скрестила руки на груди, кутаясь впала Инквизитора.

— Если будем идти в таком темпе — день. Если ты свалишься через час — вечность.

— Я не свалюсь, — бросил он, делая неверный шаг вперёд. Сапог поднял облако красной пыли. — Иди впереди. Мне не нужно, чтобы ты подставляла плечо каждый раз, когда я спотыкаюсь.

Лилит промолчала. Она видела, как вздрагивают его пальцы, когда он пытается контролировать парализованную сторону. Она ненавидела его. Ненавидела за то, что он сделал, и за то, что он делает сейчас — пытается быть героем.

Тяжёлые неритмичные шаги Артура за спиной отдавались в сердце глухими ударами. Она понимала: ему физически больно просто дышать, не говоря уже о переходе через пустыню

.

Лилит обернулась. Перед глазами всё ещё стояла картина того, как он — вопреки здравому смыслу и инстинкту самосохранения — буквально вырвал из себя Хаб ради их спасения.

— Чего стоишь как вкопанная? — голос Артура хрипел, в нём не было и тени дружелюбия, только усталость.

Он попытался сделать ещё шаг, но ноги подвели. Артур споткнулся и тяжело рухнул на колени, а затем и плашмя на сухую землю.

— Я рядом, Артур. Я здесь, с тобой, — Лилит в мгновение ока оказалась подле него, пытаясь подхватить под руки.

Он вскинулся, в отчаянии пытаясь оттолкнуть её; пальцы безвольно скользили по её одежде.

— Я сам... — выдавил он сквозь сцепленные зубы. — Мне не нужна ничья помощь. Слышишь? Иди вперёд.

— Нужна, — резко отрезала Лилит.

Она не стала слушать его протесты. Почти насильно, используя всю свою внутреннюю силу, она схватила его за руку и потянула вверх. Когда ей удалось поставить его на ноги, она, не спрашивая разрешения, перекинула его тяжёлую руку через плечо, принимая на себя добрую половину веса.

— Ты не сможешь никого спасти, если будешь валяться здесь в пыли, — негромко, но твёрдо заметила она.

Артур тяжело выдохнул, обжигая ей шею горячим дыханием, и наконец перестал сопротивляться. Опираясь друг на друга, они медленно двинулись дальше вглубь пустыни.