Охота на вепря

Николай Югов
Охота на вепря

Глава 1. Ночной обоз

День уходил. Холодные редкие снежинки все также беззвучно падали на промерзшую землю кургана и постепенно замирали на его пологом, конусном, склоне. Сквозь этот неторопливый снегопад ещё можно было разглядеть контуры наезженной за день дороги, но и они постепенно растворялись и исчезали в сгущающихся сумерках морозного и метельного января. Спустя некоторое время, когда уже окончательно стемнело, из ближайшей березовой рощи появилась лиса и неторопливо направилась в сторону теперь уже едва заметного, санного, пути. Возможно, она надеялась найти там что-то съестное, но обследовать занесенную снегом колею ей так и не удалось. Не дойдя нескольких шагов до намеченной цели, рыжая плутовка замерла, вслушиваясь в безмолвную ночную тишину, и вдруг огромными прыжками бросилась к лесу. На какое-то время вновь все стихло, но вот со стороны бурвы послышались неразборчивые и пока ещё отдаленные звуки. Они постепенно приближались, усиливались, и скоро можно было уже разобрать дробный стук подков по мерзлой, едва покрытой снегом, земле. Ещё какое-то мгновение, и из темноты ночи показались десятка три хорошо вооруженных всадников. Судя по всему, это была небольшая княжеская дружина, следующая в сторону городка. Вслед за ней, под охраной таких же конников, появилось и несколько богатых повозок. Обоз двигался быстро, и, преодолев замерзшую бурву, через какое-то время достиг подножия покрытого снегом холма. Здесь лошади остановились. Кучер одной из них, заподозрив что-то неладное, спешился и стал внимательно осматривать упряжь. Сидящие в санях люди по-прежнему хранили молчание. Видимо, они давно уже устали от такой дальней и тяжелой поездки и теперь, с полным безразличием, наблюдали за действиями своего возчика. Тот суетился, стараясь как можно быстрее устранить обнаруженную им неисправность, но, к сожалению, все было тщетно. Повозка как стояла, так и продолжала стоять среди этого холодного и зимнего поля. Несмотря на то, что все, находящиеся в санях, люди были укутаны в огромные овчинные тулупы, можно было разглядеть, что, по крайней мере, одна из них – женщина. На это указывала тяжелая теплая шаль, надежно укрывающая голову этой неизвестной, но, видимо, очень богатой пассажирки. Рядом с ней сидел человек, в отороченной куньим мехом шапке, что также говорило о его несомненной принадлежности к одному из уважаемых и знатных родов.

– Не повезло! – послышался невдалеке чей-то негромкий голос. Он принадлежал одному из дружинников, охранявших этот обоз. – До городка осталось всего несколько минут езды, а теперь стоять здесь придется не менее получаса!

– Ничего не поделаешь, служба у нас такая. Если бы кучер внимательнее смотрел за дорогой, то сидели бы мы сейчас в теплой избе и спокойно ужинали! – также тихо ответил его товарищ. – Разве угадаешь, где тебя ждет беда. Опасались разбойников, а вот на скрытую снегом кочку никто и внимания не обратил.

– Где же её заметишь в такой темноте? – послышался в ответ голос его собеседника. – Здесь бревна под ногами не разглядишь, а о какой-то мелкой кочке и говорить не стоит.

Собеседники на некоторое время замолчали. В ночной тишине теперь лишь слышалось поскрипывание снега и шорох развязываемых кучером постромок. Поломка оказалась серьезной. У саней была повреждена оглобля и теперь, для устранения неисправности, необходимо было полностью выпрячь лошадь. На помощь своему товарищу, занимавшемуся повозкой, поспешили ещё двое. В темноте работа двигалась медленно и, несмотря на недовольство сидящего в санях человека, видно было, что до окончания ремонта ещё далеко.

– Говорят, что ты и раньше бывал в этих местах – вновь раздался голос одного из находящихся рядом с повозкой дружинников. – Завтра у нас будет тяжелый день. Князь решил устроить охоту на вепря и, как я понял, нам тоже предстоит сопровождать его в этом увлекательном и довольно опасном мероприятии. Мне хотелось узнать, что здесь за местность и чего следует опасаться.

– Местность обыкновенная. Есть и лес, и болото, и распаханные поля, на которых сажают капусту и репу, а также много открытых полян, где местные жители косят траву для своей скотины. Остерегаться же, прежде всего, нужно острых клыков разъяренного секача, да немилости нашего князя Ивана! – спокойно ответил его товарищ, продолжая, как и прежде, наблюдать за ремонтом этой, так некстати сломавшейся здесь повозки.

– Это понятно, однако я хотел бы ещё спросить и о разбойниках. Говорят, что одна из их ватаг до сих пор бродит где-то в окрестных лесах и грабит купеческие караваны. Это действительно так? – продолжал его сослуживец, видимо, не очень удовлетворенный ответом своего неразговорчивого товарища.

– И так, и не так. Караваны они уже не грабят – людей у них маловато, но одиноким купеческим повозкам ездить по этой дороге, действительно, небезопасно. Был я здесь ещё летом и слышал рассказы горожан о тех бесчинствах, которые творят оставшиеся в этих местах ушкуйники. Отец князя Ивана, прогнал их с реки и теперь там, на Волге, спокойно, а здесь иногда ещё балуют – ограбят купца и уйдут в болота. Видимо, у них есть там какое-то тайное место, но обнаружить его так и не удалось. Городской глава посылал своих людей на поиски этих разбойников, но они постоянно теряли оставленные ушкуйниками следы и, в конце концов прекратили это бесполезное и совершенно бессмысленное занятие. Поиск с собаками тоже закончился плачевно. Псы наткнулись на волчье логово да там все они и остались. Грустная эта история, но будем надеяться, что с нами такого не произойдет.

– Будем надеяться – согласился его товарищ. – Нам лишние неприятности ни к чему.

– Что-то ноги мои затекли. Пройдусь немного! – неожиданно прозвучал из повозки приятный женский голос, и собеседники тотчас умолкли.

Тулуп и шаль, скрывавшие спутницу князя Ивана, пришли в движение и оттуда, как из гнезда, вдруг появилась невысокая молодая женщина. Она легко выбралась из саней и, немного постояв, направилась к подножию кургана. Там, наклонившись к дороге, одиноко стояла небольшая, присыпанная снегом, березка. Подойдя к дереву, женщина наклонила одну из его ветвей и привязала к ней красивую и, видимо, очень дорогую ленту. Затем, прошептав какие-то, только ей понятные слова, неторопливо вернулась в повозку.

– Зря она так поступила. Если узнают монахи – скандала не избежать! – вновь раздался уже знакомый голос дружинника.

– Почему? Разве она сделала что-то плохое? – удивленно воскликнул его товарищ.

– Плохого она ничего не сделала, но служители церкви не любят, когда на деревья вешают ленты. Им кажется, что человек, совершивший такой поступок, отдаляется от истинной веры и в душе своей все ещё хранит воспоминания о древних языческих богах. Несколько лет назад, из городка, в который мы сейчас и направляемся, за аналогичный поступок было изгнано несколько посадских семей. Не приняли они новой веры, вот и вынуждены теперь скитаться по чужим необжитым местам. Конечно, княгиню вряд ли постигнет такая участь, однако от разговоров и сплетен, её репутация может существенно пострадать.

– Не пострадает. Много у нас ещё людей, хотя и крещеных, но все ещё сочувствующих вере этих язычников. Те, погибшие ратники, тоже далеко не все были христианами. Наверное, по этой причине Евдокия и решила помянуть их по старому славянскому обычаю, привязав ленту к стоящей близ кургана березе.

– Да, далеко не каждый человек решится на такой благородный поступок, а женщина – тем более! Смелая жена у князя Ивана!

– Верно. В смелости ей не откажешь! Эта шишка, – произнес собеседник, указывая на засыпанный снегом курган – и есть то самое место, где ещё в давние времена были с честью погребены погибшие ратники князя Михаила Тверского. Сказывают ещё, что именно здесь князь Михаил и подстерег Юрия Даниловича Московского. Тогда, в память о погибших воинах и был насыпан этот высокий земляной холм.

– Княгиня, по древнему обычаю, почтила их память. В этом нет ничего плохого. Она же не отказывается от веры православной и никого не призывает поклоняться огню и кусту!

– Так-то оно так, но все-таки нужно быть поосторожнее!

– Это верно! Кстати, я слышал, что эта женщина тоже примет участие в охоте на дикую свинью.

– Вепрь – зверь опасный. Вряд ли стоит нашему князю брать супругу на такую сложную и совершенно непредсказуемую охоту. Не женское это дело, гоняться по заснеженным чащам леса за огромным и диким чудовищем.

– Ивану Михайловичу виднее, если разрешает скакать ей наравне с мужчинами по лесам и болотам. Я бы, конечно, на его месте такой вольности не допустил.

– Пока что ты ещё на своем месте и мнение твое вряд ли помешает княгине сопровождать своего мужа на охоте.

Разговор снова стих. С запада, где, по всей видимости, и располагался большой населенный пункт, донесся отчетливый лай собак и, словно в ответ ему, далеко за лесом послышался протяжный волчий вой.

Между тем, ремонт повозки подходил к концу. Вышедшая из строя оглобля была отремонтирована, и кучер вновь занял свое место на спине лошади. Заняли свои места и дружинники, охранявшие обоз. Скрипнули полозья, и повозки, одна за другой, возобновили прерванное ремонтом движение. Звуки обоза становились все отдаленнее, все неразборчивее и, наконец, исчезли полностью. Из лесной чащи, снова вышла лиса и уже ничего не опасаясь, прошла по заметенной дороге, затем повернула к кургану, но ни здесь, ни там, не найдя для себя ничего интересного, вновь исчезла в снежной ночной пелене. Снегопад постепенно усилился, и вскоре появилась поземка. Ветер подхватывал крупные белые хлопья и гнал их по такому же белому мерзлому полю. Казалось, что ни одного живого существа не было сейчас на этом холодном, засыпанном снегом пространстве, но это было не так. К звуку ветра вдруг неожиданно присоединился какой-то непонятный, но отчетливо слышимый шорох. Заснеженная вершина холма дрогнула, и из нанесенного там сугроба осторожно поднялся человек. Он огляделся и, не обнаружив для себя никакой опасности, принялся старательно засыпать снегом охапку сена, служившую ему подстилкой. Покончив с этим делом, человек осторожно, но быстро спустился с кургана и, не разбирая дороги, бросился в лес. Через какое-то время оттуда послышалось негромкое ржание лошади, а затем и стремительно удаляющийся стук копыт.

 

Глава 2. Гостья

Погода постепенно менялась. Теперь к обильному снегопаду добавился ещё и холодный пронзительный ветер, неожиданно прилетевший со стороны давно уже замерзшего травяного болота. Он с какой-то неумолимой настойчивостью пытался пробраться под старый овчинный тулуп и лишить остатков тепла уже достаточно промерзшее тело. Ночное дежурство постепенно подходило к концу и уже не предвещало никаких неожиданных изменений. Совсем скоро здесь появится неторопливый заспанный сменщик и можно будет добраться до дома и там спокойно отдохнуть.

Стражник ещё раз осмотрел неподвижные въездные ворота и, стряхнув с себя снег, вновь замер, прислушиваясь к тоскливому завыванию ветра. Как снаружи, так и с внутренней стороны ограды в этот час все было спокойно и тихо. Так же, как и прежде, клубилась на улицах городка холодная ночная поземка. Также размеренно падал снег на побелевшие крыши домов и также отчетливо была видна широкая безлюдная площадь, через которую бежала собака.

– Открывай! Великий князь Иван со свитой! – неожиданно раздался снаружи чей-то голос, и Илья, вздрогнув от неожиданности, заглянул в смотровое окно. К городку, со стороны кургана, стремительно приближался большой санный обоз, охраняемый множеством вооруженных конников. Не мешкая ни минуты, юноша, ухватившись за тяжелую, дубовую перекладину и потянул её на себя. Створки ворот распахнулись, и ночной обоз, не замедляя хода, стал быстро втягиваться за ограду. На повороте последняя повозка вдруг резко накренилась и, если бы не проворство Ильи, с которым он кинулся на помощь, то она бы непременно перевернулась. И словно в награду за совершенный поступок, из-под вороха шалей и шуб, Илья уловил благодарный взгляд красивых женских глаз. Это продолжалось какое-то мгновение. Повозка выправилась и вслед за остальными умчалась в сторону площади.

В полночь появился сменщик и юноша, сдав ему дежурство, тут же заторопился домой. Добравшись до знакомой избы, он поднялся на запорошенное снегом крыльцо и открыл, прихваченную морозом дверь. В помещении было тепло и пахло чем-то вкусным.

– Каша стынет! – послышался голос матери. Илья снял тулуп и степенно присел к столу. В мерцающем свете лампады он различил кружку и горшок, из которого ещё поднимался душистый и легкий пар.

– Каша!? И по запаху – гречневая! И вроде бы даже с грибами! – удивился юноша. – Разве сегодня праздник?

– А ты и забыл!? Ведь сегодня день твоего ангела! – вновь донесся из полумрака знакомый голос. Юноша с удивлением вспомнил, что, действительно, сегодня уже двадцать первое января и когда-то, в старые времена, в этот день встречали Ярилу-Солнце. Увлеченный мыслями о таинственной незнакомке, он совершенно забыл и о древнем языческом празднике, и о своих собственных именинах. С большим трудом отогнав от себя эти приятные воспоминания, Илья, наконец, принялся за еду. Когда горшок был уже совершенно пуст, он отодвинул лавку к стене, постелил на нее свой овчинный тулуп и прилег. Сон не заставил себя долго ждать. Не прошло и минуты, как юноша уже оказался в его полной и безраздельной власти.

Сквозь редкие щели маленьких, расположенных под самой крышей окон, уже пробивался робкий свет, утра, когда Илья вновь открыл глаза. Поднявшись со своего ложа и ёжась от холода, он растопил печь, и в помещении тотчас запахло дымом. Синеватое облако неторопливо клубилось где-то под самым потолком и никак не хотело уходить в предназначенное для него отверстие.

«К непогоде», – подумал юноша и приоткрыл входную дверь. Снаружи пахнуло холодом, но дым стал постепенно рассеиваться. Скоро он совсем исчез, и в прогретом дымоходе, образовалась приличная тяга. Вернув дверь в исходное положение, Илья поправил горящие в печи поленья и зажег небольшой светильник. Сапоги, в которых он нес караульную службу, давно уже требовали капитального и длительного ремонта. Взяв иглу и кусок добротной кожи, а также вооружившись иными инструментами, необходимым для выполнения данной работы, юноша присел к огню и неторопливо взялся за дело.

Неожиданный стук в дверь прервал это столь важное занятие и Илья, вынужден был подняться с лавки и пойти встречать гостей.

«Степан со своей сестрой, Ульяной, – подумал юноша, открывая дверь. – Наверное, ещё и Павла с собой привели!»

– Здравствуй! Илья – это ты? – на пороге стояла незнакомая, симпатичная, среднего роста девушка и вопросительно смотрела на замершего от удивления хозяина дома. Добротная, доходящая до самых пят шуба, большая теплая шаль и изящные кожаные сапожки говорили о том, что она явно не из местных – те одевались скромнее.

– Да! – наконец, коротко произнес юноша, все ещё не понимая, что происходит.

– Это ты стоял в карауле прошлой ночью? – вновь спросила незнакомка.

– Да. Это был я – вновь повторил Илья, пристально всматриваясь в лицо гостьи. Что-то знакомое было в её глазах и юноше показалось, что он уже где-то встречал этот добрый и немного насмешливый взгляд. Память его не обманула. Перед ним стояла именно та таинственная незнакомка из ночного обоза.

– Проходи в избу! – любезно предложил он, прекрасно осознавая неуместность и даже дерзость высказанных им слов.

– Не откажусь! – на удивление, спокойно ответила гостья и вошла в помещение. – Ты ведь не отказался рискнуть собственной жизнью, кинувшись под копыта лошадей. Пришла поблагодарить тебя за этот поступок – и с этими слова девушка высыпала на стол горсть серебряных монет, испещренных затейливой арабской вязью.

– Деньги не возьму! – запротестовал Илья. – Даже если я чем-то и рисковал, то делал это совсем не ради этих блестящих серебряных кружочков!

– Хорошо! Если ты так категорично отказываешься от заслуженной награды, то не буду настаивать. Однако, если не ошибаюсь, сегодня день твоего ангела и в честь этого, столь знаменательного и приятного события я, как гостья, имею полное право сделать имениннику небольшой и скромный подарок, состоящий из горсти монет. Надеюсь, что в этом случае никаких возражений не будет.

– Гостья, конечно же, имеет право на подарок, – произнес совсем уже сбитый с толку юноша и стал поспешно накрывать на стол. – Да ты присаживайся.

– Ты сам готовил этот сбитень? – спросила девушка, попробовав медовый, настоянный на травах, напиток. Видимо, он ей очень понравился.

– Нет. К сожалению, я так не умею. Это мать варила, – удрученно ответил Илья, искренне сожалея о том, что не он готовил этот чудесный напиток.

– А почему её нет дома? – вновь спросила гостья.

– Сегодня с утра все ушли…, – юноша вдруг замолчал, но уже через мгновение уверенно добавил – к родственникам, в соседнюю деревню!

– Знаю я, к каким родственникам они ушли! – улыбнувшись, произнесла незнакомка – Сегодня к князю Ивану ваш батюшка приходил и жаловался на своих прихожан. Два дня назад они в церкви Великого Дмитрия воду святили, а сегодня, с самого утра, потянулись в сторону Черного ручья, на старое капище, славить Небесную Сваргу, купаться в проруби и пить сурью!

– Может и так, – неуверенно произнес Илья. – Не легко человеку в одночасье отказаться от веры предков!

– Ты прав. Должны пройти многие столетия, прежде чем люди перестанут поклоняться огню и кусту и будут настоящими христианами. Князь Иван так и сказал вашему священнику, что нужно иметь терпение и не обижаться на своих прихожан, которым совсем не просто разобраться, где есть истинная вера, а где мнимая. Батюшка ушел недовольный, – гостья замолчала, и в нависшей тишине было лишь слышно, как за стенами избы негромко завывал, постепенно успокаиваясь, холодный январский ветер.

– Завтра погода вряд ли измениться. Дым из трубы, как я заметил, стелется над самой землей. Нужно было бы и на охоту сходить, да в такую метель только зря по лесу пробегаешь. Пушных зверей в этом году днем с огнем не отыщешь. Летом налетал белый крылатый червь, и еловый лес остался без хвои. Мех дорогой будет – сменил тему разговора Илья.

– Верно, – согласилась девушка. – Мех подорожает, но и добыть его, как ты и сам говоришь, будет значительно труднее, чем в прошлые годы. Думаю, что заработать на этом вряд ли возможно. У меня есть несколько иное предложение. Завтра князь Иван устраивает охоту на вепря. Он очень хорошо платит своим охотникам. Может быть, и ты пожелаешь принять участие в этом мероприятии.

– Ты шутишь? Кто же возьмет меня на княжескую охоту! У Ивана Михайловича и своих ловчих достаточно. Они уже неделю живут в нашем городке и теперь знают все звериные тропы.

– Тропы то они возможно и знают, но местный охотник в таких делах лишним для князя не будет.

– Может быть оно и так, – согласился Илья. – Однако для того, чтобы меня взяли на такую охоту, необходима ещё и очень солидная рекомендация. Наш посадник, конечно, мог бы замолвить слово, да вряд ли он согласится о чем-то просить Великого князя, а других поручителей у меня здесь нет.

– А если я поручусь? – с лукавой улыбкой спросила гостья. – Что ты на это скажешь?

– Здесь и говорить нечего, – уверенно ответил Илья. – Я знаю, что ты из свиты князя Ивана, но ведь далеко не каждого человека, а тем более женщину, он выслушает. Если не ошибаюсь, то, судя по одежде, ты – ключница. Должность, конечно, большая, но, явно, недостаточная для того, чтобы князь Иван прислушался и согласился с мнением этой женщины. Ключница князю не указ.

– Возможно, что и так! – согласилась гостья. – Однако, мне уже пора возвращаться, а то Авдотья тревожиться станет.

– А кто такая эта Авдотья и почему она будет тревожиться?

– Авдотья – моя сестра!

– Тогда понятно! А у тебя самой, есть имя?

– Анной меня зовут! – произнесла гостья и, ещё раз попрощавшись с хозяином, вышла на крыльцо.

Илья долго наблюдал за тем, как она шла по узкой, заметенной снегом улице, как пересекла немноголюдную Торговую площадь и, наконец, скрылась в просторном доме городского посадника.

Глава 3. Неожиданное предложение

Было уже совсем темно, когда с капища, наконец, стали постепенно возвращаться многочисленные посадские жители. Пришла и семья Ильи, также встречавшая на Черном ручье восход Ярилы-Солнца. Ярким пламенем вспыхнули на стенах избы чадящие жировые светильники, загремела посуда и на столе появилось множество разнообразных молочных блюд, традиционно присущих этому древнему славянскому празднику.

– К столу! – раздался голос главы семьи, и все домочадцы дружно уселись на уже расставленные деревянные лавки.

Трапеза продолжалась недолго. Вскоре объемистые горшки опустели, и хлеба на столе тоже значительно поубавилось. Младшие забрались на печь, а остальные, немного прибравшись в помещении, тоже начали постепенно готовиться к ночлегу.

– Что-то ты сегодня, Илья, не в меру веселый! – заметила мать, наблюдая за поведением сына. – И сбитня в кувшине заметно поубавилось!

– Так ведь сегодня день моего ангела! – смущенно произнес Илья. – Да и к тому же, у меня были гости!

– Наверное, опять Хвощ приходил! – заметил отец, убирая со стола кувшин с остатками целебного, но теперь уже окончательно остывшего напитка. – Не было сегодня на капище этого человека.

– Нет, это был не Хвощ!

– А больше и некому. Все остальные твои одногодки ходили на Черный ручей и праздновали вместе с нами день пробуждение Ярилы-Солнца! Жаль, что ты не присутствовал на этом веселом и многолюдном празднике. Анастасия и та сегодня лазила в прорубь. Так ты все же скажи: кто приходил к тебе в гости.

– Сегодня поздравить меня с днем ангела…, – Илья вдруг умолк, увидев, как распахнулась дверь, и в избу, позвякивая тяжелыми металлическими доспехами, вошел незнакомый рослый дружинник, а вслед за ним переступил порог избы и испуганный городской глава.

– Кто здесь будет Илья? – немного осмотревшись, спросил незнакомец.

– Это тот, что под образами, в расшитой рубахе сидит! – услужливо подсказал посадник.

– Значит, ты и есть Илья!? – сурово произнес воин, взглянув на оробевшего юношу, и не дожидаясь ответа, добавил:

– Завтра Великий князь Иван Михайлович устраивает охоту на вепря. Как только рассветет, велено тебе прийти с конем на Торговую площадь, и выполнять все распоряжения сотника. Я понятно сказал!?

– Понятно! – упавшим голосом ответил Илья, хотя, в действительности, так и не понял, зачем именно он понадобился князю Ивану на этой, предстоящей, охоте.

Дружинник ушел. Вместе с ним исчез и сопровождавший его посадник. В доме повисла странная, тревожная, тишина.

– Илья, что это значит? – прервал всеобщее молчание отец юноши. – Почему князь Иван вдруг потребовал, чтобы именно ты присутствовал на этой охоте? Разве мало опытных следопытов в нашем городке? Такая честь выпадает далеко не каждому. В чем дело, Илья?

 

– Я не знаю. Я никогда не видел князя Ивана. Может быть, меня порекомендовал ему наш посадник? – удивленно произнес юноша, ещё не понимая, что происходит.

– Это вряд ли, – заметила мать. – Посадник и сам был напуган не меньше нашего. Здесь что-то другое!

– А может, это ключница попросила? – вдруг вспомнил Илья. – Она ведь сама предлагала мне принять участие в княжеской охоте!

– Что за ключница!? – одновременно, как по команде, спросили присутствующие.

– Пока вы были на капище, ко мне пришла ключница князя Ивана и за то, что я помог ей прошедшей ночью случайно не выпасть из повозки, предложила, в качестве награды, несколько серебряных монет. Я, естественно, отказался, и тогда она отдала их мне уже в качестве подарка к дню моих именин, – и с этими словами юноша достал из кармана небольшой сверток и положил его на стол.

– Да ты знаешь, сколько все это стоит!? – удивленно спросил отец, развернув тряпицу, в которой находились, подаренные Илье, серебряные монеты. – На эти деньги, по нынешним ценам, можно хорошую лошадь приобрести! Не подумал, откуда у ключницы такое богатство?

– Не подумал! – уже совершенно сбитый с толка, пробормотал Илья.

– Вот и оставь его одного! Теперь неприятностей не оберешься! – проговорила мать, глядя на поникшего юношу. – Ты хоть бы спросил, как зовут эту странную ключницу?

– Спросил. Анной зовут!

– Хорошо, что хотя бы имя её запомнил! Пойду к нашему посаднику, может быть там хоть что-то узнаю! – заторопилась мать и, накинув шаль, исчезла за дверью. В доме вновь воцарилась полная тишина. Илья понуро сидел на лавке и мысленно проклинал себя за собственную неосмотрительность. Так продолжалось, наверное, не менее получаса. Наконец дверь скрипнула, и в клубах морозного воздуха появилась женская фигура, укутанная в знакомую темную шаль.

– Новости плохие. Посадник и сам ничего толком не знает. Пришел к нему посыльный князя Ивана и потребовал немедленно проводить его в дом к человеку, по имени Илья, который ночью стоял в карауле. Что касается ключницы Анны, то нет у князя такой ключницы. Так с кем же это ты здесь, в нашем отсутствии, сбитень распивал? То, что не с Хвощем – это точно. Оказывается, этот расторопный юноша сегодня весь день находился на городской площади и уговаривал сотника замолвить за него словечко перед Великим князем. Очень хотел этот человек, чтобы взяли его на княжескую охоту, но старания Хвоща на этот раз оказались совершенно напрасны. Сотник не только наотрез отказал ему в просьбе, но ещё и пригрозил прилюдно выпороть купеческого сына за наглость и неуважение к своему господину. Или ты, сынок, все выдумал про эту Анну, или чего-то умышленно не договариваешь! – мать умолкла, и взоры присутствующих вновь устремились к Илье.

– Я ничего не выдумывал. Все было именно так, как я рассказал! – обиженно воскликнул юноша, оскорбленный таким недоверием. – Назвалась Анной. Ехала в княжеском обозе. И это все, что я знаю о своей, неожиданной, гостье.

– Ладно, братец! Не хочешь – не говори, но мне кажется, что тебе очень понравилась эта девушка! – подала свой голос Анастасия. Она, вместе с младшими братьями, до сих пор молча сидела на печи и с интересом наблюдала за происходящим.

– Да, она мне понравилась! – немного подумав, ответил Илья. – И симпатичная, и умная, и добрая!

– И, к тому же, очень богатая, если пригоршнями серебро раздает! – немного успокоившись, добавила мать. – Завтра узнаем, кто же, действительно, приходил к моему сыну и почему гостья назвала себя ключницей. Это очень высокая должность при дворе князя Ивана и едва ли её обладательница снизойдет до посещения какого-то неизвестного и весьма небогатого посадского человека. Нет, здесь что-то не так. Подождем до завтра и может быть что-то выясним относительно этой Анны. Меня, конечно, к княжеским хоромам и близко не пустят, а вот наш посадник обязательно там будет! Я уже попросила его поподробнее разузнать о той таинственной незнакомке, что сегодня была в этом доме и так понравилась нашему сыну, Илье. Ну а пока давайте готовить человека к завтрашней, предстоящей, охоте. Отец! Овса коню не жалей – не каждый день твой сын вместе с князем охотится. Кожух нужно хороший достать да валенки новые!

Ночь прошла в сплошной суете, и лишь под утро Илье удалось немного заснуть. Ещё не рассвело, как он был уже на ногах. Тугой дубовый лук с полным колчаном стрел и остро отточенная рогатина были вновь проверены и накрепко приторочены к седлу. Наконец, едва лишь только забрезжил рассвет, юноша взял коня под уздцы и направился к указанному месту. Метель понемногу стихала, но было совершенно ясно, что она ещё долго не успокоится.

На площади, не смотря на столь ранний час, было уже многолюдно. Все суетились, собирались небольшими группами и вновь расходились, выполняя поручения старших. Подойдя к одному из дружинников, Илья спросил, где ему найти сотника и, получив ответ, заспешил в сторону воина, одетого значительно богаче других.

– Меня зовут Илья! Вчера приходил посыльный князя Ивана и сказал, что я поступаю в ваше распоряжение, – произнес юноша, поравнявшись с указанным ему человеком. Тот даже не обернулся и, лишь выдержав небольшую паузу, произнес:

– Жди здесь, пока не узнаю, кто и зачем тебя прислал!

Наконец, отдав последние распоряжения, сотник удалился. Илья ещё немного постоял, переминаясь с ноги на ногу, потрепал холку своего коня и, не торопясь, сел в седло. Осмотревшись, он заметил на краю площади свою мать и городского посадника, который о чем-то разговаривал с дружинниками.

– Ты уже здесь!? – раздался над ухом знакомый голос, и, обернувшись, юноша увидел рядом с собой вчерашнюю гостью. Теперь она была одета в добротный полушубок, сшитый из рысьего меха, на голове – кунья шапка, а красные кожаные сапожки лишь дополняли её столь дорогой, но вполне удобный для охоты наряд.

– К сожалению, Илья, погоняться за зверем тебе сегодня не удастся! – продолжила девушка. – Авдотья строго-настрого наказала никуда от меня не отъезжать. Ведь на охоте всякое может случиться! Она тоже собиралась поехать вместе с мужем, да вот что-то немного приболела!

– Мало ли, что твоя Авдотья наказала! Сейчас придет сотник и распорядится, что мне делать дальше. Меня слуга князя Ивана послал именно к нему, а не к твоей сестре. Да, вот ещё что! Скажи, а не Анна ли постаралась, чтобы меня взяли на эту княжескую охоту!? – спросил Илья.

– Да! Но ты же сам хотел поучаствовать в этом, столь престижном и к тому же хорошо оплачиваемом мероприятии и ещё категорично утверждал, что моё ходатайство будет совершенно безрезультатным! Как видишь, скромная просьба дворовой ключницы не осталась без должного внимания! – загадочно улыбнувшись, ответила Анна.

Между тем, из дома, где находился князь Иван, вышел уже знакомый сотник и, не останавливаясь, быстрыми шагами, направился в сторону Ильи. Не обращая внимания на юношу, он низко поклонился его собеседнице и произнес:

– Ни на шаг не отходи от Анны! Головой за нее ответишь! Ты все понял!

– Да, я все понял! – ответил Илья и с удивлением посмотрел на девушку. Та, поймав его вопросительный взгляд, лишь вновь загадочно улыбнулась и промолчала. Замолчал и Илья, любуясь своей таинственной и красивой спутницей. Если бы он, на мгновение, обернулся, то непременно бы заметил, как на краю заснеженной площади вдруг мгновенно побледнел их всегда спокойный и невозмутимый посадник, а затем склонился к его матери и что-то ей прошептал. Женщина на мгновение замерла, ноги её подкосились, и она медленно осела в сугроб.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10 
Рейтинг@Mail.ru