Никита Тихонов Риона Санчез. Часть 2. Нить судьбы

Глава 7. Первый этап

Первый этап игр приближался.

Однажды Риону разбудил странный шум за окнами.

— Что происходит? — она повернулась к Хильде, но подруги уже не было в комнате.

— Как и всегда, — с грустью пробормотала Риона и выбралась из постели.

Сегодня занятий не было, и столь раннее пробуждение стало для студентов неприятной неожиданностью.

Риона быстро умылась, надела свои любимые джинсы и футболку, накинула зеленую толстовку и, сунув ноги в разбитые кроссовки, вышла на улицу.

Территорию школы было не узнать — повсюду туда-сюда сновала строительная техника, часть дорожек уже были перекопаны, на месте стадиона теперь образовался огромный пустырь, трибуны и стойки ворот были куда-то убраны.

— Что происходит? — рядом с Рионой, зевая и поеживаясь от утренней прохлады, стояла Дарья Озендок. — Что за стройка началась?

— Не знаю, — Риона с любопытством смотрела, как огромный бульдозер перевозит гору деревянных брусьев, — видимо, готовятся к играм.

Мало-помалу остальные студенты тоже высыпали из своих комнат и с удивлением наблюдали а кипящей вокруг работой.

— Риона, нам пора — кто-то коснулся плеча девушки.

Она обернулась и увидела Ореста. Тот был одет в джинсовую куртку на заклепках, линялые светлые джинсы и высокие ботинки со шнурками.

Риона хлопнула себя по лбу: как она могла забыть, ведь сегодня первый день дополнительных занятий! Сегодня Орест должен провести ее в конюшни.

Колени девушки затряслись — она с ужасом представляла, что ей придется взаимодействовать с лошадьми, находиться с ними на расстоянии вытянутой руки, прикасаться к ним, да что там — ей предстоит ездить!

«Может, ну их, эти игры? Лучше пойду посплю» — снова подумала она.

Однако девушка отогнала от себя малодушные мысли. Если она желает помочь Оресту, желает вывести Макэдона-старшего на чистую воду, помешать его планам по захвату мира, то ей необходимо преодолеть себя и победить свой страх.

К тому же, она будет не одна — с ней Орест, а значит, все будет хорошо.

Риона и Орест незаметно отделились от толпы студентов и направились к северо-западному краю долины, где располагались конюшни.

Осень уже вовсю вступала в свои права. Солнце поднялось над вершинами гор, но еще не успело прогреть воздух, дыхание вырывалось изо рта облачками пара, морозный горный воздух слегка щипал щеки.

— Орест, расскажи, а как ты научился ездить верхом и вообще обращаться с лошадьми? — Риона очень сильно беспокоилась и хотела поговорить. Она рассчитывала получше узнать Ореста и поучиться на его примере.

— Моя мама очень любила лошадей, — ответил Орест, чуть замедляя шаг, — под ее началом было несколько питомников. Она обожала конные прогулки и часто брала меня с собой.

— А отец? — Риона не могла не задать этот вопрос.

— Отцу было все равно, — резко ответил Орест, — ни лошади, ни кошки, ни собаки, ни даже родной сын не интересовали его. Его интерес — это власть и деньги.

— Прости, я не хотела тебя разозлить, — Риона пожалела, что завела этот разговор.

— Ничего, — голос парня смягчился, — ты же его не знаешь так, как я. Да и никто, наверное, не знает. Для всех он — сумасбродный миллиардер со странностями, безобидный, любящий мишуру, краски и веселье. Такой человек-праздник.

— Да, многим он кажется именно таким, — кивнула Риона, — но мне кажется, что это лишь маска.

— Так и есть, — Орест остановился и повернулся к подруге, — ты видишь суть, замечаешь то, что для других скрыто. Ты чувствуешь ложь и видишь правду.

— Это просто наблюдения, — смутилась Риона. — Вечно веселый и жизнерадостный человек, который никогда не грустит и не унывает — это странно. У такого человека явные проблемы с психикой.

Орест рассмеялся, задрав голову к небу.

— Ты очень точно описала его состояние.

— Лучше расскажи мне о матери, — попросила Риона, — какой она была? Где она сейчас?

— Мама была замечательным человеком, — сказал Орест, сорвав с дерева желтеющий лист, — я не представляю, как она сошлась с отцом. Ведь они были полными противоположностями. Мама была искренне живая, веселая — не как отец, не напоказ. Она была добра со всеми. Она учила меня быть добрым к людям и не относиться к ним, как средству достижения своих целей.

— Что с ней случилось? — Риона догнала Ореста и взяла его за руку.

— Они отправились с отцом в путешествие на яхте. Мне тогда было десять. Это была их годовщина... Шанс наладить разваливающиеся отношения, побыть вдвоем, вдали от мира и дел. Я остался в поместье под присмотром Селезии. Однажды ночью бушевала страшная гроза. Молнии сверкали почти непрерывно, я не спал. Я вообще плохо спал, когда матери не было дома. Так вот, я смотрел в окно и увидел, как к дому подъехал автомобиль, из него вышел отец, он распахнул заднюю дверь и вытащил оттуда продолговатый сверток, завернутый в белую ткань.

Риона с ужасом посмотрела на Ореста. В глазах парня стояли слезы.

— Я не знал, что было в том свертке. Отец не поднялся ко мне. От страха я забрался в кровать и укрылся одеялом с головой. Гроза бушевала всю ночь, я слышал, что двери моей комнаты открывались, кто-то заглядывал ко мне, но не пытался разбудить. А на утро мне сказали, что во время шторма мама вышла на палубу, сильный порыв ветра сломал мачту и она ударила маму по голове.

— Какой кошмар, — Риона крепче сжала руку Ореста, — мне так жаль.

— Врачи подтвердили эту версию, — Орест смахнул с глаз слезы, — отец отлично изображал горе от потери жены, но я ему не верил! Не верю до сих пор! Мне удалось найти ту самую яхту, я забрался в один из сухих доков и нашел там доказательство его вины.

Орест умолк. Грудь его бурно вздымалась от ненависти и ярости.

— Мачта яхты была цела, — процедил он сквозь плотно сжатые зубы, — она не была ни обуглена, ни сломана. Она выглядела совершенно целой!

— Он соврал тебе! — воскликнула Риона. — Но как же врачи и эксперты?

— С его деньгами и средствами он мог купить кого угодно, — пожал плечами Орест. — Не составило труда подкупить нужных людей, которые выдали заключение в его пользу.

Орест отступил на шаг и отвернулся от Рионы. Она подошла и нежно обняла его. Руки ореста обвили ее талию. Девушка подняла голову и их губы встретились.

Первый поцелуй Рионы оказался сладко-горьким и соленым от слез.

Она не знала, сколько они простояли, целуясь, но спустя, как ей показалось, вечность, Орест разжал объятья.

— Нам нужно торопиться, — сказал Орест, — необходимо подготовить тебя к первому этапу игр.

Риона кивнула и последовала за Орестом.

У конюшен было тихо. Работники получили свой заслуженный выходной и наслаждались им в своих домах.

Молодых людей у входа в стойла встретил лишь один смотритель.

— Эй, молодежь, вы чего тут забыли? — молодой парень, не старше двадцати пяти лет, вышел из конюшни и направился к ним. — Ту вообще-то нельзя школьникам шляться.

— У меня есть разрешение от мистера Гестона, — Орест протянул парню сложенный вчетверо листок. Он разрешил нам присмотреться к лошадям и прокатиться верхом.

— Ну, если Гестон разрешил, — парень растянул в улыбке толстые бесформенные губы, обнажив ряд грязных неровных зубов, — тогда, конечно, можно.

Смотритель долго изучал протянутую Орестом бумажку, шевелил губами, словно с трудом разбирал буквы, но наконец протянул листок обратно и кивком указал на конюшню:

— Проходите, — он отошел в сторону, — позовете, когда решите прокатиться.

Орест шел впереди, Риона, чуть оробев, шла следом.

Стойла располагались по правую и левую сторону от входа. Лошади фыркали и ржали, улавливая запах незнакомцев.

— Они чувствуют твой страх, — Орест протянул руку Рионе, — оттого и беспокоятся.

— Я тоже беспокоюсь, — с нервным смешком сказала девушка, — мне тоже начать ржать?

Орест рассмеялся. Его смех, чистый и искренний, позволил Рионе чуть расслабиться.

— Давай попробуем познакомиться с кем-то из здешних обитателей? — предложил Орест.

— Уже? — испугалась девушка. — Я думала, что сегодня мы просто посмотрим на них.

— Мне казалось, ты хочешь выиграть? — Орест приподнял брови. — Если просто смотреть на лошадей, то не научишься на них ездить, не сможешь ими управлять, не установишь связь — и тогда точно проиграешь. Если ты не готова переступить через свой страх, то может, мы зря сюда пришли?

Риона сжала зубы и направилась к ближайшему стойлу.

— Ой, ой! Туда лучше не соваться, — смотритель появился словно из ниоткуда, — слишком норовистая кобылка! Когда ее привезли, понадобилось пять человек, чтобы ее сюда затащить!

— Риона, давай начнем с других лошадей? — Орест с тревогой посмотрел на подругу.

Однако Риона продолжала идти к стойлу. За деревянной дверцей было странно тихо. Если другие лошади ржали, переступали копытами и фыркали, то этот загон казался совсем нежилым.

— А почему там свет не горит? — спросил Орест у смотрителя.

— Так она все лампы побила-то! — воскликнул тот. — Уж не знаю, как ей это удалось! К ней никто заходить не хочет, еду да воду у края оставляешь — да отскакиваешь побыстрее!

— Риона, давай пойдем дальше, — Орест сделал шаг к девушке, чтобы схватить ее за плечи и оттащить, но Риона подняла руку во властном жесте, заставляя Ореста замереть на месте.

— Чегой-то она удумала? Эй, девчонка, тебе что, жизнь не мила? Ну-ка, не лезь к ней!

Риона резко повернулась и посмотрела конюху в глаза. Смотритель схватился за горло, словно поперхнувшись словами.

— Как ее зовут? — холодно процедила она.

— К-кого? — смотритель таращил на Риону полные ужаса глаза.

— Ну не тебя же! — в голосе Рионы зазвенела ярость.

— Кефалия! Ее зовут Кефалия, — ответил парень, — хватит так на меня смотреть, пожалуйста!

Риона отвернулась от ребят и направилась к стойлу. Амулет Гора на ее груди потеплел. Она чувствовала, что делает все правильно.

Она распахнула дверь загона. Позади громко пискнул смотритель, но быстро зажал себе рот руками и предпочел скрыться подобру-поздорову. Риона ступила в темноту стойла.

— Кефалия, не бойся, я не причиню тебе вреда, — тихо сказала она, на ощупь ступая по сухой соломе, — поверь, я боюсь не меньше тебя.

Девушка вытянула руку и осторожно, шаг за шагом, продвигалась вперед. Глаза привыкли к полумраку и она различила у дальней стенки стойла силуэт лошади.

Кефалия косилась на девушку, прижимала уши и била копытом в землю.

— Я тебя не обижу, — продолжала говорить Риона, делая еще один шаг.

Наконец ее ладонь коснулась теплой шерсти животного. Риона ощутила, как по ее пальцам прошла дрожь. Кефалия дико заржала и встала на дыбы.

— Риона! Выходи оттуда скорее! — раздался снаружи голос Ореста. — Это была плохая идея! Черт с ними, с этими играми! Главное, чтобы ты была в порядке!

— Не слушай, не слушай никого, — Риона подождала, пока лошадь немного успокоится и снова замрет на месте, — слушай только мой голос.

Риона провела ладонью по боку Кефалии, ощутила ее напряженную, изогнутую шею, под бархатистой кожей животного перекатывались сильные мышцы.

— Пойдем с тобой, прогуляемся? — предложила девушка. — Надоело, наверное, тут торчать?

Риона нащупала повод и взяла его в руки. Кобыла протестующе заржала.

— Я не стану тебя принуждать, — сказала Риона, — но мне нужна твоя помощь. Здесь так темно, я не выберусь сама!

Знак сокола пульсировал под кожей девушки в такт ее сердцу. Кефалия вдруг склонила голову и спокойно прошла мимо Рионы. У самого выхода она остановилась и легко потянула повод, что все еще был у девушки в руке.

— Я иду за тобой, — с улыбкой сказала Риона и направилась к свету.

— Мать честная! — только и смог вымолвить смотритель, когда Риона и Кефалия появились из пещеры.

Лошадь шла, нервно перебирая копытами. Она явно боялась чего-то, но все же преодолевала свой страх. Точно с такими же чувствами под яркие лучи солнца ступила и Риона. Все внутри нее дрожало от страха, но девушка заставляла себя идти и разговаривать спокойным голосом.

— Вот видишь, ничего страшного здесь нет, — снова и снова повторяла она, — мы с тобой справимся со всем!

Кефалия остановилась, по ее телу пробегала нервная дрожь.

— Что дальше? — Орест остановился в нескольких шагах от подруги.

— Она чего-то боится, — Риона присматривалась к лошади, — смотри, она старается повернуться мордой к солнцу! Она боится своей тени!

— Тогда надо сделать так, чтобы она ее не видела! — воскликнул Орест. — Поверни ее мордой к свету!

Риона мягко потянула повод и Кефалия заняла нужное положение.

— Ты уверена, что хочешь поехать на этой лошади? — Орест с сомнением посмотрел на Кефалию, а затем на Риону.

— Уверена, — кивнула девушка, — я поеду только на ней. Только вместе мы сможем выиграть гонку.

— Ну хорошо, давай попробуем, — кивнул Орест.

Он принес седло и упряжь, ловко надел сбрую на Кефалию.

— Теперь забирайся в седло, — сказал он, придерживая для Рионы стремя.

Девушка еще раз погладила Кефалию и поставила ногу в стремя. Она оттолкнулась от земли и одним движением оказалась в седле.

— Ты точно никогда раньше не ездила верхом? — с восхищением сказал Орест.

Риона напряженно кивнула.

— Все будет хорошо, я не причиню тебе вреда, — прошептала она на ухо лошади, — доверься мне.

Наездница осторожно прикрыла глаза Кефалии ладонями.

— Попробуй проехаться, — сказал Орест, — медленно и осторожно. Теперь вы — единое целое, она считывает твои эмоции, а ты чувствуешь ее. Вам нужно соединиться, найти гармонию, тогда ваши страхи отступят.

Риона чуть тронула коленями бока лошади. Кефалия осторожно переступила копытами и пошла прочь от пещеры. Девушка удивилась: как, оказывается, легко удержаться в седле! На скейте учиться ездить было и то сложнее! А тут нужно было довериться лошади — и все!

— Ты мне доверяешь? — спросила Риона и Кефалия утвердительно заржала.

Тогда девушка убрала ладони с глаз кобылы.

Кефалия сначала нервно вздрогнула, но, почувствовав уверенность всадницы, пошла спокойным шагом вокруг небольшого пятачка земли перед пещерой.

— Вот это да! — из-за ограждения на Риону восхищенно глазел смотритель. — Я уж думал, на колбасу ее придется пустить, раз никто сладить не может!

Кефалия презрительно фыркнула на этот комментарий.

— Ты бы помолчал лучше, — посоветовала Риона парню, — так ты умнее выглядишь.

Из пещеры выехал Орест. Он выбрал себе черного коня с длинной шелковистой гривой.

— Ну, что, пора прокатиться? — с улыбкой сказал Орест Рионе и направил коня к роще. — Приближаться к кампусу не станем, но здесь в округе вполне можем прокатиться.

Риона кивнула и чуть тронула поводья.

Кефалия, ощутившая свободу, рванула стрелой прочь от опостылевших конюшен. Риона чудом удержалась в седле и теперь судорожно цеплялась за поводья, пригибая голову, чтобы не удариться об низкие ветви.

Позади слышался бешеный перестук копыт: Орест мчался за Рионой, пришпоривая коня и низко пригнувшись к гриве.

Риона наклонилась и зашептала на ухо Кефалии.

— Все хорошо, тебе ничего не угрожает. Я понимаю, что ты соскучилась по свободе и бегу, но сейчас нужно остановиться. У тебя еще будет шанс показать, на что ты способна!

Кефалия сбавила скорость и перешла на размеренный шаг.

Орест спустя мгновение оказался рядом с Рионой.

— Я думал, что мы для начала проедемся спокойным шагом, — нервно сказал он, поглядывая на Риону и ее лошадь, — а тут такие скачки! Ты как?

— Перепугалась сперва, — ответила та, — но мы сумели договориться, верно?

Кефалия утвердительно фыркнула.

Около часа после этого Орест и Риона катались на лошадях и болтали обо всем на свете.

— Пора возвращаться, — сказал парень, разворачивая коня, — не стоит злоупотреблять добротой смотрителя, а то в следующий раз нас не пустят.

Риона грустно вздохнула и направила Кефалию в сторону конюшен.

— Эй, посмотри, как у тебя тут уютно! — воскликнула Риона, заводя Кефалию в стойло.

Парнишка-смотритель за время отсутствия успел почистить загон и поменять разбитые лампы.

Риона протерла бока Кефалии и насыпала овса в ясли.

Лошадь мягко взяла девушку губами за рукав толстовки.

— Мне тоже очень понравилось, как мы провели время, — Риона потрепала кобылу по холке, — обещаю, я вернусь к тебе, как только смогу. А потом мы вместе выиграем гонку!

Риона заглянула в огромные глаза Кефалии. Она ощутила, что сделала правильный выбор, что это животное никогда не предаст, что в ней она нашла верную подругу и соратницу.

Орест и Риона попрощались со смотрителем и отправились к кампусу.

На выходе из рощи они наткнулись на Хайне и Хильду.

— Так и знал, что ты будешь жульничать, — сказал парень, обращаясь к Оресту, но слова адресованы были Рионе.

— В чем твоя проблема, Хайне? — Риона посмотрела в глаза бывшему другу.

— Я не хочу, чтобы ты пострадала, — ответил тот, — эти игры слишком опасны! Я не знаю, для чего его папаша их затеял, но чувствую, что дело нечисто!

— Я не собираюсь подвергать Риону опасности, — возмутился Орест, — если ты ее друг, то должен это понимать! Или ревность совсем затмила твой разум?

— Что? Какая еще ревность? — щеки Хайне вспыхнули. — Я тебя одолел один раз, и второй раз у меня получится, так что не зарывайся!

— Тебе просто повезло, — ответил Орест, — если бы не твой подлый прием, я бы выиграл! Это было понятно всем!

— Может и так, но жизнь — это не ромашковое поле, всегда нужно быть готовым к подлым приемам! — ухмыльнулся Хайне.

— Вот именно ими ты и пользуешься! — воскликнула Риона. — Я считала вас друзьями, но теперь вижу, как ошибалась!

Кипя от гнева, Риона прошла мимо Хайне и Хильды и направилась в сторону общежития.

Территория школы за несколько дней изменилась до неузнаваемости. Строительная техника с логотипом компании Макэдона перекопала весь ландшафт.

Теперь на месте ровных дорожек проложили широкую трассу, на которой вполне могли бы разъехаться пара автомобилей.

— Что же они тут строят? — Риона, уставшая уже от постоянного шума, захлопнула окно.

— Ипподром, — ответил Орест, — они строят место для соревнования колесниц! Обалдеть, вот уж не думал, что отец настолько серьезно подошел к этим игры!

Ипподром рос с каждым днем. После того, как закончили прокладывать трассу, возвели трибуны для зрителей. Сооружение казалось колоссальным.

— Зачем так много мест? — удивлялись ученики. — Как будто финал чемпионата мира по футболу готовимся принимать!

Макэдон время от времени появлялся на территории школы, раздавал указания рабочим, согласовывал какие-то отчеты и бумажки с Донной.

Директриса ходила мрачнее тучи. Мало того, что по прихоти главы попечительского Совета территорию школы перелопатили, так еще и по этой самой территории теперь сновала куча рабочих.

— Я столько сил положила на то, чтобы укрепить безопасность школы, а вы это все превратили в фарс! — возмущалась она при встрече с Макэдоном. — Скажите, что нам делать с этим вашим стадионом после того, как соревнования закончатся?

— Не переживайте, директор, когда игры завершатся, всю территорию школы я приведу в прежний вид до последней травинки! — Макэдон улыбался открыто и искренне. — А сейчас мы создадим ощущение масштабности и важности происходящего! Эти игры будут помнить! Победителя воспоют в легендах!

— Я надеюсь, что мне не придется разбираться с последствиями вашего самолюбия, — холодно ответила Донна.

В ночь перед первым этапом Риона спала плохо. Она долго ворочалась в постели не в силах заснуть. Все раздражало — и лунный свет, пробивавшийся через щели в шторах, и слишком мягкая подушка, и слишком теплое одеяло, и волосы, что постоянно лезли в лицо.

Проснулась она нервной и истощенной со смутным чувством беспокойства.

За окнами гремела музыка, казалось, военный оркестр настраивал инструменты. Хильды в комнате уже не было. На самом деле, Риона даже не знала, ночевала ли подруга сегодня здесь или в обиде ушла куда-то еще.

С раннего утра проводились отборы для участия в гонках. Студенты приходили на ипподром, где располагались стойла с лошадьми. Ученики Фалько Россо пытались укротить и оседлать выбранного скакуна.

Все прошли подготовку у Гестона, но это были лишь поверхностные уроки, так что отсеяться должно было большинство студентов.

Риона переоделась в форму всадницы и тоже направилась к ипподрому.

У вольеров, расположенных в центре собралась толпа. То и дело кто-то из подростков заходил в вольер и пытался оседлать понравившегося коня. Удавалось это немногим. Те, кто обзавелся «транспортом», отходили в сторону, лошади счастливчиков тоже стояли особняком от остальных.

Риона издалека заметила Кефалию. Кобыла стояла в дальнем углу загона, к ней никто не решался подступиться.

— А вот и вы, мисс Санчез, — Гестон с вежливой улыбкой поприветствовал девушку, — боюсь, что вы припозднились. Осталась только вот эта лошадь, а она никого пока к себе не подпустила.

Риона посмотрела на историка, Гестон лукаво улыбался ей — парнишка-смотритель, верно, рассказал ему о том, на какой лошади скакала Риона.

— Что ж поделать, — вежливо ответила она, — видимо, придется мне договариваться с ней.

Риона вошла в загон и твердым шагом направилась к Кефалии. Лошадь издала радостное ржание и тряхнула гривой, когда Риона приблизилась к ней и нежно потрепала ее по холке.

Девушка подхватила поводья и несколько раз провела Кефалию кругом по загону.

Из толпы наблюдавших за ней студентов послышались возгласы одобрения и даже аплодисменты.

Риона повела Кефалию на поводу к выходу.

— Что ж, прекрасно, — кивнул ей Гестон, — это отличная лошадь. Думается мне, вы окажетесь достойным соперником для остальных участников заезда.

— А когда начнутся соревнования? — спросила Риона

— Мистер Макэдон назначил церемонию открытия игр на пятнадцать ноль-ноль, — Гестон чуть поморщился, — после нее начнется заезд. А пока вы можете отдохнуть и подготовиться к соревнованиям.

Риона погладила Кефалию по бархатистой коже и отвела ее в личный загон. Лошади будущих участников игр стояли отдельно друг от друга, в специальных отделениях.

— Эй, ты! — Риона обернулась и увидела того самого паренька-конюха. — Я буду за тебя болеть! Учти, я поставил на твою победу половину своего жалования, так что, пожалуйста, не подведи, иначе мне есть будет нечего!

Риона рассмеялась и пообещала смотрителю приложить все усилия ради победы.

Прошедших отбор студентов оказалось не так много: Дарья Озендок, Брайан О'Хара, Шапур, Орест и, к удивлению Рионы, Хайне.

— Я рад, что тебе удалось пробиться в число участников, Санчез, — Дарья сухо пожала протянутую Рионой руку, — учти, однажды ты меня уже обогнала, но теперь я не дам тебе такой возможности!

— Я знаю это, — усмехнулась Риона, — только и ты имей ввиду, что я не намерена проигрывать тебе!

— Отлично, — глаза девушки блеснули, — мне хочется честной борьбы с равными соперниками!

— Эй, Санчез, а ты уверена, что будешь видеть трассу? — долговязый О'Хара с интересом рассматривал Риону. — Ты хоть поводья-то удержишь в своих хилых ручонках?

— Не переживай, Брайан, — парировала девушка, — у меня хватит сил не только на то, чтобы тебя обойти, но и помочь тебе добраться до финиша!

Шапур молча кивнул Рионе, пристально глядя на нее из-под своих густых черных бровей.

Хайне демонстративно отвернулся.

— Орест! Я рада, что ты тоже участвуешь, — Риона сжала плечо парня, — у тебя есть все шансы на победу!

— Посмотрим, — со смехом отозвался парень, — в прошлый раз я получил синяки и ссадины, а не первый приз!

— Я уверена, что Гестон тогда выиграл нечестно, — ответила Риона, — в этот раз все будет иначе.

— В этот раз все будет совсем по-другому, — кивнул Орест, — теперь твои соперники — это не сдержанный учитель, а твои ровесники, они — твои конкуренты, которые так же как и ты жаждут победы. В пылу гонки легко позабыть, что это всего лишь игра и что здесь не решается чья-то судьба. Это просто глупые игры, которые проводит тщеславный и пустой, в сущности, человек, только для того, чтобы потешить свое самолюбие!

Риона промолчала — она знала, что все совсем не так. В этих играх и вправду будут решаться судьбы людей. Если Макэдон заполучит узел, то история человечества пойдет по новому пути. Риона пообещала помешать ему и она сдержит слово. Мотивы Гестона ей не понятны, но и у него наверняка есть свои цели. Риона не собиралась играть по правилам этих древних дураков, которые считают себя мудрее других. Узел не достанется Макэдону. Мир не станет стонать под пятой очередного диктатора. Хватит. У каждого человека своя судьба, и судьбы людей переплетаются и свиваются в такие узлы, что древнему царю Гордию и не снились!