Никита Кочергин Катарина и божественный серп

Глава 1

Нигилус

Темно, словно на глаза вылили чернила. В окнах невозможно было различить ни силуэта. Лишь пара свечей на подоконнике — одинокие, и их слабое, дрожащее пламя едва-едва разгоняло тьму на ладонь, не больше. Они светились так скупо, будто каждая из них знала: этого света всё равно никто не заметит. Пламя покачнулось от лёгкого ветерка, кто-то легонько приоткрыл дверь, и в комнату ворвался запах улицы, сырости и скотины. Где-то на улице вдалеке раздался лай собак. Кто-то с силой пытался открыть дверь, дверь поддалась, дерево застонало. Половицы на себе почувствовали вес ступающих осторожных кошачьих шагов.

Нечто передвигалось осторожно, бесшумно, словно тень. Сливаясь с темнотой, не подавая вида, что тут кто-то есть. Лишь иногда поскрипывание половиц выдавало чьё-то присутствие. Нечто приближалось с осторожностью — каждый шаг делался так, как ступает кошка, готовая в любой миг замереть или метнуться в сторону. Каждое движение было последним, словно следующего может и не быть. Осторожность превыше всего. Даже дыхание затаилось, и воздух, казалось, боялся коснуться стен, чтобы не выдать незваного гостя.

Дойдя до стеллажа, силуэт замер. Он искал что-то конкретное, и этим конкретным был я. Взяв меня за рукоять, я удивился: нечто оказалось всего лишь девчонкой. Но поразило меня другое — она не испытывала страха, она знала, за чем пришла. Это была не просто девчонка, внутри неё был дух воина. По моим ощущениям ей было лет четырнадцать, вся в чёрном, лишь глаза были видны. Интересно, знает ли она, что я не просто гладиаторское оружие?

Я ждал. Я могу долго не показывать свою истинную мощь и быть довольно обычным, а то и посредственным серпом из чёрного серебра. Многие воины, которые сражались мною, даже не подозревали, что в их руках находится нечто большее, чем просто серп. Можно попробовать дать о себе знать и немного напугать юную леди.

Давно же я не выпускал свою силу. Последний, кто брал меня на арену, не продержался там и пары минут — я даже не успел пошутить над бедолагой. А вот кто успел пошутить над ним, так это жизнь. Собрав немного энергии, я выпустил разряд по своей рукояти. Девчонка заговорила строгим голосом:

— Ты чего удумал?

Она знает?

— Да, Нигилус, я знаю!

Интересно, давно я не встречал людей, которые знают, кто я такой. Откуда она знает моё имя и как она меня нашла?

Я уже не первый год нахожусь в этом посредственном арсенале гладиаторов. За всё это время никто даже не то чтобы почувствовал, что я — древнее оружие, выкованное самим богом. Они меня по внешнему виду от обычного серпа отличить не смогли, хоть видок у меня сейчас так себе.

Собравшись с мыслями, я прозвучал у неё в голове звонким голосом диктора, объявляющего бойцов перед боем. Обожаю этот голос перед началом гладиаторского боя.

— Встречайте, собственной персоной, оружие древних богов — НИГИЛУС!

Девчонка, услышав это у себя в голове, не повела и бровью. Она стояла, всматриваясь в стеллаж так, будто меня ей было недостаточно.

Она повертела головой, осматриваясь, поняла, что больше ценного нет, и заговорила:

— Ну привет, Нигилус. Да, я знаю, что ты оружие древних богов и участвовал в первых гладиаторских боях.

Да, девчонка не промах. Видно, что она подготовилась, прочитала не один учебник истории. Я помню те первые бои — они отличались от нынешних. Те были более жестокие, кровожадные, животные. Не то что сейчас.

— Ты Нигилус! Серп из черного серебра, выкованный Маллиусом! Участвовал в первых гладиаторских боях в Куру́ме, Ту́рше, Га́рре. Был оружием полководца Люция. Был символом свободы и освобождения, преподнесён в дар Казраку. Интересно тебе, кто я такая?

Впечатляет. Хорошо подготовилась. Значит, она искала меня, это не просто ограбление арсенала с целью наживы — она пришла конкретно за мной. Осталась ещё одна маленькая деталь: почему именно я?

— Да, теперь ты мной владеешь, юное дитя. Но позволь поинтересоваться: ради чего ты рискуешь?

Скорее всего, если она знает, кто я такой, значит, знает и то, что моя цена — это кровь, неважно чья — моего хозяина или жертвы. По сравнению с другими, мне подобными, моя цена не столь велика. Наверное, как посмотреть. От своего хозяина я требую кровь всё чаще: для начала раз в пару месяцев, далее раз в месяц, и так доходит до того, что хозяину необходимо кружиться в диком танце, шинкуя всех без разбору, — ну или я высосу всю кровь словно огромный комар.

Девчонка сильнее сжала меня. Это её звёздный час. Не один год жизни ушёл на мои поиски. Сколько раз она представляла этот момент? А могла бы сейчас танцевать с каким-нибудь принцем на балу. Я в предвкушении — ради чего она рискует, похищая меня из гладиаторского арсенала? Обычно кража способствует дальнейшему богатству вора, ну или смерти. Но как она сможет доказать, что я — оружие богов? Я по своей воле могу прикинуться обычным гладиаторским серпом, и получит она за обычный серп пару монет — их даже на похлёбку с пивом не хватит.

— Я хочу убить Сертория Феркса, — сказала она. — Так что ты в этом мне поможешь. Сегодня мы с тобой нападём на него.

— Чего?!

— Что из сказанного тебе непонятно?

— Тебе лет-то сколько?

Она вообще в своём уме, я от такой глупости затупился.

— Я уже достаточно взрослая.

— Достаточно взрослая, чтобы сдохнуть!

— Ты мне подчинишься, хочешь ты того или нет. И да, как ты уже понял, я очень много о тебе знаю.

— Давай так. Первое: я уже давно на пенсии, и никаких мне геройских подвигов и актов мести не нужно. Возьми себе любое другое оружие со стойки и иди убивай кого хочешь, а меня положи туда, откуда взяла!

Она достала флакон с кровью и капнула на меня каплю. Меня начало разрывать изнутри. Ярость, чистая животная, с которой гладиатор вступает в бой, кромсает всех на своём пути. Давно я не чувствовал этого наслаждения. Я был в шоке: откуда у неё флакон с кровью воина крови? Если бы у меня были глаза, то в них сейчас можно было бы прочитать: «ОТКУДА ЭТО У ТЕБЯ?»

Как же офигенно снова почувствовать вкус воина крови. Столетия прошли с тех пор, как я испил последнего воина.

— Ты меня заинтриговала. Откуда у такого юного создания такая редкость?

Девчонка молчала. Сколько это будет продолжаться? Данной кровью обладали первые гладиаты, действие их крови насыщает нас сильнее обычной, что позволяет пользоваться нами куда дольше без негативных эффектов. Если она даст мне ещё пару капель, я готов буду помочь ей и покинуть этот замшелый гладиаторский арсенал, в котором находилось подобие оружия: тупые мечи, ржавые щиты. Склад хоть и был огромным, но наполнение могло желать лучшего. Стены облезлые, пахло потом и мочой. Через своих владельцев я мог видеть и чувствовать то же, что и они. Я бывал в куда лучших арсеналах. Но всё это в прошлом.

Собравшись с мыслями, я продолжил.

— Так что, девка, так и будешь молчать?

— Я жду, когда ты сам изъявишь желание мне помочь.

Капнула вторая капля. Такое ощущение, словно меня заново куют, по мне жаром прокатился удар молота. Я почувствовал, как голод усиливается с новой силой. Хоть она и юная, но в шантаже что-то да понимает.

— Допустим, я готов буду тебе помочь. Даже дам тебе немного моей силы, но я сомневаюсь, что ты сможешь выстоять даже перед стражником. По итогу тебя убьют, а я буду потом пылиться у комиссаров на складе.

— Не будешь. Вот увидишь.

Мда, девка хоть и не из пугливых, но глупости в ней не меньше.

Она закрепила меня за спиной, развернулась как кошка и направилась к выходу.

Посмотрим, что будет дальше. Ждать я научился, а пока посмотрим, куда заведёт нас судьба.

Девка бесшумно покинула арсенал и направилась вверх по улице. Вдалеке разносился лай собак. На улице была глубокая ночь. Луна висела низко над крышами, бледная, словно выцветшая кость. Её свет ложился на дорогу неровными пятнами, разбитыми тенями от карнизов. Воздух был чист и прозрачен, с запахом летних трав и чуть сладковатым дыханием разогретой за день земли, которая сейчас, в ночной прохладе, отдавала накопленное тепло. Звёзды рассыпались по небу щедрой россыпью, сверкали ярко и холодно, будто осколки льда на чёрном бархате. Всё это я видел и чувствовал через своего нового хозяина.

Погода благоволила ночным романтическим прогулкам, но моя прогулка была не столь романтической, какой я себе её мог представить. С каждым шагом, по мере того как мы отдалялись от арсенала, у меня появлялось всё больше причин ненавидеть эту паршивку. Лежал себе спокойно в арсенале, никого не трогал. Раз в пару месяцев какой-нибудь пьянчуга брал меня на бой, бесславно погибал, меня приводили в порядок, мыли, точили и клали на место. И меня всё устраивало.

Эта пиявка вообще в курсе, что мной ещё нужно уметь владеть? Я, хоть и выкован богами, но всё же оружие. Нельзя мне дать пару капель воинской крови, сказать, кого убить, и ждать, что я это сделаю. Да ещё и кого — самого Сертория Феркса. Это один из влиятельнейших гладиаторских домов во всём Рудусе. Да, человек он далеко не из приятных, и грехов у него больше, чем мест в амфитеатре, но и охраны в поместье у него столько же. Ах да, ещё в его распоряжении есть собственный арсенал оружия богов. С некоторыми из них я сталкивался на первых аренах, про некоторые только слышал. То есть девка не только должна владеть мной в идеале — она ещё и должна знать, кто ей может попасться в противники. А я не думаю, что она настолько тщательно всё спланировала.

Ну вот давайте представим картину: она врывается, крушит рядовую охрану, проходит в дом. Там её будут ждать бывшие победители боёв — воины, которые выиграли не один десяток сражений на арене. Да они её нашинкуют быстрее, чем она скажет «мама». А мне потом нужно будет ещё скрыть свою силу, чтобы меня вернули на место. Но это уже маловероятно: меня отдадут в местное хранилище, где а) я буду пылиться до скончания времён (что не так уж и плохо) и б) меня проверят на наличие силы богов и отдадут в пользование влиятельным домам, что мне на хуй не надо.

Девка приблизилась к поместью. Перед ней стоял величественный особняк. Он возвышался в конце широкой улицы, окружённый аккуратным садом. Его фасад, выдержанный в строгих античных пропорциях, поражал гармонией и благородством. Шесть колонн из полированного мрамора — белоснежного с тонкими золотистыми прожилками — поддерживали массивный фронтон, украшенный искусной резьбой: сцены триумфов, венки из лавра, летящие богини победы. Колонны были не просто опорами, но главным украшением здания; их коринфские капители, увитые каменными листьями аканта, сверкали в холодном сиянии луны.

Высокие арочные окна первого этажа обрамляли изящные наличники, а над главным входом красовался резной балкон с балюстрадой из белого мрамора. Массивные дубовые двери, окованные бронзой, с изображением грифонов, держащих щит с гербом, вели в прохладный вестибюль. Широкая лестница из светлого камня, ступени которой были выточены с безупречной точностью, поднималась к парадному входу. По бокам лестницы застыли каменные львы — символ силы и благородства, их гривы были проработаны с удивительным мастерством.

Над крышей, на фоне чистого ночного неба, возвышалась ротонда, увенчанная бронзовой статуей. Весь особняк дышал спокойной уверенностью, вековой традицией и вкусом. Этим архитектурным чудом можно было часами любоваться, но взгляд то и дело отвлекали охранники, стоявшие на каждом углу.

Выбора у меня было немного — точнее, полное его отсутствие. Девка заметила, как к главным воротам приближается повозка. Быстрыми шагами она пошла в ту сторону, спряталась в кустах и кинула на дорогу несколько золотых монет в надежде, что извозчик окажется жадным скрягой. Он таким и оказался: остановился и начал собирать монеты. В это время девка нырнула под повозку и прилипла к днищу. Повозка тронулась, остановилась уже на пропускном пункте. Охрана проверила груз и пропустила повозку.

Проехав достаточно далеко от ворот, пиявка отцепилась, упав на меня, быстро перекатилась в кусты и начала осматриваться.

Близился рассвет. Эта ночь была её матерью — укрывала, прятала, прощала ошибки. Но день — строгий отец, карающий за любой проступок. Действовать нужно было быстро.

Охраны меньше не стало. Пара патрульных курсировала медленно, полусонные, не думая, что им когда-нибудь придётся доставать мечи из ножен. С балкона доносились звуки лучников — тетива тихо поскрипывала, кто-то кашлянул, кто-то выругался сквозь зевоту. Выбор был невелик: либо нас заметят и придётся вступить в бой, либо нашпигуют стрелами, ну или всё вместе.

Девка направилась вдоль кустов, двигалась осторожно и уверенно — как будто у неё был план. На моё удивление, он у неё действительно оказался. Остановившись возле небольшой кучи земли, она принялась копать, словно собака, выискивающая кость. Земля была рыхлой, пахла прелыми листьями и чем-то кислым. Разворошив её, девка обнажила небольшой люк — старую канализацию. Её закопали во избежание запаха дерьма и мочи: неприятно же наслаждаться винами и фруктами, когда в носу стоит вонь нечистот. Времени у нас было немного — скоро запах почувствуют стража или прислуга, и тогда люк станет ловушкой.

Поганка спрыгнула в канализацию. Не знаю, как давно ею пользовались, но в лучшие годы дерьма сюда навалили достаточно. Девка стояла по пояс. Достаточно провести пару минут — и запах въедается в кожу, и потребуется несколько горячих ванн, чтобы избавиться от него. Воздух здесь был тяжёлым, спёртым, с горьким аммиачным привкусом, от которого слезились глаза и першило в горле. Стены люка были скользкими, покрытыми чёрной слизью, которая хлюпала под пальцами. Ноги вязли в субстанции, и передвигаться было тяжело: каждое движение сопровождалось чавканьем и всхлипом. Девка начала помогать руками, отгребая жижу, и двигалась медленно, почти бесшумно, но каждый шаг давался ей с трудом. Внизу, в темноте, что-то плескалось. Или просто вода. Или крысы. Или нечто похуже.

Впереди была лестница, ведущая наверх, дойдя до неё, у нас был небольшой запас времени до обнаружения, где-то минут десять, не больше. Поднявшись, мы оказались в кладовой.

Смотря через глаза девки, мы оказались в кладовой, забитой всем необходимым и даже больше. По правую стену громоздились пузатые мешки, наполненные крупами и мукой. Выше, на крючьях, сушились связки сухофруктов: яблоки, груши, чернослив. У задней стены расположился винный шкаф — тёмное дерево, резные ручки, внутри бутылки. Я быстро прикинул: более двухсот. Хозяин любит закладывать за воротник, ничего не скажешь. Слева от входа ящики с фруктами и овощами. Всё свежее, пахнет землёй и соком. Возле выхода висела белоснежная одежда персонала: кители, рубашки, колпаки и никаб.

Девка положила меня на пол и принялась быстро скидывать с себя чёрный костюм, источающий аромат канализации. Сняв маску, я увидел большие тёмные глаза, коротко подстриженные смолянисто-чёрные волосы, худощавое бледное тело, которое только начало обрастать мышцами. Собрав всю одежду, она бросила её в канализацию, с военной скоростью переоделась в одежду для персонала, накинула никаб, и снова у неё были видны только глаза. Найдя поднос, она положила меня на него и принялась закрывать меня всем, что попадалось под руку. Взяв поднос в руки, она толкнула ногой дверь и вошла внутрь.

В центре зала стоял он, сам Серторий Феркс — имя, которое знал каждый в Рудусе. Внешность полностью соответствовала его положению: тело как скульптура из мрамора, гладкий подбородок, короткие волосы с сединой на висках. Он руководил слугами, которые метались вокруг, как мухи над падалью.

Пиявка со всей силы сжала поднос; надеюсь, ей хватит мозгов не нападать сейчас — кроме своей смерти она ничего не добьётся.

Через главный вход вошла женщина в лёгком шёлковом платье. Она была неприлично хороша собою: длинные белоснежные волосы струились по плечам, словно расплавленное серебро, а нежной улыбкой улыбнулась Серторию и пошла в его сторону. Её лицо с высокими скулами и чуть прищуренными глазами напоминало античную маску — прекрасную и безжизненную, если бы не живой огонёк в зрачках. Платье из бледно-голубого шёлка облегало тонкую талию, оставляя открытыми плечи и ключицы, а при каждом шаге ткань вспыхивала серебристыми бликами.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.