Наталия Полетаева Барс

Еле отцепившись от борта, он неуверенно поднялся и прыгнул в пугающую синюю мглу. Кожу обожгла ледяная вода. Под ее мрачной толщей барс с трудом разглядел Каоламу, обхватившую посох. Она зажмурилась и даже не пыталась выплыть. Ухватившись за кончик ее оружия, Двенадцатый потащил принцессу на себя и, взяв за локоть, поплыл к поверхности. Волны кидали их из стороны в сторону и накрывали с головой, желая отправить в мир вечности. В темной синей бездне проглядывали черные силуэты подводных скал, несущие смерть морякам. От пугающего вида сердце билось быстрее. Барс зацепился за трос, закрепленный на левом боку лодки, и подтянулся, вытягивая принцессу из воды. Она жадно вдохнула холодный воздух и закашлялась. Лодочник склонился над бедовой парочкой и затащил Каоламу на борт. Следом не без доли раздражения он помог и барсу. Ежась и ворча, тот быстро оказался на том самом месте, на котором сидел до этого.

— Вы чего вытворяете?! — испуганно вскрикнул лодочник. — Держаться надо, а не языками чесать!

— На дно нужно было посох положить, на дно, — хрипло оправдывался Двенадцатый.

— Да это все ты виноват! — крикнула мокрая с ног до головы Каолама и ткнула загнутым концом оружия в живот своему спасителю.

Двенадцатого чуть не стошнило, отчего он тут же закрыл ладошками рот.

— Только не в лодку! — истошно кричал лодочник.

Вскоре Ринао пояснил, что порт Фальтира пострадал в недавнем сильном пожаре, а потому высадиться придется на побережье неподалеку от города. Принцесса пребывала в возмущении, теребя мокрые кудряшки. Она больше не держала посох в руках. Двенадцатый смотрел, как изящно выструганное древко спокойно лежит на дне лодки. Через несколько часов путники наконец достигли берега. Барс упал на мокрый песок и с наслаждением раскинул руки, радуясь, что под ним уже не было бесконечной толщи воды. Над головой белыми всполохами проносились чайки, оглашая округу воплями. Недовольная Каолама распрощалась с лодочником и подошла к телохранителю, уперев руки в бока.

— Ну и чего ты развалился тут, как морская звезда? Нам надо задание выполнять.

Принцесса бесцеремонно развернулась и широко зашагала по берегу, оставляя глубокие следы. Барс шлепнул песок кулаком от негодования, но все-таки спешно поднялся и последовал за ней. Вокруг простирались высокие скалы, выгибая мокрые серые бока и подставляя их тусклому солнцу. На пляже было прохладно из-за сырого морского ветра. Каолама постоянно ныла оттого, что хочет есть и высушить мокрую одежду. Двенадцатый изо всех сил пытался ее игнорировать.

За пригорком показались уже знакомые барсу шпили башен и центральная ратуша Фальтира. Город был окружен невысокой каменной стеной, пригодной только для насмешек. При желании некоторые пролеты можно было вдребезги разнести одной катапультой. Да и вообще Двенадцатый всегда был уверен в том, что Фальтиру не хватало грамотного главы.

На душе стало гадко от возвращения в город. Какие-то дома были сожжены и покрыты угольно-черной сажей, но в целом он постепенно восстанавливался после их разрушительной схватки с рыцарями. То и дело до чутких ушей Двенадцатого доносились постукивание молотков и лай дворовых собак. Каолама, увидев пострадавший город, на мгновение замерла.

— Во имя аквамариновых духов… Что здесь случилось?

— Нечто ужасное, — ответил барс.

— Надо будет со стражей поговорить. Они обязаны предоставить нам усиленную охрану. Принцесса не должна быть в опасности!

— Ваше Высочество, — сдавленно обратился Двенадцатый, чувствуя, как лицо обдало жаром. — Поверьте, моей защиты вам будет достаточно. Не нужно других рыцарей.

— Это почему же? — Настойчивый тон Каоламы начал постепенно выводить барса из себя.

— Понимаете… в какой-то мере это я виноват во всем этом. — Он обвел верхушки башен ладонью. — Видите? Мне довелось попасть в такую заварушку, откуда только счастливчики выходят живыми. Теперь около центральной площади вместо домов обугленные остовы стоят.

— С кем же вы с рыцарями сражались?! С чудовищами?!

— Можно и так сказать, — обреченно ответил Двенадцатый и с задумчивым видом взглянул на городские ворота.

— Тогда почему ты виноват?

— То, что произошло… я этого не ожидал. Из-за этого много людей пострадало, да и город вон как погорел. А потом один из… врагов сбросил меня в море.

— Кто же эти злодеи такие? — с ужасом в голосе спросила принцесса.

— Они — скверные люди. Никогда не имейте с ними дел. Поверьте, им не чужда жестокость, а жажда крови высечена на их лицах.

Над Фальтиром струилась дымка, от вида которой скребло сердце. Каолама мысленно взмолилась аквамариновым духам и почувствовала жалость к телохранителю. Наверняка этот барс прошел через страшные вещи, подумала она. Знахарь рассказывал ей, насколько тяжело народу Двенадцатого было переживать войны и сражения в прошлом.

Он внезапно протянул руку, преграждая принцессе путь.

— Я видел, что в вашем мешке есть шарф. Дайте его мне.

— Зачем? Ее Высочество не обязана делиться личными вещами!

— Не хочу, чтобы меня узнали.

— Брось. Все будут рады твоему возвращению.

— Дайте, — настойчиво повторил Двенадцатый.

Каолама с показательным недовольством засунула ладонь в мешок и после долгих поисков вытянула легкий шелковый шарф. Она сунула его в руки телохранителя и невозмутимо зашагала дальше. Если бы принцесса сделала то же самое без горделиво задранного подбородка, то барс был бы даже благодарен. Шарф очень удачно скрыл белые волосы и ошейник.

Через пару минут путники стояли возле городских ворот. Двенадцатый во всех красках представил, как сотня рыцарей разом бросится на него с мечами и осуждающими выкриками. Но на удивление маскировка сработала. Стражники и жители отнеслись к появлению чужаков равнодушно. Барс в недоумении поглядывал на рыцарей, сонно зевающих на посту. Изредка лишь Каолама приковывала к себе любопытные взгляды. Ее длинная накидка едва не касалась земли, узкие кожаные штаны были украшены нитями сверкающего жемчуга, шею опоясывали золотые кольца, а волосы венчал серебристый обруч с маленькими драгоценными камнями. На чужестранку редкие прохожие поглядывали с изумлением в глазах.

Двенадцатый и Каолама отправились гулять по улицам в поисках зацепок. Представитель Аквамаринового острова ничего толкового о пропаже камня не рассказал. Он судорожно размахивал руками и бесконечно извинялся перед принцессой, заявляя, что камень просто растворился в воздухе. Поэтому пришлось самим искать ниточки, ведущие к разгадке. Так путники оказались в западной части города, которая совсем не пострадала от пожара. Людей на улицах не было, многие из них работали на стройке в центре Фальтира. Поэтому на пути встречались лишь дети и редкие лавочники. Торговцы сонно поглядывали на проходящих мимо путешественников. Ветер гонял серую пыль и обрывки ткани по брусчатке, а затем весело завихрялся, заставляя немногочисленных прохожих жмуриться от пыли.

— Нужно найти таверну, — внезапно предложил барс.

— Согласна. Я страшно голодная! Да и отдохнуть не помешало бы.

— Не рановато ли для передышки? — Двенадцатый с досадой зажмурился от яркого солнца. — Если вы вдруг не знали, Ваше Высочество, охотнее всего люди делятся секретами именно там. Таверна — кормушка для информаторов.

— И что ты предлагаешь? Мы просто зайдем и подсядем к случайному столу? Ой, извините, а не хотите ли поделиться с нами тайной пропажи аквамаринского камня?

— Простите, я все время забываю, что вы жили на острове, — иронично ответил Двенадцатый и невозмутимо зашагал дальше по улице. — Доверьтесь моему опыту.

— Чт… что ты имел в виду про остров?! Эй! Я с кем разговариваю?! Ты считаешь меня глупой? А вот зря! Да я так поговорю с ними, что каждый пройдоха расскажет мне все подчистую! Слышишь?!

Принцесса шла за телохранителем и непрестанно ворчала. Тот уже дюжину раз пожалел, что согласился искать камень вместе с ней. Надо было бросить ее в море, когда представилась такая возможность. Ушей барса коснулся противный скрип. Он задрал голову и заметил неподалеку болтающуюся на ветру вывеску: «Таверна „Туманный Фальтир“, еда и ночлег».

— Посмотри-ка, а здесь и переночевать можно, и поесть! — внезапно обрадовалась принцесса.

— То что нужно, — одобрительно кивнул Двенадцатый. — Вот тут и спросим…

— Сначала еда, а потом задание.

— Как хотите, — холодно ответил Двенадцатый после тяжелого вздоха и вошел в таверну вслед за Каоламой.

Внутри было тепло. У самой двери путников встретил приятный запах запеченных овощей и жареного мяса. Несмотря на полумрак, в помещении было очень уютно. Почти все столы пустовали, лишь в углу сидели трое сгорбленных мужичков и играли в игру с деревянными дощечками. Они ловко складывали круги и треугольники в причудливые фигуры, поглядывая на картинки друг друга. За стойкой возвышался лысый трактирщик в черной рубахе с косым воротом. Он скрупулезно заполнял бумаги, ловко орудуя пером. Каолама хотела рвануть с расспросами к нему, но Двенадцатый перехватил ее за локоть и силой потащил к столику недалеко от играющих мужичков. Усадив хмурую принцессу на стул, барс расслабленно бухнулся напротив нее, показательно громко вздохнув. Угрюмые соседи покосились на путников.

— Ну надо же! — воскликнул Двенадцатый, закинув ногу на ногу под столом. — Что стало с городом, ты видела? Одни руины! Теперь даже таверну добротную не найти среди всех этих обугленных кочерыжек. Надеюсь, здесь подают хорошее пойло. А иначе придется тащиться до Древограда за выпивкой.

— Пойло? — хрипло переспросил старший из мужичков и громко стукнул донцем кружки по столешнице. — Пойло у нас отменное! Чего околесицу городите, молодой человек?

— Сначала попробуйте, потом говорите, — невежливо предложил другой, с горбатым носом и синяком под глазом.

— Так что же, и правда достойное? — театрально изумился барс, обернувшись к игрокам. — Ну слава духам! Ладно, тогда закажем пару кружек. Разносчик! Принеси-ка нам с юной леди лучшей выпивки! И закусок к ней! Золотом не обидим.

Из кухни за спиной трактирщика выскочил лохматый мальчишка и смущенно кивнул. Схватив со стойки поднос, он мигом заскочил обратно. Каолама хлопала глазами, наблюдая за телохранителем и осторожно поглядывая на соседей. Те сбросили угрюмые выражения и заиграли оживленнее. Принцессу поражала перемена в барсе. Полностью расслабленный, он сидел напротив нее и, закрыв глаза, чуть покачивал головой, будто напевал в мыслях затейливую песню. Его пальцы касались стола и легонько постукивали по нему. Принцесса даже не догадывалась, что Двенадцатый судорожно пытался придумать, о чем заговорить дальше, чтобы развязать языки случайных посетителей.

Юный разносчик вышел из кухни, осторожно сжимая поднос потными ладошками, и выставил перед путниками две высоких кружки с белоснежной пенкой, плоское блюдо с кусочками прожаренного мяса в окружении овощей и миску пряных сухарей. Двенадцатый расстегнул поясную сумку, вытащил из нее несколько золотых монет и сунул в руку мальчишке. Тот благодарно кивнул и убежал на кухню.

Мясо пахло изумительно, но барс решил не сходить с протоптанной тропы. Он уверенно схватился за кружку и прислонился губами к краю. Через мгновение донце стукнулось о стол. Каолама сдавленно хихикнула, заметив белую полоску над губой спутника и нисколько не убывший напиток.

— И правда достойно! — заявил Двенадцатый и облокотился одной рукой на спинку стула, обернувшись к соседям. — Вы свое слово держите. Это похвально.

— А то! — резво ответил младший из игроков, шлепнув на стол последнюю дощечку. — Всю жизнь провели в Фальтире и цену этому месту знаем!

— Как удачно мы к вам зашли! Лаона, а ты чего не ешь? Всю дорогу уши мне промывала тем, что голодна, а теперь сидишь, как валун на поле. — Барс подмигнул ей, и Каолама тут же в панике напихала полный рот овощей. — Мы-то надеялись подольше остаться в Фальтире, а теперь, видимо, с утра покинем ваш чудный городок.

— А чего ж так? — из любопытства спросил горбоносый.

— Хотели на камень поглядеть, о котором столько слухов гуляет. Юная леди ведь хорошо в них разбирается. А тут… Давайте-ка выпьем! А то чего просто так сидеть? — Двенадцатый поднял кружку и чокнулся с оживившимися игроками. Принцесса снова взглянула на его напиток, который оставался на том же самом уровне. Только пенка полопалась, чуть оседая.

— А не тот ли камень вам нужен, который у аквамаринца был? — заговорщически спросил старший. — Про него, наверное, не знает только глухой или идиот.

— Да, тот! — Барс хлопнул в ладоши и неестественно улыбнулся. — Вот только пропал так, что не сыщешь! Куда делся? Неужто правда растворился в воздухе, как тот бедолага говорит?

— Ничего он не растворился, — возразил младший. — Рыцари его к рукам прибрали!

Товарищи шикнули на собрата и снова разложили карточки. Каолама с трудом пережевала овощи и мельком взглянула на Двенадцатого. Тот едва заметно изменился в лице. Барс барабанил пальцами по столу и задумчиво смотрел в пустоту перед собой, очевидно, размышляя над сказанным. Оно никак не укладывалось в его голове.

— А зачем камень рыцарям? — с неподдельным удивлением спросил он.

— Они его еще до схватки у ратуши прибрали. Один из них часто здесь бывал. Напивался так, что на потеху публике гремел доспехами, валясь на полу. Недавно он проболтался, мол, камень они выкрали у торгаша с Аквамаринового острова, чтобы слухи пустить. И все это по указке какого-то барона из столицы.

— Ну и зачем эти слухи? — напряженно уточнил барс. — Вот нынче развлечения пошли у богачей!

— Это не ради веселья. Засаду хотели устроить, — хмуро добавил старший. — Но рыцари сами в ловушку попали, а потом и половина города с ними. Все из-за проклятых псов Ордена Смерти. Чтоб их черные души сгорели в бездне вечности!

— Из-за кого? — Каолама скромно подняла руку, привлекая внимание к своему вопросу.

— Леди, неужто вы не слышали о нумерованных Ордена Смерти? Про них весь континент знает! Да вот только где засела эта зараза — никому не известно. Прячутся, твари. Это они пришли в Фальтир недавно и пожгли наш город! От их проклятой алой силы берсерка столько народу померло! Молите великих духов чего угодно, чтобы никогда с ними не встретиться! Эти наемники без чести не знают жалости! Убьют и не заметят!..

— Погодите, — перебил старшего барс, перестав барабанить пальцами. — Вы хотите сказать, что рыцари готовили на них засаду? Неужто совсем выжили из ума?

— Сказал же, барон какой-то им заплатил.

— Безумец… А камень-то где?

— Так у рыцарей! Поди в столицу давно его свезли. Так что не увидите вы его в Фальтире.

Двенадцатый раздраженно откинулся на спинку стула и закрыл лицо ладонями. Сердце стучало в горячих висках. Он со злостью размышлял о том, что придется идти аж до столицы и думать, как вернуть камень. Как бы не дошло до аудиенции у императора. Барс кивнул самому себе. Теперь ему точно нужна помощь принцессы, чтобы выудить столь известную вещицу у рыцарей.

Игроки собрали карточки в одну стопку, сдвинули кружки в центр стола и кряхтя вышли из таверны. Каолама проводила их круглыми глазами и испуганно икнула, когда входная дверь с глухим стуком затворилась. Наступила душная тишина. Трактирщик без интереса чиркал пером по бумаге, не поднимая взгляда на посетителей. Выхватив с тарелки кусок мяса вместе с сухарем, Двенадцатый засунул остывшую закуску в рот. Он чуть склонил голову и брезгливо кивнул на свою полную кружку.

— Гадость.

— Да… наверное. — Каолама обмякла и выдохнула, развалившись на стуле. — Что же это… получается?

— Получается, Ваше Высочество, что камень в столице. Придется нам ехать туда.

— Ну, ты же рыцарь. Наверняка сможешь договориться с товарищами или теми, у кого хранится камень.

Принцесса отвела взгляд. Двенадцатый обреченно вздохнул и засунул в рот еще один кусок. Но наслаждения от еды он не чувствовал.

***

Вскоре трактирщик выдал путникам два ключа и с довольным видом взял оплату. Монеты весело зазвенели в его тощей ладони. Поднявшись по невероятно скрипучей лестнице на второй этаж, барс и Каолама прошли по узкому деревянному коридору, за полами которого уже давно никто не ухаживал. Одинокий факел коптил стену, тускло освещая неприглядное пространство, которое едко пахло грязными телами и перекисшим пойлом. Каолама испытывала отвращение, из-за чего брезгливо поднимала верхнюю губу. Казалось, еще немного, и она развернется и уйдет, чтобы сидеть на пляже и ждать лодочника.

Путники разошлись по комнатам. Их двери располагались по соседству, и первым делом, зайдя внутрь, принцесса задорно постучала в стену, проверяя, хорошо ли ее слышно. Двенадцатый, оказавшись у себя, хотел ответить ей и даже занес руку, но сдержался. Он расстегнул ремень колчана и с грустью осмотрел его. Без нового лука и стрел нечего соваться в столицу. На путешественников часто нападают разбойники, и встретить их без оружия не хотелось бы.

В крошечной комнате стояли только промятая кровать, тумбочка из светлого дешевого дерева и перекошенный стул. Пожелтевшую занавеску трепал ветер, влетая в открытое окно. Двенадцатый упал на покрывало, раскинув руки. Рана на спине неприятно заныла. Тело будто пронзили иголки. Оно налилось усталостью, а веки едва не сомкнулись, но барс взял себя в руки и сел на краешек кровати. В поясной сумке остались только дюжина золотых монет и жалкая горстка серебра. Этого хватило бы лишь на обмундирование и завтрак, а потому Двенадцатый решительно поднялся, вышел в коридор и постучал в дверь принцессы.

— Ваше Высочество, откройте. У нас проблема. — После его слов прошло несколько минут. Вскоре Каолама приоткрыла дверь так, что образовалась щелка, и с недовольным видом уставилась на телохранителя. Ее курчавые волосы заметно пригладились, словно она только что терпеливо расчесывала их.

— Чего тебе нужно? Не видишь, что я занята? — Она похлопала красными глазами и обиженно надула губы.

— У нас очень мало денег. До столицы не хватит.

— Конечно, если ты будешь раздавать их направо и налево всяким разносчикам, то у нас ничего не останется. Но, так уж и быть, я продам парочку своих драгоценных камней, чтобы получить золото.

— Нам придется поработать, если мы хотим продолжить путешествие. С ваших камней толку не будет. Их могут купить только ювелиры, а последний из них, насколько мне известно, уехал из Фальтира полтора года назад. Другие торговцы купят их за бесценок. Тем более сейчас, когда половина города похожа на руины.

— Ты предлагаешь принцессе работать?!

— Работать придется мне. Нужно лишь выполнить парочку заданий от городской Гильдии Правопорядка. А вы посидите здесь.

— Что?! — переполошилась принцесса, вскинула руку с широким гребнем и с силой расчесала пышную курчавую прядь. Раньше та доходила до плеча, но теперь застряла в частых зубцах и выпрямилась до груди. Каолама чуть не пустила слезу.

— Так безопаснее.

— Я пойду с тобой, — категорично ответила она и снова запустила гребень в волосы. — Чего мне одной здесь делать? С пьяницами играть?

— Если задание будет опасным, то я за вас не ручаюсь.

— Тогда я… подумаю.

— Подумайте, Ваше Высочество.

Принцесса не горела желанием бегать по Фальтиру и его окрестностям, выполняя поручения. Даже ради сверкающего золота, которое она так любила. Но и оставаться одна в таверне Каолама не хотела, поэтому после обеда путники отправились в Гильдию Правопорядка, находящуюся, по словам одного из горожан, прямо напротив центральной ратуши. Это большое здание не сильно пострадало от пожара. Да и в целом оно выглядело надежно: высокие каменные стены, окна с решетками, массивная железная дверь.

Каолама уверенно постучала. Никто не спешил открывать. Двенадцатый с тоской подумал, что вслед за ювелирами город покинул еще и Мастер Гильдии, но потом послышались быстрые шаги. Из распахнувшейся с большим трудом двери выглянул маленький худой человек, одетый в несоразмерно большие вещи. На вид ему было около шестидесяти лет, но он мог легко похвастаться отсутствием седины. Он поправил аккуратно выглаженный передник и тихонечко спросил:

— Могу я узнать цель вашего визита в Гильдию Правопорядка?

— Ух ты! Какой маленький! Ниже меня! — воскликнула Каолама.

— Прошу, забудьте то, что Ее Высочество только что сказала. — Двенадцатый тяжело вздохнул. — Вы же Гильдмастер?

— Хм, верно. Что вам нужно?

— Есть ли поручения, которые вы могли бы нам предложить?

Мастер Гильдии Правопорядка угрюмо посмотрел в пол, вспоминая задания, оставленные нуждающимися в помощи людьми. Каолама к этому времени уже хмуро уставилась на телохранителя.

— Заходите, думаю, я смогу вам кое-что дать.

В Гильдии Правопорядка было весьма просторно. Раньше здесь наверняка толпились наемники в ожидании хорошо оплачиваемых поручений, которые жители Фальтира и ближайших деревень вешали на доску. Теперь деревянный щиток пустовал, собирая пыль. С некоторых пор Гильдмастер распихивал задания по шкафам, распределяя их по своему усмотрению.

Он суетливо покопался пухлыми пальцами в ящике огромного стола, громко шурша свитками и дощечками. Затем он протянул Двенадцатому лист, на котором небрежным почерком было написано: «Любезно прошу помочь отыскать того, кто крадет скот. Обратитесь к Колиму, поселок Приовражье».

— Это недалеко от Фальтира, — пояснил Гильдмастер, покачиваясь на ножках низкого стула. — Если найдете лошадей, то управитесь до вечера следующего дня. Берете?

— У вас есть задания посложнее? — оценив оплату, спросил Двенадцатый.

— Кое-что, конечно, найдется. — Гильдмастер задумчиво прошелся по комнате и остановился возле окна. — Но я бы порекомендовал вам именно это задание.

— Почему?

— Этому листу бумаги уже хватит собирать пыль. Все, кто пытался выполнить это задание, так ничего и не нашли. Имперским рыцарям нет дела до пропадающего скота, а наемники перестали браться за эдакую работенку. Поэтому я и хочу, чтобы это странное поручение покинуло мои ящики. Рискнете? Благо жители Приовражья недавно снова подняли оплату. Всей деревней собирали.

— Берем, — с любопытством в голосе ответил Двенадцатый.

— Тогда я желаю вам удачи. Да благословит вас великий дух воды.

Гильдмастер откланялся и вышел в другую комнату, указав путникам на дверь. Вскоре они вернулись в таверну, попутно потратив почти все деньги на обмундирование. Двенадцатый нашел лавку странствующего торговца и купил новую рубаху с капюшоном и шарф. Он оценивающе потер между пальцев светлую хлопковую ткань и остался доволен. На вопрос Каоламы о том, почему он не носит рыцарские доспехи, барс предпочел не отвечать.

В оружейной лавке плетущаяся позади телохранителя принцесса на удивление озарилась восторгом. У добродушного кузнеца среди товаров оказался настоящий аквамаринский лук. Его длинный корпус украшали рисунки животных и серебряная филигрань. Двенадцатому понравилось оружие. К нему он докупил две дюжины стрел и надежно разместил их в родном колчане. Каоламе показалось, что на вечно угрюмом лице телохранителя впервые появилось некое подобие искренней радости.

Вернувшись в комнату, барс застал потрясающий вид на предзакатное солнце. Нежное персиковое небо заливало светом тихий город, отражаясь в блестящих шпилях и стеклах домов. Двенадцатый высунулся из окна. Где-то за стенкой топала Каолама, а потом и она выглянула на улицу, опираясь на подоконник. Ее миниатюрная фигурка выпрямилась, а вздернутый носик с наслаждением вдохнул свежий воздух. Барс на мгновение залюбовался юной принцессой, но тут же дал себе мысленный подзатыльник.

Окна двух комнат располагались рядом, а потому Двенадцатый с серьезным видом облокотился на деревянную раму и обратился к Каоламе:

— Завтра нам рано вставать. Идите спать, Ваше Высочество. — Она обернулась, взметнув кудряшки, и только тогда заметила телохранителя.

— Но ведь на улице еще светло! Солнце даже не село!

— А вам нужно разрешение солнца, чтобы спать?

— Ничего мне не нужно!

Принцесса нырнула в комнату и с грохотом захлопнула створки. Обиделась, подумал Двенадцатый. Он неторопливо шагнул к кровати, стянул старую рубаху с оборванными рукавами, смял ее в тугой бесформенный комок и швырнул в угол. Барс старался не привыкать к вещам, а потому выбросил ее без сожалений. Но потерю прежнего лука до сих пор не мог себе простить. Оружие было сделано на заказ у настоящего мастера в кузнечной лавке «Волчий топор». Его идеальный корпус с прочной тетивой изготавливался под хозяина. На аквамаринский лук, лежащий на стуле, Двенадцатый глядел с легким недоверием. Такой походил скорее на сувенир, чем на оружие, но хотя бы ловко ложился в ладонь.