nas diva Под его властью

Эпилог 1

Италия. Озеро Комо. Три недели спустя.

Солнце стояло в зените, отражаясь в гладкой, как зеркало, поверхности озера. Вода переливалась серебром и золотом, а лёгкий ветерок рябил её, создавая тысячи мелких бликов. Белые облака медленно плыли по голубому небу, иногда закрывая солнце, и тогда на землю ложились лёгкие тени, которые тут же исчезали, уступая место теплу. Воздух был наполнен запахом цветов — белые розы, пионы и жасмин, которыми была украшена небольшая арка, стояли в вазах у озера.

Свадьба была тихой.

Никаких пафосных залов, никаких сотен гостей, только самые близкие.

Милена стояла под старой оливой, чьи ветви мягко склонялись над ней, словно благословляя. Простое белое платье струилось по фигуре, не скрывая округлившийся живот — тот самый, который уже стал главным чудом их жизни. Волосы были распущены, в них — маленькие белые цветы, которые Камилла вплела за час до церемонии, плача и приговаривая: «Ты будешь самой красивой невестой, которую я когда-либо видела».

Алессандро не видел никого, кроме неё.

Он стоял напротив в чёрном костюме, без галстука, с расстёгнутой верхней пуговицей рубашки. Каштановые волосы слегка растрепались от ветра, но он не обращал внимания. Его глаза были прикованы к ней, и в них читалась такая любовь, что у Камиллы снова потекли слёзы.

— Ты прекрасна. — сказал Алессандро, когда она подошла ближе. Голос сорвался, и он не пытался это скрыть.

— Ты говорил это уже сто раз. — улыбнулась она.

— Я не устану это говорить никогда.

— Тогда я не устану слушать.

Церемония была короткой — как и просила Милена. Священник говорил что-то о любви и верности, о том, что брак — это не только радость, но и труд, и что они должны беречь друг друга всегда, но Милена не слышала его слов. Она смотрела в глаза Алессандро и видела в них своё будущее — их будущее. И их сына, который уже шевелился у неё в животе, будто тоже хотел участвовать.

— Я согласна. — сказала она, когда настала её очередь.

Алессандро надел кольцо на её палец. Простое, серебряное, с гравировкой внутри — «Vita mia. Sempre» («Моя жизнь. Всегда»).

— Ты — моя жена, — сказал он. — И я никогда не отпущу тебя.

— Я и не собираюсь уходить.

Они скрепили свои обещания поцелуем — долгим, медленным, под аплодисменты Камиллы, свист Марко и улыбки остальных. Где-то над озером взлетели голуби — Марко нанял их специально, потому что «без голубей свадьба не свадьба».

— Я так счастлива! — кричала Камилла, прижимая букет к груди и рыдая так, что тушь потекла. — Я плачу от счастья!

— Ты всегда плачешь. — заметил Лоренцо, подавая ей платок.

— Это моя лучшая подруга выходит замуж! Я имею право!

— Конечно, ты имеешь право на всё, что только пожелаешь, — он обнял её, и она уткнулась лицом в его пиджак. — Даже на то, чтобы испортить свой макияж.

— Я не испортила! — возмутилась она, отстраняясь и вытирая слёзы. — Это стратегическое увлажнение!

— Конечно. — не стал спорить он.

Марко подошёл к Алессандро и хлопнул его по плечу так, что тот чуть не покачнулся.

— Поздравляю, брат! — рявкнул он.

— Спасибо.

— Ты стал счастливым.

— Да, — Алессандро посмотрел на Милену, которая смеялась с Камиллой и пыталась поправить ей потеки туши. — Я наконец-то стал.

— И я тоже! — Марко поднял бокал с шампанским. — Потому что я стал дядей! Это звучит гордо!

— Ты уже три месяца дядя. — заметил Винченцо.

— И каждый день я просыпаюсь с мыслью, что это самое лучшее, что со мной случилось!

— Даже лучше, чем когда ты угнал машину отца? — спросил Лоренцо.

— Даже лучше! — подтвердил Марко. — Хотя это было эпично!

Винченцо молча подошёл к брату и просто обнял его. Алессандро обнял его в ответ — и в этом жесте было больше смысла, чем в любых тостах.

Екатерина стояла чуть поодаль, сжимая в руках платок, и смотрела на дочь. Слёзы текли по её щекам, но она улыбалась. Она дождалась. Она увидела. Она знала, что её дочь будет счастлива.

Праздник был простым. Ужин на террасе — длинный деревянный стол, покрытый белой скатертью, с вазами полевых цветов и зажжёнными свечами. Вино, смех, воспоминания.

— Помнишь, как мы впервые встретились? — спросила Милена, сидя на коленях у Алессандро и чувствуя, как его рука лежит на её животе.

— Ты танцевала в клубе с видом, будто готова была убить меня взглядом. — усмехнулся он.

— Ты хотел меня убить.

— Я просто хотел тебя, — поправил он. — Это разные вещи.

— Ну-ну я так и поверила. — она улыбнулась.

Он поцеловал её в висок.

— Мы справились. — сказала она.

— Да, мы справились, orsetto.

Где-то вдалеке салютовали, над озером поднялись разноцветные огни, отражаясь в гладкой, поверхности воды. Синие, красные, золотые — они разрывали небо, рассыпались искрами.

— Это в нашу честь? — спросила Милена.

— Марко договорился, — усмехнулся Алессандро. — Он сказал, что без салюта свадьба не считается, также как и с голубями.

Милена посмеялась и сказала:

— Я люблю тебя, муж.

— Я люблю тебя, жена.

Они смотрели на салют и не знали, что может быть лучше. Это была их жизнь и она была прекрасна.

Тгк:nas_divaa

Эпилог 2

Четыре месяца спустя.

Живот Милены стал заметным. Он рос с каждым днём, и теперь уже невозможно было его скрыть даже под самыми свободными вещами. Она часто сидела на диване в гостиной, положив руки на живот, и чувствовала, как внутри неё шевелится новая жизнь. Сначала слабо — будто бабочки, а потом всё увереннее, настойчивее, будто маленький человек уже требовал внимания.

Алессандро не отходил от неё ни на шаг.

Он приносил ей завтрак в постель, проверял, не холодно ли ей, не жарко ли, не хочет ли она пить или есть, или, может быть, просто полежать. Иногда она думала, что он сойдёт с ума от этой заботы, но она не жаловалась, потому что знала — Алессандро не мог иначе.

— Ты хочешь есть? — спросил он, когда она села на диван с книгой в руках.

— Я только что ела. — сказала она, не отрываясь от чтения.

— Это было два часа назад.

— Два часа — это не так долго, Алессандро.

— Ребёнок голоден.

— Ребёнок — это я, — она улыбнулась, закрыла книгу и посмотрела на него. — И я не голодна. Я просто хочу почитать.

— Тогда я принесу тебе чай.

— Я не хочу чай.

— Сок?

— Не хочу.

— Воду?

— С тобой невозможно спорить, ты знаешь? — она закатила глаза, но в них плясали смешинки.

— Абсолютно. — он уже шёл на кухню, и она слышала, как он греет воду.

Она вздохнула и покачала головой, но улыбка не сходила с её лица. Через пять минут он вернулся с тарелкой нарезанных фруктов — яблоки, груши, виноград, всё свежее, идеальное, и стаканом тёплой воды с лимоном. Он поправил подушку за спиной, укрыл её ноги мягким пледом и только после этого сел рядом.

— Я хочу, чтобы тебе было удобно. — сказал он.

— Мне удобно, — она взяла его за руку. — Когда ты рядом — мне всегда удобно.

— Vita mia, ты меня погубишь. — сказал он, но ухмылка не сходила с его лица.

— Я тоже тебя люблю.

Он спустился на пол перед диваном, положил голову ей на живот и замер. Милена почувствовала, как внутри неё шевельнулось что-то тёплое, живое, и улыбнулась, запустив пальцы в его волосы.

— Он только что пихнулся. — сказала она.

Алессандро поднял голову, глаза его сияли.

— Правда?

— Правда.

Алессандро улыбнулся, и в этой улыбке было столько счастья, что у Милены защипало в глазах. Он снова прижался лицом к её животу, и в этот момент она почувствовала, как малыш толкнулся ещё раз — будто отвечая на его прикосновение.

— Он тебя чувствует, — сказала она. — Понимает твой голос.

— Я хочу, чтобы он знал, что я буду рядом всегда, — прошептал Алессандро в её живот. — Я не пропущу ни одного его шага, ни одного слова. Я буду его учить. Я буду его защищать.

В этот момент в гостиную вбежали три чёрные тени. Малум, Силенцио и Обливио — три кане-корсо Алессандро — влетели в комнату и остановились у дивана, глядя на Милену преданными янтарными глазами.

Малум положил большую голову ей на колени, осторожно, будто боясь надавить. Силенцио улёгся у её ног, прижавшись к пледу. Обливио лёг на спину, подставляя живот, требуя почесать.

— Они тоже чувствуют его. — сказал Алессандро.

— Мои защитники. — Милена погладила Малума, и тот тихо заворчал от удовольствия.

Вскоре в гостиную ворвалась Камилла. С огромными коробками в руках, с растрёпанными волосами. Она, видимо, уже успела сделать несколько кругов по магазинам.

— Привет! — крикнула Ками, с грохотом опуская коробки на пол. — Я купила кое-что для моего сладенького крестника!

— Камилла, дай ему ещё родиться. — сказала Милена, хотя в голосе не было укора. Она уже привыкла.

— А я готовлюсь заранее! — Камилла вытащила из коробки крошечные ботиночки с зайчиками. — Смотри, какие милые!

— Милые. — согласилась Милена, глядя на обувь, которая помещалась у неё на ладони.

— А это комбинезоны! — она вытащила стопку белоснежного белья. — Десять штук! На любой случай!

— Господи, да он даже не родился, а у него уже больше вещей, чем у меня! — воскликнул Марко, который сидел в кресле, потягивая вино. — Это не ребёнок, а будущий наследник империи!

— Будущий наследник должен выглядеть идеально, — отрезала Камилла. — Если хочешь, можешь помочь мне выбрать коляску.

— Я? — Марко поперхнулся. — Пожалуй, пропущу это увлекательное занятие, лучше поеду проверять, как там наш будущий стрелок будет практиковаться.

— Какой ещё стрелок? — не поняла Милена.

— Мой племянник, конечно же, — спокойно ответил Марко. — Я думаю, в четыре года пора начинать учить его стрелять. «Беретта» — слишком тяжелая. Может, «Глок-43»? Маленький, лёгкий, идеально для детской руки. А через пару лет можно переходить на что-то более серьёзное.

— Марко! Ты с ума сошёл?! — воскликнула Милена, но смех уже душил её.

— Значит, я готовлю базу. — пожал плечами Марко, и в его голосе звучала такая серьёзность, что все засмеялись.

В гостиную вошёл Винченцо. Он остановился у входа, посмотрел на Милену, на её округлившийся живот, и молча направился к столу. На столе появилась миска с клубникой — крупной, свежей, нарезанной на аккуратные кусочки. Винченцо поставил её перед Миленой и, не сказав ни слова, вышел. Милена посмотрела на миску, потом на дверь, за которой скрылся Винченцо.

— Он всегда так делает, — сказала она Алессандро. — Не говорит ни слова, просто приносит что-нибудь и уходит.

— Он показывает свою любовь, — ответил Алессандро. — Для него слова — это слишком много. Он делает и это дороже любых слов.

Милена взяла клубнику и улыбнулась. Камилла отложила очередную коробку, посмотрела на свою подругу и спросила:

— Ты как вообще? Не слишком тяжело?

— Тяжеловато, — призналась Милена, поглаживая живот. — Но я справлюсь. Главное, что он здоров.

— Он будет самым здоровым и сильным, — сказала Камилла. — С такой поддержкой, как у тебя, он точно не пропадёт.

Милена улыбнулась.

— Я хочу, чтобы ты знала, — сказала Камилла, — я всегда рядом. Ты можешь рассчитывать на меня во всём.

— Спасибо, Ками. — ответила Милена, и её голос немного дрогнул.

Собаки лежали у её ног, охраняя покой. Камилла сидела на полу, перебирая детские вещи. Лоренцо улыбался, глядя на неё и думал о том, что хочет сделать важнейший шаг в своей жизни для их совместного будущего. Марко тихо обсуждал с Алессандро лучшие модели детских пистолетов. Винченцо стоял в дверях, молча смотрел на эту идиллию и в его глазах было тепло.

Алессандро взял Милену за руку, погладил её живот.

— Я никогда не устану быть рядом с тобой, orsetto. — сказал он.

— Я тоже, — ответила она. — Я тоже, любимый.

Эпилог 3

Родильный дом.

Ночь была тихой и тёплой. За окнами палаты горели огни Милана, где-то вдалеке слышался шум машин, но здесь, в стерильной белизне родильного дома, время остановилось. Милена спала, положив руку на живот, чувствуя, как внутри неё шевелится маленькая жизнь, которая уже была готова появиться на свет.

Схватки начались внезапно.

Волна боли прошла по телу сначала слабая, тянущая, а потом резкая, острая, будто внутри разрывалось что-то. Милена застонала, вцепилась в простыни, пытаясь справиться с этим новым, незнакомым ощущением. Рядом мгновенно проснулся Алессандро.

— Что? — спросил он, садясь на кровати. — Что случилось?

— Кажется, началось. — выдохнула она.

Он побледнел так сильно, что его лицо стало почти белым, как стены палаты.

— Я вызову врача! — он уже вскочил с кровати, нащупывая телефон.

— Алессандро, мы в родильном доме, — она попыталась улыбнуться, но лицо исказила новая схватка. — Врач уже здесь.

— Тогда я разбужу всех!

— Не надо, — она перехватила его руку. — Всё хорошо. Просто будь рядом.

Он не слушал. Он уже бегал по палате — звонил врачам, будил персонал, требовал, чтобы всё было готово. Кто-то из медсестёр пыталась его успокоить, но он не обращал внимания. Он был в панике. Алессандро де Лука, который не боялся ничего ни пуль, ни ножей, ни смерти, боялся за свою жену и сына.

— Я здесь, — сказал он, снова садясь рядом и беря её за руку. — Я здесь. Ты слышишь меня?

— Слышу. — ответила она, сжимая его пальцы.

Через час коридор был забит людьми. Камилла приехала первой — она, видимо, даже не спала, потому что была одета в те же джинсы и футболку, что и днём. Она нервно ходила взад-вперёд, поправляя волосы и кусая губы.

— Почему так долго? — спрашивала она. — Они сказали, что всё хорошо?

— Камилла, сядь. — сказал Лоренцо, стоявший рядом.

— Я не могу сидеть! Моя подруга рожает!

— Она сильная, — сказал он, обнимая её за плечи. — Она справится.

Марко стоял чуть поодаль, его лицо было серьёзным, без обычной улыбки.

— Всё будет хорошо, — сказал он, обращаясь скорее к самому себе. — Она сильная. Она пережила и не такое.

— Верно. — заметил Винченцо, который стоял у стены, скрестив руки на груди. В его глазах было беспокойство, но он держался спокойно.

— Поэтому она справится и с этим. — добавил Лоренцо.

— Я хочу услышать, как он закричит! — заявила Камилла. — Иначе я не поверю, что всё хорошо!

— Он закричит, — успокоил её Лоренцо. — Мы все услышим.

— А если нет? — она посмотрела на него. — А если тишина?

— Камилла, — он взял её лицо в ладони. — Всё будет хорошо. Милена в порядке и твой крестник тоже.

В этот момент из-за закрытых дверей раздался крик. Маленький, тонкий, но громкий. Такой, что все замерли.

Камилла закричала одновременно с ним — радостно, в голос, уткнувшись в плечо Лоренцо.

— Я слышала! — вопила она. — Я слышала!

— Все слышали. — усмехнулся Марко, вытирая глаза, будто ему что-то попало.

Винченцо выдохнул, и его плечи расслабились.

В палате Милена держала на руках маленького человечка, который громко возмущался тому, что его вытащили из тёплого, уютного мира. Алессандро сидел рядом, не отрывая взгляда от них. Его рука дрожала, когда он протянул её к ребёнку.

— Он наш. — прошептала Милена. Усталая, но счастливая.

— Наш. — повторил он, и голос сорвался.

Он коснулся крошечной щёчки — мягкой, тёплой. Малыш повернул голову в сторону пальца, и Алессандро почувствовал, как внутри него рушится всё, что он носил в себе годами. Все его страхи. Вся его боль. Всё, что делало его холодным и закрытым.

— Привет, — сказал он. — Я твой папа. Я так долго ждал тебя.

Ребёнок открыл глаза. Такие же, как у Алессандро и посмотрел на него так, будто уже знал многое.

— У нас будет много времени, — сказал Алессандро. — Я буду рядом всегда.

— Ты обещаешь? — спросила Милена.

— Я обещаю. — ответил он, глядя ей в глаза.

В коридоре раздался шум. Камилла уже врывалась в палату, не дождавшись разрешения.

— Я СТАЛА КРЁСТНОЙ! — кричала она. — Я СТАЛА КРЁСТНОЙ! МОЖНО МНЕ ЕГО ПОДЕРЖАТЬ?!

— Камилла, дай ей прийти в себя. — говорил Лоренцо, пытаясь её удержать.

— НЕТ! Я ХОЧУ УВИДЕТЬ ЕГО!

— Камилла, — Милена улыбнулась. — Иди сюда.

Она подбежала к кровати и замерла, глядя на малыша.

— Господи, — прошептала она. — Он такой маленький...

— Два килограмма восемьсот граммов. — сказала медсестра.

— Это мало?

— Нормально. — успокоила её Милена.

Камилла протянула руку и осторожно коснулась крошечной ладошки. Малыш сжал её палец.

— О боже, — выдохнула она. — Я уже люблю его, просто до безумия.

Марко подошёл к кровати и посмотрел на маленький свёрток.

— Привет, племяш. Я уже вижу его первый пистолет. — сказал он.

— Марко. — предупредила Милена.

— Шучу, — он поднял руки, улыбаясь. — Пока.

Винченцо подошёл к кровати, встал так, чтобы видеть малыша. Просто посмотрел на него и улыбнулся так, как никто никогда не видел. Словно говоря: «Ты — часть нашей семьи. Мы будем тебя защищать».

— А имя? — спросил Марко. — Вы уже выбрали имя?

— Да, — сказал Алессандро. — Адриан.

— Адриан де Лука, — повторила Камилла. — Красиво.

— В честь твоего отца? — спросил Лоренцо.

— В честь того, кем он должен стать, — ответил Алессандро. — Сильным. Смелым. Верным.

Адриан зевнул и прикрыл глаза, устраиваясь на руках у матери.

— Он устал. — сказала Милена.

Алессандро взял её за руку.

— Ты как?

— Лучше, чем когда-либо. — ответила она.

— Я люблю тебя, orsetto, — прошептал он. — Ты подарила мне целый мир.

— Я подарила тебе только одного человека. — улыбнулась она.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.