Мо Ленкор Верданские лисы

Глава 2

Капс[3][3]медиков вместе с Куэйном поднимается над аэрополотном, волосы треплет ветер, а я всё не могу избавиться от чувства, что всё это происходит не со мной.

Врачи сказали, что у Куэйна болевой шок и сильный ожог. К счастью, со связями его отца, ему наверняка вколют какую-нибудь восстанавливающую сыворотку, но его крик до сих пор стоит у меня в ушах.

Я сразу побежала за ним, но на все предложения помощи через дверь доносилось глухое «какой позор, какой позор». А когда я не выдержала и без спроса вошла в туалет, чтобы осмотреть его рану, он наорал на меня так, что я тут же выскочила оттуда. Я обхватываю себя руками.

Послать вызов Дарле и пореветь вместе с ней?

Это не поможет.

Может, переспать с первым встречным, кто заговорит со мной, чтобы избавиться от проклятия?

И кем я стану после этого?

Лучше умереть одинокой, чем ещё хоть раз пойти на свидание с кем-то, кто мне безразличен, а того, кто мне дорог, я ни за что не обреку на что-то подобное. Перед глазами вновь загораются брюки Куэйна.

Я обречена.

Я смотрю на окна «Астерны», звёзды на одном из них не видны отсюда, а может, официанты просто вернули стеклу прозрачность.

Правильно, зачем любоваться на то, до чего никогда не сможешь дотянуться?

На улице ещё светло. Оранге без разницы, что под её лучами только что рухнули чьи-то надежды на счастливую жизнь. Она продолжает светить так же ярко, как и раньше.

Хватит себя жалеть, пусть я буду одинокой, но я буду творить.

В корпорации «Виттал» недавно объявили конкурс для архитекторов. Их центральный офис в другой республике, в Ангрэме, но переезд — именно то, что мне сейчас нужно. Если Ангрэм хотя бы вполовину такой, как на кадрах, что я видела, то мы с этой республикой идеально подходим друг другу.

Я начну всё по новой там, где никто обо мне ничего не знает.

Я выиграю этот конкурс и буду создавать самые невероятные проекты: здания корпораций, где будут рождаться идеи, меняющие наш мир; дома, где смогут жить счастливые семьи; парки, где они будут гулять с детьми… Пусть мне и не суждено создать семью, жизнь на этом не заканчивается.

Да и, возможно, именно в Ангрэме мне удастся получить финансирование на свой проект, не зря же эта республика считается самой благополучной. Но, чтобы победить в конкурсе, нужно что-то стоящее.

Мой мозг тут же переключается в режим творения, и ко мне приходит идея. В пальцах привычный зуд — мне срочно нужно куда-то сесть.

Напротив «Астерны» парк, среди его редких деревьев белеет инсталляция. Похоже, её создатель задумал нижнюю часть в виде облака, на котором сейчас развалился мужчина. Он что-то разглядывает в дуге затеняющего навеса, но мужчины меня больше не интересуют. Тем более такие посредственные — в его костюме нет ни одной яркой краски, он полностью чёрный.

Какая тоска так одеваться.

Я между делом отмечаю, что у мужчины длинные светлые волосы и он высокий, потому что занял собой практически всё пространство, предназначенное не меньше, чем для двух человек. Мне вполне хватит места с краю. Всё равно других вариантов поблизости нет.

Усевшись, я подсоединяю планшет к наоку. Я знаю, что сейчас для всех окружающих мои глаза скрылись за потемневшими линзами, а для меня исчезли все ограничения реального мира, и это прекрасно. Не глядя, срываю с руки мешающую повязку, бросаю её в сумку и воплощаю здание, возникшее в моём подсознании.

В Центре искусств мы изучали знаки, и в моей памяти плотно засел символ бесконечности. Моё проклятие тоже возвращается вновь и вновь. Я мечтаю его разрушить.

Поэтому я ставлю символ бесконечности вертикально и сначала отсекаю ему верхнюю и нижнюю часть, а следом добавляю дополнительный изгиб, превращая его в две сплетающиеся линии. Они, словно две неразрывно связанных судьбы, у которых теперь не одна, а две точки пересечения.

Теперь не бесконечность, теперь есть шанс всё изменить.

Порезанная ладонь ноет, но я не останавливаюсь и придаю конструкции объём.Пусть фасад будет синий.

Гармония и спокойствие.

Мне чего-то не хватает, и я добавляю жёлтый отлив.

Радость и свет.

Критически осмотрев сочетание, разбавляю отлив изумрудным.

Возрождение и новая жизнь.

Какой бы она ни была.

— Кхм-кхм.

Я вздрагиваю и возвращаюсь в реальный мир, где ничего не изменилось. Ветер гоняет пыль и шевелит пожухшие листья на деревьях.

А я всё ещё проклята.

Я переключаю наок в фоновый режим и поворачиваю голову. Слева от меня сидит мужчина. У него знакомое лицо, но я не представляю, где могла его видеть. Точно не в Центре искусств.

Он словно полная моя противоположность: в его образе нет ни одного яркого пятна. Мода, очевидно, не слишком его интересует, потому что на его светлых волосах ни одной тонированной пряди, в общем-то, на моих тоже, но мне достаточно красок в одежде, а его костюм, как там сказал Куэйн, «сдержанный»? Но сам мужчина какой угодно, но не посредственный. Первое впечатление оказалось очень обманчивым.

Он отлично сложён, выше меня на голову даже сидя, но всё это ерунда. Меня цепляет другое — от него словно исходит свет, и это не из-за касающихся его волос лучей оранги. Этот свет проливается на меня через его глаза, они словно коричневые алмазы, обрамлённые густыми тёмными ресницами. Его ресницы и брови значительно темнее волос. Я бы подумала, что мужчина красит волосы, но не делает же он это каждое утро, потому что его корни точно такого же жемчужного оттенка, как и лежащие на груди пряди.

— Вы меня напугали! — нарушаю молчание я.

Хватит уже таращиться друг на друга, пусть скажет, что хотел, и уходит.

Его лицо преображает улыбка, от неё моё сердце запинается. Я теряю контроль над своими губами и, как последняя идиотка, улыбаюсь в ответ.

Стоп. Больше никаких мужчин.

— Вы что-то хотели?

— Стало интересно, что вы рисуете. — У него бархатистый тихий голос. От его звука по моей коже бегут предательские мурашки.

— О, это работа на конкурс для архитекторов. Модель офисного здания. Хочу добавить озеленение, поэтому сюда и пришла. Деревьев у нас не то чтобы много. — Я вновь неловко улыбаюсь.

Ну вот, теперь я ещё и вру.

Нет, я и вправду хочу добавить озеленение на крыше, но для этого мне вовсе необязательно тащиться в парк. Просто у меня не хватает сил рассказать, что я пришла сюда, потому что моё свидание провалилось, а у парня, который меня на него пригласил, загорелись брюки, но вместо того, чтобы быть с ним в госпитале, я здесь, ведь он шарахался от меня, словно я одна из морнов. Хотя, пожалуй, на древних колдунов, если они действительно существовали, мужчины вряд ли смотрели с таким же ужасом.

Этот, правда, смотрит совсем иначе, но ровно до тех пор, пока не испытает на себе последствия моего проклятия. А испытав, сразу сбежит, как и все до него.

— Интересный цвет… — Он вырывает меня из угнетающих мыслей. — Синий металлический отлив, прямо как на панцирях у некоторых бронзовок. Это такие жуки. И может, перейдём на «ты»?

— Ой, а я ни разу не видела жуков! — Да и откуда бы им взяться среди наших небоскрёбов… Я озираюсь по сторонам, но, судя по всему, жуков не больше меня впечатляет единственный на всю Астеруйю кусок земли, не залитый в камень. — И не знала, что они бывают такого цвета… Покажете, то есть покажешь, как они выглядят?

Он хмурится.

Наверное, уже считает меня странной…

Лучшее, что я сейчас могу сделать, просто встать и уйти, но вопреки всему я остаюсь на месте и зачем-то объясняю, что коллекционирую оттенки. От его взгляда мои щёки пылают, но я рассказываю ему про разницу полутонов, глядя куда угодно, кроме его глаз. Иначе точно собьюсь и выпалю какую-нибудь чушь.

Почему-то меня подмывает открыть планшет и показать ему свою постоянно расширяющуюся палитру, но я сдерживаюсь.

Хватит.

Я уже минут десять рассказываю незнакомцу о цветах, а он всё это время молчит. Я обрываю себя на полуслове.

Пожалуй, я и правда странная.

На что я надеюсь? Ему ведь не интересно, он просто ищет компанию, чтобы скоротать вечер, и явно не за разговорами.

Надо уходить.

Но вдруг он отправляет запрос на синхронизацию и транслирует на мой наок кадры с этими потрясающими жуками. Я раскрываю рот, когда перед моими глазами возникают их переливающиеся панцири. Прошу перемотать ещё раз и ещё, затем он показывает мне другие виды жуков. Один необычнее другого.

В моём сознании эйфория, какие они красивые…

Дальше мы смотрим на милых пушистых зверьков с вытянутыми мордочками и зеленоватой шерстью с рыжиной на концах. Мужчина говорит, что это «лисицы», а я очень похожа на одну из них. Я фырчу, а он смеётся. Его смех словно обволакивает моё тело, он волнует гораздо сильнее, чем ладонь Куэйна на пояснице.

Удивительно, но мужчина не предпринимает ни одной попытки меня облапать, он просто сидит рядом.

Когда, стекла наока вновь становятся прозрачными, вокруг темно. Я узнаю, что мужчину зовут Дэовур, но он просит называть его Дэо. По сравнению с ним, прозвище Ганя звучит слишком просто, и я оставляю его при себе.

Мне пора бы идти домой, но мой желудок предательски урчит.

Какой кошмар, ну почему я постоянно хочу есть…

Дэо предлагает заказать еду. Это ведь не свидание, я могу ещё несколько часов побыть обычной девушкой, понравившейся приятному мужчине… и я соглашаюсь. Отклоняю несколько голосовых вызовов от Дарлы. Я расскажу ей всё, но уже завтра.

Достабот, спускающийся с неба, приносит коробки с логотипом «Астерны». Я мрачнею.

— Не любишь их кухню? Хочешь, выбросим всё и закажем что-нибудь на твой вкус в другом месте или пойдём куда-нибудь? — Дэо всматривается в моё лицо, он так мило волнуется, что я смеюсь и срываю злополучные крышки со всех коробок.

Ту, что со стейками, отодвигаю от себя подальше.

Дэо тут же забирает её себе, а я пробую салаты вперемешку с десертами, потом замираю с набитым ртом.

Я же не одна.

И когда я уже научусь прилично есть…

Но Дэо, глядя на меня, вновь тепло улыбается и своим невероятным глухим, пробирающим до мурашек голосом спрашивает:

— Хочешь?

Передо мной возникает нарезанный стейк. Я сглатываю.

— Нет, спасибо, — я надеюсь, что подсветка в парке недостаточно яркая и он не может разглядеть мои пунцовые уши. Я быстро перевожу тему: — Ты лучше скажи, зачем спустил целое состояние? Я могла бы наесться и чем-то попроще.

Дэо говорит, что ему всё равно до конца жизни не потратить заработанное в Исследовательском центре и мне не стоит об этом переживать. Оказывается, он учёный, я наслышана про их зарплаты, и теперь многое становится понятным.

Если бы я внезапно так разбогатела, то купила бы в Ангрэме квартиру, обязательно напротив парка… густого, с настоящими цветами и сочной зелёной травой, а не как редкие хлипкие деревца на лысоватой земле, что называют парком у нас… а потом бы сама подготовила дизайн-проект и обставила всё внутри, ни в чём себя не ограничивая.

А ещё я могла бы ездить и наблюдать за стройкой Замка вечности, я влюбилась в этот архитектурный шедевр, ещё когда нам впервые показали его модель в Центре искусств. Сказочный замок, словно возведённый для правителей прошлого. Кристоний, из которого его строят, — самый прекрасный камень, что я когда-либо видела, а его сияние делает замок ещё более волшебным.

О, как бы прекрасно всё этобыло.

— Никогда не задумывался о переезде, — Дэо проводит рукой по гладко выбритому подбородку, — но звучит отлично.

К своему ужасу, я осознаю, что, кажется, размечталась вслух.

Вспомни, что ты видела на окраине, какая квартира, какой замок, когда детям нечего есть.

Стыд поглощает меня.

Во что бы то ни стало я добьюсь реализации проекта, а потом уже буду думать о переезде.

А ещё нужно будет организовать поставки питания детям, это я могу сделать и сейчас.

Обдумывая, как проверну всё это, я достаю упаковку с надписью «Фрушарсы».

— М-м-м… — Я прикрываю глаза, смакуя.

Один за другим у меня во рту хрустят, разламываются и тают шарики не только обалденно вкусные, но и разноцветные. Зачем-то я называю их оттенки Дэо, и мы вместе пытаемся угадать, какой из них с каким вкусом.

Мне так хорошо, что я продолжаю эту игру в нормальных людей, оставляя до завтра любые мысли о том, что произошло с Куэйном, несчастных детях и проклятии.

Мы долго гуляем и болтаем обо всём подряд. Точнее, болтает в основном Дэо, и я так благодарна ему за это… С ним так легко забыться.

Над нашими головами летают постепенно редеющие капсы, в небе загораются звёзды, чуть позже, незаметно для нас обоих, они вдруг гаснут. Оранга набирает цвет, возвращая меня в реальность, где я никогда не смогу быть с этим шикарным мужчиной.

Он больше не незнакомец. Он мальчик, который с детства трудился в виварии; который рискнул всем, чтобы освободить оттуда пушистую лисичку и других зверей, пусть и безуспешно. Он мужчина, который долгие циклы работал над собой, чтобы отправиться в экспедицию на край мира, и я уверена, что он вскоре добьётся своего. Он сын, который так рано потерял родителей. Он мужчина, с которым я бы хотела провести всю жизнь…

Мы сидим на краю здания, доступ к нему у меня сохранился со времён практики. Мы просто держимся за руки и молчим, но это молчание не гнетёт, оно наше общее. Изредка жужжат пролетающие достаботы, на дорогах пусто, у нас под ногами бродят первые, наверняка ещё сонные прохожие и скользят по воздуху капсы. Отсюда все они похожи на цветные точки разной крупности.

— А в Ангрэме все пешеходные зоны полностью изолированы от зоны полётов, не то что у нас…

Если хорошенько постараюсь с конкурсной работой, то совсем скоро отправлюсь туда.

Почему-то на этой мысли мне становится горько, и я крепче сжимаю ладонь Дэо. Я ещё не видела его улыбки с тех пор, как он рассказал мне о своей утрате. У меня тоже нет никого кроме Телпы. За последний цикл она так резко сдала, что мне страшно представить, каково было Дэо в один миг остаться одному в целом мире.

Но однажды он обязательно встретит прекрасную женщину… Ту самую.

А я…

Дарла меня никогда не бросит, но у неё тоже будет своя семья. А у меня нет.

Хватит жалости к себе.

Пусть у меня не будет семьи, но я здорова и могу заниматься любимым делом, путешествовать… Могу украсть у судьбы ещё несколько минут рядом с Дэо.

— Знаешь, — Дэо провожает взглядом пролетающий неподалёку от нас достабот, — я обычно не слишком общительный. Кажется, я ни разу не говорил так долго.

Из меня вылетает смешок.

— А так и не скажешь, но я рада, что ты со мной поделился. И рада, что мы встретились. Без тебя я вряд ли бы уснула этой тенью, слишком много мрачных мыслей… — Он приоткрывает рот, и я быстро добавляю: — Только не спрашивай о чём, я всё равно не смогу поделиться.

Дэо слегка щурится, словно оранга уже набирает цвет.

— По тебе не скажешь, что тебя могут тревожить какие-то мрачные мысли, ты такая… Не могу подобрать достаточно сильное слово. Яркая? — В уголках его глаз появляются крошечные морщинки, а на лице лёгкая улыбка. — Да, звучит странно. Стой, подожди, я сейчас совсем не про одежду. Просто после встречи с тобой мой мир будто перестал быть чёрно-белым.

Я не знаю, как реагировать на его слова, и гипнотизирую окна небоскрёба напротив. Кожу на лице пощипывает, и я не сомневаюсь, что сейчас она тоже станет «яркой» и непременно примет пунцовый цвет.

— Рангана, посмотри на меня, — его голос такой мягкий, что я не выдерживаю и поворачиваюсь. — Ты позволишь мне… быть рядом с тобой?

Наши руки по-прежнему переплетены, но моя становится влажной, а Дэо уже переводит взгляд на мои губы.

Нет-нет-нет!

Но он не слышит моих мыслей и тянется ко мне.

Я не хочу ничего так сильно, как коснуться его слегка обветренных от долгих разговоров губ, но я вырываю руку и шарахаюсь от него, как от меня мужчины, столкнувшиеся с последствиями моего проклятия.

Нет, я не переживу, если и Дэо однажды посмотрит на меня так же.

— Рангана? — он оборачивается, потому что я уже стою двумя ногами на крыше. Он спускается вслед за мной. — Я слишком тороплюсь? Я напугал тебя? Прости, я…

— Нет, ты не напугал. Мы чудесно провели время, просто потрясающе, это, пожалуй, лучшая тень в моей жизни, но…

— Но? — Он шагает ко мне, а я тут же отступаю назад.

— Но я не могу.

Хотя очень-очень хочу.

Ветер дует мне в грудь, словно отталкивая меня от него ещё дальше.

— Что не можешь?

— Не могу быть с

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Тень на планете Вур, где происходит действие, — аналог нашей ночи, тёмное время суток, по освещению больше похожее не на привычную нам черноту ночи, а на время между сумерками и полной темнотой. Отсюда и название. Свет на Вуре — аналог нашего дня, светлое время суток.

2

Нао́к — специальное устройство на голове, похожее на обруч или на средневековую диадему, проходит на уровне висков. Под ним очки дополненной реальности. Включает встроенную камеру.

3

Капсула (капс) — средство передвижения со встроенными электромагнитами, которое левитирует на небольшом расстоянии от аэрополотна (дороги). Используется в республиках.