Мишель Демион Brutal

— Круто!

В этот момент заднее стекло взорвалось от выстрела. Бармену удалось выхватить из-под прилавка дробовик и послать им свой привет между двумя щелчками затвора. Мелкий нырнул под руль головой, чтобы защититься от выстрелов. Затем включил первую передачу и машина, взревев, рванула с места.

— Бля… — меня подстрелили, — зарычал Али.

Плечо и передняя часть рубашки стали липкими от крови. Автомобиль зигзагами съехал с тротуара и на полной скорости рванул к окружной дороге.

Коммерческий район Малверт, возвышающийся над городом, был расположен на перекрёстке дорог, которые обслуживали весь департамент. В пяти километрах проходила автомагистраль, ведущая в сторону Парижа и на север страны. В этой коммерческой зоне много магазинов известных брендов и самый крупный в регионе торговый центр. В это время улицы были пустынными. Тем не менее каждые полчаса обход охранников чередовался с обходом полиции.

В большом жёлтом грузовике, припаркованным перед зданием дорожно-строительных работ, набилось пять человек. За трёхметровым забором в ночном ожидании выстроились машины. Их охраняли два охранника, находящиеся в будке на возвышении с обзором всего автомобильного парка. Они дремали, полагаясь на сигнализацию и охранников, которые регулярно совершали обходы.

Из грузовика сзади торчали две железные балки, скреплённые между собой третьей балкой, создавая выступающую конструкцию, к которым прикреплена красная тряпка. Грузовик был похож на монстра из металлолома. Водитель грузовика выпрямился и посмотрел на часы.

— Время, парни. Запомните, на всё не более десяти минут. По сигналу свистка убегаем. Ты, Зук, остаёшься в машине и подбираешь всех перед входом в Каро. Твоя задача доставить нас и награбленное на стоянку больницы, где припаркованы наши колёса. Поделимся после всего!

Автомобиль, припаркованный у больницы, ждал недалеко от перекрёстка национальных дорог 4 и 15. Перекрашенный в белый цвет фургон имитировал машину скорой помощи с наклеенными по бокам красными крестами. Вторая машина — обычный, маленький, покрытый пылью Рено.

— Грузовик бросим там же, — закончил водитель. — Ложись. Обход копов.

Фары медленно идущего автомобиля на короткое время осветили салон, а затем дорогу. Поскольку всё казалось спокойным, полицейская машина продолжила свой путь.

— Через пять минут они заканчивают свой рейд. Мы ждём семь и начинаем.

Через семь минут, словно допотопный монстр, грузовик тронулся с места, извергая чёрный дым выхлопных газов.

***

В это время в четырёхстах метрах двое парней возились с электрическим трансформатором. Замок двери в будку недолго продержался под острыми кусачками. Стены трансформатора были покрыты граффити всех оттенков зелёного цвета, проявляя уличный художественный вкус местных подростков. Женское имя Алиса извивалось среди арабесок яблочного цвета. Над ним красовалось длинное лицо арабской женщины с тёмной кожей, чёрными глазами и орлиным носом над кричащим ртом.

— Нам нужно вывести из строя автоматический выключатель, — объявил парень, который казался экспертом, — закоротив его всего лишь куском металла. Он сгорит, но нужно быть осторожными. В результате скачок напряжения вызовет срабатывание двух других промежуточных трансформаторов. В любом случае три других трансформатора, распределяющих ток, взорвутся, но на этот раз с помощью взрывчатки. Как только мы закоротим этот!

Длинными плоскогубцами, изолированными красной изолентой, между катушками положили длинный металлический стержень. Произошло короткое замыкание. Раздался громкий хлопок и поток голубых искр с треском разлетелся во всех направлениях. Электростанция вышла из строя ровно в четыре пятнадцать.

При отключении электроэнергии по городу все службы жизнеобеспечения: больница, полиция, пожарная служба включают свои генераторы. Но среди дежурного персонала наступила всеобщая паника. Телефоны звонили повсюду в поисках гипотетических ремонтников. Стационарные телефоны и интернет перестали работать. Только мобильные телефоны как-то принимали сигнал. Но их вызовы резко прерывались из-за переполнения линий. Все улицы центра и района Малверт мгновенно погрузились во тьму, оказавшись отрезанными от мира. Камеры наблюдения ослепли. В такую безлунная ночь всё было покрыто кромешной тьмой.

***

Жёлтый грузовик включил фары. До входа в супермаркет Каро было метров двадцать. Двигатель взревел с заблокированными тормозами. Затем, отпустив тормоза, грузовик рванул задним ходом, направив закреплённые сзади балки на ворота в супермаркет. Подобно бивням разъярённого слона, железные балки впились в защитные стеклянные двери, блокирующие вход в супермаркет. При первом ударе дверь прогнулась и застонала. Грузовик сдвинулся вперёд и опять рванул назад. Второй удар сорвал петли с пола и потолка. Входные двери шлёпнулись на пол внутрь магазина и развалились.

Словно стая хищных птиц в галерею торгового центра ворвались около тридцати парней. Все они были вооружены бейсбольными битами и молотками.

Всё это нашествие сопровождала громовая музыка регги. Высокий чернокожий парень с блеском в глазах, пританцовывая, нёс на плече проигрыватель.

Внезапно погас свет. Вся коммерческая площадь погрузилась во тьму, нейтрализуя камеры наблюдения.

«Трансформатор только что сдох,» — подумал Зук.

В галерее разбивание витрин со звуком падающего стекла сопровождалось восторженными воплями. Высокий тощий мужик лет сорока копошился за витринами бижутерии, методично разбивая стеклянные поверхности. У него была чёрная кудрявая шевелюра и бакенбарды. Он делал всё медленно, должно быть, пребывая на последней стадии диеты для похудения, из-за чего выглядел как тающая свечка.

Выбежала первая группа из трёх человек в натянутых на уши кепках. Они толкали перед собой тележку, полную телевизоров и акустических колонок. Всё складывали в фургон. Другая группа выскочила из зала со спортивными сумками, доверху наполненными драгоценностями и дизайнерскими часами. Поверх своей одежды они напялили кожаные пальто, взятые в магазине одежды.

Из тёмного прохода с криком и воплями выскочили четыре девчонки лет четырнадцати-пятнадцати с фиолетовыми петушиными ирокезами на головах и тяжёлым пирсингом в ушах. Они катили детские коляски, нагруженные одеждой. Самая мелкая была похожа на мышку, потерявшуюся в сырном ассорти. Под её носом висело достаточно большое кольцо, которое некрасиво натягивало хрящ. Вторая орала высоким голосом, похожим на визг поросёнка. Третья, подняв руки в перчатках к небу, кудахтала как цесарка.

Зук стоял возле разбитых ворот супермаркета и наблюдал за танцующими огоньками фонариков бегущих во все стороны людей. Он начинал нервничать, поглядывая на часы.

«Пора уходить, — рассуждал он, — это настоящий бардак. Али вовлёк слишком много людей, и самые неадекватные из них будут хвастаться своей добычей». Полицейские быстро найдут многие предметы на блошиных рынках. Чёрт! Это всё плохо кончится. Думаю, надо залечь на дно на какое-то время, пока всё не успокоится.

Он взял свисток и дал сигнал бежать. Из коммерческого зала выбежала разношёрстная компания: кто с чемоданами, кто с сумками, а кто-то толкал тележки для покупок, наполненные ворованным. Иногда из карманов и даже на шее торчали предметы женского нижнего белья. В этой дикой спешке Зук покачал головой и произнёс:

«С меня хватит, надо линять».

Группы с криками бросились к машинам. Машины, поворачиваясь и разворачиваясь, пересекали друг друга под крытой парковкой супермаркета. Ещё пока не было слышно полицейских сирен.

Прямая дорога легко и быстро позволила покинуть район Малверта. Быстро миновали кладбище разбитых автомобилей, пересекли пустырь, готовый для новостроек. А в конце дороги была развязка, которая была отправной точкой для пяти направлений. Именно в этом месте колонна мародёров растворилась во все стороны на полной скорости.

***

В четырёх километрах от города по Северному шоссе располагалось частное охранное агентство по защите общественного порядка. Оно курировало три города: Сен-Льё, Вернуй и Норли, что представляло собой огромную территорию. Его двухэтажное здание выглядело зловеще с узкими отверстиями похожими на бойницы вместо окон. На агентство работал достаточно большой персонал. Обычно на первом этаже дежурили пятеро парней, всегда наготове выехать по первому сигналу тревоги. Ворота здания выходили на ярко освещённую парковку, где в боевой готовности ждали три Лэнд-Ровера.

Каждый вечер владельцы и абоненты различных учреждений, уходя с работы, включали автоматическую сигнализацию, которая защищала от любого вторжения до их возвращения на рабочее место утром.

Системно расположенные камеры охватывали каждое предприятие, будь то склад, офис или бутик. Одни камеры снимали окрестности, другие внутренние помещения. Агентство имело прямую связь с жандармерией.

В этот вечер в охранном офисе было пятеро мужчин в форме. Самый высокий скептически обозревал галерею экранов закрывающихся магазинов. Двое других мужчин пытались заснуть, ворочаясь на раскладушках. Третий, усатый, закутанный в старый бежевый плед, уже похрапывал в углу. Командир смены сидел за столом и читал триллер в жёлтой обложке.

Вечер пятницы обещал быть тихим. Накупив покупки, чтобы забить холодильники, люди спешили домой, предвкушая спокойные выходные. Кто-то мечтал отоспаться за пару дней. Молодые пары мечтали о возможности заняться любовью. Одинокие мужчины задерживались в барах в надежде подцепить женщину на выходные. Представители высшего звена, как они любили себя называть, оставались в офисах с коллегами. Они обсуждали бизнес, пока их жёны занимались хозяйством и детьми.

Обстановка была спокойной, ничего не предвещало не разрешаемых проблем. Около одиннадцати часов вечера сигнал о вторжение в мясную лавку «Гезеннек» заставил патруль выехать на место. Там обнаружили собаку, обжирающуюся сосисками и жареной свининой. Несомненно, псина проникла внутрь до закрытия магазина, поскольку охранники не обнаружили никаких следов взлома.

Спустя полчаса последовал сигнал об ограблении автомастерской. Дежурный охранник немедленно вызвал жандармов. Патруль из четырех охранников во внедорожнике, хозяин гаража и жандармы прибыли почти одновременно. Было разбито окно, но из мастерской ничего не исчезло. Вторжение напоминало развлечение разнузданных подростков. Охранники, хозяин и полиция пожали друг другу руки и, сетуя на бесполезный приезд и разъехались.

Через час была взломана боковая дверь табачного магазина «Лас-Вегас». На место происшествия был направлен новый патруль. Воры проникли через коридор, соединяющий квартиры верхних этажей с табачной лавкой. Дверь взломали ломом. Когда приехал владелец лавки, он обнаружил, что его сейф цел. Были украдены только блоки сигарет и электронные игры. Однако он решил переночевать в своём закутке, вооружившись охотничьим ружьём, не сообщив никому о своём намерении.

Казалось, в час ночи наступило ожидаемое спокойствие. Два охранника в охранном агентстве обсуждали последний день чемпионата по футболу Первой лиги и возмущались, что арбитр засчитал поражение Парижу 3:2.

В три часа ночи на экране вспыхнул первый сигнал тревоги. Ограбление ювелирного салона. Затем второй оповестил о вторжении в книжный магазин. Затем последовала череда звонков со всех концов города.

— Атака нескольких объектов сразу, — закричал дежурный, наблюдая за галереей компьютеров. — Я звоню в жандармерию. Что-то неладное происходит повсюду. Ребята, подъём!

Проснувшись от глубокого сна, охранники потирали недовольно глаза. Дежурный сообщил адреса вторжения. Группами по четыре человека на Лэнд-Роверах охранники выехали в ночь, направляясь к центру города.

***

Комендант жандармерии Манжен, крупный мужчина, мечтающий об отставке, откинувшись на спинку стула, дремал, когда телефон из охранного агентства прерывал его приятный сон. Во сне он флиртовал с молоденькой девушкой, которая прибыла новобранцем в их отряд. Он уже расстегнул её пиджак и дотянулся до груди, как сон прервали на самом интересном месте.

— Служба безопасности на связи, — раздался голос в панике. — Тут творится не понятно что. Повсюду взломы с вторжением, в том числе в Каро. На данный момент у меня восемь краж в каждом пункте.

— Спокойствие! — скомандовал Манжен и резко проснулся от собственного голоса.

Во рту у него пересохло от большого количества выпитого пива. Накануне он праздновал день рождения своего четырёхлетнего сынишки, что затрудняло восприятие происходящего:

— Где? Места локации? — ему казалось, что язык прилип к нёбу.

— Везде, говорю вам, в центре города и у супермаркета Каро. Я посылал своих ребят в город и в коммерческую зону Малверт. Но это слишком далеко!

— Поднимаю свою бригаду, и мы выезжаем. Дайте мне адреса.

Он нажал кнопку общего оповещения тревоги.

— Пришлите места вторжений по электронной почте. Я подниму тревогу в этих секторах.

Он побежал в оружейную, снял цепь, удерживающую автоматы на спусковой скобе, и открыл шкаф с бронежилетами. В этот момент погас свет, и окрестности погрузились во тьму глубокой ночи. Манжен ощупью начал двигаться по оружейной, изрыгая проклятия.

Прошло добрых пять минут, прежде чем в жандармерии слабо загорелось аварийное освещение. Манжен забил тревогу в казарме. Лейтенант первым появился в комнате охраны.

— Боже мой, Манжен, что происходит?

Пока Манжен давал объяснения своему начальнику, между проснувшимися жандармами, раздачей оружия и бронежилетов возник настоящий хаос.

Двадцать минут спустя, в ночном замешательстве, сопровождаемые приказами вперемешку с ругательствами, три синих автомобиля жандармерии выехали на место происшествия. В каждом было по шесть плохо проснувшихся и вооруженных до зубов людей. Но далеко им не удалось отъехать. Вся дорога была усыпана шипами для прокола колёс. Со спущенными шинами машины остались неподвижными на дороге. Синим светом мигалки освещали уголок елового леса, прилегающий к жандармерии. Недовольный адъютант, ругаясь, пинал шины, а остальные жандармы толком не знали, что делать. В казарме не было запасных шин, чтобы исправить положение.

Двое жандармов, водя носом по земле, пытались оценить обстановку и подобрать шипы.

— Они повсюду, — возмущался беспомощный комендант. — Повсюду.

***

Улица Ля Рэн Петод находилась как раз напротив Центрального денежного хранилища и заканчивалась Т- образным перекрёстком. Ответвление справа через четыре километра вело к северной автостраде на Париж. Дорога пересекала производственные склады, а затем пролегала постепенно мимо пустыря. Ответвление слева пересекало Компьеньский лес и уходило в сторону Шантийи. Таким образом, хранилище находилось в стратегически важном месте, позволяющем собирать деньги с Парижских районов, расположенных недалеко от аэропорта Руасси Шарля де Голля. Деньги сюда стекались с богатых городов Гувье, Шантийи и более скромных городов промышленного района Крейуа. Само хранилище было окружено высоким забором, увенчанным колючей проволокой, через которую проходил электрический ток.

В три сорок пять утра по тихой пустынной улице Ля Рэн Петок проехал фургон Рено. Неподалёку в баре включили свет. Бар обычно открывался в пять утра, чтобы напоить кофе работников, начинающих смену в столь ранний час.

Из Рено вышел мужчина, вооруженный автоматом Калашникова и маской клоуна на лице. Он установил оружие на капот автомобиля, чтобы вся улица оставалась под прицелом в полном обзоре, выполняя роль наблюдателя.

Одновременно четверо мужчин в форме с красной повязкой на правой руке побежали к воротам хранилища, жестикулируя руками. Два агента службы охраны, контролирующие экраны с внешних камер, увидели группу полицейских, делающих им какие-то знаки. Затем вдруг экраны потемнели, и раздалась серия коротких взрывов.

Прижавшись к стене, окружающей здание, четверо мужчин приступили к действию. Они заложили сильное взрывчатое вещество С4 в направляющие раздвижных ворот. C4 – пластичное взрывчатое вещество, которое обладает высокой взрывчатой активностью, превосходящей по мощности тротил.

Двери высотой три с половиной метра от взрывной волны сорвало с петель. Мелкие куски кирпича и цемента разлетелись во все стороны. Автомобиль Рено Espace с тонированными стеклами, который ожидал у тротуара, тронулся с места и припарковался в пятидесяти метрах ближе к хранилищу.

Четверо в форме, перепрыгивая через обломки ворот и кирпича, бросились к зданию, обстреливая на ходу пост охраны из автоматов. Разбросав мусор в стороны, они позволили фургону въехать во двор. В самом здании, за раздвижными воротами находился гараж с бронированными инкассаторскими машинами, похожими на бронетранспортеры.

Они ворвались в здание с криками. Автомобиль Рено следовал за ними, а затем впереди. Чтобы пробраться внутрь денежного хранилища, надо было преодолеть железную решётку с бронированной дверью. В это время на улицах погасло всё городское освещение. Двое мужчин подбежали ко входу в бункер, служащим сортировочным центром для бронетранспортёров.

— Ну, теперь твоя очередь, — закричал тот, кто устроил первый взрыв. — Давай, покажи на что способен.

Они размяли С4 как пластилин и воткнули сделанные колбаски в петли дверей в помещение центрального корпуса, используя С4 в качестве детонатора. Быстро отбежали, укрывшись в углу и заткнув уши. Мощный взрыв заставил вибрировать всё здание. Дверь деформировалась, словно согнутая рукой великана, но не сдвинулась. Пластилиновые колбаски C4, прижатые к фурнитуре, оставили дверь на месте. Новый, более мощный взрыв разрушил стену и металлические кронштейны, удерживающие дверь. Дверь хлопнулась внутрь помещения с грохотом смятого металла. Второй взрыв открыл погрузочный отсек для фургонов.

***

В это время в помещении находились шесть сотрудников: две женщины и четверо мужчин. Они были ошарашены появлением пришельцев в масках из ниоткуда. Те выкрикивали проклятия, выпуская очередь из автоматов Калашникова в потолок и поверху стен. Облако штукатурной пыли опустилось вниз и покрыло комнату мусором. Рамки с иллюстрациями Тадж-Махала свалились и разбились о кафельный пол. Кусочки бумаг разлетались во все стороны, прежде чем стеллажи с документацией рухнули с апокалиптическим грохотом. Все четверо вбежавших заполнили страхом комнату, где считались денежные купюры. Они изрыгали угрозы в безумной ярости.

— К стенке, идиоты, — закричал один. — Руки за голову. Иначе всех замочу. И тебя, и тебя.

Он бросал в них всем, что попадалось под руки на столах: ручки, семейные фото в рамках, а затем начал сбрасывать на пол компьютеры и принтеры. Двоим сотрудникам удалось спрятаться в бронированной комнате, предназначенной для укрытия в случае вторжения. Те закрыли дверь и притаились. Остальные четверо, прислонившись спиной к стене, лихорадочно подняли руки. Одна из женщин в истерике завизжала, упав на пол:

— Не убивай меня, не убивай меня.

Взвинченный от этих криков бандит грубо схватил её за волосы и поволок за собой. Продвигаясь вперёд, сильными пинками он заставил остальных сотрудников повернуться к стене. Подчинившись, те прижали головы лицом к гипсовой перегородке с руками за спиной. Не церемонясь, бандит связал запястья каждого пластиковым жгутом. Затем криками и пинками заставил всех направиться в сторону туалета.

В небольшой комнате, отделанной плиткой, было три писсуара, три кабинки с унитазами и два умывальника под большим зеркалом. Мощным ударом автомата бандит разбил стекло. Зеркало рассыпалось на кусочки. Угрожая пистолетом, он заставил всех усесться на осколки под раковины. Ошеломлённые выстрелами в потолок и дрожащие от страха заложники предвидели свой последний час, уверенные, что безумие закончится кровавой бойней. Но бандит запер дверь туалета со скученными в панике людьми, опрокинул стол и завалил им дверь снаружи.

— Хватит бесноваться! — приказал приглушённый под маской голос. — За дело.

Он указал на металлическую консоль, на которой лежали завёрнутые в целлофан приготовленные пачки денег. Налётчики выстроили живую цепочку, чтобы быстрее перебросить деньги со стеллажей в автомобиль Рено, который ждал у разрушенного входа в бункер. Бандит, закрывший сотрудников в туалете, начал ржать.

— Хороший способ напугать, чтобы они заткнулись.

— Закрой свой рот и помолчи.

Мужчина знал, что если здесь прослушка, то идентификатор голоса легко вычислит подозреваемого. Он сам постарался изменить свой голос. Другой бандит в это время достал из кармана пакет и рассыпал содержимое по полу. Это были остатки волос, собранный из парикмахерских.

— Найти ДНК, ту самую, будет непросто, — ухмыльнулся он.

Деньги должны были поступить в банки Франции рано утром. Автомобиль Рено тем временем развернулся, встав передним бампером к выходу из центра хранилища. Все четверо бросились к пакетам, что остались на стеллажах. Загрузили полностью Рено деньгами. Один из налётчиков подсчитал на пальцах девятнадцать пакетов по миллиону евро. Другой прихватил ещё две кожаные сумки, набитые купюрами. Двигатель автомобиля взревел. Все на ходу забрались в машину. Машина, переваливаясь и перепрыгивая через обломки кирпичей, направилась к выходу.

— Чёрт! — выругался водитель. — Колесо спустилось.

— Досадно. Всё-равно кати. Осталось какие-то пятьсот метров.

Машину начало трясти с лязгом железа об асфальт уже при скорости 30 километров в час.

— Давай быстрее.

— Я делаю всё, что могу.

Прошло двенадцать минут с тех пор, как банда ворвалась в денежное хранилище.

***

В это время тип, выполнявший роль наблюдателя на улице, заметил фары приближающегося автомобиля. Это был минивэн разносчика утренних газет и журналов, приближающегося по улице в их сторону. Какой-то обыватель, услышав взрывы, проснулся и открыл окно. Короткая автоматная очередь над головой разбуженного заставила его быстро закрыть окно. Затем автоматная очередь поразила колёса автомобиля разносчика прессы. В панике курьер нырнул под руль и резко затормозил. Из задней, плохо закрытой двери вывалились на асфальт пачки газет и журналов.

В это время наблюдатель увидел Рено Espace, вываливающийся наружу с территории хранилища. Автомобиль едва переваливался со скоростью человека, болезненно сотрясаясь от каждого препятствия. Тип опять выстрелил в небо для острастки и нагнал автомобиль. Ясно было, что у машины пробиты все четыре колеса.

— Мы недалеко от парковки, — прокричал он водителю.

Даже при скорости десять километров в час Рено Эспейс так сильно трясло, что казалось, он вот-вот развалится. Наблюдатель, запыхавшись, побежал в сторону резервной машины. Он щелчком раскрыл Тойоту как раз в тот момент, когда к нему подкатил разваливающийся Рено. Запасная машина была спрятана в посадках деревьев у высокой кирпичной стены, отделяющей парковку от дороги.

В кромешной темноте безлунной ночи шестеро парней бесшумно перегрузили содержимое из одной машины в другую. Затем быстро переоделись в другую одежду, которая была заранее спрятана под сиденьем автомобиля. Побросав форму полицейских в Рено, они разбросали волосы по салону и на только что оставленной одежде.

Франк переоделся в темно-синюю парку и туристские брюки. Он не стал менять свои туфли из мягкой кожи. На голову он надел серую бейсболку. Положив пистолет в карман куртки, он ощупывал внутренние карманы парки, проверяя наличие двух паспортов на разные имена и двух кредитных карточек с именами, соответствующими этим паспортам. Он всегда принимал меры предосторожности во время штурма, чтобы не быть застигнутым врасплох. Цыгане к тому времени тоже переоделись.

— После доставки денег к пункту назначения, — объявил Франк, — останется четыре миллиона. Плюс сумки, набитые купюрами. Ну, что же, это неплохо. Джино, ты поведёшь машину. Поведёшь спокойно.

Чтобы добраться до дороги в Котере, им пришлось пересечь рабочий район со скромными домиками и садами, где кроны деревьев отбрасывали густую тень при освещении. Но на всей территории было отключены уличные фонари. Соблюдая разрешенную скорость, чтобы не привлекать внимание, Тойота пересекла рабочий квартал.