Мишель Демион Brutal

— Я думаю, — начал Франк, — мы должны организовать нападение, как рейд коммандос. Пятеро мужчин со мной атакуют денежное хранилище. У каждого есть своя, конкретная по времени цель. Координация - ключ к успешному ограблению. В качестве оборудования нам понадобятся два больших фургона. У меня есть униформа, оружие и взрывчатка. Все необходимо сделать менее чем за четверть часа. Перед вами план, который мы отрепетируем здесь на местности и сделаем серию повторений.

Понадобиться один человек на улице для наружного наблюдения. Двое, чтобы взломать входные ворота с помощью взрывчатки, а затем открыть дверь в сейф. Двое остальных должны загнать машины внутрь и поставить их задом к сейфу. Тот, кто снаружи, должен наблюдать за шумом, когда ворота откроются.

Все, за исключением внешнего наблюдателя снаружи, помогают с погрузкой мешков с деньгами в фургоны. Затем мы движемся в сторону Ла Ферте, к старой промышленной зоне. Там мы перекладываем деньги и разъезжаемся в разные стороны.

Что касается жандармерии, мы их запутаем. Они будут в панике из-за одновременного срабатывания сигнализации из разных местных пунктов. Достаточно шесть хулиганских групп по два-три пацана, которых я найду из своих. Они не будут знать о нас и нашей цели. Им необходимо будет вызвать панику в периметре наблюдения жандармерии. Двенадцать-пятнадцать подростков должны создать настоящий хаос, пока жандармерия поймёт о настоящем ограблении.

— Для этого ты хочешь притащить подростков из ближайших городов? Понятно! Правая рука должна игнорировать то, что делает левая!

— Да, но только не из ваших. Никто не должен знать. На это понадобиться меньше денег, чем за разбивание витрин во время студенческих демонстраций. Но создание беспорядка должно пройти корректно. Они выберут несколько ювелирных магазинов, чтобы разбить витрины, которые окупят себя.

Как только наше ограбление закончится, мы движемся по этому маршруту. На парковке кладбища меняем автомобили. Вот тут на карте. Здесь растут деревья, которые скроют нас от полицейского вертолёта.

Пятнадцать миллионов, которые мне предстоит забрать, весят около пятидесяти шести килограммов. Они будут упакованы в целлофановые пакеты по 7 килограммов. Всего восемь пакетов, которые мы переложим в багажник Тойоты. Остальное возьмёте с собой. Но будьте осторожны, так как блокпосты будут установлены везде и быстро. Будут обыскивать все машины. Поэтому советую найти место и закопать деньги в полиэтилене где-нибудь в лесу. Через месяц, два вернётесь за зеленью.

— А ты подумай, как можно уйти со всеми пакетами, — сказал Джино, которого Франк плохо знал.

— Это не будет хорошо ни для меня, ни для вас. Мне нужно доставить деньги самому тем, кто снабдил меня всей информацией и деньгам. У меня самого ничего не останется.

— Ну, тогда мы будем сопровождать тебя до самой передачи денег, чтобы убедиться, что это не кидалово.

Франк побледнел от ярости и ударил руками по столу. Желваки заходили на скулах.

— Послушай, Джино. Я всегда с вами был честен. А сейчас ты оскорбляешь меня, обвиняя, что я веду нечестную игру. Звучит как объявление войны. Нет желания работать с вами, если вы мне не доверяете. Есть влиятельные люди, на которых я работаю. Они меня давно знают, поверьте. Я бы тоже предпочёл оставить все деньги себе. Но, если я разорву эту связь, сломаю доверие, как я смогу держать ограбленные деньги в банке? В банке, который не задаёт вопросов, откуда деньги! Это верно также и для вас. Как крутятся ваши деньги в Болгарии? Кто обеспечивает финансирование? Я плачу за обмундирование, оружие, взрывчатку, средства связи...

Франк встал, надел куртку и, не говоря ни слова, направился к двери. Бледный, в напряжении, он сжал кулаки.

— Успокойся, — крикнул вдогонку Пепе Манитас. — А ты, Джино, заткни свой поганый рот. Франк говорит дело. С ним никогда не было проблем. Садись, Франк. Давай обсудим сначала.

— Извини, Франк, — произнёс Джино. - Меня занесло. Гоню пургу какую-то.

Франк остановился в дверях. Действительно, в этом ограблении много неясного. Он сам задавался вопросом, стоит ли участвовать в этой афере. Ему всегда нужны были деньги, но мысль о приходе к власти оппозиции претила ему. Вот уже семь лет он занимался подобными делами и не собирался останавливаться, так как это приносило большой доход. Он знал, что заказчики легко манипулировали мнением людей посредством страха и слухов. Всё, что нужно сделать, это вовремя появиться на сцене. Каждый мог повестись на подобный обман.

Как и многие из его коллег, он старался избегать физического уничтожение противника, но время от времени приходилось прибегать к краже со взломом. На самом деле призыв к молитвам и халяльной еде, звучащей во всех уголках гексагона, как назвал Францию Де Голь из-за фундаменталистов, вызывало у него чувство отвращения

— В твоём плане есть слабое место, Франк, — произнёс Джанго Зохан. — Нам нельзя ехать через кладбище.

Это был сухой тощий цыган. Он говорил мало и тихо после некоторого размышления, поэтому его все слушали с особым вниманием.

— Франк, нам не нужна вторая машина. Одна для операции достаточно. Вторую оставим для страховки, если первая не сдвинется. Одного фургона будет достаточно, чтобы забрать нас и деньги. Бросим машину на площади в углу, при въезде в коммерческую зону. Там только склады. Это в пятисот метрах от банковского хранилища. И спокойно пойдём к месту, где ты должен сдать деньги. Это хоть немного успокоит Джино. Уедем на машинах, которые будут спрятаны заранее. Я согласен, что оставшиеся деньги стоит закопать, чтобы не тащить мешки с собой.

— Я забыл одну вещь. Нам нужны будут волосы. Вернее мусор, который парикмахеры выбрасывают после стрижки. Мы оставим эти волосы на месте преступления. Пусть полиция пороется в базе ДНК.

После этих слов Франк обрёл непоколебимую уверенность.

***

По склону холма деревья встречались всё реже, а заросли кустарника становились всё более непроходимыми. Большие ели утопали в сухих иголках, покрывающих мягкую почву. А солнечный свет играл на дрожащих лужах, собравшихся у подножия редких деревьев. Чем дальше Франк спускался с холма, тем труднее становилось идти. В ямах скапливались кучи сухих листьев. Невидимые препятствия делали ходьбу не безопасной. На открытых участках земли были видны трещины. Ночные морозы сделали своё дело.

Франк всё-таки споткнулся и упал. Чертыхаясь, он поднялся и пригляделся.

Ниже, на покрытой кустарником равнине, возвышалось большое здание из красного кирпича. По бокам металлические конструкции с грузовым открытым лифтом прикреплены к каркасу здания. Несколько железнодорожных путей, подходящих к зданию, были запорошены листвой и сухими ветками. Когда-то в прошлом рельсы были соединены с главной магистралью, идущей на север страны и далее в Бельгию.

Перед ним Ла-Бреш. Это небольшая речка, омывающая бывшую промышленную зону. Она вышла из своего русла, превратившись в зловонное болото. Тонкий слой льда скрепил пожухлую траву с её берегами.

Франк сверился с картой. Только одна дорога, заросшая кустарником, соединяла городок Брёй с деревушкой Котре. Для него это место было хорошим убежищем вне поля зрения. Достаточно сказать, что местность была пустынная и мрачная.

Длинные ряды ещё уцелевших стекол брошенного сооружения сверкали под бледными лучами зимнего солнца.

У подножья склона ботинки ступили на мелкую гальку. Гравий, оставленный рекой после зимних паводков, скрипел под ногами. Чтобы пересечь Ла-Бреш, он сделал большой крюк, прежде чем найти брод, позволяющий попасть на другой берег, перепрыгивая с камня на камень. Он пробрался через заросли кустов, защищающих доступ к заброшенному зданию, и наткнулся на старый железнодорожный путь, ведущий к главному сооружению. Ему мешало пальто. Оно цеплялось полами за ветки и шипы. Он снял его, скатал и перекинул через правое плечо.

Франк подошёл к зданию ближе. В нос ударил сильный гнилостный запах. Он достал из кармана носовой платок и прикрыл нос и рот, чтобы не дышать зловоньем. Когда-то на этом месте располагалась шахта, а затем раскопки превратили в тайную свалку токсичных продуктов под открытым небом. Здесь так воняло, что сюда никто не совал свой нос.

Железнодорожное полотно проходило вдоль платформы, возвышавшейся над путями на добрый метр. В конце, у обрушившегося буферного упора лежала перевёрнутая на бок ржавая дрезина. Несколько машин догнивали вдоль полуразрушенных бледных бетонных стен. Куски металла, продырявленные железные листы, мотки проволоки и даже корпус какой-то большой разобранной машины загромождали цементный пол здания. Брезент, испачканный мазутом, покрывал шасси старого ржавого грузовика без колёс. В глубине листы гофрированного железа прикрывали пирамиду из бочек, из которых вытекала вязкая желтоватая жидкость. У входа находились старые казармы с перекрытием из асбеста, тоже в руинах.

Франк обследовал здание, перешагивая через этот промышленный хлам. Вдруг он заметил следы от шин автомобиля. Поскольку уже две недели было холодно, и земля глубоко промёрзла, следам было не менее десяти дней.

Горнодобывающая компания построила здесь грунтовую дорогу, чтобы доезжать до шахты и сбрасывать здесь весь мусор. Грязные сточные воды, облизывая фундамент постройки, сливались в реку. Река, в свою очередь, сдерживаемая отходами, превратилась в пруд. Пруд, окаймлённый тростником, ивами и лозой, засорённый пластиком и промышленной серой, превратился в болото, через поверхность которого регулярно прорывались зловонные пузырьки воздуха.

«Машины припаркуем здесь капотом к дороге, — подумал Франк. — Фургон с деньгами оставим прямо у входа на старую штольню. Переброска денег — минутное дело».

Он достал карту и указательным пальцем прошёлся по маршруту, чтобы запомнить его. И решил сам пройти весь запланированный путь, чтобы убедиться, нет ли в этом районе чего-нибудь подозрительного.

***

Сегодня у него была встреча с Али ля Пуант в местном молодёжном клубе. Он перешёл улицу и направился к бензоколонке. Освещение заправочной станции очертила силуэт. Это был высокий широкоплечий мужчина с грубым лицом, изрезанном шрамами. Сжатые кулаки в карманах серого пальто, наполовину завязанный галстук под бычьей шеей, трёхдневная щетина придавали ему вид гангстера. Поспешным шагом он направлялся к ярко освещённому круглому зданию. Они должны были встретиться здесь, в клубе.

Али хитёр как лис. Наполовину криминал, наполовину просвещённый. Он называл себя «Али ля Пуант» в память о головорезе-сутенёре, который присоединился к алжирскому фронту национального освобождения и погиб за свободу Алжира.

Как и его тёзка, он любил эпатировать всех манипулированием с ножами. Обычно Али опаздывал на встречу. Он предпочитал машины с механической коробкой передач. На правом плече у него красовалась татуировка в форме черепа. Молодёжный клуб – это обычное место для встреч парней его пошиба. Он умело мог сыграть роль босса и найти себе шестёрок. Настоящие боссы хвалили его за это и приводили в пример.

На самом деле это был мелкий террорист, который являлся лидером банды районов Плато и Командери. Его непоследовательность, граничащая с безумием, пугала Франка, который много чего повидал на своём пути.

Во взгляде Али часто проскальзывал блеск безрассудного насилия. А его пристальный взгляд наводил ужас на собеседника. Тот сразу понимал, что малейшее возражение могло вызвать вспышку ярости. Эти вспышки часто бывали иррациональными, тем не менее, уже обросли легендами. Франк знал и манипулировал этим, используя его жестокость. Али был живой бомбой. Надо было всего лишь указать ему цель.

Франк пришёл на встречу и сел в компьютерном зале. Он видел, как Али

пожимал руки, обмениваясь короткими приветствиями с другими парнями своего возраста. Али заметил Франка, как только зашёл в клуб, но вёл себя так, будто пришёл сюда невзначай.

Внезапно, будто только заметив его, Али воскликнул:

— Здравствуйте, господин Франк!

— Здравствуйте, господин Али. Я рад вас видеть.

Когда к нему обращаются господин, он готов извиваться, как угорь в рыбацкой корзине.

— Вам опять нужно, чтобы я надрал задницы маленьких придурков!

Расширенный зрачок его глаз выдавал нервозное состояние. Вероятно, он был обколотый, как подумал Франк.

— В прошлый раз ты не перетрудился.

— Хорошо, когда богатых идиотов из буржуазии нагревают отбросы общества.

— Должен сказать, что из-за того дерьма, что ты натворил, студенты боятся снова устраивать демонстрации протеста. Забавно смотреть, как копы расчищают место для нас.

— Нужно готовиться к другим демонстрациям?

— Нет, но у меня есть что тебе предложить.

Франк встал, подошёл к автомату с напитками и вернулся с двумя бумажными стаканчиками с содовой.

— Что за дело, господин Франк? — поинтересовался тот, хватая стаканчик.

— Это особый случай. Я могу здесь говорить?

— Если не будешь орать громко.

— Что произойдёт, если ночью параллельно организовать серию ограблений. Что ты думаешь?

— Ты имеешь в виду в одно и то же время? Будет адский бардак! Охранники и копы не будут знать, на какой вызов бросаться. Это может быть весело!

— Если всё сработает одновременно, у вас будет время для грабежа. Отличный будет рейд.

— Две-три тачки для тарана, в них четверо ребят, несколько одиночек на улице. Не считая торговых центров, была бы хорошая добыча! А копы где будут?

— Кроме общей паники, я не предвижу ничего для ваших групп. Им придётся постоять за себя, помахать кулаками, но недолго. Вот что я вам предлагаю:

Через две недели, в пятницу, между трёх тридцати и четырёх утра, две-три группы в центре города нападают на два магазина: ювелирный и бутик очков. В торговом районе Малвер другие устраивают захват минивэна универмага Каро и заезжают внутрь универмага. Через три улицы оттуда находится дилер по продаже мотоциклов. Можешь дать волю своему воображению. На небольшой территории Буа Экюрой магазин Буланж торгует компьютерами и другими гаджетами. Рядом магазин одежды Мегаспорт. Главное — начать ликвидацию одновременно. Улавливаешь смысл? Способны вы импровизировать в таком духе? Если да, тогда это может окупиться сторицей!

— А ты, Франк? Что ты будешь иметь с этого?

— Продвижение министра и паника среди граждан. Это всегда хорошо для выборов! Людям нравятся речи о защите перед лицом насилия, а вы выступаете варварами, которые трясут устои законопослушных граждан.

— Зачистка фасада Керхером, чтобы заставить министров говорить?

— Нам тоже придётся поработать. Вот план трансформаторов, чтобы отключить свет во всей коммерческой зоне.

Франк протянул ему карту окрестностей. Красными крестиками были помечены места расположения трансформаторов.

— Будьте осторожны! Не суйте пальцы, куда не следует!

— Мы будем осторожны! Если я правильно понимаю, наши грабежи и бардак в городе приносят голоса. Да! Да здравствует демократия! В три тридцать, через две недели я привожу план в действие! Я больше не увижу тебя?

— Позже и после всего, Али.

Покидая молодёжный клуб, Франк поймал себя на мысли, что после всего этого ему было бы полезно взять длительный отпуск. Очень продолжительный отпуск. И что он больше никогда не хотел бы увидеть этого опасного и не адекватного парня. Например, отправиться на Фиджи.

***

Ночь была ясная и прохладная. Часы ратуши, расположенные на колокольне мэрии, показывали три тридцать. В центре не было никакого движения. Все бары закрыты. Витрины ювелирного магазина, фотоателье и магазина оптики освещали площадь Поля Думера. Неоновые огни банковских вывесок и две-три рекламы перемигивались разными цветами. Но в какой-то момент, благодаря экономии электроэнергии, ненужные источники света потухли, и остались одни уличные фонари, расположенные на расстоянии двадцати пяти метров друг от друга, оставляя большие неосвещённые пятна на асфальте.

Заранее угнанные машины были припаркованы на узкой безлюдной улице сразу за судом, чтобы добраться до площади Поля Думера пешком. Трое парней шли вдоль фасадов витрин друг за другом.

Они приценивались к тёмным витринам закрытых магазинов. Свет от фонаря упал на витрину ювелирного бутика. Первый держал молоток для забивания кольев в правой руке. Последние двое держали спортивные сумки на готове. Если бы там оказались случайные прохожие или задержавшийся автомобилист, они бы увидели троих рабочих, возвращающихся с ночной смены на консервном заводе Менье. Все трое были одеты в куртки с логотипом завода на спине.

У витрины ювелирного магазина, ведущий огляделся, затем надел капюшон куртки и посмотрел на часы.

«Прошло десять минут. Начали,» — приказал он.

Он взял кувалду обеими руками и, раскачивая её вперёд и назад, ударил по витрине. Сначала стекло сопротивлялось, прогибаясь под ударом. Второй удар прогнул её больше. От третьего удара стекло рассыпалось. Рукой в плотном рукаве он сбил торчащие в витрине осколки.

Двое других начали сгребать в сумки выставленные на витрине украшения и часы. Самый тощий воришка перекатился через окно внутрь магазина. Молотком он крушил витрины, переходя от одной к другой. Его сумка отяжелела в мгновение ока. На втором этаже здания вдруг зажегся свет.

Когда третий перекатывался через разбитую витрину, кусок стекла врезался ему в предплечье. Он чертыхнулся. Куртка порвалась, и кровь хлынула из раны. Он зарычал, зажимая предплечье. После ограбления все трое побежали в сторону угнанной, припаркованной неподалёку машины. По пути первый избавился от молотка, бросив его в чащу кустарника. Он быстро сел за руль, и все трое на автомобиле тронулись в сторону городка Виллер.

В это время, на экране компьютера перед охранником компании «Охрана и Бдительность» загорелась первая тревожная красная лампочка.

Он крикнул команде:

«Ограбление в городе. Первая команда к действию».

***

В это время в двух кварталах от центра города в ореоле красно-зелёной неоновой рекламы вырисовывался компьютер с освещённым синим экраном. На улице было пустынно и тихо. К магазину техники медленно направлялась машина. Минуту назад на перекрёстке она обогнала высокого широкоплечего парня в охотничьей куртке и кепке с опущенными ушками.

Водитель узнал его и показал большой палец вверх. Парень разглядывал магазин подержанных книг, расположенный на другой стороне площади.

Зеп, так звали парня, специалист по оценке книг, умел распознать в Интернете любую старинную книгу или коллекцию стоимостью в несколько тысяч евро. Он всегда работал один. Работа, заказанная ему, была без особого риска. В тюрьму редко сажают эрудита за критику литературы! В лучшем случае судья попросит его больше так не делать.

Автомобиль продолжал свой путь. Вдруг метрах в десяти от мигающей рекламы автомобиль ускорился, врезавшись капотом в толстое стекло входной двери. Стекло осыпалось с шумом водопада. Автомобиль отъехал на метр, чтобы освободить проход. Двое парней забежали в магазин и быстро начали складывать видеоигры в сумки из супермаркета. Их лица были скрыты под вязанными масками с тремя отверстиями. Такая маска балаклава используется обычно горнолыжниками, но чаще её используют террористы, как в гангстерских фильмах.

С помощью болтореза они вскрыли замок склада в задней части магазина. Амбарный замок с грохотом упал на пол. Здесь оказался запас новых игр, которые должны были поступить в продажу только через три дня. Как раз в этот момент часы на ратуше пробили один раз. Было без четверти четыре.

На экране компьютера охранника компании «Охрана и Бдительность» замигала вторая тревожная лампочка.

«Вторжение в городе! Вторая группа на работу!»

В это время на складе магазина ограбление было на стадии завершения.

«Сваливаем. Хватаем верхний ящик и уходим,» — приказал главный.

Воры заметались взад и вперёд, прежде чем прыгнуть в машину и скрыться. Удачный рейд! Они обчистили магазин на несколько тысяч евро. Видео игры ещё даже не поступили в продажу.

Через пять минут водитель притормозил перед закрытой на ночь автозаправкой. Рядом находился гараж. Свою машину воры спрятали среди других машин, ожидающих ремонта. Перенос картонных коробок из багажника в багажник другого автомобиля занял всего пару минут. Тот же самый водитель сделал резкий разворот, чтобы выехать на улицу. Три минуты спустя они выехали на большую дорогу, оставляя город далеко позади. А через четверть часа уже мчались по автомагистрали на север.

***

В центре города, как всегда, было тихо. Но возле железнодорожного вокзала, где был открыт круглосуточный ресторан, всё ещё кипела жизнь. Перед стойкой бара какой-то пьяный медленно уплетал омлет, разговаривая сам с собой. Два других посетителя пили пиво с отрешёнными глазами. Один из них ковырял в носу с явным удовольствием. В углу девушка красила ногти, равнодушная к суете окружающих.

Рядом с рестораном остановилась машина, из которой вышли двое парней и направились к бару, как будто выпить пару чашек кофе, чтобы привести себя в норму. Но вместо этого натянули на лица маски Пиноккио, держа в руках Кольт.

— Давай сюда кассу, — завопил более мелкий, — и быстрей.

— Боюсь, что вы ошиблись кондитерской, ребята, — возразил бармен.

— Не думаю, — разозлился мелкий, теряя самообладание. — Прячешь свои бабки в холодильнике, а дробовик под прилавком!

И чтобы быть более убедительным, выстрелил в потолок. В ресторане повисла ужасающая тишина. Облако гипсовой пыли от выстрела опустилось вниз, заставляя пьяного, который ел омлет, закашляться. От неожиданности он разметал перед собой кусочки яиц и бекона. Резкий шум в мгновение ока убедил бармена. Он поковылял к большому холодильнику, занимающему часть стены со стаканами и бутылками на полках.

В ресторане сидели не просто оборванцы. Здесь были и деловые люди в костюмах и несколько дам в дорогих шубах. Мелкая буржуазия заглядывала сюда в поисках острых ощущений.

Высокий парень взял со стойки корзину с конфетами и высыпал содержимое на пол. Сладости, словно мелкий гравий, посыпались под столы и стулья. Затем он обратился к посетителям ресторана.

— Деньги, кошельки и украшения — всё в корзину. Разобью морду первому, кто откажется.

Угроза возымела своё действие. Высокий с корзиной ходил вокруг столов, собирая награбленное. Женщины, плача, бросали в чашу обручальные кольца и украшения. Кошельки мужчин опустошались, а корзина заметно наполнялась. Один из непокорных посетителей пытался сопротивляться. Высокий бандит ударил его прикладом пистолета по голове. По лицу потекла кровь. Он упал на колени. Истерические вопли вырвались из горла его спутницы, сидевшей за столом. Та бросилась ему помогать. Высокий схватил её за подол юбки и задрал до пояса, обнажив чёрный кружевной пояс для чулок и волосы на лобке. Женщина была без трусиков. Он схватил бедную женщину за шею и прижал лицом к своей ширинке. Опустив молнию штанов, приказал:

— Отсоси.

Женщина пыталась отбиваться, как могла. Тогда он схватил её за волосы, оттянул голову назад и вставил дуло пистолета ей в рот.

— Выбирай, что хочешь, мой пистолет или меня. Но если ты выберешь пистолет, я нажму курок!

Женщина в ужасе прижалась губами к члену бандита. Чтобы дать понять, что он не шутит, он воткнул ствол Кольта 45-го калибра ей в макушку.

Через пару минут он выглядел удовлетворённым и яростно оттолкнул женщину. Она упала на пол, опрокидывая стул. Её рвало. Она рыдала в истерике. Он пнул её ногой в живот и крикнул напарнику:

— Братан, урожай хороший. Корзина полна.

— Деньги у меня, — ответил другой, показывая железный ящик, который только что отдал бармен.

— Уходим.

Они отступали к двери, осматривая помещение.

— Никому не двигаться в течении пяти минут!

Прежде чем выбежать из ресторана, они выстрелили по лампочкам, оставив зал в полной темноте.

Воспользовавшись суматохой, бандиты бросились к машине. В машине Али ля Пуант, смеясь, снял с лица маску Пиноккио.

— Минет и деньги одновременно, — воскликнул он, сверкая бешеными глазами.