bannerbannerbanner
Лунная колдунья

Мика Ртуть
Лунная колдунья

Полная версия

Глава 7

Арден

Под низкий потолок поднимался ароматный пар – банщицы добавили в воду луговые травы. В маленькое окошко заглядывала первая звезда, в моечной после парилки казалось свежо. Арден сделал несколько глотков прямо из горлышка глиняной бутылки. Терпкое виноградное вино сегодня не пьянило, а, наоборот, увеличивало раздражение и злость. Справиться с неприятными мыслями не помогли ни горячая вода, ни умелые руки банщиц, ни светская беседа. Если, конечно, тихий мат можно было назвать беседой. А тем более не помогал в этом мрачный как туча граф Лерой с бокалом в руке и осуждением во взгляде.

– Но ты хоть веришь, что я не приказывал морить ее голодом? – первым нарушил молчание ведьмак.

– Не стоило назначать ей в охрану свою бывшую любовницу.

Лерой протянул руку, и молоденькая смущенная служанка, обнаженная по пояс, как и все банщицы, налила в бокал вино. При этом она наклонилась, и ее белые груди с коричневыми ареолами сосков вызывающе качнулись, граф скользнул по ним безразличным взглядом и опять уставился в бокал.

Огромный медный котел, полный горячей воды, висел над тлеющими углями на четырех зачарованных цепях. Мужчины полулежали в воде, опираясь на застеленные полотенцами края. Мудофель в виде мохнатого паука сидел на скамье, поджав под себя все шесть лап, и, казалось, дремал, но вот он встрепенулся, прислушался и мгновенно исчез из бани.

– Твой фамильяр тебя предал, – лениво протянул граф.

– Мудофель – очень самостоятельный демон, – Арден опять приложился к бутылке, а затем с силой запустил ее в кирпичную кладку большой печи. – Как же она меня бесит!

– Кто, бутылка? – Лерой хмыкнул. – Девчонка очень тонко нас всех подставила. Выставила перед его величеством тварями. Не знаю, как теперь смотреть Адель в глаза, – вздохнул граф. – Я ведь на самом деле пообещал ей платья, но из-за этих сборов совсем забыл отдать распоряжения. А вот ты мог бы…

– Не начинай! Я и так ощущаю себя пожирателем детей. Закрою глаза – и вижу ее тонкие ручки, которыми она колотит меня по груди, и этот огненный взгляд…

– Почему ты не отправил ее домой? Неужели захотел сесть на трон? – граф прищурил один глаз и вопросительно посмотрел на ведьмака.

Тот на мгновение задумался, перебирая пальцами в воде.

– Нет, но я подумал, что хочу когда-нибудь услышать, как она выкрикивает мое имя не для того, чтобы проклясть.

– Ваше высочество, вы бабник! Адель всего девятнадцать лет!

– В своем мире она уже совершеннолетняя, ты сам об этом говорил.

– Но не у нас, – выразительно намекнул граф и присмотрелся к груди ведьмака. – У тебя добавилось меток. Вот здесь… – он тронул пальцем черную линию, вьющуюся от груди Ардена по ребрам. – И здесь…

– Не первый раз, – усмехнулся Арден. – И, подозреваю, не последний. Что же касается Адель, пусть все идет как идет.

– Арден, – граф встал, качнув котел, и служанка подала ему большое полотенце, в которое он укутался перед тем, как спуститься по лесенке на теплый пол. – Ты рискуешь.

– Это неизбежно, Лео, даже не стоит спорить. Отец четко дал ей понять: или я сяду на трон, или она умрет.

– Откуда?..

– Мудофель рассказал.

– И ты как благородный человек решил спасти девушку? – оскалился граф. – Значит, ты готов сесть на трон, и я могу больше не волноваться?

– У меня есть план, – кровожадно ухмыльнулся ведьмак, и Лео Лерой моментально перехотел выяснять, что это за план.

Граф осуждающе покачал головой, а затем на мгновение задумался.

– Будет отбор?

– Да, отец распорядился подготовить для него Лесной замок, – скривился Арден, из-под его опущенных ресниц мелькнул серебряный свет. – Нам с тобой приказано присутствовать. И не в качестве охраны, а в качестве женихов.

– Адель нужно вступить в силу, иначе ее просто сожрут.

– И ты собираешься этим заняться? – Арден откинул голову назад и закрыл глаза, давая понять, что больше разговаривать не намерен.

– Почему бы и нет? – принял вызов граф и, насвистывая, направился к выходу.

– Ты рискуешь, – не открывая глаз, вернул ему фразу ведьмак.

– Посмотрим.

В свои апартаменты Арден вернулся через час и, не раздеваясь, упал на кровать, но через десять минут встал, зажег свечи и вытащил вышивку. Пальцы привычно погладили рисунок и потянулись за иглой.

Он специально прошел через крыло, в котором разместили колдунью, чтобы убедиться: призванная на месте, и никаких неожиданностей не последует. У ее двери стояла стража, увидев его высочество, воины вытянулись в струнку, и старший тихо отрапортовал:

– Льера ужинала, а сейчас спит.

При этом в его взгляде мелькнуло тщательно спрятанное осуждение.

Арден почувствовал зуд в пальцах и сжал кулаки. Как же быстро разлетаются сплетни, теперь все в замке уверены, что он чуть не заморил голодом ребенка. Следует признать, в этой партии девушка его обыграла. Но ничего, завтра он подарит ей какую-нибудь безделушку, и она перестанет дуться. Судя по дешевым бусам, драгоценностей у нее немного, а скорее всего, нет вообще, но ведь она женщина, а все женщины любят украшения.

– А еще она гуляла с мэтром Файлоном, а когда вернулась, у нее была книга.

– Какая? – насторожился Арден.

– Свод правил для юной льеры.

Интересно, зачем это ей? Эту ерунду только в пансионатах монашки изучают, но уж точно не колдуньи, пришедшие из другого мира. Арден чувствовал подвох, но пока не мог понять, какой, и это возбуждало в нем охотника.

С тихим хлопком в комнате появился большой кот, отряхнулся и уже шестиглазым пауком подбежал к хозяину.

– Рассказывай, – Арден сделал первый стежок и улыбнулся.

Вышивка успокаивала, привносила умиротворение в пылающую огнем душу.

«Гордая, решительная, одинокая, – раздалось у него в голове. – Ты проиграеш-шь».

– Это мы еще посмотрим.

«Король приходил смотреть на эльфика».

– Вот как?

Арден вспомнил разговор с отцом. Они наговорили друг другу много несправедливых и злых слов, и в сердцах Арден бросил, что он принес свежую кровь во дворец, а значит, свой долг перед троном исполнил. Тогда король и узнал о бастарде эльфийской крови. И на удивление благосклонно принял это известие.

«Сказал наречь ее Эриной и вписать в список наследников после графа Лео Лероя».

Ведьмак уколол палец и громко выругался, капля крови попала на вышивку, и он в сердцах швырнул ее в горящий камин.

«Зачем жечь?»

– Там моя кровь, – мужчина отвернулся к окну. – Тебе не кажется, что мы свернули не на той развилке?

Паук не ответил, а лишь тихо и шипяще рассмеялся.

Глава 8

Мэтр Файлон оказался брюзгливым, но ужасно милым старичком, хотя вру, назвать его дедушкой у меня язык не поворачивался, настолько прямо он держал спину, живо всем интересовался и очень галантно ухаживал. Ходил он быстро, только полы балахона развевались, при этом жестикулировал и заразительно улыбался. Мы с ним прекрасно погуляли по маленькому дворцовому садику, мэтр рассказал мне, что сейчас ранняя осень и до первого снега еще четыре месяца. Он сорвал ветку похожих на крупные незабудки цветов с вкусным названием «зефиры» и посоветовал держать букет у кровати, мол, аромат этого растения снимает утомляемость и делает сон глубже и счастливее.

– Дитя, коль ты оказалась во дворце на правах гостьи, следует извлечь из этого как можно больше выгоды, – с умилением глядя, как я ем, сказал он, когда мы сидели в маленькой деревянной беседке, приютившейся между двумя старыми акациями.

Стоило нам к ней приблизиться, как охранник сделал знак, и из кустов выскочила девушка с подносом. Не глядя на нас, она быстро выставила на ажурный круглый столик тарелки с фруктами, кувшин и закрытое крышкой блюдо, в котором оказалась восхитительно пышная творожная запеканка. Еще горячая. Политая растопленным маслом и медом. Рот моментально наполнился слюной, и я потянулась к тарелкам.

– Его величество дал указание ни в чем тебе не отказывать, в пределах разумного, конечно. До отъезда в Лесной дворец у тебя три дня, их надо провести с пользой. Хочешь посетить город? – с лукавой искоркой в глазах спросил целитель, отпивая травяной чай, который сам налил нам в глиняные высокие кружки.

Я тут же всплеснула руками и радостно спросила:

– Вы будете меня сопровождать?

– Адель, дитя, я слишком стар для таких мероприятий, – с печальной улыбкой вздохнул мэтр.

Я поддержала его вздох грустной улыбкой и тут же искренне возмутилась:

– Зачем вы на себя наговариваете? Назвать вас стариком может только болван.

– Дитя, мне лестно это от тебя слышать, – довольно приосанился мэтр Файлон. – Но все-таки поищи кого-нибудь помоложе.

– Хорошо, мэтр, – покладисто согласилась я. – Скажите, – я на мгновение замялась, не зная, уместно ли задавать такие вопросы, но, увидев ободряющий взгляд, все же спросила: – Чем болен его величество? Это рак?

– Знакомые симптомы? – с профессиональным интересом живо поинтересовался целитель. – Это проклятие, и я бессилен его излечить. Хотя замедлил процесс.

– Легкие? – я поболтала в чашке ложечкой, не поднимая глаз.

Мама и дед боролись как могли, и бабушка прожила еще пять лет, после того как ей поставили диагноз.

– Да, – просто ответил целитель.

– В нашем мире это заболевание называют рак, и его лечат. Не всегда эффективно, но все же… У меня бабушка от него умерла, но перед этим прожила пять лет. Не мучилась, а жила, – уточнила я, мне показалось, что это важно. – Хотя последние полгода были тяжелыми…

– Я тебя слушаю, – мэтр Файлон подобрался, отставил чашку, внимательно всмотрелся мне в глаза. – Если ты позволишь, я просто считаю все из твоей памяти, так будет проще и полнее.

Да, он, наверное, прав, ведь я столько перечитала литературы, столько пересмотрела видеофильмов, где показывали и сами операции, и последующее лечение. Вряд ли я смогу сейчас все так подробно вспомнить, все же прошел не один год.

 

– А это не опасно? Вы ничего другого не станете смотреть? – не то чтобы я не доверяла мэтру, но все же лучше заранее приготовиться. – Это больно?

– Это не больно, но тяжело, если воспоминания неприятные. Без позволения никто не станет копошиться в твоей памяти, – мягко улыбнулся мэтр и протянул мне руку. – Если твои знания помогут мне удержать Александра в этом мире еще несколько лет, это…

– Мне зачтется?

– Думаю, да. Король может быть благодарным.

Было ли мне страшно? Да! И переживать вновь прошлое мне не хотелось. Я смирилась, отпустила близкого и родного человека, старательно стерла из памяти все горе, оставив лишь приятные воспоминания, и вот теперь сама добровольно согласилась окунуться в боль. Но мне нужен союзник, а мэтр показался мне тем, кто не предаст. И я протянула ему обе руки.

– Дитя, прикрой глаза.

Я глубоко вздохнула и зажмурилась. Перед закрытыми глазами вспыхнул свет, и, словно в калейдоскопе, стали мелькать кадры, рассмотреть которые я не успевала: вспышка, картинка, вспышка, другая картинка… вскоре все они слились в одну сплошную сверкающую ленту. Меня затошнило, в висках начали бить молоточки, на затылок будто мокрую подушку положили, даже воздуха стало не хватать, и я судорожно вздохнула.

– Все, все, приди в себя…

Я распахнула глаза и увидела прямо перед носом открытую стеклянную баночку с розовой солью.

– Вдохни.

Я послушно вдохнула горьковатый аромат, в голове моментально перестало шуметь, и мир вокруг встал на место.

– Получилось? – шепотом спросила я у задумчивого целителя.

– Удивительные методы… Удивительные! Я думаю, что мы с коллегами попробуем кое-что… Адель, – он встал и галантно поцеловал мне руку, отчего я зарделась и смутилась. – Я провожу тебя, дитя, и поспешу поделиться знаниями с его величеством и другими магами.

Он проводил меня до апартаментов, но разговора больше не получилось, мэтр был рассеян и задумчив, и мысли его явно были где-то далеко. Но я не стала обижаться, потому что если у него получится, то и у меня появится шанс. На прощание мэтр достал прямо из воздуха потрепанный томик и с хитрой усмешкой вручил его мне.

В комнате ждал сюрприз. Появилась дверь в спальню, а на пороге меня встретила горничная. Пожилая пухленькая женщина с толстой льняной косой и россыпью мелких веснушек на щеках стояла, сложив руки на животе, и улыбалась.

– Льера, я вам в услужение его светлостью Лероем отправлена, – поклонилась она мне. – Ванна готова, позвольте, помогу разоблачиться.

– Как ваше имя?

Горничная посмотрела на меня с испугом, покраснела и всплеснула руками.

– Да вы что же это? Я же из простых, из села я, из Желтых Скал, а вы ко мне так уважительно, услышит кто, не поймут. Сурья мое имя, льера.

После ванны я облачилась в хрустящую накрахмаленную ночную сорочку и стеганый атласный халат. Откуда они взялись в комнате, спрашивать не стала. Чистые, отглаженные – и на том спасибо. Сурья меня причесала и повязала на мокрые волосы косынку.

– Молоденькая вы, льера, и такая худенькая, – причитала она, пока разбирала постель. – Скажу завтра на кухне, чтобы вам творожка с утра деревенского принесли, да не рыночного, а погнали гонца в село, что сразу за крепостной стеной. Тама у Марьянки корова такое жирнючее молоко дает, что к ней завсегда королевский повар гонца посылает. А сейчас для эльфийской принцессы будут брать, так и вам творожка пусть принесут.

– Что за принцесса? – тут же навострила ушки я.

Настоящая эльфийская? Вот бы хоть одним глазом посмотреть!

– Так тьер ар Арден дочку принес. Говорят, матушка ейная самая взаправдышняя эльфа.

– Вот как.

А ведьмак-то время даром не теряет, только что же он на матери своего ребенка не женится, а прицепился к несчастной колдунье, как репей к собачьей шерсти?

– Вам свет тушить, льера Адель? – Сурья замерла у выхода из спальни, а я отрицательно качнула головой. – Я туточки в соседней комнате лягу, если что – зовите.

Свет давали яркие шары, лежащие в настенных конусовидных светильниках, и, насколько я успела изучить, работали они от простого хлопка в ладоши. С этим даже я могла справиться. Пожелав Сурье спокойной ночи, я потянулась за книгой. Что же ты мне дал почитать, мэтр Файлон? «Этикет. Регламент правил для юной льеры». Какая прелесть! Через пять минут я закрыла книгу и еще раз прочла название на титуле, подозревая, что мэтр дал мне сборник анекдотов, еще через полчаса я хихикала, а через час в голове родился план.

– Я ведь юная льера по меркам этого мира? Юная! А значит, должна придерживаться строгого регламента юных льер, не так ли, Аделина? Так! Вот завтра и начнем! Ах, мэтр Файлон, да вы тролль восьмидесятого уровня!

Когда я уже засыпала, почувствовала, как на кровать запрыгнул кто-то большой и тяжелый, и тот же час раздался тихий рокот.

– Ты вернулся, – я запустила пальцы в густую шерсть. – Я так рада.

Под тихое урчание я и заснула, и мне, к счастью, ничего не снилось. А утром меня ждал сюрприз в виде графа Лео Лероя собственной безукоризненной персоной.

А может быть, это графа ждал сюрприз? Потому что когда я вышла в гостиную, глаза у Лео Лероя стали как у мультяшки: только пружинок не хватало, чтобы они вывалились наружу.

И было отчего! Во-первых, Сурья заплела мне две косички, такие прически по местным обычаям носили лишь юные девочки, во-вторых, она все утро ушивала мое единственное платье – то самое, бледно-розовое с блестками, – и так как теперь оно было мне коротко, то до середины икр мои стройные ножки в тонких гольфах телесного цвета мог лицезреть любой желающий. Правда, к такому наряду полагалось носить длинные штанишки с кружевами, но ими я рассчитывала обзавестись в городе. В косички были вплетены розовые ленты, и выглядела я сейчас лет на шестнадцать.

Правила этикета здесь четко регулировали общение между мужчинами и женщинами. Выходить из дома без эскорта считалось недопустимым для юной льеры. Заговорить первой с мужчиной тоже могла себе позволить лишь женщина правящей семьи. Да и то, если этот мужчина не был ее мужем. Поэтому я благопристойно сложила руки на животе и замерла, ожидая, когда граф обратит на меня внимание.

– Доброе утро, льера Адель, – растеряно сказал граф Лерой, глядя на меня с кислым выражением на холеной физиономии. – Я хочу принести извинения за неподобающее тьеру поведение и приглашаю тебя прогуляться по магазинам.

– С радостью! – пылко воскликнула я и опять опустила глаза. – А кто будет нас сопровождать?

– Зачем? – не понял граф.

– Ну как же! Юной девице не подобает находиться наедине с мужчиной! Это может испортить мою репутацию!

– Не волнуйся, Адель, – граф предложил мне локоть, но я спрятала руки за спину и сделала вид, что не замечаю намека. – С нами будет охрана, так что честь твоя не пострадает.

Увидев, что я не стремлюсь покинуть комнату первая, он вышел, а я, как велели правила, пошла следом, старательно делая постное лицо и не пялясь по сторонам, хотя очень хотелось посмотреть на пристроившихся по бокам от нас охранников в черном. Правда, далеко мне пройти в гордом одиночестве не удалось, потому что уже в коридоре граф поймал мою руку и самым наглым образом водрузил ее на свой локоть.

– Этикет… – начала я, глядя на графа Лероя с праведным возмущением.

– По этикету, милая Адель, в вашем возрасте следует слушать старших, особенно, если старший еще и титул имеет выше вашего.

Сказать мне ему было нечего, поэтому я гордо задрала голову и пошла рядом с графом.

– И что за ужас на тебе надет? – поинтересовался он.

Мы свернули в знакомый темно-зеленый коридор с мрачными факелами на стенах и направились к деревянной лестнице, ведущей вниз.

– Я думала, это платье мне прислали вы, тьер Лерой.

– Нет-нет! – открестился от сомнительного подарка граф.

– Значит, это подарок вашего друга ведьмака, – скорбно вздохнула я, всем своим видом показывая, что смиренно готова одеваться даже в пыльный мешок из-под картошки.

– Он явно в тот момент был в помрачении рассудка. Такие фасоны носили лет пятнадцать назад.

Я лишь плечами пожала. Моду местную я не знала, как одеваются аристократки, не видела, поэтому комплекса неполноценности пока не заработала, а вот граф явно испытывал неудобство, ведя под руку девицу в детском прикиде.

– Мы переместимся порталом? – спросила я, замирая.

Мне очень хотелось увидеть магию, пощупать ее и даже попользоваться. Это же так интересно! И необычно. И страшно…

– Нет, Адель, мы поедем в карете, – улыбнулся граф, подводя меня к лестнице.

– В карете? В настоящей карете, запряженной лошадьми?

Я не смогла скрыть восторг, и Лерой улыбнулся, чуть сильнее, чем позволял этикет, сжимая мою ладонь.

Глава 9

Спустившись по лестнице, мы оказались у двойной двери, которую перед нами услужливо распахнул низенький седой лакей в длинной темно-синей ливрее, обшитой золотым галуном.

– Приятного дня, ваша светлость, – поклонился он графу, а по мне лишь мазнул безразличным взглядом.

– Вау! – я не смогла сдержать восторга и, выдернув руку, побежала к белоснежной карете, украшенной золотыми вензелями и запряженной парой белых лошадей с абсолютно черными хвостами и гривами. – Потрясающе! – прошептала я и оглянулась на графа.

– Адель, ваши глаза сияют, – улыбнулся он.

– Тьер Лерой, я никогда не видела таких красивых лошадей! Да я вообще их видела всего пару раз в жизни!

– Хотите погладить? – ко мне подошел молодой парень цыганской наружности в ярко-красной рубашке, подпоясанной широким черным кушаком, за который был заложен короткий хлыст. – Держите, – он протянул кусок сахара. – Давайте на ладони, не бойтесь.

– Я не боюсь.

Я протянула открытую ладонь ближайшему коню, и он осторожно слизнул сахар, косясь на меня большим вишневым глазом. Я погладила его по морде. Бархатный и теплый. Ни с чем не сравнимое ощущение.

– Красивый, какой же ты красивый!

– Если льера пожелает, я могу устроить прогулку верхом.

– Конечно, пожелает! Это было бы здорово! Завтра? Утром?

– Если ваш опекун позволит, – склонил голову парень. – Мое имя – Якоб, я старший конюх при королевской конюшне.

– Опекун? – я оглянулась на графа и скорчила самую умилительную рожицу из всех возможных. – Тьер Лерой, можно?

– Кто я такой, чтобы запрещать тебе, Адель? – граф подал мне руку, помогая сесть в карету.

– Тогда жду распоряжений прекрасной льеры. В десять утра? – поклонился Якоб и взмахнул рукой.

Кучер что-то скомандовал, дверь кареты захлопнулась, и она, мягко качнувшись, поехала со двора.

Я прилипла к окну, с жадностью всматриваясь в мелькающий пейзаж.

– У вас нет лошадей? – спросил граф.

– Есть, но мы давно не используем их для передвижения. У нас технический мир.

– Но ты ведь колдунья, – не унимался граф, буравя меня внимательным взглядом, словно гадая, вру я или говорю правду.

Вот что его так тянет на разговоры? Сидел бы молча, наслаждался мягким ходом кареты, мог бы поспать даже, а не приставать к одной бедной девушке с расспросами. Особенно в тот момент, когда девушка без понятия, что говорить, а о чем лучше молчать, чтобы прожить как можно дольше.

– Расскажите лучше мне о себе. Кто такие ловцы?

Граф склонил голову набок и прищурился.

– Адель, чем ты занималась дома? Как так вышло, что ты не пробудила силу, хотя уже достигла совершеннолетия?

– Что? – хмуро зыркнула я на графа. Как-то мне стало неуютно под взглядом пронзительно-синих глаз. – Работала. Училась. А все остальное просто не успела.

– Тебя кто-то ждет дома?

– Да. У меня есть любимый.

И такая тоска на меня накатила, что хоть волком вой на потолок кареты. Ведь меня ищут, наверное. Не может быть, чтобы не искали. Бедный мой Сашка…

– Мне бы весточку передать, – тихо прошептала я, глядя в окно на мелькающие белые домики под рыжей черепицей.

Хватит, граф, заканчивай с вопросами, не трави душу.

– Ты прекрасно это сможешь сделать, как только проснется твоя колдовская сила, Адель. У тебя огромный потенциал. Просто огромный.

Граф протянул руку и сжал мою ладонь. А взгляд, однако, странный, вызывающий желание сбежать или… остаться и ответить на рукопожатие… Черт, да я сама не понимаю, что сейчас чувствую. Я потянула руку к себе и выдернула ладонь.

– Адель… – и голос мягкий, завораживающий. – Если ты захочешь…

Что я захочу, граф сказать не успел, карета остановилась, а спустя мгновение распахнулась дверца.

– Почему так долго?

Сначала мне показалось, что знакомый хрипловатый голос прозвучал у меня в голове, но затем взгляд выхватил вступившего в полосу света ведьмака. Одет он был в костюм ловца и при моем виде у него глаза на лоб полезли, он громко хмыкнул и протянул руку, которую я проигнорировала. Зато на ладонь вышедшего первым графа оперлась и спустилась на землю, оглядываясь по сторонам.

 

Повисла нехорошая тишина.

– Значит, так? – ни к кому не обращаясь, произнес ведьмак.

И что это означает? На меня злится? Так это неудивительно, он на меня постоянно злится. Буду я еще переживать по этому поводу.

Пока мужчины играли в гляделки, я осмотрелась. Мы находились на большой площади, заставленной каретами, обрамляли ее аккуратные двухэтажные дома, на каждом висели яркие пестрые вывески, и от этого площадь выглядела очень нарядно и празднично. Клумбы с цветами, небольшие фонтанчики, разноцветные флажки, птицы…

Пахло морем, кофе и лошадьми.

– Ой, павлин! Живой!

Я, не обращая внимания на окрик Лероя, ринулась к птице, важно выхаживающей на лужайке возле дома с вывеской «Цирюльня». Нет, я и раньше видела павлинов, но такого – никогда! Красно-фиолетовый хвост и ярко-изумрудное оперение делали его похожим на сказочную жар-птицу. А может быть, это она и есть?

– Адель, немедленно вернись!

Я почувствовала, как на талию ложится воздушная петля, и меня тянет назад к мужчинам.

Рывок был такой силы, что меня впечатало спиной в грудь ведьмака. Гад!

– Что вы себе позволяете, тьер ар Арден! – Я резко развернулась и столкнулась с ироничным взглядом. – Отпустите! С льерами так себя вести не подобает!

– Я тебя не держу, колдунья.

Действительно, ощущение веревки на талии исчезло, и я отскочила от мужчины как можно дальше. Рядом раздались голоса, и мимо нас прошли две пожилые женщины в длинных черных платьях с алыми воротничками.

– Дитя, тебя обижают эти тьеры? – обратилась одна из них ко мне. – Где твои сопровождающие?

– Я ее сопровождающий, сестры, – чуть склонил голову граф Лерой. – Льере ничего не грозит.

– Мы заметили, – поджала губы моя собеседница и сунула мне в руку визитку. – В храме Луны всегда дают приют юным льерам, попавшим в затруднительное положение.

– Спасибо.

Я опустила глаза и присела.

– Ступайте, сестры, льера под надежной охраной, – с издевкой в голосе произнес ведьмак.

Женщины осуждающе на него посмотрели, но задерживаться больше не стали.

– Маленьким девочкам не пристало отходить от сопровождающих взрослых, – саркастически усмехнулся Арден. – Особенно в незнакомых местах.

– Вы еще на меня поводок нацепите, – мрачно произнесла я, глядя, как из серой кареты с золотыми вензелями выходят матрона и девушка.

Ведьмак тоже на них посмотрел, а затем перевел взгляд на меня.

– Я рассчитываю на твое благоразумие, колдунья. Не вынуждай меня заниматься твоим воспитанием.

Темно-карие глаза откровенно смеялись, в то время как тон был вполне дружелюбен, только сквозили в нем нотки превосходства.

– Воспитатель чертов, – прошипела я, но мужчины меня услышали.

– Адель, это для твоего блага, – тихо произнес граф Лерой и протянул ко мне руку от которой я шарахнулась.

– Принесли их твари, – Арден скривился, глядя в сторону, его глаза в щелях полумаски неприязненно сощурились.

Налетел порыв ветра и чуть не сорвал шляпку с головы девушки, она придержала ее рукой и посмотрела в нашу сторону. Лет двадцать, не больше. Но одета в длинное элегантное платье, волосы собраны в прическу, на голове маленькая кокетливая шляпка. Совсем не по-детски выглядит. Она окинула меня внимательным взглядом и улыбнулась. Представляю, что она увидела со стороны! Великовозрастную девицу в перешитом платье с чужого плеча, в не очень чистых мокасинах и с двумя дебильными косичками. Но я тоже улыбнулась девушке, постаравшись сделать это открыто и светло.

– Тьер Лерой! – воскликнула матрона, направляясь в нашу сторону. – Какая неожиданная и приятная встреча!

Она скользнула взглядом по одетому в форму ловца Ардену, потом скривила презрительно губки на мой наряд и опять с угодливой улыбочкой повернулась к графу.

– Баронесса Вигер, – улыбнулся граф, снисходительно глядя на приседающих в реверансе дам. – Ваша дочь стала красавицей, уже присмотрели жениха?

– Ах! – синхронно улыбнулись мать и дочь. – Вчера мы получили приглашение в Лесной замок на отбор невест. – Баронесса счастливо вздохнула. – Это такая честь. А вы как оказались в этой части города? Неужели привезли в храм очередную сироту?

– Ну что вы, эта льера – воспитанница его высочества ар Ардена.

Лицо баронессы вытянулось, приобретая сходство с лошадиной мордой, а я усердно захлопала ресницами и дернула Лероя за руку, капризно топнув ножкой.

– Тьер Лео, мне скучно, вы привезли меня поглазеть на стоянку карет?

Лерой осуждающе на меня посмотрел, но я потупила глазки, ковыряя пыль носком мокасина.

– Хочу покупать платья! И панталончики! А еще его высочество обещал мне показать настоящего живого павлина.

– Простите, дамы, но нам пора.

Арден ухватил меня за руку чуть выше локтя и потащил в сторону здания с ярко-синей вывеской, на которой белыми буквами было написано: «Платья и белье для дам».

– Поосторожнее, – прошипела я, выдергивая руку. Точно синяки останутся. – Мне больно!

Он зыркнул на меня, но хватку ослабил, а затем и вовсе отпустил, при этом взгляд ведьмака обещал мне все муки ада. Я показушно растерла руку и всхлипнула, отвернувшись в сторону. Навстречу нам шли люди, в основном, женщины и девушки, иногда в сопровождении мужчин. Девушки выглядели не старше меня, но одеты были как взрослые льеры. Я видела пару девочек в коротких (чуть ниже колена) платьях и выглядывающих из-под них панталончиках с кружевами, но всем им было не больше пятнадцати лет. Мы поравнялись с семьей, и я на мгновение замерла, рассматривая импозантного усатого мужчину в расшитом золотой нитью длинном сюртуке. Рядом с ним под руку шла молодая симпатичная женщина вряд ли старше меня, а позади – беременная женщина с ребенком на руках. Они подошли к черной открытой карете, не знаю, как они называются, мужчина первым забрался внутрь, следом легко поднялась девушка, и только потом – женщина с ребенком.

– Это его дочь? – тихонько спросила я у Лероя, указывая глазами на молодую спутницу льера.

– Нет, публичная жена, видишь, у нее приколота на груди брошка в виде бутона розы? Это знак временного найма.

– Кошмар! – искренне возмутилась я.

– Почему? – Арден смотрел на меня с холодным интересом. – Это законно.

– Это унизительно, – глядя в глаза ведьмака, отчеканила я. – Это узаконенная измена. Как можно любить того, кто изменяет у тебя на глазах?

– Брак – это не обязательно любовь, Адель, – как маленькой объяснил мне граф Лерой.

– Он даже не помог беременной жене сесть в карету!

– Она просто в тягости, а не немощная. Разве в той книженции, которую ты так тщательно изучала всю ночь, не написано, что жены должны повиноваться своим мужьям и быть им почти слугами? «Жена должна всегда испытывать к своему мужу чувство искренней и безусловной любви и стараться не огорчать его своими проблемами. За это муж берет на себя обязанности по защите жены, уплате за нее налоговых платежей, отстаивание ее интересов в суде», – по памяти процитировал он.

Да, что-то такое я помнила, но не думала, что в реальной жизни все так печально.

– Какое счастье, что я никогда не буду женой в вашем мире! – выплюнула я в лицо ведьмаку и отвернулась к Лерою.

– И как же ты планируешь избрать нового короля? – Арден и не думал молчать. – Или ты забыла, зачем здесь?

– Вы не даете мне об этом забыть, тьер ар Арден, – с горечью ответила я и пошла вперед.

– Ты должна быть благодарна мне, девице твоего положения было бы сложно удостоиться чести стать матерью наследника престола.

Я запнулась, чувствуя, как кровь прильнула к щекам, а дыхание перехватило, сжала кулаки, до розовых полукругов загоняя ногти в кожу, и, гордо вскинув голову, все же ответила:

– Я лучше отправлюсь на костер, чем лягу с вами в одну постель, тьер ар Арден!

– Мне льстит, что ты думаешь только обо мне, – хмыкнул он.

– Вам осталось еще напомнить, что вы меня облагодетельствовали, выдернув из родного мира в одном платье, и назвать сумму, которую вы намерены потратить на меня сегодня, чтобы я прониклась и оценила вашу щедрость и заботу, тьер ар Арден.

Я холодно улыбнулась.

Темные глаза ведьмака стали почти черными, и он зло ответил:

– Мне бы не хотелось напоминать об этом.

– Вы уже напомнили, – вежливо-холодным тоном напомнила я.

На мгновение показалось, что он меня убьет, столько ярости было в его взгляде, но Арден сдержался, а я отвернулась, потому что разговор становился бессмысленным. Я полностью в его власти, и это пугает до дрожи в руках.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27 
Рейтинг@Mail.ru