Старик надолго умолк.
– Хорошо, пусть будет по-твоему, – с невозмутимым видом выдавил из себя Алексей.
– Нам пора возвращаться, подходит время для приёма отвара, – напомнил Аким и, развернувшись, зашагал к своему жилищу.
На Чердынскую землю вступило лето со своими прелестями. Бурно цвела растительность, поражая яркими красками. Трава и цветы удивляли большими размерами. Остров превратился в фантастический оазис. Истекал второй месяц пребывания Алексея в этом загадочном месте. Он познавал Истину и совершенствовался. Здесь ему никто не мешал, каждый день одна за другой приоткрывались тайны. Под неусыпным контролем Акима Алексей занимался медитацией и несколько дней назад почувствовал, что стал обладать способностью к сверхчувственному восприятию.
Прежний образ жизни кардинально изменился, устоявшийся взгляд на мир реформировался сам по себе. Алексей становился феноменом, и чем больше он совершенствовался, тем пытливее становился. В каждый последующий день в его голове возникало столько вопросов, сколько ответов он получал от Акима за два предыдущих. Характер вопросов становился всё сложнее и сложнее – Кедров уходил в познание запредельного, неизвестного пока современной науке.
Старик оказался блестящим учителем и не испытывал каких-либо затруднений с ответами. Всё это вполне объяснимо, потому что его собственное обучение происходило не на нудных лекциях бездарных преподавателей, а информация «валилась» прямо с небес и источником её был Высший Разум – непререкаемая Истина. Для получения знаний требовалось всего лишь принять правильную позу и умело сосредоточиться. И так на протяжении двухсот лет!
Алексей этого делать пока не умел и загружал свой мозг знаниями Акима, поражаясь беспредельности объёмов памяти. Запоминание давалось легко и быстро.
– Раньше я не замечал за собой такого, – сказал он однажды старику. – Бывало, если посещал лекцию и не конспектировал, то позднее вспоминалась лишь часть её.
– Ничего удивительного, – ответил Аким. – На твой организм направлено постоянное полевое воздействие, природу которого тебе ещё предстоит расшифровать.
Сказано это было таким мягким и ровным голосом, что Алексею вдруг вспомнился школьный учитель физики – строгий по обыкновению, но меняющийся до неузнаваемости, когда предстояло провести какой-нибудь опыт. Он говорил завораживающе, речь становилась плавной и размеренной. Класс замирал, ожидая чуда.
– Так вот, – продолжил Аким. – Сок фиолетового цветка под воздействием поля изменил твой генетический код. Из 64 единиц генетического кода – кодонов, у тебя заработало 32! Ровно половина!
– Это много? – поинтересовался Алексей.
– Вполне достаточно, чтобы никогда не болеть, – уверенно заявил старик. – Посуди сам: у обычного человека в работе участвуют только 20 кодонов. Каждые последующие 4 кодона увеличивают силу иммунитета в 6 тысяч раз. У тебя же иммунная система сильнее в 18 тысяч раз!
В голове у Кедрова непроизвольно мелькнула мысль о пресловутом числе из трёх шестёрок.
– В таком случае, почему учёные не запускают дополнительные кодоны, чтобы навсегда избавить людей от болезней? – наивно спросил Алексей, слабо разбираясь в генетических программах.
– Земная наука не дошла пока до этого. То, что произошло с тобой – называется мутацией человека, зарождением новой человеческой расы с трансформацией физического тела. Кроме этого произошло разблокирование 5-процентного предела загрузки мозга. В нём образовался как бы «вакуум», требующий большого потока информации. Сейчас наша задача – дать ему качественную «пищу», оградив от всякой «шелухи». Здесь на острове нет повседневной суеты и это главное. Мозг будет загружаться только полезной информацией. В большей степени правое полушарие. Оно формирует феноменальные способности, обладая большими возможностями для мгновенной обработки информации.
Подобные сведения Алексей получал ежедневно, причём порционно и последовательно, но суть программы старика не улавливал. Познания в медицине переходили в область химии и тут же обретали физический смысл. Казалось, для Акима не существует в науке обособленных разделов – все отрасли были сгруппированы в единую систему знаний под названием Истина. Самое удивительное заключалось в том, что любая его информация
заканчивалась одним и тем же утверждением: современные учёные будут слепы до тех пор, пока не пересмотрят понятия материи, силы, энергии и не признают существование духовной субстанции. Именно она управляет материальным миром.
Алексей настолько увлёкся необычным обучением, что даже не заметил, как наступил шестьдесят шестой день пребывания на острове. Этот день ничем не выделялся среди прочих и мог бы, наверное, закончиться так же обыденно, как и все предыдущие, если бы к вечеру довольно резко не поменялась погода. Когда ещё было совсем светло, на Акимал – так окрестил остров Алексей, добавив к имени старика две первых буквы от своего – внезапно налетел сильный ветер. Он усиливался на глазах и вскоре превратился в мощный вихрь. Закрученные потоки сжатого воздуха с яростным свистом пронеслись мимо избушки, слизнув по пути часть крыши. Алексей с Акимом едва успели затворить за собой дверь. Стеновые брёвна досадливо заскрипели, а по углам послышалось устрашающее завывание.
– Какая силища. Вот-вот опрокинет наше жилище! – встревожено воскликнул Алексей, оглядывая неказистое помещение.
– Разве это силища? – хмыкнул старик себе в бороду. – Так, лёгкие сатанинские пляски. Разожги-ка лучше лампу, не ровен час, набьёшь шишку, а то и того хуже – глаз выколешь.
Алексей снял с приступка печи небольшую керосиновую лампу и поставил на стол. Чиркнув спичкой, зажёг фитиль. Пропитанный какой-то вонючей жидкостью, жгут медленно покрылся красноватым язычком чадного пламени.
– Где ты взял такой отвратительный керосин? – поинтересовался Алексей. – Угорим ведь от чада. У тебя что, свечи кончились?
– Есть и свечи, но сегодня день особенный и лампа как нельзя кстати.
– О чём это ты, Аким? – удивился Кедров.
Старик никак не отозвался на вопрос. Он поднялся с нар и подошёл к оконцу. Долго стоял спиной к Алексею, внимательно всматриваясь во что-то за пределами избушки.
– Так и не припомнил, что за день сегодня? – спросил Аким, возвращаясь к нарам.
– Суббота, а что?
– Я не о том, – недовольно отметил старик.
И тут Кедрова осенило:
– Шестьдесят шестой!
– То-то, твой первый финиш многоэтапного совершенства. Сдавать экзамен тебе предстоит завтра, а сейчас мы проведём маленький эксперимент. – Аким зажал бороду в кулак и хитровато улыбнулся. – Внимательно смотри на лампу и представь себе, как бы горел фитиль, если бы в ней был чистейший керосин. Сосредоточь свои мысли только на этом.
Алексей повиновался и, не мигая, уставился на тусклый огонёк. Через минуту он заметил, что жидкость внутри лампы начала светлеть, а язычок пламени стал увеличиваться в размере, превращаясь из красноватого в ярко-жёлтый.
– Невероятно! – вскрикнул Алексей. Он не верил своим глазам.
– А теперь подойди к окну и посмотри, что за ним творится.
Алексей исполнил, что потребовал старик и взглянул наружу через мутноватую плёнку бычьего пузыря. Вначале ничего не было видно – вокруг бушевала одна лишь стихия, но по мере того, как он, напрягая зрение, пытался разглядеть что-либо, к нему неожиданно пришло осознание какого-то необычного состояния: стены как бы уплыли назад, а сам он оказался за пределами избушки, утратив на мгновение окружающий мир. Зрение стало настолько острым, что видны были все мелкие детали. Кромешная тьма отступила, сменившись на светло-зеленоватый фон, исчезли громогласные звуки, скрежет и вой, Алексей словно переместился из одного мира в другой. Деревья превратились в размытые призраки, и только вершина утёса оставалась видна очень отчётливо. Она-то и приковала к себе взгляд Алексея необъяснимым и томительным ожиданием чего-то невероятного, волнующего. Он почувствовал себя невесомо лёгким, и хотел было оглянуться по сторонам – уж не парит ли в воздухе? Как вдруг на самой вершине хребта показался необычный сноп света. Излучение в виде множества лучей медленно поднималось вверх, и цвет тусклого серебра постепенно переходил в ослепительно белый. Широкий столб с непривычным для глаза свечением, неудержимо ускоряясь, рвался всё выше и выше, но потом внезапно остановился, словно упёрся в невидимую плоскость бескрайних небес.
Так продолжалось недолго, после чего по внутренним стенкам этого виртуального цилиндра, извиваясь словно змея, поползла зелёная лента. Она двигалась по спирали, увеличиваясь по толщине, постепенно блекла, смешиваясь с белым свечением и, наконец, заполнила всё пространство бледной зеленью. Алексей не мог оторвать взгляда от неописуемого зрелища. Прошло ещё некоторое время и сноп, оплавляясь, словно догорающая свеча, начал оседать и, превратившись в густой туман, стал расползаться по хребту утёса. Раздался подземный гул, и Алексей оглянулся. Он по-прежнему стоял у подслеповатого оконца и теперь уже ничего не видел за его пределами. Там продолжала бушевать стихия.
– Что это было? – задал недоуменный вопрос Алексей. – У меня начались галлюцинации?
– Господь с тобой, Лёша. Какие галлюцинации? – ласково проговорил Аким. В прищуре его глаз заметались чёртики. – Ты действительно не понял, что произошло?
– Нет, – в смятении и заявил Кедров.
– Удивительно. Шестьдесят шесть дней шёл к ЭТОМУ, а когда ТАКОЕ произошло – растерялся, не понял. – Лицо старика сделалось задумчивым и даже как будто разочарованным. Немного помедлив, он произнёс снисходительно:
– Всё очень просто. Твоё второе «я» выбралось за пределы избушки.
– Неужели… – оторопел от догадки Алексей.
– Да-да, свершилось именно то, о чём ты подумал: астральное тело на некоторое время покинуло тело физическое.
– Но я не занимался медитацией! – искренне удивился Кедров.
– А вот здесь у тебя полное заблуждение. Сам того не подозревая, ты, Лёша дал команду мозгу различить во тьме то, чего нельзя увидеть обычным зрением. Ты смотрел, смотрел и … увидел.
– Никакой команды я не давал, – упорствовал Алексей.
– Ну, хорошо, признаюсь: я помог, но только чуть-чуть, в самом начале, остального ты достиг самостоятельно.
– С какой целью ты это сделал? – помрачнев, спросил Кедров.
– Мне вдруг захотелось, чтобы мой подопечный запомнил день сегодняшний и утвердился в своих способностях.
– Вот оно что … – Алексей притих и, нахмурившись, уставился на лампу. Фитиль горел ярким пламенем и не чадил. Стихия как-то внезапно утихла, словно тот, кто ею управлял, вдруг спохватился, что переусердствовал и, стыдясь обитателей острова, решил предоставить им тишину и покой. Тоскливо глядя на смиренный лепесток огонька, Алексей думал о том, что феноменов, как он, по всей вероятности, единицы. И неужели такая немногочисленная группа, посвящённая в замысел Высшего Разума способна остановить гибель цивилизации? Маловероятно.
«Абсолютно неверная мысль», – послышалось в голове. Алексей встрепенулся и первое, что пришло на ум – предположение о вмешательстве Акима в его размышления. Но старик, подперев рукой щёку, отрешённо смотрел мимо Кедрова в мутноватое оконце. После непродолжительной паузы в голове Алексея вновь раздался голос:
– Если ты будешь следовать наставлениям Высшего Разума – задача выполнима. Твои знания о многомерном мире и открывшиеся, по меркам землян, сверхъестественные способности позволят исполнить эту важную миссию.
– Но мой диапазон знаний не настолько широк, чтобы сделать переворот в науке и заставить учёных видеть мир по-иному, – попытался возразить Алексей, оглядываясь по сторонам в надежде увидеть собеседника.
– Это только начало и всё ещё впереди. В самое ближайшее время мы ознакомим тебя с программой новой эволюции человечества.
Голос пропал и больше не появлялся. Удивившись в очередной раз изменённому сознанию, Алексей впервые испытал какое-то странное, незнакомое до этой минуты гнетущее чувство обиды за людей, населяющих Землю. Почему они, подобно слепцу, отказавшемуся от поводыря, выбрали путь в никуда. Удовлетворение низменных чувств и животных потребностей физического тела поставлено ими во главу угла повседневной жизни, причём эти потребности безмерно растут и становятся неоправданно избыточными. Почему понятие нравственности сегодня отодвинуто на задний план, и человечество дичает, паразитирует, медленно и бесповоротно приближаясь к порогу самоуничтожения? Почему люди не хотят признать, что бездуховная цивилизация нежизнеспособна и в конечном итоге погибнет?
Размышления Алексея были прерваны Акимом. Старик, внезапно оживившись, произнёс:
– Потому что общество разделилось на две категории: первая склонна верить в Бога, а вторая отрицает его, делая умозаключения, основанные лишь на достижениях науки.
Алексей догадался, что всё это время его наставник не пребывал в дремотном состоянии, а совсем наоборот, сконцентрировав своё сознание, активно участвовал во всём происходящем.
– Ты всё слышал? – задал вопрос Алексей.
– Да, и готов дать исчерпывающие разъяснения.
Кедров с недавних пор перестал удивляться вмешательствам Акима в его мыслительные процессы. Всё это приобретало естественный характер. Да и как может быть иначе, если человек обладает такой способностью. Не принимать же меры к её ликвидации. Более того, Алексей с нетерпением ждал того момента, когда и у него появится такая способность.
– Не хочешь ли ты сказать, что спасение цивилизации зависит от того, как скоро произойдёт объединение науки и религии? – Алексей посмотрел на старика ожидающе.
– Точно так. Религия основана на бездоказательной вере в Бога, наука же, наоборот, на фактах без веры в сверхъестественные силы. В этом и заключается непримиримость противоречий.
– Странно как-то, – пожал плечами Алексей. – Миллионы людей в мире не могут прийти к такому заключению и найти механизм объединения?
– К сожалению, это так. Вот почему Высший Разум решил вмешаться в дела землян. Нельзя допустить гибель цивилизации, и те, с кем ты только что общался, остановили свой выбор на тебе. Это очень большая ответственность и тяжёлое бремя.
– Исполнима ли такая задача одним человеком? – спросил Алексей.
– Ты будешь не один, – ответил старик и загадочно посмотрел на своего ученика. – И твоя миссия рассчитана не на одно десятилетие. Не торопи события. Туши лампу – пора на боковую.
Аким стал укладываться на ночлег. Закончился ещё один день пребывания Кедрова на затерянном среди чердынских болот острове. Где-то далеко в большом городе шла обычная шальная жизнь, но она уже была чужой для Алексея, неприемлемой и безвозвратной. Он вспомнил свою холостяцкую квартиру и сердце его ничуть не дрогнуло, не вызвало ностальгического щемящего чувства. Он стал другим и та жизнь, прежняя, показалась ему вдруг неинтересной и никчёмной.
Было раннее утро, когда Алексей покинул «ночлежку» и обнаружил Акима сидящим за столиком. Ничего особенного в этом не было, если не брать во внимание тот факт, что старик в это время обычно сидел на берегу неугомонной речушки, обратив свой взор в небесную бездну.
Солнце едва выкатило из-за утёса и осветило молодыми лучами поляну перед избушкой. Они резвились среди верхушек елей и падали, искрясь, на водную гладь. В чистом утреннем воздухе, напоенном лесными запахами, стояла какая-то торжественная тишина.
Алексей поприветствовал Акима и устроился на лавке напротив него. Сегодня Кедрову предстояло пройти испытание. Что это будет за экзамен, он не мог представить. Старик ни разу не обмолвился о деталях предстоящей проверки. Алексей слушал неторопливую речь Акима о Сознании Вселенной, об эволюционной Истине и ждал от него чего-то важного и значимого, находясь в тревожном предчувствии. В нём жила абсолютная уверенность, что вскоре должно произойти что-то невероятное и экстраординарное. Появилось желание даже поторопить своего наставника и как-то ускорить события.
Но Аким сидел за столиком с невозмутимым видом, подавшись вперёд и сложив руки на почерневшей столешнице. Вдруг Алексей почувствовал звон в ушах. Вначале показалось, что где-то поблизости, словно сговорившись, дружно застрекотали с полдюжины кузнечиков. Потом звенящие звуки поменяли тональность, и в ушах появился не вполне ясный, сливающийся гул. Кто-то невидимый сдавил виски, словно проверял на прочность черепную коробку, уплотняя при этом серое вещество. Тело охватила вибрация, в глазах потемнело, а в голове отчётливо послышался голос:
– Ты сделал правильный выбор, и мы в этом больше не сомневаемся. Теперь тебе предстоит научиться всему, что потребуется для достижения благородной цели. С этого момента для тебя открыт постоянный канал связи.
Превозмогая головную боль и неприятные ощущения в теле, прерывисто дыша, Алексей спросил:
– Мой контакт с вами всегда будет таким болезненным?
– Не беспокойся, это всего лишь резонанс, настройка твоего организма на нужную частоту. Явление кратковременное и носит разовый характер.
Состояние было таким, как при тяжёлой форме гриппа: Алексея знобило и тут же бросало в жар, хотелось уйти в избушку и нырнуть под массивный тулуп на нарах. Видя мучения Кедрова, Аким обошёл столик, присел рядом и по-отечески обнял его.
– Ничего, Лёша, потерпи, скоро пройдёт.
– Хуже, чем ломка у наркоманов, – съязвил в ответ Алексей.
– Откуда тебе знать, как ломает наркоманов? – спросил Аким.
– Видел, слышал, читал, – короткая судорога свела рот страдальца-феномена, усы, которые успели отрасти за два месяца, необычно встопорщились. Алексей запрокинул голову и прикрыл глаза.
– Я тоже прошёл через это, – с сочувствием сообщил старик.
– У них это называется скачковая мутация физического тела.
Минут через пятнадцать Алексей почувствовал облегчение. Его расширенные зрачки остановились на лице Наставника.
– Никак, полегчало? – добродушно спросил Аким.
– Ага, – Кедров облизнул пересохшие губы. – Вроде живой.
– Теперь ты будешь жить долго, очень долго.
– Ещё лет двести?
– Может и больше, пока не закончится твоя расчётная программа.
– Скажи, а зачем из меня делать сверхчеловека? Не проще ли было заслать на Землю представителя высокоразвитой цивилизации?
Аким посмотрел на вызолотившуюся гладь речки, поскрёб щёку, подумал немного и заявил:
– Те, с кем ты только что общался, бестелесны, и сам понимаешь, не могут жить среди людей. Кроме того, закон Вселенной не позволяет им вмешиваться в дела землян. У них совершенно другая цель.
– Какая же?
– Не допустить гибели планеты. Они контролируют эволюционный процесс и выполняют различные поручения Высшего разума.
– Например? – Алексей посмотрел на своего Наставника с удивлением, словно увидел перед собой настоящего инопланетянина.
Но разъяснений не последовало. Вместо добродушного сообщения Аким сердито произнёс:
– Извини, но твоих знаний о «тонком» мире пока недостаточно, чтобы понять смысл выполняемой ими работы. На сегодня эта тема закрыта.
– Послушай, Аким, – сказал Алексей после продолжительной паузы. – Ты должен понять меня правильно. Я дал согласие Высшим Силам на выполнение благородной миссии и поэтому имею право на любую информацию. Два месяца мы с тобой прекрасно ладили, ты отвечал на любой вопрос, почему же сейчас сердишься и увиливаешь от ответа?
Аким улыбнулся и покачал головой, но глаза его оставались серьёзными.
– Какой ты, право, нетерпеливый. Бежишь впереди паровоза. Я и так опережаю события, нарушаю программу подготовки. Это не поощряется Высшим Разумом.
– Почему?
– Потому что ты можешь неверно воспринять информацию, и это негативно отразится на перестройке твоего сознания.
– Разумное объяснение, – согласился Алексей. – Видимо, по этой же причине и связь односторонняя?
– Да, именно так. Сегодня состоялось всего лишь тестирование, съём параметров твоего мозга, психического состояния, сознания и подсознания. Высший Разум ставит задачу перед Избранником только после полной уверенности в его готовности следовать Вселенским законам.
Аким погладил рукой бороду, пощипал отдельные волоски, отчего Алексею вдруг подумалось, что его Наставник, выдернув один из них, как старик Хоттабыч, вполне способен исполнить любое желание своего ученика.
– Я думаю, сейчас не время заглядывать в будущее, – продолжил старик. – Предлагаю приступить к экзамену. Ты отдохнул вполне достаточно.
По лицу Акима трудно было определить, что он сейчас предпримет. Алексея это не настораживало, поскольку он уверовал в доброжелательность своего Наставника и готов был исполнить любое его распоряжение.
– Начнём с малого, – сказал Аким и, поводив головой по сторонам, поднял с земли небольшой сучок и положил на стол. – Сконцентрируй всю волю и смотри на него.
Алексей понял, что нужно сделать и закрыл глаза. Мысленно стал впитывать в себя энергию из окружающего пространства и уже через несколько минут почувствовал прилив сил. Медленно разомкнул веки и направил взгляд на сучок. Некоторое время дюймовый обрубок ветки лежал неподвижно. Потом словно ожил и, неторопливо развернувшись, покатился к краю стола. Тёсаные доски были подогнаны неплотно, и сучок попал в щель. Как бы Алексей не напрягался – сучок оставался на месте.
– Подними руку и установи ладонь над предметом, – пронеслась в голове чужая мысль. Алексей, ничуть не удивившись, повиновался.
Как только его ладонь зависла над сучком – произошло невероятное: древесный обрубок поднялся над столом и завис в воздухе. Алексей повёл рукой вправо, и сучок двинулся вслед за ладонью. То же самое произошло, когда рука пошла назад. Сучок следовал за ладонью.
– Хватит, – пронеслось в голове.
Алексей перевёл взгляд на Акима и услышал звук падения сучка. Старик торжествовал.
– Шестьдесят шесть дней не прошли даром, как видишь. И это ещё не всё.
Аким сорвался с места и скорым шагом направился к кострищу. Там он взял сухую бересту, с помощью которой обычно разводил огонь и поджёг. Потрескивая, береста охватилась пламенем.
– Смотри, – произнёс Аким и уставился на горящую бересту.
Алексей терялся в догадках, что же задумал его Наставник, но был уверен в предстоящем озорстве. Прошло не более минуты, как пламя отклонилось в сторону почти на 90° и задержалось в таком положении на несколько секунд, словно кто-то невидимый непрерывно дул на него, хотя кругом было безветренно. Затем пламя вернулось в исходное состояние и замерло в вертикальном положении. Алексей встал сбоку и принялся наблюдать за взглядом старика. Вскоре он заметил, как глаза Акима повернулись в другую сторону, и пламя замерло в противоположном направлении. Затем Наставник сделал глазами несколько вращательных движений, и пламя, то укорачиваясь, то неестественно удлиняясь, пробежалось по невидимому кругу.
– Попробуй повторить, – предложил Аким и отошёл от кострища.
Алексей, охваченный азартом, занял его место. Долго смотрел на огонь, сосредотачиваясь, не решаясь отвести взгляд в сторону, потому что не был до конца уверен в своих способностях.
– Смелее, – послышалось в голове. – Мысленно представь, что пламя отклонилось.
Представить было нетрудно, так как он уже видел то, что потребовал от него Аким. Картинка стояла перед глазами, и Алексей медленно увёл взгляд влево.
О чудо! Пламя разделилось на множество языков, и они, извиваясь тонкими змейками, склонились вниз. То же самое Алексей продемонстрировал в противоположном направлении.
– Надо же, получилось, – обрадовавшись, изрёк он, не поверив окончательно в появившиеся способности. – Что ещё я могу сделать?
– Многое, – улыбнулся Аким. – Только не всё сразу, не хватит внутренней энергии.
Старик жестом пригласил своего подопечного следовать за ним. Они подошли к речке, ширина которой была около пяти метров. Для перехода через неё Аким бросил две жерди. Мужчины перешли на противоположную сторону и вытащили их на берег.
– Для чего ты это сделал? – спросил Алексей.
– Чтобы вернуться назад по воздуху. Я хочу убедиться в твоей способности левитировать.
От неожиданности Алексей отступил назад и буквально раскрыл рот от изумления.
– Ты серьёзно думаешь, что я …
– Да, да, в тебе это должно быть заложено, сейчас мы проверим, как твоё тело преодолеет силы гравитации.
Аким подошёл к Кедрову и положил свои ладони ему на затылок. В голове Алексея появился нестерпимый жар, руки как бы сами по себе разошлись в стороны, и он почувствовал, что теряет вес. Ноги судорожно скрестились по-восточному, в теле появилась знакомая вибрация. Алексей приподнялся над землёй.
Раздался голос Акима:
– Смотри на ту сторону и думай о полёте.
Последним всплеском в памяти было ощущение, что он запарил над речкой, лицо налилось кровью, вздулись вены. Очнулся Алексей на другом берегу. Лежал прямо на земле, у кромки воды, его тошнило, и голова раскалывалась на части. Больше всего удивило то, что старик шёл прямо по воде, едва касаясь поверхности. Аким что-то говорил или кричал и приветственно махал рукой. Всё происходило как в немом кино – звук не доходил до слуха Алексея.
– Чудотворец … – прошептал он, пытаясь приподняться и не смог.
Старик наклонился над телом ученика и сделал несколько пассов. Это придало Алексею силы, он встал на ноги и с изумлением оглянулся вокруг.
– Не сердись, Лёша, таков удел избранных – пройти экзамен. Я очень рад, что ты состоялся.
Опираясь на плечо наставника, Алексей доковылял до избушки. Его сильно клонило ко сну. Добравшись до нар, он рухнул на них и проспал тридцать шесть часов.