Когда я вышла из покоев Кирино, навалилась такая усталость, что хоть прямо здесь, в коридоре, и падай. Спать не хотелось, нервное напряжение просто не дало бы лечь в кровать и закрыть глаза, и потому, стоило увидеть в своей комнате свернувшегося в кресле мэтра, в голову закралась мысль отправиться на позднюю – или раннюю, как посмотреть, – прогулку. Потому что разбудить его означало перейти к новой порции изматывающих бесед, а после Кира и так голова трещала. Нужно было как-то привести себя в чувство.
Быстро переоделась в вычищенный наряд тени и, вместо тёплого дублета, наспех найденного как временная замена у кого-то из крепости, уже по привычке потянулась за камзольной курткой хмыря – той самой, с магической серебряной вышивкой. Чистить её никто так и не стал, я сама запретила слугам трогать, побоявшись испортить артефакт, но и возвращать Киру его вещь совсем не хотелось. Частично из вредности, частично из удобства. Что тиной пахнет и разводы некрасивые на чёрной ткани, так и не надо перед кем-то красоваться, сойдёт. А вот от заботливо сложенных поверх дублета меховой шапки и перчаток отмахиваться, как от дублета, не стала – казалось бы, мелочь, однако всё же не май-месяц, прятать в рукавах заледеневшие пальцы удовольствие не из приятных. Зимы здесь явно суровее, чем я привыкла видеть.
Морозный воздух прогнал остатки хмеля из головы. Небо простиралось над головой угольно-чёрным полотном с мелкими разбросанными дырами, в которые проглядывал свет. На деле с детства знала, что звёзды – такие же светила, как и наше солнце, только находятся они далеко-далеко, потому и кажутся маленькими. Сейчас понимала, что подобными знаниями не все дети даже в Алитте обладали, не то что в захолустье вроде Штолен, и, если бы не моя излишняя наивность, давно бы заподозрила неладное насчёт родителей.
Снега высыпало почти по пояс, часть солдат согнали расчищать внутренний двор и тренировочный плац, из-за чего, несмотря на ранний час, было довольно светло – от большого количества факелов и масляных светильников – и шумно. Под весёлые песни и перешучивания – надо признать, вполне приличные в сравнении с тем, что мне довелось слышать у походного костра, – работа шла споро. Я заметила прицепившуюся к капитану Цуури Талиссию, которой очень уж хотелось научиться управляться со специальной широкой лопатой, вот только та была ей совсем не по размеру. Девчушку опознать смогла исключительно по росту и звонкому голоску, потому что из поднятого ворота песцовой шубки виднелся только нос. Чуть в стороне от них заметила спокойно беседовавшего с комендантом Росэра. Король кивком головы приказал подойти, и я не посмела ослушаться. Вроде один жест, да ещё с таким бесстрастным выражением, а сколько власти в нём чувствовалось – словами не передать.
– Вам по душе ранние подъёмы, сеньорита Ашэ?
Заданный Росэром официальный тон неприятно царапнул слух. Теперь-то я знала, что таким образом он отнюдь не уважение выказывал, а очерчивал границу и держал за ней. Пожалуй, иметь возможность тыкать королю и правда привилегия из привилегий, и если даже Кирино с его трудоголизмом и якобы преданностью подобное право не заслужил, то что такого сделал мой отец? Помимо спасения жизни Его Величества – дело явно одним этим событием не обошлось. Хотя с тем же успехом это могло быть банальное проявление типичной для Грассэ наглости, с которой Росэру пришлось смириться.
Коротким взмахом ладони он отослал коменданта и подозвал меня ещё ближе, чтобы наш тихий разговор было сложно расслышать со стороны. Вряд ли бы кто-то здесь по доброй воле сунулся к королю, однако ж соблюдать осторожность всё-таки стоило.
– Или вы пытались переубедить Таэ?
На то, с какой серьёзностью это было произнесено, не обратила внимания только потому, что вовремя заметила озорные искры в глазах Росэра. Позволила себе улыбнуться в ответ.
– И не думала. Вы же прекрасно знаете, каким упрямым он бывает.
Вносить коррективы в план Грассэ прямо во время обсуждения Кирино не стал, но я не сомневалась, что он уже строил какие-то свои хитрые схемы, чтобы не то переиграть моего отца, не то просто подстраховаться на случай, если что-либо пойдёт не так. Ведь этой ледышке чернявой кровь из носу необходимо было всё контролировать. И даже если часть подчинённых у него была инициативная, всё равно – даже эти инициативы Кир предугадывал и учитывал. Как только ему это удавалось?
– Он вам небезразличен, – покачал головой Росэр.
Разубеждать его не стала. В голове уже давно выстроилась логическая цепочка: королю был важен Кир, в том числе как человек, и считал он его мягким в глубине души, переживал за чувства своего советника, но, как только увидел, что чувства эти, весьма вероятно, взаимны, стал вести себя – не побоюсь этого слова – приветливее. Хотя я изначально старалась в глазах Его Величества выглядеть преданной тенью, готовой даже на брак с нелюбимым человеком, лишь бы защитить интересы короны. Но пусть уже думает себе, что захочет. Я сама путалась и не знала, как относилась теперь к Кирино, к Таши, к отцу, к их манипуляциям и бесконечным играм. И всё больше склонялась к тому, что Кир был прав с самого начала – никакая я не особенная. Потому что всё, что со мной случилось, было не моим выбором, не моей заслугой. Выпутывалась из этого тоже не своими силами не окажись рядом вовремя кого-нибудь, так бы и сгинула. Удача, пожалуй, была тем единственным, что помогало мне держаться на плаву.
Впрочем, всё это и так было ясно давно, к подобным выводам я приходила уже не один раз. И каждый – давала себе слово брать себя в руки, трясти Кирино на предмет ответов, а потом снова начинала плыть по течению, не справляясь с валом проблем и интриг. Теперь же меня собирались кинуть в одиночное плаванье, и справляться предстояло самой. С дедом, мэтром его гильдии, этим странным Ольхо, который по всем правилам должен был быть мёртв, и со всем тем, что свалится на голову следом. И, вот удивительно, меня это нисколько не пугало, что нельзя назвать хорошим знаком – я инстинктивно полагалась на то, что снова повезёт, снова кто-нибудь возьмёт под крыло, снова будет не так уж и страшно.
И это было глупо.
– Сеньорита Ашэ?..
– А? – Испуганно взглянула на Росэра, не сразу вспомнив, с кем беседовала. – Извините, задумалась.
– Ри-исса-а-а! – Налетевшая со стороны Талиссия чуть не сбила меня с ног.
Охнув, я прижала к себе девчушку и легонько ущипнула за нос. Казалось, росла она не по дням, а по часам – за прошедшее время вытянулась настолько, что почти доставала мне до плеча, да и в лице читалось больше девичьей утончённости, чем детской округлости. И эта юная пигалица скоро должна взойти на престол и управлять целым королевством? Не сама, конечно же, Росэр точно не оставит её без нужных и верных людей рядом, но вся эта тяжесть решений и ответственность за множество жизней… Почему же её никто не собирался ставить в известность? Как-то подготовить? Ей ведь всего двенадцать!
Имела ли я право думать, что мне тут – тяжелее всех? На меня-то не сваливалась корона в комплекте со всеми обязанностями, сложностями и кишащим интригами дворцом. Да ещё история с божественным наследием, кровожадным хранителем реликвии Кетры и зависящим от этой реликвии планом спасения мира. Или не спасением – ачйжи ногу сломит в попытках разобраться, что же пытался сделать Грассэ. Из слов Кирино только и поняла, что отец хотел перехитрить Хеффу, но богиня, разумеется, оказалась умней, и теперь он ей должен. Не вернёт долг – отдаст жизнь. Свою или кого-то из родных, богине не было разницы.
Талиссия стиснула крепче, выдавливая из меня остатки воздуха. Ей очень не понравилось, что я уплыла куда-то в свои мысли. Видимо, надежды разобраться в себе и во всём происходящем стоило отложить на другое время, не такое оживлённое. Хотя подумать очень нужно здесь и сейчас. Или, вернее, до того, как пойду трясти отца, как до этого – Кира.
– А мы тебя вечером с Таши ждали, – встав на цыпочки, зашептала она прямо в ухо, – а ты так и не пришла! Он за тебя очень-очень переживал! Вы поговорили?
Едва подавила рвущийся наружу смешок, особенно встретившись с внимательно изучающим взором Росэра. Вряд ли он что-то расслышал, но на моём лице, видимо, промелькнуло что-то подозрительное. Да и не до смеха было: у девчушки вон, в голове одни любовные переживания, причём не за себя даже, какие там перевороты, восстания и захваты власти, ей бы книжек со сказками побольше, гулять в саду да танцам учиться.
С другой стороны, она явно была подготовлена лучше, да и наивностью не обладала такой, которая у меня сохранялась аж до четырнадцати лет. Может, выглядит беззаботной малюткой, а на деле зорко смотрит и подмечает всё, делает правильные выводы и учится – не крестиком вышивать, а в тех же демонах разбираться. И не стоило забывать, что выросла она здесь, в крепости на границе Топей, окружённая магами и солдатами наравне с нянюшками.
Но всё равно я никак не могла понять Росэра и его желание посадить Листика на трон. Неужели других наследников не имелось? Хотя Тэриньо тогда давно убрал бы неугодного ему короля, если всё так, как рассказали. И даже если ради сохранения собственной жизни, разве можно сваливать на ребёнка непосильную ношу, которая не всем взрослым-то по плечу!
– Мы с ним ещё поговорим, – тихо ответила я, стараясь незаметно подмигнуть Талиссии.
Одарив меня долгим взглядом – будто, если она не приложит все возможные усилия, мы с Таши нипочём самостоятельно не разберёмся, – девочка столь же стремительно, как и до этого, прилипла к Росэру. Её ажиотаж по поводу выдуманной истории любви сеньориты и телохранителя начинал нервировать, и ладно бы мэтр пресёк на корню подобные мысли и отрицал бы всё, так нет, ему отчего-то взбрело в голову поддержать фантазию Талиссии. Причём явно ведь в шутку – Весташи был не из тех людей, кому трудно признаваться в любви, это уж точно. И зачем ему подобное? Меня подразнить захотелось?
– А дойдём до леса сегодня, дойдём? – Листик бесцеремонно скакала рядом с королём, вместе с тем дёргая руку, которую обхватила маленькими ладошками. – А можно и Риссе показать? Прошу-прошу! У меня уже лучше получается, почти так же легко, как у тебя!
– Хорошо, – рассмеялся Росэр. – Но – недолго.
– Я помню, у вас ещё с дядей Грассэ дела, – тяжело и совсем по-взрослому вздохнула девочка.
На мою вопросительно задранную бровь – что показать-то? – король таинственно улыбнулся и кивком головы приказал следовать за ним. Ведомая любопытством, я и так не думала отставать, тем более, казалось, меня хотели посвятить во что-то такое, о чём далеко не каждый мог знать. Проявление доверия со стороны Их Величества и юной наследницы было приятным жестом.
Преодолев сугробы, мы добрались до небольшого пролеска, разглядеть который удалось, только когда приблизились почти вплотную. В окружающей черноте видно было немного – тёмные силуэты Росэра и Талиссии, выделявшиеся лишь благодаря белоснежному ковру под ногами, да подсвеченную факелами крепость, оставшуюся позади. На полпути я сообразила создать магический огонёк, на что король благодарно улыбнулся, а Листик завистливо поглядела, но в ладоши всё-таки захлопала несколько мгновений спустя – судя по всему, так ловко управляться с пламенем она пока не умела.
По дороге девчушка радостно щебетала о том, каким же интересным местом был Рал-Хэирт – руины в холмах и город, построенный прямо на них, отчего некоторые дома выглядели самым необычном образом, смешав в себе архитектуру древности и современные незамысловатые формы. Чуть ли не на каждом шагу встречались юные маги, направленные Конклавом проходить практику, изучать старые наречия и совершенствоваться в рунном языке, а ещё – желающие пополнить Великие Архивы ньэннские историки, не всегда, впрочем, являющиеся ньэннцами. Благодаря безопасности на границе, которую обеспечил Кирино, страшащихся Топей путешественников и исследователей, не владеющих магией, стало больше, и это пошло только на пользу герцогству с экономической точки зрения. О чём Талиссия рассуждала наравне с тем, какие же необычные статуи в храме Семерых там, как ей понравилась лавка с музыкальными инструментами и насколько вкусные яблоки в карамели удалось найти. Стало интересно, как давно начали учить её чему-то помимо магии, раз она так легко апеллировала к фактам и переключалась с серьёзных тем на что-то более приземлённое. В том, что ту же экономику ей точно преподавали, я уже не сомневалась. И с жалостью отметила, что сама далеко не все термины знала, так что переживать стоило больше о себе, чем о том, готова ли Талиссия взойти на престол – её обучением занимались куда активнее и планомернее, чем моим.
А может, дело было в том, что я сама явного желания не показывала, вот ничем, кроме необходимого минимума, и не стали нагружать. За почти два года в Алитте хорошо научилась только этикету, верховой езде да разбираться в десятке видов оружия и артефактов – до ядов не допустил Таши, из рукопашного боя толково могла лишь правильно падать, уворачиваться и вылезать из захватов, большая часть книг по магии была для меня как тени попросту бесполезна. Ну и с документами работать теперь умела, но какой в этом толк? И ведь отец с самого начала говорил – уметь лучше многое, если не всё. Почему не последовала его совету? Теперь-то точно не до этого будет, никакого спокойного обучения, и кусать локти уже поздно – что вышло, то вышло.
С другой стороны, приспособлена к выживанию я была лучше, чем Талиссия. По крайней мере, надеялась на это.
Между тем девчушка скинула на руки Росэра шубку – под ней оказалась расшитая цветными нитками синяя рубаха и короткий белый жилет, лишь для красоты отороченный мехом, поэтому девочка быстро продрогла… продрогла бы, не сделай она несколько шагов в сторону, с трудом набрав скорость и прыгнув. С первой попытки ничего не вышло – Талиссия раздосадовано поджала губы и принялась ходить кругами, вытаптывая нужное ей пространство, пританцовывая от холода и недовольно шипя под нос. Я не смогла сдержать улыбку, потому что ворчащая девочка слишком уж походила на своего хмурого опекуна, явно от него понабравшись этих манер. А потом она снова разбежалась и снова прыгнула…
На искрящийся снег приземлился волк, вернее – волчонок. Ещё нескладный подросток, лопоухий и с длинными, непропорциональными туловищу, лапами. Кристально чистый белый мех и совсем не звериный взгляд голубых глаз – внимательный, изучающий и вместе с тем озорной.
– Не убегай далеко. Мы будем здесь. – Росэр перекинул шубку девочки через руку, кивком дозволяя идти.
Волчонок тихо зарычал, пригибая голову, но никакой агрессии в этом жесте не чувствовалось, больше весёлого азарта и предвкушения. Вильнув хвостом, Талиссия – а это, вне всяких сомнений, была она – сорвалась с места и скрылась в пролеске. Радостное тявканье и пофыркивание затихло не сразу.
– Это дар Кетры, – охотно объяснил король, заметив недоумение в моих глазах. – Весь королевский род способен на подобное. Жаль, остались только мы с Лисой.
Я вспомнила девушку-перевёртыша и цирковое выступление, увиденное на балу Весеннего цветка. Но там была лисица, а значит, далеко не все перевёртыши обязательно были наследниками Кетры. Или я что-то не так понимала?
– А вы?.. – вырвалось у меня прежде, чем успела прикусить язык. Любопытство любопытством, и всё же не надо было забывать, что беседовала с Их Величеством, пусть и в неофициальной атмосфере.
– Умею, – с улыбкой проследив за кружившей около нас Талиссией, произнёс он. – Однако взывать к силам близ границы для меня было бы неразумно. В отличие от других заклинаний, это не влияет на магический план столь сильно, чтобы мой отравленный дар призвал демонов, но здесь – Топи.
– Простите моё любопытство, Рос. – Я смущённо кашлянула и создала ещё несколько огненных шаров, чтобы было теплее стоять и наблюдать за резвящейся девчушкой.
– В этом нет ничего постыдного, любопытство похвально. Тем более, вам я доверяю.
Невольно икнула от удивления, услышав о доверии, но то, с каким спокойствием и серьёзностью король сказал это, не позволило сомневаться. Если мой отец был для него близким человеком, Кир – тоже, то и я, связанная с ними, могла интересовать Росэра не только как тень. Много ли у него было людей, которым он мог безоговорочно верить, особенно когда выяснилось, что даже телохранитель не такой уж и замечательный? Мне всегда казалось, что Тэриньо был ближе как советник, чем Кирино. Но, выходило, я ошиблась.
Король присматривался ко мне уже долгое время – не потому что была сама по себе какой-то особенной, а из-за отца и, подозревала, «влюблённости» Кира. И пришёл к выводу, что угрозы я не представляю?
– Могу я узнать о вас… больше? – Всё ещё чувствуя смущение от того, как бесцеремонно лезла в душу к малознакомому человеку, я для верности отвела взгляд. – Как вы взошли на престол?
Наверное, дело было в той лёгкости, с которой Талиссия общалась с Росэром, и мне самой вдруг захотелось так – без благоговейного трепета, необходимости держать дистанцию и соблюдать этикет. Видеть в нём не венценосную особу, на которую только снизу вверх и смотришь, а человека. Не при дворе же. Но имела ли я на это право? Хотя не попробуешь – не узнаешь.
В моём восприятии Росэр существовал, по сути, совсем один – не считая доверенных лиц, советников и приближённых, у него никого не было. Родители мертвы, а имена остальных наследников престола скрывала древняя традиция. Теперь-то я знала, что из рода Коссэль остались только он да Талиссия, но проводить столько времени с девочкой король мог только потому, что она была подопечной его советника. В противном случае подобные взаимоотношения вызывали бы куда больше слухов, чем и без того бродило по дворцу.
Будь у него жена или хотя бы фаворитка – имя было бы известно всем, поскольку она бы не являлась частью рода Коссэль и её бы не скрывали, как других членов семьи. А значит, своих наследников Рос не имел, разве что где-то могли быть бастарды короля. О чём его самого спрашивать, конечно же, было бы самоубийственным и совсем неприличным шагом, поэтому условно считала, что их нет.
– Только если вы расскажите о себе. И каким на самом деле был с вами Грассэ.
На миг задумалась: а действительно, каким же? Стоило ли поведать королю о Штольнях, о той лжи, которой меня окружали с самого детства?
– Всё-таки вы ему не доверяете, – вместо того, чтобы безрезультатно крутить вопросы в голове, отметила я.
Внезапный далёкий писк заставил вздрогнуть и оглянуться через плечо. Пусть на долю мгновения, но не показалось же? Таши?.. Или другие тени? Может, следовало сказать и быстрее вернуться в крепость?
– Люди лгут, Марисса, и это нормальное явление. – Росэр одарил меня отеческой улыбкой и сложил руки за спиной. – Доверию оно нисколько не мешает. Я же, как и вы, не лишён любопытства, желания пробраться к нему в голову и узнать как можно больше.
Может, всё-таки показалось? Мало ли, усталость сказывалась. Но бдительность сохранять всё же стоило, и потому вызвала внутри ощущение маятника. Скорее всего, у Росэра было предостаточно защитных и предупреждающих амулетов, и, раз он не всполошился, бояться было нечего. Не мог же король так безалаберно относиться к собственной безопасности и полагаться всецело на меня в этом?
– Люди лгут, – согласно кивнула и криво усмехнулась. Уж что-что, а это знала на своей шкуре превосходно. – Но даже если вы побываете в чужой голове, то, к удивлению, узнаете, что и там – ложь. Даже себе, порой, люди лгут и не замечают этого.
Король рассмеялся.
– Теперь начинаю понимать, чем же вы приворожили Таэ, – покачал головой он. – Так вы согласны на обмен?
Подумала немного и вновь кивнула. Из всех людей, с кем я общалась и кого пыталась понять, только Росэр был полностью честен и открыт. Да, при дворе он вынужден был держать маску и поддерживать образ властного холодного человека, однако стоило остаться с ним один на один, создавалось ощущение, будто он с лёгкостью поведает обо всём, какой вопрос ни задай. Будто таким образом он компенсировал нехватку искренности и доверия. Хотя наивным король не был и тщательно выбирал тех, кому мог показать иную свою сторону, и я словно бы начала отчётливо видеть те двери, за которые меня постепенно пускали всё глубже и глубже. И если раньше везде висели замки или засов находился внутри, то сейчас я сама могла пытаться дёргать за ручку.
– Своим рождением я убил мать, – с печальной улыбкой заговорил Росэр. – А отца видел раз или два за всю жизнь и плохо его помню. С Римией, моей сестрой, у нас были разные отцы, и, когда мать умерла, сестра стала первой наследницей, а бабушка – регентом при ней. С сестрой мне посчастливилось жить бок о бок под заботливым крылом бабушки, которая, пожалуй, относилась к нашей безопасности чересчур щепетильно. Только взойдя на престол в свои пятнадцать, когда сестра отказалась от прав на корону, я узнал, что над нашим родом словно навис злой рок или проклятие – никто из наследников не доживал до тридцати. Римию он не обошёл стороной. Мне же, вероятнее всего, не без помощи Грассэ, повезло.
Значит, в том, что Росэр был совсем один, я не ошиблась. А ещё стало ясно, почему он не видел ничего плохого в том, что Талиссия в столь нежном возрасте примет на себя бремя власти.
– Ваша сестра была магессой?
Ответ на этот вопрос я и так знала, но хотелось повернуть разговор в нужную сторону – узнать больше о семье Росэра. И о тех недостающем кусочке истории, что была уже известна мне, – о магистре Янкеле Раджети из приграничной крепости, из жажды силы пожертвовавшим женой.
– Римия полюбила колдуна, она казалась такой счастливой, что я нисколько не жалел о том, что занял трон вместо неё. Признаться, с самого начала я не видел себя в этой роли, но ради счастья сестры был готов наступить на горло своим интересам. А она ради своей любви – отдать дар.
– Она?..
– Грассэ говорит, что Янкел убил её, но я этому не верю. – Взгляд, обращённый ко мне, был отчего-то виноватым. – Янкел был Раджети, псом короны, а это настолько въедается в кровь, что ни вырезать, ни выжечь. И то, каким Раджети является ваш отец, только подтверждает правило. Везде бывают исключения.
Рассмеялась в ответ. Действительно, отца можно было назвать исключением из многих правил. Но, раз уж Янкел был псом короны, Росэр знал его лично, и потому его слова имели вес. Зачем только отец соврал Кирино?
– Моя сестра не была столь глупа, чтобы жертвовать даром в раннем возрасте ради недостойного человека.
Вопрос о том, могли ли её взять силой, я вовремя проглотила. Он был бы нормальным в разговоре с Таши или Киром, где допустимы различные предположения и рассуждения, однако топтаться на горе Росэра было неправильно. Не только потому, что он пока ещё оставался королём, но также из банальной вежливости.
А потом я вспомнила, что в этой крепости уже долгое время, до появления в ней Кирино как магистра Кирэя, служил капитаном Ольхо. И Янкела могли убить, взять под контроль его тело и сделать с бедной Римией что угодно. Совсем как с Ларом. Догадывались об этом Кир с Грассэ или нет?
– Ваша очередь, – улыбнулся Росэр.
Дальнейшее случилось стремительно. Я дёрнулась в сторону и призвала серп скорее инстинктивно, словно почувствовав заранее, прежде чем что-то произошло. Вот Росэр стоял в паре шагов, вот блеснула сталь в отсветах магических огней, вот – нарастающий писк, следом мелькнувшая чёрная тень и звон металла о металл. Я среагировала на вдавившийся в уши звук, неприятный и знакомый, въевшийся в подкорку, предположив покушение на короля. На деле же всё оказалось несколько… иначе.
Стилет, крепко стиснутый рукой короля, был направлен точно в мой глаз, ещё бы чуть-чуть, и я лишилась… лишилась бы, не возникни между Росэром и мной Таши, чей кукри упирался в гарду тонкого кинжала, блокируя удар. И не сказать, что я сама сработала из рук вон плохо, серп был приставлен к горлу мэтра. Но угрозу распознала неверно.
И ведь умела же чувствовать, когда в тенях поблизости именно Весташи, так нет – разволновалась, не сообразила сразу. С другой стороны, он мог с тем же успехом в самом деле попытаться убить короля, мало ли по какой причине ему потребовалось бы это сделать. Но всё же от сердца отлегло, когда поняла – мэтр кинулся не убивать, а защитить меня.
И только когда взбудораженное состояние потихоньку стало уступать место рациональной логике, до меня дошло – король целился со знанием дела, предполагая, как я буду уворачиваться, намереваясь как минимум ранить. Не замешкайся я из-за непонятной тени, оказавшейся Таши, подумай в первую очередь о своей шкуре, то успела бы скрыться в тенях вместо того, чтобы уклоняться. Но если бы не услышала писк – вряд ли бы вообще стала двигаться с места, то есть Росэру без труда удалось бы совершить задуманное.
– Теперь вы ручная тень Таэ, я полагаю? – Медленно отступив, Росэр неуловимым движением спрятал стилет – наверное, куда-то в рукав.
Горло, как назло, сдавила когтистая лапа страха, и сердце забилось раза в два чаще, хотя, казалось, и так взвинчена до предела. А ведь стоило хотя бы поинтересоваться, что это вообще было и зачем. Неужто король тоже почувствовал чужое присутствие и решил выманить мэтра таким своеобразным образом? Но тогда ему должно быть известно о Таши несколько больше, чем имя или профессия…
Впрочем, у Роса было предостаточно источников информации – как минимум Грассэ и Талиссия. Девчушку не стоило списывать со счетов только потому, что она мило играла с мэтром и пыталась всячески меня с ним свести.
– Рад иметь возможность вновь говорить с вами. Талиссия много о вас рассказывала, упоминая, что вы довольно близки с Таэ.
Весташи не опускал кукри и из боевой стойки не выходил, тогда как я, немного помедлив, всё-таки отозвала серп. Приятно, что он меня защищал, но, демоны раздери, как же обидно не справиться самой. А ведь наивно полагала, что могу.
– Не ждите манер и почтения. – Таши со свистом выдохнул и зачесал пятернёй волосы, отводя оружие в сторону.
– И не надеялся. Вы всё-таки мэтр Лиги, пусть и бывший.
Я вздрогнула от того, каким тоном произнёс это Росэр, хотя на его лице был изображён искренний детский интерес.
– Прошу простить мне неподобающее поведение, сеньорита Ашэ. – Он чуть наклонился вперёд, обозначив извиняющийся поклон. – Уверяю вас, я не собирался вам вредить и вовремя бы остановил клинок. Рад видеть, что у телохранительницы моего советника есть собственный телохранитель. Или вы, мэтр Журавль, тоже защищаете интересы Таэдо, и потому заботитесь о сохранности его невесты?
Я чуть было не выругалась вслух подхваченными у Брика словечками. Талиссии взбрело в голову поделиться своими фантазиями с королём? Или мне померещилась скрытая издёвка в этих словах?
– Мне жаль, что так вышло. – Положив руку на плечо Таши, вышла вперёд. – Я попросила мэтра следовать за мной, беспокоясь о вашей безопасности.
Пусть уж лучше Росэр думает, что я с самого начала планировала вытащить его на прогулку за стены крепости, чем будет подозревать Весташи в слежке. И теперь я понимала, насколько же сложно было отслеживать чуть ли не постоянно, что кому известно и какой у кого интерес в происходящем. Как с этим справлялись отец с Кирино – загадка.
Король знал Таши как мэтра Журавля. О большем пока было трудно судить, и не сказать, что вызывающее поведение Роса мне было по душе. Чего он добивался? Вывести на чистую воду? Проверить, насколько мнению Талиссии о близости с Кирино стоило доверять?
– Виной всему моё любопытство, – возразил Рос. – Заманчиво взглянуть на теней в боевой готовности, далеко не каждый день выпадает такая возможность без риска для жизни.
Королю чуть было вновь не выпала такая возможность, когда рядом с ним практически бесшумно возникла Талиссия – всё ещё в волчьем обличье, она тяжело дышала и лапами перебирала снег, нетерпеливо виляя хвостом. Девчушка, вероятно, не нагулялась, но и пропускать что-то интересное – а иного, когда взрослые тут так собрались, и быть не могло – не хотела. При взгляде на неё Росэр невольно разулыбался, я почувствовала небольшой всплеск магии…
– Вашу часть истории я выслушаю позже, сеньорита Ашэ, – возвращая на лицо бесстрастное выражение, произнёс он. – Оставлю вас.
Могли ли они сейчас мысленно общаться между собой? Или всё это – изначально хитрый план Листика, подговорившей короля сделать так, чтобы всё сложилось, как она хотела, и мы с Таши наконец-то остались наедине и «объяснились в чувствах друг к другу»? Глядя на удаляющихся Росэра с Талиссией, я постепенно осознала, что объясняться в чём-либо не было никакого желания. Больше хотелось уподобиться королю и покопаться в чужих головах, даром что там тоже могла встретиться ложь. Но если этот шаг даст хоть какую-то определённость…
Поведение мелкой пигалицы, что это: издёвка, искренняя попытка помочь, детская наивность и непосредственность? И почему оно меня только раздражало?
– Я ещё могу понять то, что ты перенимаешь у Кира какие-то интонации или, кхм, заимствуешь предметы гардероба, – хихикнул в ухо Таши, вырывая меня из задумчивого скрежетания зубами, – но уподобляться его образу жизни не стоит.
– Что? – раздражённо уточнила я, борясь со жгучим желанием цапнуть мэтра за нос.
– Что-что, – передразнил он, оттягивая веко. – Заклинаний ты нужных не знаешь, чтобы столько не спать. Круги под глазами тебя не красят.
– Ты последовал за нами только из-за этого? – Скрестила руки на груди и покачала головой.
– Нет, меня разбудил комендант. И довольно подробно рассказал, куда и с кем ты ушла.
Всё-таки не сдержалась и выругалась, заставив лицо Таши вытянуться от удивления – подобных словечек от меня он не ожидал. Значит, всё-таки зря недооценила Талиссию: хитрости и дальновидности ей не занимать.
– На троне ей самое место, – ворчливо буркнула под нос и тяжело вздохнула.
Что ж, одним переживанием за её судьбу меньше.
– Неужели ты не рада, что нам наконец-то выпала возможность поболтать без кого-либо над душой? – по-своему расценил моё поведение Таши, когда я принялась усиленно грызть ноготь большого пальца, чтобы успокоиться и привести мысли в порядок.
Если раньше, стоило кому-то обставить меня, толком и не замечала даже или попросту не придавала этому значения, то сейчас стало по-настоящему обидно. Конечно, не стоило и пытаться мериться силами с самим королём или его племянницей, у которой, судя по всему, были не только наследственная способность к интригам и хорошие примеры для подражания, но и должное количество опыта в отличие от меня. Держать все факты в голове ещё тяжело. А если завести тетрадь?.. Нет, слишком рискованно, если её кто-то найдёт – проблем не оберёшься.