Полная версия:
Мария Милюкова Постскриптум. Воог
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
– Всё запомнил? – спросил он, потирая руки и разве что ни пританцовывая на месте от предвкушения.
– Да, – уверенно откликнулся Дагон.
– Всё достанешь?
– Несомненно.
– Да-а? Вот пьям всё? – поразился Воог, но Дагон его проигнорировал.
– Ну, раз всё, тогда идите, – бодро проорал шаман и скрылся в шалаше, оставив всех озадаченно чесать голову. Орки благоговейно затихли. Перед пышущей яростью маман или перед списком, кто ж разберет. Воог, наконец, плюхнулся на землю, а Дагон задумчиво почесал нос.
– С посудой проблем не будет, выдам, – тихо пообещала маман. Дагон кивнул. – А вот с остальным сам думай.
– С травой тоже?
– Воог подскажет, он в растениях разбирается.
– Эи-и, – невнятно подтвердил орк и махнул рукой. Подскажет.
– А этот омут?
– К реке идите. Ну это ни костИ ни желчного камня, – «благословила» их на дорогу маман и даже смахнула несуществующую слезу. – Бывайте.
И ушла. Орки одобрительно переглянулись. Дагон схватил тщедушного орка за руку и рывком поднял на ноги. Дабы привести его в чувство понадобилась встряска. Двойная. От первой у Воога только голова закружилась, зато после второй он очнулся быстро. Потому что умудрился прикусить себе язык.
– Что мы будем делать? – Отчаянно зашептал Воог, семеня за Дагоном в сторону ворот.
– Собирать список. Ты разве не слышал, что говорил ваш шаман?
– Но список не собийаем! Совсем не собийаем!
– Начнем с малого, – омут.
– Плохая идея. Омут может стать последним заданием в твоем списке! Это же о-мут!
– Вот и отлично, значит, дальше мучиться не придется. Потопну.
– Валя меня убьет.
Пока Воог соображал над речью Дагона, подошли к воротам. Орки выходить из селения не стали, постояли у забора, полюбовались на их спины и разошлись по своим делам. А чего зря землю топтать? Вернутся, тогда и можно волноваться, а нет Значит, сгинули. Не повезло.
Дагон шел по дороге и молчал. Он даже старался не думать. Потому что понять орков и так не просто, а проследить за логикой мстящего орка и подавно без вариантов. А в том, что шаман мстил, он не сомневался. Воогу или маман – разницы нет, расхлебывать всё равно придется ему, Дагону. Потому что свадьба.
Погода радовала. Птички пели, солнце пригревало, ветерок шалил в таких интересных местах, что Дагон резко свернул к знакомой чахлой березке.
– Это ты куда сейчас пошел? – Тут же оживился Воог. – Это ты бежать йешил?! От меня или от вали?!
– Нырять в омут и рвать травы тоже надо голым? Нет? Я так и думал.
– А-а, вот ты об чём Тъуселя бы тебе, – мечтательно протянул орк, пока Дагон потрошил свою сумку. – К тъуселям мои пьивыкшие, побубнели бы и бьёсили
– Раньше сказать не мог?
– Йаньше я не думал. А потом тебя увидАл и подумал. И вот, сказал.
Дагон покачал головой. Влез в штаны, натянул сапоги. Рубаху напялил, но подпоясывать не стал, и без того жарко. Пристегнул меч к поясу, рассовал по карманам клинки и амулеты. Последними он ни разу не пользовался, но упорно носил с собой. На всякий случай. Никогда не знаешь где понадобиться заглушить проклятие или законсервировать арбуз.
– Далеко до реки?
– Не А вот до омута
– Поколочу! – Серьезно заметил Дагон. – Воог, честное слово, поколочу!
– А я чего? Каков вопьос Всё, не злись. Не далеко. А через лес и того ближе.
– Мы и так в лесу! – Психанул парень, теряя терпение. – Вокруг один лес!
– Ну вот и хойошо. Тогда нам впейод. Через лес.
Глава 6
По дороге молчали. Вернее, молчал Дагон, Воог же трещал без умолку. Оказалось, что эти несколько месяцев после отбора на повара Белого Храма орк не сидел сложа руки. Он «искал себя». Судя по тому, во сколько передряг он попал, «искать себя» было задачей сложной.
Воог не бросил идею стать многоуважаемым поваром и рискнул вернуться в Дор-Атон к гномам. Гномы его возвращения не оценили, из-за этого орку пришлось драпать обратно в леса. И драпать быстро. Затем пришел черед эльфов. Попытка номер два. Эльфы оказались лояльнее, пропустили Воога на свои земли и даже выслушали. Прогнали позже, примерно, на втором предложении, звучавшем примерно так: «Уж коле сам король Легойии меня нанял, то вам, остйоухим, и подавно моя кандидатуйа за честь покажется»
Не показалась. Из-за чего Воог почти милю гневно рассуждал о «недалеких» эльфах, упустивших такое сокровище, как он.
Затем были три таверны и самострой в виде лачуги у самого тракта. Но то ли сельские жители высокую кухню Воога не поняли, то ли еще что, но и эти затеи провалились. С треском. Из таверн его погнали, лачугу вовсе сожгли. Как именно и из-за чего, он не поведал. Далее орк решил не готовить еду, а добывать её. И записался в охотники. И даже прошел обучение. Но первой же ночью сделал ноги с лагеря. Почему, история так же умалчивает.
И вот, когда он, наконец, придумал стопроцентный план по завоеванию гастрономического мира Нагории (какой именно план – осталось загадкой, ибо секрет!), случился Дагон и его предложение руки, сердца и меча. Воогу пришлось возвращаться в селение орков, дабы с гордостью и радостью нести бремя свидетеля сего таинства.
И вот он тут, в лесу, рядом с женихом, старательно «несёт»!
– А то я уже был бы знаменит и обожаем! – Разглагольствовал орк, важно вышагивая по зеленой траве пролеска. – Но валя дойоже! Валя важнее!
– Ну да, ну да – В очередной раз откликнулся Дагон, прислушиваясь к болтовне Воога краем уха. – Скоро река?
– Та почитай пьишли. Сейчас вот тута кружочком, потом вниз и йека.
– А омут?
– А омут дальше. Но там с бейега никак, потому отсюда поплывешь. Если выплывешь, я тебя ниже ждать буду, у повойота. Хватай сйазу две гойсти, а то если пейвый йаз получится, во втойой может и не повезти В мешок складывай. Я тебе мешок дам
– А если просто песок с реки взять? Обязательно нужен омут?
– О?! – Позеленел Воог и схватился за тощую грудь в районе сердца. – Вейоломство-о!..
– Нет, рациональность. – Дагон остановился и уставился на орка. – Я серьезно спрашиваю, как ваш шаман узнает, откуда песок?
– Я скажу! – Уверенно кивнул Воог.
– Ты не скажешь.
– Да? Тогда ему кто-то дъугой скажет!
– Так нет тут никого.
– Шпионы есть.
– Мы их обманем.
– О! Пьедательство-о!.. Вейоломное пьедательство-о
– Нет. Хитрость. Обычная безобидная хитрость.
– А как же магия?
Дагон почесал нос и уставился на орка более внимательно:
– Какая магия?
– Наша. Шаманская. – С готовностью ответил орк. – Шайахнет не в туда, оттого что песок не тот. Че тогда делать?
– А она прям есть, да?
– Хто?
– Магия.
Воог задумался, возвел глаза к макушке дерева, пошевелил губами, потом посмотрел на жениха и с заботой спросил:
– Ты пейвый день в Йегоии что ли? Да, есть. Всамдлишная.
– Точно?
– Точнее некуда. А ты не заболел часом?
– Нет. – Дагон отмахнулся от орка как от надоедливого комара и зашагал дальше. Мог бы и догадаться, что тут не смухлюешь, – магия, якорь задери напополам! Он прожил здесь достаточно, чтобы утрамбовать в голове новые законы жизни, но рациональность всё равно брала свое. Как это – человек может обернуться волком?! Сказка! Вампиры существуют и ходят средь бела дня?! Вранье! Орки и гоблины строят селения и болтают на всеобщем языке Нагории? Выдумки! Магия существует? Бредни сумасшедшего!
Но ведь вот она – страна, вот зеленый орк, который идет рядом и что-то бурчит себе под нос; Он сам собирается жениться на вампире, а его друг – оборотень! Степаша умеет оборачиваться волком. Настоящим. С хвостом, лапами и шерстью. Дагон когда в первый раз это увидел, сутки молчал. Сут-ки! Осмысливал.
А теперь как полный дурак спрашивает, так ли важна шаману горсть песка?! Может, он действительно заболел?!
– Мешок где? – Вместо ответа самому себе спросил Дагон.
– Та вот. – Воог продемонстрировал ему перемотанное запястье. – Хойоший мешок. Не пойвется. Ты не смотъи, что я его как бьяслет ношу, он этот многофункциональный, во.
– Мать морей, помоги, – прошептал Дагон и ловко сбежал вниз по косогору.
Впереди уже змеилась река. Рыжие речные комары пищали над головой.
Нужен песок из омута, значит, будет из омута.
Глава 7
Омут – явление коварное и чаще всего глазу невидимое. Характер имеет вспыльчивый, силу немереную. Плывешь по реке, наслаждаешься водичкой и вдруг – бац! – тебя уже тянет на дно неведомая сила, кружит, выбивает воздух из легких, тащит куда-то вниз, туда, где и дна нет. И будь ты даже трижды хорошим пловцом, капризный омут тебе не победить.
– Рассказывай, – внимательно осматривая реку и одновременно раздеваясь, приказал Дагон.
– Чего йасказывать? – переполошился Воог.
– Какая река, какие озера рядом, какая вода в тех озерах
– Двинулся! Меня валя точно убьет!
– Воог! Рассказывай.
– Ну чего йека как йека. Течёт оттудова и туда, – орк махнул рукой, показывая направление течения. – Есть озейо недалече. Темная вода. Бейега илистые, осокой зайосшие. Купаться там нельзя, потому как до воды не дойти, ноги вязнут. Но йыбы там уйма. Надо, значит, на лодке и от самого бейега, тогда ноймально
– Эта река в него втекает?
– Нет.
– Точно?
– Совейшенно точно! Там озейо магией напитанное и пьёклятое. Туда ничего не втекает.
– Это как?
– Как не втекает?
– Как это – проклятое?
– Да как у всех Оно опосля дождей йазливается, а в сухие дни убывается. Если той воде уважение не выказать, то вода совсем уходит, и йыба уходит, и йаки уходят, один ил на дне остается. Ил и камни.
– А потом приходит?
– Опосля йаскаяния селян и жейтв шаману.
– Ага. А гроза перед этим бывает? Перед проклятием?
– А как же! Пьёклатие только так и йаботает: уйаган, вода ушла, дань пъиняла, вода вейнулась.
– Карстовые породы.
– Чегось говойишь?
– Говорю, что все понял. Давай мешок.
– Понял он. Мне бы хоть объяснил, что понял, – Воог развязал обмотанную вокруг запястья ткань, передал Дагону и со вздохом продолжил. – Мне вот только одно интейесно – ты всегда был немного того, с пьиветом, или Йегойия тебя с ума свела? Если что, я буду говойить, что ты изначально дуйной был.
– Гроза не скоро будет, да?
– Нет! – отрезал Воог. – А что?
– Проще было бы.
Что там было бы проще, орк так и не понял. Но благополучно уверился, что жених от счастья скорого бракосочетания совсем стал слаб головой, и принялся объяснять что делать, дабы выжить.
Советы оказались простыми: не дыши водой да греби сильнее.
Логично.
Дагон всучил свою одежду орку, обмотал мешочек вокруг запястья и, уверенно шагнув в воду, нырнул. Проплыл вниз по течению добрые шагов двадцать, вынырнул на поверхность и поплыл дальше, разгребая волны мощными гребками.
– Тъюселя бы ему, – задумчиво повторил Воог, проводив Дагона взглядом, и покачал головой. – Йыба тут голодная, до чейвяков жадная Ну ежели что, скажу, что он всегда был с покусанным достоинством. Да, хойоший план
Пока Дагон плыл, Воог шел вдоль реки. Вернулся на верхушку косогора и шел, зорко присматриваясь к плывущему посередине реки другу. Берега здесь были хитрые, заросшие тиной и осокой, заваленные корягами. В таких местах наверняка змей пруд пруди, опасно с такого берега в воду сигать. Это если еще на дне камней нет или веток каких, – напорешься пузом и прямиком к морскому дьяволу в объятия отправишься.
Омут Дагон распознал сразу, – тот же водоворот, только спокойнее. А листья и ряска вовсе лежали на поверхности ровным кругом как крышка от горшка.
Дагон замер, позволив течению нести его дальше, присмотрелся к берегу, чтобы понять, меняет ли течение направление, прислушался к собственным ощущениям. Воронка была активна, но ленива как обожравшийся тролль, – едва кружилась. Это хорошо, значит, озеро уже напиталось и поток не будет сильным.
Три коротких вдоха. Нырок. Глаза пришлось закрыть, – песок и ряска так и норовили пробраться внутрь черепа. Плохо, но и тут терпимо, – главное плыть и рассчитывать силы, потому что вниз – сподручнее, воронка затягивает, помогает. Или заманивает.
Уши заложило от давления воды. По ногам несколько раз что-то мазнуло, – рыба или водоросль. Не думать, плыть.
Гребок. Еще гребок. И вот голова с размаху вошла в илистое дно. По самые уши. От неожиданности Дагон выставил вперед руки, и они тут же увязли чуть ли не по локоть в мягкой глине. Якорь раздери! Вытащить руки, отвязать мешок от запястья, осмотреться. Как он и предполагал: тьма и песок. Две горсти противной вязкой жидкой глины в мешок, завязать, обмотать через руку. Задание выполнено. Теперь можно и выбираться.
Дагон взмахнул руками, переворачиваясь в воде и мощными гребками начал подниматься к поверхности. Вроде как к поверхности, в омуте так сразу и не разберешь где что.
– Иии-ааа! – услышал он трубный вопль Воога еще под водой. – Аааа!
Опять орет! Что на этот раз его напугало? Комар выбрал его целью или бабочка слишком кровожадно засматривалась?!
Дагон вынырнул на поверхность, стряхнул воду с лица, сделал медленный вдох, одновременно отплывая как можно дальше от омута.
– Ее-ааа! – Истошно вопил Воог откуда-то слева. – Ее-иии!..
– Чего? Чего орешь?
– Змея, говойу! Змея-а-а!..
Дагон осмотрелся. И почти сразу увидел длинное тело, извивающееся почти у поверхности воды. Здоровое, надо сказать, тело, с его руку толщиной. И длинное! И сейчас это тело уверенно плыло прямо к нему!
– Ааа!!! Тика-а-ай! – Завопил Воог и сиганул к реке прямо с обрыва.
Дагона просить дважды было не нужно. Для этого были три причины: он не любил змей! Трижды!
– Гъеби-и-и! Гъеби-и!!!
– ***!
Берег приближался быстро, но мерзкая тварь оказалась быстрее. Последняя надежда была на её игривый характер и любопытство: вдруг аспид просто решил узнать, что за странный зверь в её реке плавает? Посмотрит и уплывёт по своим змеиным делам?! Потому что, если нет
Дагон вылетел на берег, увяз в топком иле, упал на живот и пополз в сторону обрыва, по которому взбесившимся зайцем скакал орк. Если змея ядовитая и цапнет его за ногу... Как он тогда свадебный список соберет?! Если он сдохнет, то Валери его убьет! Несомненно!
– Храм!
Дагон замер. Не веря собственным ушам, обернулся. И почти сразу увидел довольную морду медоеда у своих ног. Ратель с невероятным азартом перемалывал мощной челюстью извивающуюся змею. Черная лоснящаяся гадина корчилась, скручивалась и пыталась обхватить медоеда. Безуспешно. Без головы особенно не увидишь, что там хватать надо.
– Ротя, я неимоверно рад тебя видеть, – почти простонал Дагон и распластался в густой жиже, с трудом переводя дыхание.
– Хрум, – откликнулся ратель, выпуская обезглавленное тело и расплываясь в довольной улыбке. – Хрум, ням!
Глава 8
– Йатель, – поприветствовал Ротю орк, смахивая со лба пот.
– Хрям, – откликнулся медоед, топая по илистому берегу в сторону орка. Неглубокие следы, оставленные рателем, тут же наполнялись водой и затягивались как подпитанные магией раны.
Дагон выбрался на берег вслед за Ротей и напялил на себя одежду, не особенно заботясь о чистоте тела. Выжил! А то что грязный, – это мелочи!
Парень покосился на чёрное лентообразное тело змеи, медленно погружавшееся в ил, передал орку мешочек с глиной и поинтересовался, скрывая отвращение к ползучему гаду:
– Что там дальше по списку?
– Дальше йога оленя, но я бы на твоём месте сейчас спьесил, что тут делает питомец вали. Ты что тут делаешь, клыки на ножках?
– Хрям. – Ответил выбравшийся на берег Ротя и устало плюхнулся на песок. На морде медоеда играл довольный оскал, клыки сверкали, а вот тело ходило ходуном, – животное с трудом восстанавливало дыхание.
– Не йасскажет, а допьяшивать йателей я не умею, – сокрушался орк, поглядывая на Дагона. – Может, ты? Нет? Тогда у меня план!
– Боюсь спросить какой, – мрачно пробормотал Дагон, оглядываясь: а если змея была не одна? Если сейчас из нор выползут её многочисленные родственники и все сплошь с жаждой мести?!
– Пока медоед загоняет оленя и отгъызает ему йога, я сижу в ближайшей тавейне и думаю думу! – Поделился соображениями Воог.
– Не понял. А что потом?
– А потом он относит их в тавейну.
– Кто? Ротя?
– Да.
– Ага А мне что делать?
– А тебе Тебе помогать добывать йога! Или тоже думать. Важное дело – думать! Полезное. Я бы на твоем месте выбъял «думать».
Ротя с планом орка был не согласен категорически, о чем и сообщил злобным оскалом и тихим рычанием. Воог переволновался перспективе быть надкушенным прямо сейчас и принялся убежать медоеда, что «думу думать» – задание сложное, оленю рога отгрызать куда легче! Ротя не верил. Воог настаивал.
Дагон в споре не участвовал, осматривал местность и заодно – медоеда. Ратель был грязным, лапы измазаны в высохшей глине, в шерсти застряли листья и ветки. А ещё его покрывал ровный слой пыли. Которой на берегу и в помине не было.
– Ты шел за нами, – догадался Дагон. – Долго? Валери послала?
– Хрям. – Отвлекся от клацанья клыками медоед и покосился на парня правым глазом. Если бы он умел разговаривать, цены бы животному не было!
– А ты вот думаешь, что он тебя понимает? Ничего он не понимает! – Вспылил Воог. – Я ему твейжу пьё йога, а он только йичит на меня!
– Ротя, ты голодный?
– Я голодный! – Тут же вставил Воог. – А он только что пейекусил. Змеёй! Схомячил и не поделился!
Медоед клацнул клыками на орка, заставив последнего прикрыть рот.
– Ты с нами? – продолжил допрос Дагон.
– Храм.
– Вот я и говойю, он с нами, только мы в тавейну, а он за оленем. Вкусным оленем! Нам йога, ему все остальное. Очень честный обмен, я считаю.
– Воог, накорми Ротю!
– А олень не подой?..
– Воог!
– Пойдем, клыки на ножках, поищем место для обеда. – Пригорюнился Орк. – Лука у меня нет, можешь не облизываться! Зато есть вкусная косточка. Только костейок йазведем
Дагон осмотрел лес внимательным взглядом, потом бросил взгляд на змею, которую почти полностью поглотила глина, содрогнулся от омерзения и направлялся за орком.
Олень, значит, олень. Но сначала надо накормить медоеда.
И самим перекусить не мешало бы.
Место для привала выбирали долго. Из-за Воога. Орку не нравился сосняк (слишком мало тъявы, на песке есть, потом этот же песок и выплевывать!), не нравился березняк (а тепей тъявы много, если я захочу зелени, то съем лук или укъоп, а не колокольчики с одуванчиками!), не нравился рельеф (слишком низко, слишком высоко, слишком извилисто, слишком «слишком»!). А когда Воог со вздохом признал, что «пейвая полянка, та, которая в сосняке, была самой лучшей, а давайте вейнемся?», Ротя озверел и долго гонял орка вокруг дерева.
Дагон развлечению медоеда не мешал, молча собрал хворост, развел огонь, используя зажигательный амулет. Треск костра утихомирил и медоеда и орка, оба подбежали к Дагону: Ротя – дремать, пока накрывают на тряпку (она же – походный стол), Воог – вываливать еду из прихваченной в дорогу небольшой котомки. Съестного оказалось мало, – краюха хлеба, честно поделенная на троих, и шмат сала, так же разрубленный мечом на три части.
Ели молча. Думали каждый о своем. А Дагон – еще и о Валери. И немножко о том, на какие только странные поступки не идут мужчины ради любимой. Кто-то проходит через непонятный выкуп невесты у родственников, кто-то выполняет шуточные задания от ее подруг, а кто-то собирает странные ингредиенты для шамана-недомерки! Любовь зла.
Стол собрали быстро, костер потушили, закидав землей. Воог, конечно, поинтересовался у Дагона, на кой ляд парень развел костер, если жарить и готовить им все равно нечего, только зря амулет потратил, но ответа так и не получил. По той простой причине, что Дагон сам не знал, зачем все это сделал. Привычка, наверно. Или просто пытался занять руки и отвлечься от мыслей.
– Где искать оленя? – Спросил Дагон, когда все трое уверенно зашагали куда-то на север.
– В лесу, – привычно буркнул Воог.
Дагон лишь вздохнул, сдержав желание огреть орка чем-нибудь потяжелее.
– И далеко идти?
– Не, не далеко. – Беспечно откликнулся орк, вышагивая по мягкой траве. – А вот в засаде посидеть пьидется. Но ты не пейеживай, с нами клыки на ножках, он оленя погонит, ты его схватишь.
– Передумал ждать нас в таверне?
– Нет нет, не пейедумал Пьёсто понял, что я – мозг, а вы без мозга что дети малые.
– Иди уже, мозг, – с улыбкой покачал головой Дагон.
Говорить о чувствах у орков было не принято. За них говорили действия. И Дагон знал, Воог может бубнить и ругаться на него и медоеда с утра до ночи, но если им будет угрожать опасность, орк их прикроет. Бездумно. Без сомнений. Просто встанет между ними и опасностью. Защитить не защитит, уж больно хилый, но сам факт
– А я в
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
