Поймай, если сможешь

Марина Линник
Поймай, если сможешь

Глава 4

Ненависть – худший враг, чем враг.

Ромен Роллан

Со времени страшной аварии прошло чуть больше месяца. Разгоревшиеся в прессе страсти, связанные со смертью единственной дочери владелицы судоходной компании Expedition Maritime, постепенно улеглись. Мадам Ларю удалось убедить общественность в гибели дочери в результате страшной аварии, хотя многие удивлялись, увидев закрытый гроб во время отпевания в церкви.

– Я хочу, чтобы моя дорогая девочка оставалась красивой в памяти людей, – со слезами на глазах говорила мадам, принимая соболезнования. – Авария так обезобразила ее лицо… Несчастная… несчастная малютка. Все эта проклятая машина. В тот день у меня было плохое предчувствие… Ах, зачем Андре купил этот несчастный автомобиль…

– Дорогая, я никогда себе этого не прощу, – со вздохом сожаления произносил муж.

Все сочувствовали «убитой горем» матери. Видя, как стойко мадам Ларю переносит столь трагическое событие, многие выражали восхищение твердостью духа несчастной. Глубокое уважение и почтение изрядно поспособствовали заключению важных для корпорации контрактов.

– О, вы так любезны, мсье Дидье, – ставя свою подпись под документом, чуть не плача выговорила Адель. – Моя малышка так мечтала познакомиться с вами. Как жаль… как жаль, что вы так и не встретились!

– Не стоит, дорогая мадам Ларю, благодарить меня. Это самое малое, что я могу сейчас сделать для вас и вашей семьи. Приношу вам мои самые искренние соболезнования, – целуя протянутую руку, отвечал пожилой мужчина. – Не смею вас больше беспокоить. До скорой встречи!

Смахнув набежавшую слезу, женщина сдержанно поблагодарила:

– Еще раз благодарю вас. От лица усопшей дочери и, разумеется, от меня.

Когда за мужчиной закрылась дверь, скорбная маска тотчас же улетучилась с лица Адель.

– Что ты стоишь? – прикрикнула она на Андре. – Позови этих болванов. Я хочу допросить их… И не смей мне возражать. Я еще не простила тебя.

Вызвав слугу и передав ему просьбу жены, мужчина повернулся к супруге.

– Сколько еще ты будешь напоминать мне нашу совместную с Марго поездку? – раздраженно спросил муж, уставший от бесконечных упреков жены. – Подумаешь, проехались разок. И только-то. Я хотел испытать машину. А ты раздула, как обычно, из мухи слона.

– Думаешь, я не знаю, для чего ты уговорил Маргариту поехать с тобой? Захотелось заполучить молоденькое тело после ее старухи-матери? И что вы делали в лесу?

– Я устал повторять: Марго подвезла меня на одну встречу. Я сам попросил об этом падчерицу. Все равно мимо ехали.

– Ага, в лесу… Ты принимаешь меня за идиотку? – все больше распалялась Адель.

– Слушай, отстань от меня, надоело!

– Поглядите-ка на него, – пренебрежительный тон женщины сопровождался презрительным взглядом. – Живет за мой счет…

– Уже нет, дорогая, – твердо перебил жену Андре. – Моя компания приносит приличный доход. Мне на жизнь хватит.

– Что… что ты хочешь этим сказать? – опешила мадам Ларю.

– Только то, что я могу обойтись и без «мамочки». Очертенело выслушивать твои укоры и вопли, терпеть бесконечное недовольство. Живи одна, а с меня хватит!

– О, нет! – взмолилась Адель. – Ну подожди!

Она вскочила с кресла и, упав на колени, припала к ногам мужа.

– Я прошу тебя… не уходи! Я обещаю, что больше ни словом, ни действием не напомню тебе о вашей пресловутой поездке. Хочешь ходить на вечеринки? Пожалуйста, я не буду против… ходи! Выпивка? Сколько угодно! Легкие интрижки… Я не против… Только скажи, что ты хочешь, и у тебя все будет!

– Ты готова унижаться, лишь бы все вышло по-твоему, – не без ехидства заметил Андре, слегка оттолкнув жену. – Ладно… забудем. Встань, сейчас придут люди.

Едва мадам Ларю поднялась с колен, как они услышали осторожный стук в дверь.

– Войдите, – громким голосом приказала женщина, вновь усаживаясь в кресло с надменным выражением.

Открылась дверь, и на пороге показались двое.

– Прошу, – коротко произнесла Адель. – Итак… что вам удалось узнать?

– Ничего, мадам. Опять ничего… Ваша дочь как сквозь землю провалилась, – потупив взгляд, виновато проговорили Ник и Жак. – Никто ничего не знает. Даже приличная сумма, назначенная вами за ее поимку, ничего не дала.

Уже больше месяца эта пара рыскала по окрестностям в поисках пропавшей дочери хозяйки. Они помнили, какой грандиозный разнос учинила им мадам Ларю, когда они доложили о гибели Марго.

– Тело, мне нужно тело дочери! – верещала она на весь дом. – Как вы могли бросить там девчонку? Я должна сейчас же вызвать полицию и предоставить им тело! Где я возьму его? Ее смерть… Все должны были поверить в несчастный случай!

– Так… это и был несчастный случай. Мадемуазель не справилась с управлением. Туман, и все такое… в морге можно одолжить, – предположил Ник. – Изуродуем трупу лицо, никто и не догадается.

– Допустим, я поддержу вашу дурацкую идею… Кстати, где ее вещи?

– Какие? – удивленно уставившись на хозяйку, спросили охранники.

– Сумка, права и так далее.

Мужчины переглянулись.

– Так… они остались в машине.

– Как? Что? Идиоты! – испустила страшный крик мадам Ларю. – Да вы в своем уме? Немедленно возвращайтесь! Привезите мне и тело, и сумочку…

Но приехав на место аварии, Жак и Ник не нашли ни того, ни другого.

– Нас опередили, – пробормотал Ник, осматривая машину и почву вокруг нее. – Смотри, вот едва заметные следы. И трава примята.

– Да, кто-то вытащил девушку из машины и положил ее сюда. Может, полиция?

– А если нет?

– Нелишне съездить в комиссариат, – почесав в затылке, констатировал Жак. – Возможно, они уже в курсе. Ну, а если нет…

– Если нет, то тогда фанаберка сведет в могилу нас.

– Да уж, хорошенькая перспектива, ничего не скажешь, – кисло заметил Ник. – Слушай, а она точно была мертва, когда ты смотрел? Небось оклемалась и пошла в город!

– Это невозможно! – рассердился Жак. – Я уже говорил, что мадемуазель Ларю не дышала. К тому же на земле следы явно не женских ножек.

– Ладно, ладно, не кипятись. Я все понял… Так, значит, едем в комиссариат, а там уже на месте подумаем, что делать дальше.

Но ни полиция, ни местные жители ничего не знали о Марго. Обращения в больницу и в морг близлежащего городка тоже ни к чему не привели. Девушка словно растворилась в воздухе.

– Такого не может быть! – повторяла ходившая из угла в угол мадам Ларю. – Такого просто не может быть!

Охранники молча стояли возле двери, боясь поднять глаза на хозяйку.

– Как? Как, я спрашиваю вас в сотый раз, как вы могли оставить тело, да еще с документами? Какими недоумками нужно было быть? Что прикажете мне теперь делать?

– Та-ак… – протянул Ник, – наверно, ее бродячие собаки или волки уволокли.

– Вне всякого сомнения, – фыркнула Адель, – а заодно еще и сумочку на память прихватили… Нет, тут что-то не так. Слушайте, кретины, внимательно: у вас есть двадцать четыре часа, чтобы найти Марго или то, что от нее осталось. Если этого не случится, я не ручаюсь за себя. Понятно?

Но и через сутки ситуация не изменилась. Ник в сопровождении Жака исследовал каждый клочок земли. Не было дома в радиусе пятидесяти километров, в который бы они ни заглянули. Опросили всех, даже графа де Мора, к которому они нагрянули с визитом.

– В связи с гибелью дочери, – объясняя свое появление в доме, начал Жак, – мадам Ларю ищет тех, кто мог бы быть случайным свидетелем страшной аварии.

– Не исключено, что вы что-то слышали… или видели? – перебил его Ник.

– Нет, мои друзья, – отрицательно покачал головой мужчина. – Видимо, я вернулся домой до разыгравшейся трагедии, поэтому ничего не видел и не слышал. Мне очень жаль, что ничем не могу помочь. Какое несчастье…

Мадам Ларю ничего не оставалось, как подкупить сотрудников морга и предоставить полиции подложное тело. И все же даже после похорон Адель продолжала поиски.

– Я успокоюсь только тогда, как найду ее, – отрезала женщина, отвечая на вопрос, когда же она перестанет заниматься ерундой.

– Смею тебя заверить, к этому времени останки будут представлять жалкое зрелище.

– Я переживу. Главное – я буду окончательно уверена в том, что дочурка мертва. Только тогда я смогу спать спокойно.

Вот и сегодня охранники вернулись домой с пустыми руками.

– Прошло уже больше месяца, – недовольно сказала мадам. – Кто-то уже должен либо проговориться, либо увидеть, либо узнать. Так что, ничего?

– Ничего, мадам.

– Я не верю своим ушам! Удвойте цену… утройте, черт вас побери, но найдите мне девчонку!

– Слушай, – перебил ее Андре. – По-моему, ты сходишь с ума. Я даже по ночам слышу, как ты с кем-то разговариваешь.

Мадам Ларю вскочила с кресла и зашагала по комнате, заламывая руки.

– Она… – вдруг остановившись посреди комнаты и не обращая внимания на охранников, вымолвила женщина. – Она приходит ко мне по ночам и с укором молча смотрит на меня. И так каждую ночь! Я не могу спать: закрываю глаза и вижу… вижу Марго в голубом платье, резвящуюся на нашей лужайке. Дочь зовет меня с собой, машет руками. Я пытаюсь убежать от нее, а моя девочка подбегает, хватает меня за руку и… опять смотрит мне в глаза. Совершенно безмолвная.

– Это просто сон, Адель…

– …который повторяется каждую ночь! – воскликнула супруга. – Ты что, не слышишь меня? Эта дрянь даже во сне преследует меня. Не зря я приказала этим болванам убить девицу…

– Что? – опешил Андре. – Ты приказала убить свою дочь?..

– Можно подумать, ты не мечтал избавиться от нее, – прищурившись, проговорила жена. – На следующий день после вашей поездки я нашла вот это на ее тумбочке.

Мадам Ларю подошла к бюро и вытащила из ящика сложенный лист бумаги.

– Разверни его, – насмешливым тоном сказала она. – Хотя, я предполагаю, ты и без меня знаешь, ЧТО там изображено. Вестник смерти, не так ли? Не удивляйся, я навела справки… Кроме меня или тебя, на такое не способен никто в этом доме. Как ни странно, но вся прислуга любила мою дочь. Нужны еще доказательства? Ничего не хочешь мне сказать?

 

– Это еще надо доказать, моя дорогая, – ухмыльнулся Андре, угрожающе придвинувшись к жене. – Прямых доказательств у тебя нет, так что не вздумай шантажировать меня этой бумажкой.

Молодой мужчина направился к двери уверенным шагом.

– Ты куда? – насторожилась Адель.

– Я ухожу от тебя, – бросил муж на ходу. – Женщина, способная убить своего ребенка, недостойна делить со мной кров.

– Ты не посмеешь! – воскликнула мадам Ларю. – Я лишу тебя всего! Ты станешь нищим!

– Дорогая, ты забыла о своем подарке, – ехидным тоном ответил Андре. – Доходов, что приносит фирма, мне вполне хватит на первое время. К тому же я не намерен сидеть сложа руки. Я многому научился от тебя, да и связями обзавелся. Не пропаду!

– Я уничтожу тебя! Сотру в порошок! – закричала истошным голосом Адель, не обращая внимания на стоящих возле двери охранников. – Никто… слышишь, никто не захочет вести с тобой дела. Я обещаю тебе это!

Остановившийся мужчина резко повернулся и, сощурившись, медленно произнес:

– Тронешь мой бизнес, и я тебя закопаю. Да так глубоко, что никто и никогда не найдет… Прощай!

Глава 5

Благодарность – самая малая из добродетелей,

тогда как неблагодарность – худший из пороков.

Томас Фуллер

Августовская жара сменилась долгожданной прохладой. Несмотря на то, что солнце еще пригревало, уже чувствовалось дыхание осени.

Марго сидела на веранде в кресле и смотрела на зеленую лужайку, где резвилась пара борзых. Она уже оправилась после аварии, хотя головные боли продолжали донимать по утрам. Тем не менее лечащий врач, окруживший ее заботой и вниманием, заверил девушку, что через неделю-другую все пройдет.

– Мадемуазель, вам не стоит волноваться. Вы полностью здоровы, – похлопав ее по руке после очередного осмотра, подтвердил мсье Картье. – Ушибы прошли, раны затянулись, а голова… придется еще немного потерпеть. Сотрясение не проходит без последствий.

– Доктор, при первом нашем разговоре вы обещали мне рассказать, кому я обязана жизнью, – напомнила Марго, одеваясь. – Более того, я до сих пор не знаю, каким образом я смогу оплатить мое лечение и проживание тут, в клинике.

– А вы не в клинике, Маргарита, – слегка улыбнулся Серж.

– Как?.. Но вы говорили… – осеклась девушка, широко раскрыв глаза.

– Да, говорил, но только для того, чтобы вы не задавали лишних вопросов и не волновались.

– Получается, – начиная сопоставлять свои наблюдения, медленно проговорила пациентка, – я живу у вас в доме? Но почему? Кто попросил вас об этом? Моя мать?

– Нет, я не знаком с вашей матерью; правда, много слышал о ней.

– Тогда… я ничего не понимаю, – начала беспокоиться Марго, испуганно поглядев на врача.

– Прежде всего, возьмите себя в руки, мадемуазель… Смею вас заверить, вам ничего не угрожает в этом доме. Вы находитесь в безопасности.

– То есть вы хотите сказать, что я живу в вашем доме по неведомым мне причинам…

– Это не мой дом, Маргарита, – перебил ее мсье Картье. – Я тоже здесь только гость.

– Тогда, – развела руками девушка, – я никак не могу взять в толк…

– Всему свое время, всему свое время… Кстати, сегодня отличный денек. Я уже велел Христиане накрыть стол на веранде. После ланча, если у вас будет желание, то можно прогуляться по саду. Прошу вас!

Марго ответила не сразу. Тревожные мысли крутились у нее в голове. Чем больше проходило времени с момента аварии, тем явственнее вспоминала она ту ужасную ночь и слова Жака и Ника, охранников матери. «Только упаси вас Бог назвать свою фамилию, – вертелось у нее в голове. – "…Именно после него госпожа и приказала нам убить свою дочь…" Неужели? Не может быть, чтобы мать решилась на подобную гнусность! Как она могла? За что? Или мне показалось?.. А вдруг это правда? Вряд ли, стоя возле "трупа", охранники лгали».

– Благодарю, – проговорила пребывавшая в задумчивости девушка и вышла из комнаты, на время превратившейся в медицинский кабинет.

И вот, сидя на веранде, Маргарита продолжала размышлять о событиях последних двух месяцев. Получение диплома, бал по случаю окончания университета, приезд в родительский дом, прием в ее честь, подаренная машина, скандал с матерью, поездка с отчимом в Венсенский лес…

– Добрый день, мадемуазель, – услышала Марго за своей спиной приятный бархатный голос.

Вздрогнув от неожиданности, она резко вскочила, однако вынуждена была тут же сесть обратно в кресло из-за головокружения.

– О, прошу вас, не пугайтесь меня!

Молодая особа почувствовала легкое прикосновение незнакомца и подняла глаза на стоявшего перед ней человека. Марго могла поклясться, что видит его впервые, и в то же время ее не покидала мысль, что ей знаком облик неизвестного. Элегантно одетый господин чуть выше среднего роста, с небольшой аккуратной бородкой, гордой осанкой и серыми проницательными глазами смутно напоминал ей кого-то. Девушка попыталась вспомнить, где она могла его видеть, но напрасно.

– Мы знакомы с вами? – не выдержала она.

– Боюсь, что нет, – слегка поклонившись, отозвался мужчина. – Позвольте представиться: граф де Мор… для вас просто Сэмуэл. Я – хозяин этого замка, а вы и доктор Картье – мои гости.

– О, – в замешательстве только и произнесла Марго. – Очевидно, это вам я обязана жизнью?

– Как вам сказать, – усаживаясь в соседнее кресло, ответил граф. – Скорее всего, не мне, а тому человеку, который оставил букет на дороге.

– Букет? – изумилась девушка.

– Да, букет. Именно его заметил мой шофер. Ему это показалось необычным явлением, поэтому мы и остановились. Если бы не цветы, то проехали бы мимо.

– Но кто мог… Простите… граф…

– Сэмуэл, – улыбнулся де Мор, наливая себе кофе. – Просто Сэмуэл… никаких титулов.

– Хорошо, – кивнула головой Марго.

Немного поразмыслив, она задала вопрос:

– Позвольте спросить, это был букет из красных роз и хризантем?

– Да, – подтвердил граф.

– Это мой букет… я купила его ко дню рождения матери. Собственно, я как раз и направлялась на праздник после тренировки.

– Тренировки? – поинтересовался мужчина. – И чем же вы занимаетесь, мадемуазель?

– Я очень люблю летать, – слегка покраснев, ответила Марго. – Вот уже несколько месяцев подряд я беру уроки пилотирования.

– Странное занятие для девушки.

– Вы осуждаете меня?

– Нисколько! Напротив, я восхищен вашей смелостью… Стало быть, вы утверждаете, что на дороге лежал ваш букет? Как он туда попал? Вы выбросили его на дорогу, поэтому не справились с управлением?

– Нет, что вы! – воскликнула собеседница. – Я пыталась скрыться от преследователей.

– За вами гнались? – поднял брови граф. – Но кто же?

– Я не знаю этого… точнее, не знала в тот момент.

– А потом?

– Потом?..

Немного помедлив с ответом, Марго, в конце концов, рассказала о событиях той ночи.

– А вы уверены, что преследовавшие вас люди работают на вашу мать? – внимательного глядя на девушку, спросил Сэмуэл.

– Разумеется… Несмотря на то, что я находилась в полуобморочном состоянии, я узнала их голоса. Это были Ник и Жак. Они работали еще на моего отца.

– Опишите их, пожалуйста.

Девушка, знавшая мужчин очень хорошо, без труда составила их портрет.

– Ясно, – после минутного раздумья отозвался граф. – Получается, что это они приезжали ко мне.

– Приезжали к вам? – вытаращила глаза Марго. – Но зачем? Что им было нужно?

– Они разыскивали вас.

– И вы… рассказали…

– Разумеется, нет. В противном случае рядом с вами сидел бы не я, а ваша мать.

– Вряд ли, – хмыкнула девушка.

– Почему?

– Она и отчим… каждый из них по своим причинам… хотели избавиться от меня.

– Мне очень жаль, – посочувствовал мужчина. – Наверно, сейчас нестерпимая боль и незаслуженная обида жгут вас… Мне не надо было заставлять вас заново переживать неприятные минуты.

– Нет, ну что вы, не стоит извиняться, – торопливо ответила Марго. – Я обязана вам жизнью. Позвольте поблагодарить вас, Сэмуэл.

– Маргарита, я рад, что смог помочь дочери человека, когда-то спасшего мою семью от разорения.

– О чем это вы? – ахнула от удивления собеседница. – Вы знали моего отца?

– Лично я не был с ним знаком, но мой отец однажды обратился за помощью к Огюсту Ларю, и тот, совершенно не знавший просителя, неожиданно помог ему. Однако вскоре наш благодетель умер, а новая владелица компании не поддерживала политику мужа и не занималась благотворительностью, – лицо графа покрылось мертвенной бледностью. – Адель и ее партнеры, которых она настроила против нашей компании, заставили моего отца вернуть долг до последнего сантима, несмотря на то, что срок платежа еще не подошел. Отец подал на них в суд, но проиграл. Как я выяснил позже, судья Мано получил увесистый конверт от мадам Ларю.

– А что случилось с вашим отцом? – осторожно спросила девушка.

– Он объявил себя банкротом и… застрелился.

– Боже мой! – прошептала Марго. – Это ужасно!

– Увы. После его самоубийства мне потребовался не один год, чтобы восстановить доброе имя отца и семьи.

– Как это печально, – тихо заметила собеседница. – Тогда почему вы помогаете мне? Вы могли бросить меня умирать там, в лесу, отомстив, таким образом, моей матери.

– Во-первых, я тогда не знал, кто вы.

– А если бы знали?

– А если бы и знал, то все равно привез бы вас сюда. Вас бросили умирать. И все же убийцы по каким-то причинам сделали все, чтобы вас нашли как можно скорее. Их поступок показался мне чрезвычайно странным.

– Поверьте, для меня поступок Жака тоже остается загадкой. Вероятно, когда-нибудь я ее разгадаю. Но меня больше всего мучает сейчас другой вопрос.

– Какой, Маргарита? – прищурившись, задал вопрос Сэмуэл.

– Каким образом я смогу рассчитаться с вами за ваше гостеприимство и за лечение? Отец оставил мне небольшое наследство, но я смогу воспользоваться им без разрешения матери только через год, когда мне исполнится двадцать пять лет.

– На вашем месте уж об этих-то пустяках я бы волновался меньше всего, – намазывая круассан вареньем, отозвался граф.

Девушка вздрогнула и в недоумении уставилась на мужчину.

– А о чем же я должна беспокоиться?

– Например, о своем будущем.

– Я уже все решила. Завтра, с вашего позволения, я вернусь в Париж. Моя хозяйка, наверно, уже потеряла меня. Немного придя в себя, я позвоню своему профессору и напрошусь с ним в экспедицию. У меня есть кое-какая мелочь, ее будет достаточно, чтобы рассчитаться за квартиру и купить все необходимое для поездки в Южную Америку.

– Мадемуазель, – улыбнувшись, прокомментировал ее речь де Мор, – в ваших планах имеется малюсенький изъян.

– Какой? – не понимая, к чему клонит граф, поинтересовалась Марго.

– Для всех вы… мертвы! Вот, читайте! – положив на стол газету, произнес мужчина.

– Как?..

От услышанного девушка пришла в ужас. Схватив дрожащими руками газету, она быстро пробежалась глазами по небольшому выделенному тексту. В нем говорилось о скоропостижной кончине единственной наследницы судоходной компании Маргариты Ларю.

– И что вы на это скажете? – спросил господин де Мор, не сводивший глаз с гостьи.

На девушку было страшно смотреть. Ее лицо пылало, а глаза метали молнии. С сердцем бросив на стол газету, мадемуазель Ларю вскочила с кресла.

– Заживо похоронив меня, мать отняла у меня все, – сжав кулаки, промолвила Марго. – Я есть, но меня как бы и нет… Отомстить подобным образом – в ее стиле!.. Подождите!.. А если я приду в полицию и предъявлю документы, подтверждающие мою личность, то мать смогут обвинить в лжесвидетельстве. Она же опознала «мой» труп.

– Вы наивный человек, моя дорогая, – ласково заметил Сэмуэл. – При своих связях и деньгах мадам Ларю легко выкрутится, сославшись на пережитое потрясение. Потеря ребенка для любой матери – ужасное событие. Многие ее поймут и поддержат. Вот только ваша жизнь с момента воскрешения не будет стоить и ломаного гроша.

– П-почему вы так думаете? – осипшим от волнения голосом спросила девушка.

– Мадам обязательно доведет задуманное дело до конца, можете не сомневаться.

– Да-да, тут вы правы, – призадумалась Марго, возвращаясь на место. – Да и отчим грозился убить меня, если я разболтаю кому-то о том, что он чуть не изнасиловал меня… Что же мне теперь делать? Как жить дальше? Господи! Неужели все это происходит со мной? У меня такое ощущение, что все события, случившиеся недавно в моей жизни, – сплошной страшный сон… Простите, Сэмуэл, мне необходимо время, чтобы подумать и осознать происходящее.

 

Девушка встала и, спустившись по ступеням, пошла через лужайку в сад. Она пребывала в безысходном отчаянии, не понимая, что ей делать и как жить дальше. Череда странных обстоятельств за последние два месяца перевернула ее жизнь вверх дном. В одночасье Маргарита потеряла не только семью, но и себя, ибо теперь мадемуазель Ларю – просто призрак, не имеющий права на существование. Де-факто – есть, а де-юре – нет. Мать, отравившая отца (а внезапная смерть совершенно здорового человека, никогда не болевшего даже простудой, наводила именно на эти мысли), чтобы отобрать бизнес и выйти замуж за любовника, лишила дочь всего.

– Злодеяния матери не сойдут ей с рук! Каждый человек должен ответить за свои грехи, – процедила сквозь зубы Марго, сжав кулаки. – Правосудие обязательно восторжествует!

Провожая удалявшуюся девушку внимательным взглядом, граф де Мор был полностью уверен в том, что его слова достигли цели. Много лет Сэмуэл мечтал взять реванш. И вот Господь наконец-то дал ему шанс в лице дочери женщины, убившей его отца. По нелепой случайности эта несчастная оказалась в еще худшем положении, нежели он десять лет назад. «Надеюсь, Марго примет верное решение. Ее знание семейных обстоятельств может очень пригодиться мне в дальнейшем. К тому же у нее небольшой выбор. Рано или поздно она выберет единственно правильный путь и придет ко мне с просьбой. Ведь я один способен помочь девушке вернуться в общество. А возвращение будет триумфальным. Это я обещаю!»

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20 
Рейтинг@Mail.ru