Мануэль Чиназес Нулевой пациент

Глава 3

Тезаурус и предисловие к третьей главе

Приношу извинения за обилие терминов и сленга. Постараюсь в этом разделе дать пояснения. За прямо весь сленг пояснять не буду, только основные словечки. В окончательной версии произведения будут сноски, но в формате черновика с публикацией сносок проблемы.

Если ты постоянный гость на стримах, смело пролистывай до начала самой главы.

Стрим, потоковое вещание — прямая трансляция на специализированных сайтах (стриминговых платформах).

Стример — персона, запускающая прямую трансляцию.

Модератор — доверенное лицо стримера, следит за порядком в чате, помогает оформлять трансляцию.

Запретка — высказывание или действие, запрещенное правилами стриминговой платформы.

Бан — временное (таймач) или постоянное (бан) отстранение от возможности писать сообщения на трансляциях.

Страйк — жалоба владельцам платформы от зрителей на содержание в трансляции материалов, не допускаемых правилами стриминговой платформы.

Паста — скопированное у другого пользователя и многократно отправленное большим количеством участников чата сообщение.

Донат — денежное пожертвование стримеру от пользователя.

Собственно, сама третья глава

— О! Доктор Хаус! — поприветствовал Стаса Саша. Он был бодр, веселый взгляд уперся прямо в Стаса. — Я ждал тебя. Думал ты испугался, когда мне похорошело… Все боятся, когда мне хорошеет или плохеет. Я тут, пока тебя ждал, придумал нам легенду. Я буду Сашеризада, а ты царь Стасияр! Готов ли ты услышать продолжение моего падения, о великий царь?

— Добрый день, Саша. Я сначала хочу спросить тебя кое о чем. Ты не против?

— Конечно, о всемудрый Стасияр!

— Давай посерьезнее, Саша. Я сегодня шел на работу и видел странную группу людей, которая молча стоит у рехаба. Ты в курсе, кто это?

— А, это нейросекта! Так я их называю, а они не против. Актив моего чата на стриминге. Ждут вестей с полей, так сказать. Ты доложишься им о прогрессе реабилитации, и они уйдут. Они тихие. Но это здесь, а на стриме ух какая буря, чат летит, не успеваю читать. Знаешь, как такая активность двигает в топы?

— То есть ты не против, если я им буду рассказывать о твоих делах?

— Не, валяй, есть там такой Моисей, ты не перепутаешь, бородатый он один среди них. Меня Кори, к слову, всегда агитировал вырастить бороду, говорил, в трендах борода нынче, а у меня не растёт. У него ростёт, а у меня не ростёт. — Саша глупо захихикал. — Только сказок моих им не рассказывай, плиз. Как там это: первое правило клуба — никому не рассказывать о клубе!

Стас вздохнул: — Ну что ж, Сашеризада, я готов внимать тебе, рассказывай дальше свою историю.

— Дошло до меня, о великий царь, что в огромном городе сидел один стример и грустил…

***

После того как я открыл странный файл и вписал в него, что мне интересна помощь неизвестного в перезагрузке моей карьеры, я сразу же принял аспирин и завалился спать. Когда я проснулся, Леночка уже была дома. Я, как водится, долго извинялся, потом был примирительный секс. Она у меня в этом чертовски хороша. А как сосет… Впрочем, не будем отвлекаться.

Наутро я не увидел знакомого файла, был другой — chat.xml. Я открыл, и это было приглашение к беседе. Это было самое странное общение из всех в моей жизни. Собеседник представился ником Koordi67. Задавал стандартные вопросы про охват аудитории, возраст, пол зрителей. Я вписывал ответы в файл, закрывал его, потом сразу открывал и там уже была ответная реплика. Все вопросы были стандартными, и я ничего странного не видел. Поэтому когда Koordi67 предложил перенести общение в личку стриминговой платформы, я без сомнений принял запрос на дружбу. После уточнения дополнительных нужных ему данных, Кори предложил сделать его модератором и дать управление личным кабинетом. Ну, знаешь, чтобы он писал анонсы стримов, делал оформление трансляций, следил за порядком в чате. В то время я с трудом справлялся со всеми задачами. Лена у меня, конечно красотка и вообще… Но помогать мне со стримами ее невеликих мозгов не хватало. Один раз я даже словил страйк на запретку, Лена не успела отключить звук у доната и не обратила на него внимания. Я не успел крикнуть, что осуждаю, когда в донате написали запретку, и — пожалуйста, предупреждение от платформы. А мои поклонники жуки еще те… Типа зашифровывали слова «пидарас», «негр» и другие запретки цифрами, заменяли буквы, чтобы звучало похоже. Это же игра такая, для них веселая, для меня с фатальными последствиями. Произнес запретку, зрители поймали и кинули страйк на канал. Корди, как я его стал называть, был незаменим, быстро реагировал на запрещёнку, раздавал баны, но разрешал покуражиться в чате, пасты всякие поспамить. После того как я сделал Корди модератором, ни одного страйка не было.

Тогда же Корди предложил делать иногда треш-контент. Там много чего было: нанятый спецназ во время стрима, который меня лицом в пол укладывал, ночные перекусы на толчке, метровые бутерброды якобы по моему рецепту. Нет, я не опускался до париков, штукатурки лица или публичных ссор с Леночкой, но другого-всякого много творил в прямом эфире.

Тогда же я освоил китайскую площадку. Им вообще было похуй на запретки, вообще без тормозов ребята. Там и анимешки любые можно было смотреть с чатом.

Где-то через полгода показатели просмотров полетели в небо. Рекламодатели становились в огромную очередь, несмотря на то что я иногда очень сомнительно мог обыграть рекламируемый продукт. Один перец даже грозил разорвать контракт, когда я стилизовал логотип его файлообменника на своей футболке под магазин, который продает мухоморы, но потом продажи платных подписок сервиса так увеличились, что он отвязался и больше не занудствовал, только бабки платил. Большие деньги вскружили мне голову. Только благодаря Леночке я не прокутил их, она вечно во что-то вкладывала, в биток, акции, недвижимость у нас и за бугром.

До моего личного кармана все равно долетало достаточно бабла, и я тратил их не глядя: кошачьи приюты, богадельни, донаты разным стримерам, ну и вещества всякие. Однажды, я уже не помню, что было накануне, я проснулся уже под вечер. Чувствовал себя отвратительно и ничего не хотел делать. Двигаться было сложно, даже простой поворот головы вызывал приступ тошноты. Пришла Леночка, дала таблетку и посоветовала отменить вечерний стрим, принесла телефон, и я решил написать Корди, чтобы отменил стрим, личка наверняка забита гневными сообщениями ждунов всяких, я опаздывал уже часа на полтора с запуском потока. Я открыл личный кабинет и увидел, что трансляция идет…

Я сначала подумал, что Корди запустил повтор. Мы так делали, когда я попадал в такие же, как сегодня, передряги. Но поток был прямой… Я смотрел свежий выпуск «Беременна в шестнадцать», который как раз был запланирован на сегодня, ерничал, как обычно. И тут, понимаю, как кринжово это звучит, я посмотрел на себя с экрана телефона и произнес:

— Приветствую тех, кто только что проснулся и присоединился к потоку! Пейте таблеточки, кто перебрал вчера, — и подмигнул, —пейте кофе, чтобы скинуть сон, и поехали, чую, сейчас будет самое интересное, в студию вызовут Сережу, предполагаемого папашу.

Я в ужасе бросил телефон и закричал. На крик прискакала Лена, я попросил ее взять телефон и сказать, что происходит на моем канале. Она подняла телефон, пригляделась и подтвердила, что идет прямой поток из моей студии. Взгляд у нее при этом был какой-то восторженно-настороженный. Меня вдавило в кровать, я не хотел никуда идти, но должен был... С помощью Лены я доковылял до своей студии, откуда обычно вещаю, она была пуста… Но потоковое вещание на моем канале шло, и за микрофоном был я…

***

Вдруг взгляд Саши потускнел, он как-то вжался в больничную кровать.

— Вот сейчас мне плохо… Иди в ж*пу доктор Хаус, приходи завтра.

Саша отвернулся к стене и замолчал.

Стас нажал на кнопку вызова медсестры и, оглядываясь на поникшего и скрюченного Сашу, пошел на доклад к руководству. По пути к кабинету Юрия Федоровича он попросил медсестру взять у Саши анализ на гормональный фон.

***

— Добрый день, присаживайтесь, Станислав. Ну, давайте, поведайте мне, как прошла сегодня ваша беседа с Сашей.

— Здравствуйте, Юрий Федорович. — Стас устроился в уже привычном кресле и начал свой подробный доклад.

Юрий Федорович слушал очень внимательно, слегка наклонив голову и аккуратно кивая в одном ему понятных местах. Когда Стас закончил рассказ, он взял небольшую паузу и наконец спросил:

— Ну, голубчик, что вы сами думаете об услышанном? Я, видите ли, в силу почтенного возраста далек от этих ваших компьютеров и прочее. Стучать по клавишам научился, и это мой предел.

— Я, Юрий Федорович, и сам не очень разбираюсь в современных технологиях. Но то, что мы наблюдаем у пациента, никак не укладывается у меня в голове. Получается, кто-то создал цифровую копию Саши и начал вести трансляции за него. И эти его приступы постоянные…

— Вы, Станислав, я надеюсь, не запамятовали распорядиться насчет анализов на гормональный фон?

— Да, конечно. Перед беседой с вами я зашел в лабораторию, анализы будут готовы завтра.

— Вижу я, что перед нами стоит задачка, непосильная для таких профанов в технологиях. Заходим, понимаешь, на чужую поляну и стоим, озираемся, а что делать, не представляем. Вот что, уважаемый, я, со своей стороны, поспрашиваю у своих соратников из смежных наук про специалистов по гормонам. А вам, как я уже просил, предстоит найти умного программиста в своем окружении. А может, и в электронике, черт его знает…

— Хорошо, Юрий Федорович. Есть у меня один старинный знакомый, с самого начала крутится вокруг искусственного интеллекта, попробую с ним встретиться.

— И, давайте, пожалуй, пока воздержимся от бесед с пациентом. Приступы-то у него только во время посещений врача бывают. Соберем с вами информацию, обмозгуем вместе, как поступить дальше. Жду вас завтра во второй половине дня у себя.

— До завтра, Юрий Федорович. А вы не думали, что информацию нужно передать в компетентные органы? Расследования не мой профиль.

— Думал, батенька, думал. Даже провел консультации, благо знакомых у меня немало. И сотрудники органов тоже уходят, понимаете ли, в запой, а скандальчики им не нужны. Позвонил вчера одному полковнику, обсмеял он меня. «Вы, — говорит, — настроение мне подняли до конца рабочей недели. Были бы еще в вашем рассказе НЛО и излучатель радиоволн из соседнего с вами закрытого учреждения, то и до конца месяца хватило бы». Нет, без серьезных доказательств не можем мы в органы обратиться.

И поведайте мне, кстати, голубчик, беседовали ли вы с поклонниками Саши? Второй день не уходят от «Перевала» нашего, проявите к ним милосердие. Он-то сам, как я понял, не против подобных разговоров. Только помните, ничего лишнего, Станислав Сергеевич.

— Нет, Юрий Федорович, не беседовал. Сейчас по дороге домой подойду к ним, поговорю.

Они пожали друг другу руки, и Стас вышел из кабинета. Он поймал себя на мысли, что в рукопожатии была какая-то промелькнувшая между ними общность. «Тайный союз меча и орала, вступающий в неравную борьбу с новым видом наркотиков, который может захлестнуть весь мир». С таким настроением он зашагал к выходу на встречу с неизбежным, то есть на встречу с нейросектой и ее предводителем Моисеем.

Глава 4

Стас вышел из рехаба и направился к группе поклонников Саши. Они, с каждым шагом, пугали его все больше. Все так же молча, они стояли плотной группкой. Слава богу, среди них не было детей, но и пожилых людей тоже было не очень много. Он подошел к ним. Никто не обратил на него внимания.

— Добрый вечер, — поздоровался Стас, отправляя это приветствие куда-то в центр группы, — мне нужен Моисей.

Из толпы вышел коренастый, молодой еще человек с шевелюрой черных волос и окладистой бородой, и сделал приглашающий жест Стасу отойти в сторону.

— Моисей, это я, — произнес он глубоким басом, — а ты, Станислав, как я понимаю? Лечащий врач нашего Саши? — Он вопросительно посмотрел, как бы предлагая подтвердить или опровергнуть эту информацию.

— Да, я Станислав Сергеевич. Мне разрешено пациентом и его ближайшими родственниками, делиться с вами информацией о ходе реабилитации. Так вот: начаты процедуры по интоксикации организма. Пациент принимает курс хорошо. Душевное состояние стабильное.

— Ты мне лучше скажи, есть ли у него приступы? — Перебил Стаса Моисей, — не удивляйся, я знаю о них. И о том, что приступы бывают, скажем так… разные. Меня больше всего интересует какие приступы были сегодня.

— Сегодня, — вздохнул Стас, — у Александра наступила полная апатия и нам не удалось завершить разговор.

— Это плохо, — печально произнес Моисей, — мы все беспокоимся о нем. Ты, прости, человек невежественный в откликах тонкого мира, но аура у тебя хорошая. Возможно ты, как и мы получишь Сообщение и тогда будешь знать, что делать. Но, объяснить нельзя, можно только понять самому. Тебя, как я понимаю, беспокоит, что мы стоим тут?

— Да, если честно, — ответил Стас, — возможно мы наладим общение другим образом? Пациенты рехаба находятся на сложном пути возвращения к нормальной жизни и лишние внешние раздражители им не нужны.

— Нам очень важно находиться рядом с мостом в тонкий мир, но, если тебе это так важно, мы можем совершенствовать свой эгрегор вон в том парке, — Моисей указал на небольшой парк, который располагался приблизительно в ста метрах и действительно не просматривался из окон рехаба.

— Да, раз уж вы не можете совсем не приходить, этот парк меня устраивает. — Стас пожал протянутую Моисеем руку. — Завтра решено не проводить немедицинских мероприятий с Александром, я приду к вам послезавтра.

— И, все же ты не совсем NPC, — сказал на прощание Моисей, — жди Послания. — Стас не понял, а скорее почувствовал, что слово Послание Моисей произнес именно с большой буквы.

Стас направлялся к станции метро через парк, куда перенесли свои дежурства подопечные Моисея, и в голове его царил сущий кавардак. Что за эгрегор? Почему он не NPC? И что вообще такое NPC? И какое Сообщение с заглавной буквы ему ждать и от кого?

Он решил позвонить жене Саши и договориться о встрече, не откладывая на завтра, несмотря на то, что рабочий день уже закончился. Стас хотел как можно быстрее разобраться с делом, которое уже начало вызывать тревожное ощущение и предчувствие какой-то беды.

— Привет, — прозвучал в трубке томный голос, я тебя не знаю.

Стас представился и объяснил, что ему нужно встретиться.

— А, доктор Хаус! — Обрадовалась Елена, — Сашенька рассказывал о тебе, можешь приехать прямо сейчас, мы живем недалеко от репы. — Она назвала адрес и, действительно, можно было даже дойти пешком, минут за десять. Так он и решил, потому что мысли требовалось привести в порядок, а для этого нет ничего лучше неспешной прогулки.

Дом, где жили Саша с Еленой, сразу выделялся своей премиальностью на фоне остальных зданий даже в пределах садового. Вычурная лепнина, высокие окна — явно потолки в квартирах были очень высокие потолки. Весь дом был обнесен высокой чугунной решеткой, въезд преграждал шлагбаум. Стас подошел к проходной и представился молодому, очень статному охраннику. Тот взял протянутый паспорт, сверил данные со списком, и приглашающе указал на ближайший этаж.

— Пятый этаж, проходите, пожалуйста. Лифт доставит вас сразу в апартаменты.

Дверь лифта открылась, и Стас увидел стройную молодую девушку. Он не любил, когда женщины злоупотребляли косметикой и пластической хирургией, а здесь было много и силикона, и косметики, что убивало все природные данные Елены. Все же Стасу было трудно смотреть в глаза, не сползая взглядом в глубокий вырез блузки.

— Приве-е-ет, — протяжно и все тем же томным голосом произнесла Елена. — Ты действительно вылитый доктор Хаус, — она попыталась повиснуть у Стаса на шее, но он отстранился, пытаясь сохранить дистанцию и слегка поморщился от мощного запаха духов. — У-у, какой ты бука, — капризно сморщила носик Елена. — Ну, ладно, проходи. — Стас снял обувь и пошел вслед за ней.

— Я говорила дяде Юре, что нам поможет только доктор Хаус! И вот ты, наконец, пришел! Мы с Сашенькой раз пять смотрели сериал, он такой клёвый! Думаю, ты поможешь нам, ведь его срывы очень мешают пути просветления. Проходи в медитационную, здесь самая светлая аура, — и она пошла, плавно покачивая бедрами.

Стас оторвался от созерцания вида Елены сзади, что требовало больших усилий, и стал осматривать интерьер. Потолки, как он и предполагал, были метров пять, не меньше. Сразу чувствовалось богатство и отсутствие вкуса у хозяев, как бывает, когда они целиком полагаются на дизайнера и моду. Было безвкусно буквально все: и копии, видимо греческих статуй, и, зачем-то колонны, и картины импрессионистского стиля, которые выглядели инородными в общем интерьере. Елена открыла высокую двустворчатую дверь и приглашающим жестом указала на низкий диванчик, рядом с кофейным столиком. Стас вошел, оглянулся, и комната показалась ему похожей на спортзал, своими размерами и отсутствием мебели. Вдоль одной стены, полностью зеркальной, крепился балетный станок. Он направился к диванчику и аккуратно уселся на краешек. Сидеть было неудобно из-за его низкой высоты. Елена, закрыв двери, показала, как сидят на подобной мебели, она с ногами забралась на диван и приняла максимально привлекательную позу. Наклонившись к столику, она разлила по чашкам напиток, попутно продемонстрировав свою пышную грудь.

— Извини, мы не держим дома ни чая, ни кофе, это тибетские травы. Они успокаивают и расслабляют. Мы с Сашенькой, действительно очень рады, что именно доктор Хаус его лечащий врач! Ты точно справишься, прямо как в сериале. Сначала неверный диагноз, потом спасение.

Стас припомнил, как на встрече с Юрием Федоровичем, тот отметил похожесть Стаса на актера, сыгравшего в сериале главную роль и ощутил неудобство от того, что эта похожесть могла быть главным критерием как для назначения лечащим врачом Саши, так и вообще приема в рехаб.

— Мне очень нужно знать, когда проявляются срывы у Саши, как он возвращается к приему наркотиков.

— Прости, начать придется издалека, иначе ты не поймешь суть происходящего. Сейчас развивается пятая технологическая цивилизация. Из высокоэнергетических сущностей, остались только рептилоиды. — Елена приосанилась, и полуприкрыв глаза гигантскими наращенными ресницами, начала рассказывать.

Когда-то давно, на заре четвертой цивилизации, они соперничали с атлантами. Атланты хотели быть поводырями людей на новый вибрационный уровень бытия. Для рептилоидов же, люди были источником энергии и рабочей силой. Они хотели создать глубинное государство и управлять массами людей. Атланты мешали им. И тогда рептилоиды воспользовались древним артефактом, который позволял управлять тектоническими плитами. Колыбель высокой культуры и знаний, Атлантида, погрузилась в океанские глубины. Но конечной цели, рептилоиды не достигли. Атланты давно готовились к энергетическому переходу и совершили это, уйдя на новый вибрационный уровень, недоступный человеческому восприятию. Сделав этот переход, атланты стали недоступны для уничтожения их сущностей.

Долгие тысячелетия атланты ждали Посредника, в котором воплотится ДНК атлантов. Того, что поможет сплотить человечество и передать ему знания и энергию высших сфер. Рептилоиды тоже искали Посредника, чтобы уничтожить его. Они создали сеть энергетических ловушек, маскируя их под прогресс и комфорт, стараясь не допустить гармоничного развития общества. Закрыть канал общения с тонким миром рептилоиды были не в состоянии, но попытались максимально отдалить от энергетического совершенствования человечество, заменив духовный рост личности стремлением к потреблению. Кристальному ребенку было мало родиться, нужно, чтобы общество потребления не затянуло его в воронку жадности и бездуховности.

Атланты все это время пытались найти среди людей медиумов, которые способны понять их язык. Воспринимать в нашем уровне вселенной язык атлантов невозможно. Только на границе с тонким миром. И такие люди нашлись. — Елена вздохнула, — я всегда хотела быть медиумом, но во мне слишком мало цепочек от ДНК атлантов. Я могу только выходить в тонкий мир из своих снов и транслировать аффимации. А Кори, он медиум, как и Моисей.

— Ты не можешь чуть-чуть ближе к нашему времени? — перебил поток слов, половину из которых он не понимал. Точнее, слова-то были знакомы, но их комбинация производила впечатление бессмысленного бреда.

— Я как раз подхожу к моему Сашеньке, — успокоила Елена, — просто без контекста ты не поймешь. Он и есть кристаллический ребенок, который должен пройти трансформацию и стать идеальным проводником для общения с тонким миром, Посредником, которого ждут атланты. Я, как только с ним познакомилась, сразу поняла, что этого человечка я ждала всю жизнь. Меня к нему привела лестница духовных совершенствований. Я работала в службе сопровождения и Саша выбрал меня, чтобы я помогала ему на форуме стримеров, больше мы не расставались. Мне кажется, что сейчас за него идет борьба между атлантами и рептилоидами. Атланты научились использовать энергетическую ловушку интернета, чтобы связываться с медиумами. Так они нашли Кори и Моисея. Моисей — душка, он очень помогает в моих практиках, хотя быть медиумом не моя судьба. Я предназначена быть спутницей Посредника. Сашенька находится на пороге трансформации, и эти его срывы, употребление наркотиков, из-за воздействия рептилоидов. Ему повезло родиться в нашей стране, где влияние глубинного государства ослаблено, и физически его истребить рептилоиды не могут.

Вот. А ты, доктор Хаус проводник к трансформации Сашеньки. Пастырь его ментальности.

— Я понял, — ответил Стас, хотя ничего он не понял и мозги скрипели, в попытке выловить крохи нужной информации из кучи эзотерики и заблуждений Елены. — Ты лучше расскажи, атланты или рептилоиды заставили Сашу составить гормональную карту?

— Это Кори. Он сказал, что для связи с тонким миром, нужна настройка кристаллического мальчика, чтобы он вышел из состояния резонанса, и пришел к гармонии с высшими сферами и стать для человечества мостом для перехода на более высокий уровень вибрации, Посредником.