Lina Bik Принцесса Пяти Миров

Глава 1. Начало

"Иногда чтобы построить что-то новое - нужно полностью разрушить старое..."

Вам когда-нибудь казалось, что вы не в своей тарелке?

Или никогда не казалось, что вы проживаете не свою жизнь? Что день за днем становясь все старше, умнее и взрослее - вы упускаете что-то важное в вашей жизни, которая и вовсе вам не принадлежит?

И лишь с приходом осознания всего - к вам так же приходит и озарение.

И самое главное в этот момент, в момент понимания и принятия всего этого - важно, а главное нужно, сделать первый шаг. Большой шаг на пути к изменениям. Ведь начало – это тернистый путь, который приходит с пониманием. А понимание, порой бывает, приходит только в конце

Тогда вам приходится только открыть глаза и начать действовать!

...

Резкий толчок и девушка открывает глаза, машинально несколько раз проморгавшись, чтобы отогнать остатки беспокойного сна; и понять, что вообще сейчас происходит и где она находится: она все еще в автобусе и все еще куда-то едет.

Девушка оглядывается по сторонам: все присутствующие здесь воспитанники и сопровождающий их персонал так же - как и она с полминуты назад - либо дремлют, либо просто следят за пейзажем, пролетающим за стеклами автобуса. Ничего примечательного: пустая дорога, горы и деревья, медленно окрашивающиеся в желто-оранжево-красные цвета. Близится начало золотой осени.

Девушка тихо зевает, прикрывая рот рукой, но спустя секунду этой же рукой быстро хватается за поручень, чтобы не свалиться с насиженного места из-за неожиданного скачка автобуса. Старый, местами заржавевший транспорт с трудом проезжающий несколько лишних километров, видимо, наехал на очередную, сотую кочку за последний час в пути: дороги здесь ни к черту.

Cтоило девушке опять (как казалось ей: на секунду) задуматься о чем-то как знакомая ей местность приюта исчезла из вида. Приют был ей не так уж родим, но даже несмотря на это она его любила, просто потому что привыкла к нему – это единственное место, которое она знала в своей, пока что юной, жизни. Лишь потому, что жила там почти с рождения. Она не помнила, когда именно попала в приют и кто ее вообще оставил в этом месте, поэтому ей не приходилось выбирать место для проживания. Девушка просто смирилась с таким печальным для нее стечением обстоятельств. Она просто жила и ждала. Другой жизни и своего совершеннолетия, чтобы самой обеспечить себе «эту другую жизнь».

Девушка не злилась на тех, кто ее оставил. На родителей.

Сложно злится на тех, кого не знаешь, кого просто-напросто не помнишь. У нее были свои цели и мечты, в которых уже давно не было место других, чужим людям. Даже если они когда-то появятся в ее жизни – девушка не придаст этому большего значения. Ее жизнь течет своим чередом: иногда становясь чуть сложнее, иногда легче.

Единственное, что оставили ей родители – это имя: незаурядное, но местами необычное для этих краев. АяЛуна Эйвери. Таким было ее имя; так ее звали, потому что так было указано в записке, которую оставили вместе с корзиной, где лежал маленький комочек чьего-то нарочно оставленного счастья.

АяЛуна, в связи со своим сложным характером и ветренным поведением ко всему на свете, не особо часто задумывалась о насущном или, в принципе о чем-либо конкретном больше пяти секунд. Но она стала замечать, что с каждым годом все больше и больше начала философствовать на тему того, что будь ее жизнь немного иной; или же окажись она при других обстоятельствах и условиях – не стала бы такой, какой она была сейчас.

В ней самой девушке нравилось лишь одно: это откуда-то взявшаяся воля к оптимизму. Как говорится: умей видеть во всем лишь плюсы. Даже тогда, когда их не видят другие. Учитывая условия, при которых ей приходилось жить и иметь дело с людьми, с которыми она ежедневно сталкивалась - ей кажется, что это стопроцентный успех. Человечность она сумела не растерять - даже оказавшись среди «животных».

«Несмотря ни на что - нужно оставаться собой» - именно такое кредо она вязала себе на заметку и при принятии любого решения именно его она и придерживалась.

- Так дети, мы приближаемся к музею. Сейчас, когда остановится автобус, не встаем с мест и не вылетаем с него устраивая балаган и столпотворение. Выходим медленно и по порядку, начиная с первых рядов. Всем ясно? – предупредила подростков воспитательница: женщина средних лет с выступавшей сединой и уставшим лицом, которое с каждым разом становилось все недовольнее и злее.

Ребята, как и было им сказано: начинают вставать со своих мест. Но об аккуратности и речи не может быть. Каждый старается выйти первее другого и из-за этого начинается полнейший хаос. Те, кто из них выглядят постарше и куда сильнее - грубо отталкивают малышей, стараясь выйти первее остальных.

Все ребята выглядят чересчур взволнованными и перевозбужденными. Выезд из приюта считается для всех отдельным видом праздника. Наравне с «Новым годом» или даже с «Тем самым днем» - днем, когда приходят взять ребенка под опеку. К себе, взять домой.

АяЛуна медленно встает со своего места и пытается протолкнуться сквозь других, чтобы тоже наконец покинуть душный и пропахший потом долгого путешествия - автобус. Когда до выхода остается всего несколько шагов ее вдруг грубо хватают за руку и с резкостью толкают обратно. АяЛуна не удержавшись на ногах, падает назад. Из-за этого она ударяется бедром об сиденье и больно бьется головой об стекло.

- Сейчас вообще-то моя очередь, убогая! Что? Уже забыла свое место? Оно в самом конце пищевой цепи, Белоснежка. – последнее слово звучит с особым отвращением. Парень произносит его так, словно выплевывает сам яд прямо в лицо девушке.

Именно поэтому слово «Белоснежка» звучит не так ярко и радостно для нее, особенно произнесенное из уст парня. Из-за этого имя диснеевской принцессы; персонажа сказки - вызывает в девушке лишь чувство раздражения и гнева.

Но больше всего то, что ее раздражает в этом мире (даже больше одного конкретного парня) – это чересчур заметная особенность во внешности.

Гены наградили девушку невероятной, неземной красотой, но все же не стали чересчур благосклонны и добавили необычную «изюминку» в ее внешности: серо-голубые глаза, которые при солнечном свете становятся еще ярче, а когда девушка злится - наоборот темнеют на несколько оттенков, становясь блеклыми; и густые, пышные волосы ярко пепельного цвета. Точнее «грязно» белого.

Именно. «Белоснежка»...

Они, гены, постарались на славу, и девушка с каждым годом становилась все краше и краше, но не учли лишь одного: в месте, где ей приходилось жить (читать как выживать) - лучше не выделятся.

Иначе жизнь не будет просто «тяжелой», а станет настоящим Адом.

АяЛуна посмотрела в эти адские глаза напротив, смотрящие на нее с усмешкой и с явной издевкой - но ничего не сказала. Ухмылка исчезла с лица парня, когда он понял, что ничего больше не последует. Ему быстро все наскучило, и он просто вышел из автобуса оставив девушку в покое.

До поры до времени.

АяЛуна недовольно хмыкнув тому в ответ, тоже выходит из автобуса. Последней из всех. Ушибленное место неприятно саднит и зудит, но девушка не придает этому особое значение. Синяки – для нее сущий пустяк. Получать по дню хоть одну небольшую травму – стало для нее привычным делом.

Тяжело вздохнув, она хмуро смотрит вслед парню, который уже отошел на приличное расстояние от всех. Она ничего ему не говорит; лишь про себя отмечает, что такие долго не живут. Карма их настигнет, рано или поздно.

«Но лучше бы рано, конечно» - рождается заносчивая мысль, но девушка тут же от них отмахивается. Она не будет опускаться до их уровня. Говно к говну прилипает быстро, поэтому лучше просто отмыться от него. Как можно скорее.

АяЛуна снова усмехнулась своим мыслям.

Девушка проверила свои вещи, чтобы в очередной раз убедится, что ничего не оставила. Хотя вещей у нее было не много - она постоянно умудрялась их терять. Везде и повсюду. Не потому, что забывала, а потому что просто-напросто была невнимательна к тем вещам, которые у нее были. Наверное из-за того, что особо ценного ничего и не было: только ее гордость и чувство собственного достоинства.

Все было на месте и девушка с легкой душой, но все же с тяжелым сердцем, - которое было таковым как будто всю ее сознательную жизнь, - пошла вслед за остальными.

Ребята и «суровая воспитательница» ушли уже довольно далеко, даже не удосужившись проверить идет ли за ними девушка; или хотя-бы не отстал ли кто. Компетентности воспитателя можно было лишь «позавидовать». И это еще с учетом того, что этот самый воспитатель был в числе тех, кто стоял на доске почета, рядом с надписью: «Лучший воспитатель года».

В связи с этим сразу можно было понять, что приют, в котором проживала девушка считался «лучшим»...

...из худших.

Время перевалило за полдень, но интерес АяЛуны к музею «Искусств и Живописи» так и не проснулся — ни за три часа бесцельного блуждания по анфиладам залов, ни под монотонный, полный неподдельного восторга голос экскурсовода. Сам «Генри Л.», судя по бейджику на лацкане его безупречного пиджака, отдавался работе с такой страстью, будто каждая картина была его ребёнком. Но даже его энтузиазм разбивался о глухую стену детского равнодушия: слишком уставшие, чтобы мечтать; слишком озлобленные, чтобы восхищаться.

АяЛуна плелась в хвосте группы, скользя скучающим и незаинтересованным взглядом по холстам, но не задерживаясь ни на одном из них дольше пары секунд. Искусство её не интересовало по одной простой причине: она сама им не интересовалась.

Оно казалось чем-то далёким, не имеющим отношения к её реальности, - как сказки, в которые она перестала верить лет в семь. Как те самые «гены», что одарили её внешностью, но забыли снабдить инструкцией по выживанию в мире, где красивых — бьют, а белых — топчут.

«Лучший воспитатель года» вместе с остальной оравой бесследно растворился в лабиринтах музея примерно полчаса назад. Или двадцать минут? АяЛуна давно перестала следить за временем. Она особо и не торопилась вернуться к ним, так как в глубине души не хотела, чтобы её нашли.

Она устала от этой бесконечной петли безвыходности и уныния, которая по ощущениям продолжается уже последние 10 лет ее жизни. По правде говоря, девушка уже сама мечтала где-нибудь затеряться - там, где ее никто, никогда не найдет. Уйти туда, в тот край Света, где люди и понятия не имеют, что это такое: «приют им. Винта Шендера» - и где само это название звучит как приговор.

Девушка ленивым шагом ходила по коридорам музея, думая ни о чем и в тоже время обо всем на свете, когда ее взгляд вдруг зацепился за косяк двери, над которой висела маленькая табличка. Табличка эта не представляла из себя ничего особенного: обычный зеленый квадратик с почти выцветшими на ней большими буквами представляющие из себя скопление, которое перетекало в одно просто слово: «ВЫХОД».

Девушка вдруг резко остановилась. Появилась странная, заносчивая мысль: уйти. Так легко и так просто.

Вот она дверь... А рядом - никого...

Что ей мешает просто переступить за порог и сбежать наконец от той жизни, которую она сейчас ненавидела? Которая ее категорически не устраивала?

АяЛуна замерла на мгновение, тяжело дыша и собираясь с мыслями. Она нервно оглянулась назад и не заметив ничего приметного - уже хотела сделать уверенный шаг в сторону двери, как резко остановилась.

Ничего приметного ?

«Подождите... Что?»

Кое-что приметное все же было, потому что девушка вдруг развернулась обратно к стене и уставилась нечитаемым взглядом туда, где висела странная картина. Чувство дежавю ударило в голову. Ей показалось, что все это уже происходило. Этот момент. Она его пережила? Или... картина ? Она ее где-то до этого видела?

Или... то, что было изображено на ней?

Картина, висящая напротив выхода, была ничем не примечательна на фоне остальных: старый замок, утопающий в изумрудной хвое, с двух сторон сжатый тёмным, почти враждебным лесом. Но не рисунок приковал её взгляд, а табличка под ним. Точнее надпись, выбитая на пожелтевшей бронзе. Она гласила:

«Эуладельфия — одно из крупнейших королевств на Визардрие. Расположено между границами королевства Эрония и леса Непокорного (Непокоренного). На данный момент считается самым могущественным королевством. Местонахождение — неизвестно».

- Что за чушь? - выдохнула АяЛуна, нахмурившись. - Как это «местонахождение - неизвестно»? Когда тут черным по белому написано, - девушка еще раз перечитала текст, - что оно в... - переосмыслила прочитанное, - ...на? На Визардрие? Хотя понятия не имею где это. Или вообще, что?

Девушка снова посмотрела на картину: обычный, ничем не примечательный замок. Возможно, такой же, как и все остальные. Она ни разу не видела ни одного вживую, только в старых детских книжках, которые просто пылились на полках дряхлой библиотеки приюта.

- Визардрия, Эрония, Эла... - начала перечислять девушка, но запнулась, - Что?! Какие-то чересчур странные названия. Никогда не слышала. Может это где-нибудь в Швеции? Или в Норвегии? Название какое-то скандинавское?

- Швеция — вот действительно странное название, - вдруг раздался голос за спиной девушки, - а это - имена величайших королевств на Визардрии. Величайшего из миров!

АяЛуна вздрогнула всем телом, обернувшись на звук. Сердце на секунду пропустило глухой удар. Перед ней стоял парень — не старше её, но с таким пронзительным, колючим взглядом, что казался старше. Он окинул её быстрым, оценивающим взглядом, будто проверял что-то невидимое, а затем быстро оглядевшись по сторонам и будто бы что-то про себя отметив – кивнул и снова устремил свой тяжелый взгляд на девушку.

- Аялуна Эйвери? Далеко же ты забралась. Разыскать тебя было непросто.

- Эм... - АяЛуна задумалась, но все же решила ответить. – Да, но можно просто Луна. А вы..? – девушка остановилась.

Парень выглядел странно: старинная на вид одежда; потрепанные, будто бы с долгой дороги, увесистые кожаные сапоги; прическа и головной убор – отдалено напоминавшее что-то светское (в современном мире люди все еще ходят с шляпами? Давно же бейсболки изобрели?); какой-то немудрённый прибор, висевший на поясе (А это видимо машина времени, да? Или старинные часы? Что это вообще такое?!); и... оружие?!

Девушка смутилась и удивленно захлопала ресницами. Но затем все переосмыслив, вдруг мысленно хлопнула себя по лбу.

- ...видимо работник музея? Я так полагаю, сегодня «Тематический день»? Вы одеты очень... своеобразно. Я даже не поняла в честь кого. – Луна радушно улыбнулась, ощущая себя не совсем в своей тарелке, особенно из-за пронзительного взгляда парня, - Я... немного отстала от группы. - она снова отвела взгляд, чувствуя себя неуютно под его пристальным вниманием, которое все больше и больше усиливалось. - Простите, я сейчас же пойду обратно. Только не могли бы вы мне указать направление куда идти?

Парень явно был ненамного старше самой девушки, но Луна была уверена, что ко всем стоит обращаться вежливо, особенно при первой встрече.

- Направление? – не понял парень.

- Ну-у... да. Сторону. Путь, по которому я пойду. Ну-у, указать дорогу! – девушка неловко повела рукой в неопределенную сторону, - Влево, вправо?

Диалог был крайне странным. Но так казалось наверное только девушке, потому что парень вдруг обыденным тоном совершенно спокойно ответил:

- Прямо.

- Эм... Прямо? - Луна непонимающе моргнула, - Ясно-о... - протянула она и на всякий случай сделала шаг назад, врезавшись спиной в воздух. - Но там же стена?

- Стена - не преграда, если знаешь, как её обойти. В нашем же случае нужно всего лишь войти в неё.

- Ага-а... – медленно кивнула девушка, тяжело вздыхая. Она с большим подозрением посмотрела на парня, пытаясь осмыслить услышанное. Затем скептически прищурилась. - Цитату из группы в «VK» вычитал? – больше ни о какой вежливости и речи быть не могло, она явно разговаривала с каким-то сумасшедшим.

Девушка еще раз посмотрела на парня и мысленно что-то отметив у себя в голове, проговорила:

- Что же... Я, наверное, пойду. У-у-у. Сколько уже времени прошло! – девушка сделала вид, что смотрит на наручные часы. Хотя на самом деле на ее запястьях ничего не было, кроме... явной ложи, - Меня наверняка уже все заждались!

«Если вообще не забыли о моем существовании...» - проскользнула шальная мысль.

- Спасибо за поучительную лекцию о королевствах и... о стенах? Приятно было познакомится!

- Но я даже имени своего не говорил. – скептически заметил парень. Он скрестил руки и скучающим видом оглядывал коридор.

Никого не было, кроме них.

- А мне, если честно, и не надо! - отрезала она.

Ей пора было уходить.

Например, пойти туда, откуда она изначально пришла. Быть может, таким способом Луна нашла бы остальных из приюта? С ними хотя-бы было бы безопаснее. Скучнее, но безопаснее. Это намного лучше, чем стоять здесь и слушать бредни о других, несуществующих мирах в компании явно неадекватного незнакомца.

Луна сделала шаг в сторону, но в ту же секунду пальцы парня с железной хваткой сомкнулись на её локте, остановив.

- Всё, — сказал он тихо, но с такой сталью в голосе, что по спине пробежал холодок, — хватит с меня этих игр. Пора домой, пропавшая принцесска.

Незнакомец резко, без всяких усилий толкнул девушку прямо в сторону стены. АяЛуна зажмурилась, инстинктивно выставив руки перед лицом, ожидая глухого удара о бетон, боли и ссадин...

...но вместо этого в нее подул легкий ветерок, а в нос ударил резкий запах травы и хвойных деревьев.

Девушка медленно и осторожно приоткрыла глаза. Она заметила, что находилась уже не в музее с картинами, скульптурами и разными живописными рисунками, а где-то совсем в другом месте.

Его не было.

Ни музея; ни парня, толкнувшего ее в бетонную стену... которой теперь тоже уже не было!

Ничего не было.

Была лишь она. Одна. Вокруг не было ни души. Только ветер шевелил густую листву, и где-то вдалеке грозно каркнула птица, разрывая тишину как пощёчина.

Она была одна... в лесу!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.