Линь Ся Сказание о ледяной пещере и городе-щите

Сказание о ледяной пещере и городе-щите

Рейтинг Литрес:5

Полная версия:

Линь Ся Сказание о ледяной пещере и городе-щите

+ Увеличить шрифт
- Уменьшить шрифт

— А мама?

— Она… нормальная, когда не пьёт. Она сейчас на работе. Вот он и…

Тем временем отчим Вари попытался заступиться за коренастого, за что тут же получил неумелый тычок в плечо. Тао покачал головой. Мерзкое зрелище. Будь он в своём теле, все трое уже лежали бы на земле. Но сейчас он мог лишь сказать:

— Идём ко мне. Хотя бы пока мама не вернётся.

— Думаешь, это что-то изменит?

Тао понимал, что глобально это ничего не решало. Только от этих пьяных мужиков исходила такая агрессия, что он абсолютно не сомневался, что как только Варя окажется в квартире, произойдёт что-то очень нехорошее.

— Пойдём, — безапелляционно сказал Тао.

Когда они отошли за угол дома, Варя схватила его за руку. От неожиданности он остановился и уставился на её пальцы. Рука тут же задеревенела и отказалась двигаться.

— Тёма, я правда не хотела тебе врать, просто… — сказала она и добавила ещё тише: — Я пойму, если ты не захочешь меня видеть.

Брови Тао поползли вверх. В мире боевых искусств он видел всякое. Мастера, чьё вино давало силу. Бродяги, что спивались и умирали в канавах. Но чтобы кто-то стыдился родных — такого он не встречал. Ему очень хотелось сказать: «Какой же у вас странный мир». Но вместо этого он произнёс:

— Глупости, пошли.

Когда они вошли в квартиру, родителей ещё не было дома. Зато из комнаты раздавались оживлённые голоса.

— ...да это ж имба! — крикнул Петя, тыча пальцем в экран ноутбука. — Ты посмотри!

— Да нет там ничего!

Кай опустил руку на щёку и с безнадёжной тоской смотрел на монитор. Этот спор шёл уже не первый час. Петя ткнул пальцем в какое-то размытое пятно на стоп-кадре.

— Ты слепой? Вот же!

Петя обернулся на звук открывшейся двери и расплылся в улыбке.

— Тёма! Ну ты-то хоть ему скажи! Что видишь?

— Пятно.

Петя не сдавался и тут же переключился на новую жертву, появившуюся из-за спины Тао:

— Варя, а ты?

Девушка подошла к экрану и склонила голову.

— Качество как из девяностых, — хмыкнула она.

— Так это ж зум! — обиженно возразил Петя и отдалил картинку.

На экране появился сосновый лес. Просто лес. Ничего примечательного. Петя фыркнул, глядя на растерянные лица всех троих, отмотал видео назад и нажал на старт. Тим в кадре. Несколько фраз про курганы и гостбастер. Разговор с Тёмой за кадром. Резкий разворот камеры на лес. Помехи. Видео оборвалось. Петя с надеждой уставился на Варю и Тао.

— Так, мне нужен контекст, — улыбнулась Варя и опустилась на кровать.

— Да какой контекст! — Петя всплеснул руками. — Там точно что-то было!

— Ты как моя бабушка, — усмехнулась Варя. — Она мне в детстве говорила: в лес не ходи — леший заберёт. На болота не суйся — болотницы на дно утащат. А ещё есть духи деревьев, духи дома, духи... Домового нужно подкармливать, а то…

— Хватит!

Кай резко закрыл ноутбук. Ему было не так важно, что там на видео. Главное было понятно — договариваться нужно с местными духами и божествами. Да и этот спор ему порядком надоел. Все замолчали, но тишина не длилась и пару секунд. Щёлкнул дверной замок, и из коридора донёсся деловой голос мамы Лены:

— Игорь, пакеты на кухню! ... А обувь?

Глухой стук пакета о косяк.

— Ну Игорь! Аккуратнее, яйца же...

Дверь в комнату распахнулась, и женщина обвела компанию взглядом.

— А что у нас тут за делегация?

— Здрасьте, тёть Лен, — улыбнулся Петя.

Она кивнула и тут же перевела взгляд на девушку.

— Я — Варя, — представилась та.

— Ну наконец-то! — тепло улыбнулась женщина. — Так, все желающие остаются на ужин. Отец вызвался пиццу печь.

Она вышла из комнаты, а из коридора все услышали бормотание:

— Точно всю кухню засрёт... но как же вкусно готовит, зараза.

Полчаса пролетели незаметно. Злополучное видео пересмотрели ещё раза три, но ничего сверхъестественного так и не нашли. Кроме орущего прибора, конечно. Но прибор мог сломаться, среагировать на электропровода или на что-то ещё. Если он вообще работал.

Из кухни потянуло свежим тестом и расплавленным сыром. Петя первым не выдержал:

— Может, уже перерыв? А то у меня желудок сейчас сам встанет и пойдёт на кухню без меня.

Кухня была крошечной, но каким-то чудом все расселись вокруг квадратного стола на табуретках. Пицца, как и обещало мамино бормотание, оказалась невероятно вкусной. Хоть по количеству ингредиентов больше походила на пирог: колбаса двух видов, сыр, перец, оливки, помидоры, да ещё и солёные огурцы. Отец, расслабившись после тяжёлого рабочего дня и довольный восторженными комментариями к его кулинарному шедевру, болтал с набитым ртом:

— Колька, балбес! Как на голову свалился... вот зачем мне ученик? Но сегодня этот... — Он замялся, подбирая цензурное слово, — этот безрукий камень потерял! Вы прикиньте! Я уж думал всё... Там пять каратов! Пять!

Он понизил голос до шёпота:

— Это ж лямов на пятнадцать! В жизни столько не заработать.

— Нашли? — уточнил Петя.

— А то. Не нашли бы, я б уже... — Отец многозначительно сложил пальцы решёткой. — И главное где! В углу цеха! Там метра три от его станка, не меньше! Это ж как так умудриться можно было?

— Всю голову мне и детям оглумил! — сделала замечание мама и переключилась на сыновей. — Как в школе-то дела?

Кай стыдливо уставился в стол:

— Тройка по биологии и четвёрка по истории.

— Пятёрка по физике и четвёрка по истории, — отозвался Тао.

Мама недовольно вздохнула, но махнула рукой:

— Ладно...

Когда противень опустел, отец с довольным видом отправился к телевизору, а мама начала собирать тарелки, но это никак не помешало ей обвести всех строгим взглядом и сказать:

— Так, уроки!

— 10 минут и меня здесь не будет! — выпалил Петя и потянул братьев в комнату.

Варя встала и взяла губку.

— Брось это, — сказала мама Лена. — Гостья же.

— Да мне не сложно. Правда.

Женщина покачала головой и вдруг выдала:

— Слушай, а я, кажется, начинаю понимать, кто мог надоумить этих двоих оболтусов матери помогать.

— Я тут ни при чём, — смущённо ответила девушка.

Мама Лена хмыкнула, ставя тарелку на сушку.

— Ты это... продолжай в том же духе. А то они у меня совсем обнаглели.

— У вас хорошо так, — сказала Варя, переводя тему. — Тихо.

— Тихо, — усмехнулась женщина. — Обычно тут дурдом.

Она помолчала, смотря на девушку, и сказала:

— Ты это… плохого не подумай. Но я семью твою знаю. Игорь то с Колькой на Кристалле работал, пока не выперли.

Варя продолжила мыть тарелку, но страх и стыд в её глазах были настолько очевидны, что мама Лена махнула рукой и заговорила ещё тише:

— Да я не к тому! Если помощь нужна, ты скажи.

Девушка замотала головой, не отрывая взгляда от посуды в раковине. Она совсем не понимала, что чувствует. С одной стороны, за один день не только её главная тайна вылезла перед Тёмой, но ещё и оказалось, что его родители в курсе. С другой, мама Лена искренне предлагала помощь. И Варя не могла понять, почему она отнеслась с таким теплом и пониманием. Ни один родитель не захочет, чтобы его сын встречался с дочерью алкашей. Или это сама Варя отвыкла от простого человеческого отношения? А с третьей стороны, где-то внутри затеплилась надежда, что Тёма теперь должен понять, почему она так хочет уехать в Москву. И передумает оставаться в Смоленске.

— Ну, как знаешь! — Мама Лена поставила последнюю тарелку на сушку и скрестила руки на груди. — Я вот в деревне выросла. В Кругловке. Прям на границе с Белоруссией. Годы ещё такие были, непростые. У нас корова была, огород, хозяйство… только так и выживали. Я на что только не насмотрелась. И самое главное поняла: если молчать, ничего не изменится.

Она тут же развернулась и крикнула:

— Петя, быстро домой! А то отцу позвоню.

Дверь комнаты незамедлительно открылась, и Петя ответил уже из коридора, накидывая куртку:

— Считайте, меня уже нет. Спасибо за пиццу.

— Вот же ж балбес!

Мама Лена намочила тряпку и начала протирать стол. А Варя так и осталась стоять, не в силах двинуться с места. Просто чувствовать, как на кухне пахнет вкусной едой и цитрусом от моющего средства, а не сигаретами. Слышать, звуки дурацкой комедии по телевизору, а не крики. И ощущать покой, а не постоянное чувство опасности. Но вибрация в кармане напомнила о реальности, в которую уже скоро нужно было возвращаться.

— Да… мама… всё хорошо, да. Скоро буду.

Мама Лена приподняла одну бровь, но девушке ничего не сказала. Зато крикнула так, будто нужно было докричаться до другого крыла в замке, а не до мужа в соседней комнате.

— Игорь! Отвези!

— Иду, иду, — пробормотал он, выключая телевизор. — Тебе бы в цирке номера объявлять, а не бухгалтером на заводе работать.

— Что ты сказал?

— Ничего, иду, говорю, — сказал он громче.

Несмотря ни на какие попытки Вари протестовать, мама Лена была непреклонна. Как, впрочем, и всегда.

Глава седьмая

Городок Коминтерна тонул в сумерках. Редкие фонари разгоняли тьму на пятачках у подъездов. Вдали, дребезжа, проехал первый трамвай. По лицу Тао ползал настойчивый отсвет. Он то появлялся, то исчезал, когда ветер раскачивал голые ветки за окном. Мерно, как маятник.

Свет дрогнул, и Тао резко сел на кровати. Кай тоже проснулся и теперь сонно оглядывался, пытаясь понять, что изменилось. Тишина. Даже ветра не было слышно. Кай протёр глаза тыльной стороной руки, и зрение наконец сфокусировалось.

Окно было покрыто морозными узорами. Но это был не обычный иней, каким затягивает стёкла в настоящий мороз. Это было совсем не похоже на призрачные веточки или снежинки. На стекле виднелись правильные квадраты и ромбы, сходившиеся в единый геометрический орнамент. А по краям тянулись цепочки маленьких следов, в которых без труда угадывались отпечатки медвежьих лап.

Кай, заворожённый красотой, поднялся с кровати и протянул руку к окну:

— Как красиво…

Тао подскочил и шлёпнул брата по руке.

— Не трогай!

Кай обиженно скривился и потёр места удара. Выглянув из окна, они не увидели ни намёка на мороз. Асфальт был мокрым после вчерашнего дождя. На голых ветвях деревьев не было инея. Да и не было ни дымки, ни тумана. Только на их стекле виднелся этот странный, невозможный узор.

Резкий порыв ветра всколыхнул прелую листву в середине двора, и порыв приобрёл форму. Листья закрутились в тугой водоворот. Они двигались всё быстрее и быстрее, будто кто-то невидимый мешал их огромной ложкой. А затем водоворот разом распался, и листья брызнули в разные стороны. Тао рывком открыл окно. На улице была полная тишина. Лишь где-то вдали залаяла собака. Да и узор на окне исчез, словно его и не было.

Братья, не сговариваясь, бросились к телефонам. Поиск начали с первого, что пришло на ум: духи Смоленска. Ответом были парфюмерные магазины. Ароматы для мужчин и женщин, скидки на туалетную воду, новинки сезона. Запрос духи России дал ровно то же самое.

Тао разочарованно вздохнул, но не сдался. Боги Смоленска. Бесполезно. Вылезали лишь общие фразы про язычество восточных славян. Он начал читать про пантеон богов. Имена сыпались и перемешивались в голове: Перун, Велес, Мокошь, Даждьбог. Он добрался до Стрибога, отвечавшего за ветер. Но фразы были общими: он мог сбивать с пути, нашёптывать в лесу. Тао почесал висок и начал гуглить про восточных славян и при чём тут Смоленск. К горлу постепенно подступал ком отчаяния. Он чувствовал себя утопающим в море информации. Как и в первую ночь перед школой.

— О! — удовлетворённо сказал Кай.

Тао подскочил к брату и, нахмурившись, уставился на экран. Там красовалось красивое угловое здание, нижний этаж которого был окрашен чередованием светлых и бордовых полос. И кусочек широкой улицы, резко уходившей вниз.

— И?

Кай ткнул пальцем в надпись над фото: «Универсальная научная библиотека им. А.Т. Твардовского».

— Вот! Там нам помогут! В этом мире тоже есть библиотеки. А в библиотеках книги. Настоящие, не интернет.

Второй день в школе для братьев Чэн начался куда удачнее первого. Кай даже умудрился получить пятёрку по математике и четвёрку по физике. А на английском, где он не понимал ни слова, сработала старая мудрость шифу: «Молчи — за умного сойдёшь».

У Тао же утро началось с физкультуры. Пусть тело Тёмы и не было особо спортивным, но и упражнения здесь были несопоставимы с клановыми. Да и знание техник контроля дыхания помогало. И это было настолько привычно, что он забыл обо всём: о духах, язычестве и странном утреннем происшествии.

Правда, стоило ему оказаться за партой, как мозг сконцентрировался на другом. Из головы у Тао не выходила Варя. Он написал ей уже несколько сообщений, оставшихся без ответа. И весь русский и математику он постоянно отвлекался на экран телефона, о чём ещё вчера даже помыслить не мог. На переменах он высматривал её в коридорах. Надеялся, что на большой перемене его мучения закончатся, но в столовой она тоже не появилась. Тао пытался сказать себе: «Какая тебе разница? Успокойся». И это совсем ему не помогало.

После шестого урока Тао не знал, чего в нём больше: переживаний, гнева или растерянности. Он уже не пытался анализировать, отделить своё «я» от Тёмы. Просто мысленно плюнул на всё и старался не впечатать кулаком по стене от переполнявших эмоций.

Уже заходя в кабинет химии, Тао краем глаза увидел, как в конце зелёного коридора мелькнули знакомые рыжие волосы. Он развернулся с такой остервенелой скоростью, что Егор чуть не влетел плечом в стену. Парень хихикнул и бросил ему в спину: «Что? Опять поссорились?» Тао проигнорировал вопрос, как и возмущения двух пятиклашек, которых он грубо распихал.

— Ты почему не отвечаешь?

Варя резко обернулась и испуганно заморгала. Она почесала нос и постаралась спокойно ответить.

— Прости… — Голос дрогнул, и она уставилась в пол. — Телефон разбила. Ещё и в школу опаздывала.

Тао приподнял бровь и скрестил руки на груди. Раньше ему казалось, что его брат — самый безнадёжный лжец в мире. Но по сравнению с Варей Кай был просто мастером лжи и манипуляций.

— Ладно, — сказал Тао после паузы. — Мы с братом идём в библиотеку после уроков. Пойдёшь с нами?

Варя растерянно моргнула.

— Куда?

— В библиотеку.

На лице девушки расплылась улыбка.

— Ты угараешь?

— Чего? — Тао нахмурился.

Варя махнула рукой и сказала, едва сдерживая смех:

— Не бери в голову. Встретимся после урока на крыльце.

Варя упорхнула в сторону окликнувших её девочек, а Тао остался стоять посреди коридора в растерянности. Кажется, её позабавил тот факт, что они хотят идти в библиотеку. Может, в этом мире не принято приглашать туда девушек? Или туда пускают только парней? Или только девушек? Или элиту? Он отогнал дурацкие мысли и пошёл на урок.

Когда они вышли из школы, на улице лил ливень. Один из тех, от которых не спасает никакой зонт. Вода стояла стеной, превращая тротуар в одну сплошную лужу. Машины уже не ехали, а плыли по дороге, заливая пешеходную дорожку целыми волнами.

Петя, увязавшийся за Каем, тут же заныл:

— Поехали на маршрутке.

Они остановились под крышей остановки и дружно сжались к центру, подальше от навязчивых брызг. Только это не очень помогало. Петя придирчиво смотрел на ботинки, в которых начинала хлюпать вода, а Кай стряхивал капли с рукава куртки, которые дождь возвращал ему обратно с новой силой.

Из пелены дождя возникла седая бабушка в тёмной куртке и вязаной шапке. Она грубо растолкала их, поставила тяжёлую сумку так, что скамейка скрипнула, и запричитала:

— Ну что за молодёжь пошла! Встали, руки в боки. Никакого уважения.

Варя и Петя переглянулись и усмехнулись. Кай и Тао же пытались понять, стоит ли извиниться или лучше промолчать? Но тут подъехала маршрутка с надписью «35н».

— Наша, — сообщил Петя и уже собрался шагнуть в открывшуюся дверь.

— Вот бесстыдник! — запричитала бабушка громче. — Сумку помог бы лучше поднять! Ни стыда, ни совести!

Тао тут же подорвался и затащил сумку в маршрутку. Бабушка, кряхтя, заняла единственное свободное место и удовлетворённо замолчала.

Каю и Тао ещё никогда не было так страшно. Даже в прошлом году, когда они участвовали в боях с воспитанниками других кланов на Горе Меча, было безопаснее. Маршрутка летела с нечеловеческой скоростью, резко входя в повороты. Поручни никак не помогали удержаться. Ладони Кая вспотели, и его то и дело мотало из стороны в сторону. Тао попытался поставить ноги в стойку Укоренения, но даже она была тут бессильна.

Тао покосился на Петю и Варю, но те стояли, как ни в чём не бывало. Они переговаривались и не обращали внимания на адскую тряску. Тао отвернулся и начал читать все объявления, что видел, лишь бы отвлечься. Кай уже готов был начать молиться, причём вслух, когда водитель гаркнул:

— Площадь Победы! Выходит кто?

— Да! — крикнул Петя. — На остановке!

Двери открылись, и братья вывалились наружу, жадно хватая ртом воздух. Варя посмотрела на зелёного Кая и понимающе спросила:

— Укачивает, да?

Тот был не в состоянии отвечать. Впрочем, его бледное лицо, отдававшее зеленцой, всё сказало за него. Тао несколько раз глубоко вдохнул и, почувствовав под ногами твёрдую землю и отсутствие мелькающих домов за окном, бодро зашагал по широкой улице вниз. Радуясь, что остался в живых. Да и дождь стремительно закончился, явив голубое небо с лениво плывущими пушистыми облаками.

Пожалуй, это была самая красивая улица в городе, по крайней мере из тех, что Тао успел увидеть. Все дома были похожи: высокие, статные, с колоннами и лепниной. Но при этом разительно отличались цветом, деталями и формой окон. Строгая симметрия и свобода одновременно. Здесь чувствовалась душа, а не бездушная функциональность.

На входе в библиотеку их встретила пухленькая невысокая женщина с седыми волосами, которые отливали фиолетовым.

— Куртки снимаем, — сказала она, махнув рукой вправо. — Записаны?

— Эээ... — только и смог выдавить Тао.

Варя хихикнула и, кивнув женщине, бойко назвала имена и фамилии всех четверых. Библиотекарша засуетилась. Когда верхняя одежда осталась в гардеробе, все четверо получили читательские билеты. Без единой записи.

— Забыли? — улыбнулась Варя. — Всю школу же ещё в прошлом году заставили записаться.

Они поднялись по широкой мраморной лестнице наверх. Посередине лежала красная ковровая дорожка, обрамлённая золотыми узорами по краям. Стены были зелёными — того самого оттенка, что и в школе. Кай задумался: «Как же в этом мире любят этот цвет. Наверное, им очень не хватает природы». На стенах висели чёрно-белые портреты в строгих рамках. На некоторых Кай узнал фамилии из учебника литературы.

На втором этаже они вошли в большой зал, заставленный массивными дубовыми столами. Тишина. Ни одного читателя. Только едва слышный треск ламп под потолком и скрип ручки по бумаге.

За стойкой сидела женщина почти как две капли воды похожая на ту, что была внизу. Тао даже на мгновение показалось, что это она же успела подняться по лестнице раньше них. Но ярко-розовый вязаный жилет развеял иллюзию. Кай решительно подошёл к стойке и спросил:

— Не могли бы вы нам помочь?

Женщина неторопливо дописала слово в кроссворде и подняла глаза на Кая. Тишина. Кай неловко переступил с ноги на ногу.

— Ну, чего как воды в рот набрал? — строго спросила она.

— А... да. Мы ищем книги, где есть упоминания духов и нечисти Смоленска.

Женщина хмыкнула. Очки сползли на кончик носа, и она посмотрела на него поверх стёкол.

— Не сектанты хоть? — придирчиво уточнила она.

«Опять секта, — подумал Тао. — Надо бы наконец выяснить, что в этом мире так называют». А вслух твёрдо сказал:

— Нет.

— Нам для проекта нужно, — спас ситуацию Петя. Голос у него был честный-пречестный, как у отличника, который впервые в жизни врёт учительнице о том, что забыл дома тетрадь с домашним заданием.

Библиотекарь удовлетворённо кивнула и ушла вглубь стеллажей. Оттуда донеслось шуршание, довольное «ага», потом снова шуршание. Через несколько минут она вернулась со стопкой книг.

— Держите. Тут страшилки современные для молодёжи. — Она указала на верхнюю книгу с яркой обложкой. — Про трамвай-призрак, фальшивомонетчиков-магов, дом коммуны.

Петя схватил томик и начал его с интересом листать.

— А это словарь по славянской мифологии, — продолжила женщина и протянула вторую книгу Каю. — Общий, но для начала сойдёт.

Библиотекарь усмехнулась и указала на несколько потрёпанных толстых томов.

— И вот ещё! Добровольский. Сборник этнографический. 1891 год. Если, конечно, прочитать сможете.

Когда они устроились за широким длинным столом посреди зала, Варя уточнила, беря в руки словарь:

— Что ищем-то?

— Да я вот видео всё то смотрел, — сказал Кай как можно небрежнее. — Решил узнать, а что в древности про курганы говорили. Может, что интересное найдём.

Петя уткнулся в «страшилки». Варя открыла словарь. А Тао с Каем осторожно, боясь повредить, раскрыли первый том Добровольского. И тут же хором спросили:

— А это какой язык?

Варя сунула нос в текст.

— Русский, конечно. Только дореволюционный. «Яти» там всякие, «еры» на концах.

Петя оторвался от своей книги и перегнулся через стол. Все четверо склонились над пожелтевшими страницами. Общими усилиями (кто угадывал, кто читал по контексту) удалось разобрать несколько историй.

Тао, спотыкаясь о каждое слово, прочитал вслух:

— Коли помираеть колдунъ — велитъ онъ сыновьямъ разобрать надо нимъ потолокъ, штобъ душа вышла. А послѣ смерти велитъ облить тѣло кипяткомъ. Кто того не сдѣлаеть — не будетъ покою: потому какъ въ тѣлѣ сидить акаянный духъ, и будетъ тотъ духъ по дому ходить, людей мутить. А ежели облить — выскочить изъ тѣла нечистый, захохочеть и побѣжить прочь.

— Вот бы встретить такого! — воодушевлённо воскликнул Петя с горящими глазами. — Я б ему... ну, не знаю... сфоткался хотя б.

— Ты с кем фоткаться собрался? — уточнила Варя, приподняв бровь. — С колдуном или с духом?

— Да с обоими! — невозмутимо ответил Петя.

Варя покачала головой и начала читать другую историю:

— Околѣлъ въ одной мѣстности огромный звѣрь. И такоя смрадъ отъ него шолъ, что никому подступу не было. И не могли похоронить его никакъ. Тогда колдунъ далъ совѣть: запрячь въ телѣжечки пѣтушковъ и курочекъ, а въ тѣ телѣжечки посадить малыхъ дѣтей. И пусть дѣти возятъ землю на могилу звѣря, покуда не засыплютъ прахъ его безслѣдно. Такъ и сдѣлали.

Тёма нахмурился, пытаясь представить эту картину. Курицы и петухи, везущие землю. Тут же в голове появилась мысль: «А что, если это правда. И Зорины потревожили какое-то древнее чудовище. Например, что-то взяли с курганов? Какую-то вещь? Где её теперь искать?»

Кай тем временем с трудом продирался сквозь следующую историю. Читал по слогам, несколько раз беззвучно шевелил губами, прежде чем произнести вслух:

— Первыя покойникъ на кладбищѣ — надъ всѣми хозяинъ. Коли ночуеть кто на могилѣ — тому хозяину съ мѣста не сойти: сторожить должонъ живаго. А въ полночь приходятъ прочіе покойники, просятся въ деревню на поминки. Хозяинъ отпускаеть, а самъ остается. И какъ воротятся — разспрашиваеть, кто какъ поминалъ, довольно ли родственники угощали.

Тао опустил щёки на руки и грустно уставился на книгу. Рассказов было много, некоторые даже были интересными. Только все они были бесполезны для их ситуации. Ни слова о курганах и древних артефактах. Ведьмы, колдуны, опасные звери — ни одного рассказа о пришлых из других миров. Да и найти что-то в этом древнем сборнике было не проще, чем выудить иглу из Восточного мор

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.