Лилита Край Алмаз для сестры

– Нин, ну зачем? Ты же понимаешь, что не смогу потом без тебя.

– Сможешь. Я знаю, ты точно сможешь, – шептала она, сжимаясь от боли. Он же и так не может без нее! Какой же упертый болван!

Перехватил девушку, поднимая на руки.

– Я пожалею об этом, но сейчас ты мне необходима, – прошептал и еще тише добавил, – я так сильно, тебя люблю.

В этот момент, Нинэль была по-настоящему счастлива. Она ждала этого, всю свою жизнь.

Игнат унес девушку в ее комнату, считая, что его комната грязная, запачкана как кричала Нинэль, другими женщинами. Положил спиной на кровать. Только с ней он будет заниматься любовью. Сегодня, он позволит себе чувствовать, по-настоящему, как мечтал.

Медленно стянул длинную футболку, оставляя ее тело обнаженным.

– Моя маленькая дикарка, ты очень красива, – Игнат снял с себя рубаху, расстегнул брюки, стянул их оставляя на полу. Навис над девушкой, поцеловал в уголок губ и улыбнувшись спросил:

– Что же ты притихла, – прикусил возбужденный сосок, от чего девушка громко вздохнула.

– Боюсь, что ты сбежишь.

– Не сегодня, – опалял ее кожу горячими поцелуями, остановившись в районе сердца прошептал, – так громко стучит, я чувствую его губами, – провел языком от груди к шее. Нинэль выгнула спину, подставляя тело для желанных ласк. Провел ладонью по спине, изучая ее плавные изгибы, очертил линии живота. Он наблюдал за девушкой, сгорал от желания и заставлял гореть ее.

Она исследовала тело мужчины руками, не останавливаясь ни на миг, поднимая глаза к его лицу, чтобы узнать реакцию на каждое новое прикосновение. Игнат таял от ее пальчиков, которые оставляли пылающие следы на его коже.

Сегодня он позволит себе быть слабым, но только сегодня, – напоминал, что это разовая акция, что больше, он не позволит себе быть рядом с ней. Заранее, просил прощения у Нинэль, даря ей все, что испытывает сейчас, всё, что копил годами. Это первая и прощальная ночь. Он снова уедет, туда где не будет ее. Туда, где его враги, не смогут добраться до женщины, без которой не может жить.

Развел ее ноги в стороны, медленно проникая. Нинэль застонала, обхватывая его шею руками. Слишком узко, видимо давно секса не было, – сделал вывод, стараясь не торопиться.

Периодически ускорялся, снова сбавлял темп, только сейчас понимая, как сильно отличается механический секс от настоящей любви. Он пытался прочувствовать каждую эмоцию, которую она ему дарила, ловил поцелуями ее стоны. Практически до утра, они наслаждались тем, чего так оба желали.

После, молча уснули в объятиях. Для них, это важное событие. Они по-настоящему были вместе. Хотя прекрасно осознавали, что эта ночь, будет единственной. Вот только Нинэль, сдаваться не собиралась, ведь он сам подарил ей энергию, силу, которая подходила к концу.

Игнат проснулся, но боялся открыть глаза. Думал о том, что скажет ей. Она должна понять и принять, что он не станет рисковать ее жизнью, ради желания быть счастливым. Не хотел делать больно, но это необходимо. Он запомнит это мгновение навсегда. Открыл глаза, но Нинэль рядом не оказалось. Облегченно выдохнул. Поднялся с кровати, умылся. Улыбался как дурачок. Пока никто не видит, он может это себе позволить.

Спустился на кухню. На столе стоял завтрак, лежала записка.

«Уехала в офис. Эта ночь была прекрасной. Не придумывай как отвадить меня, я не глупая. Все будет как раньше, как ты и хотел. Люблю тебя.»

– И я люблю, – прошептал в пустоту.

Нинэль вела себя как раньше. Хотя Игнат заметил, что девушка с каждым днем отстраняется от него все больше. Она надеялась, что их совместная ночь все изменит. Но нет, чуда не произошло. Ей было сложно смириться, что после совместной ночи, Игнат снова переключился на шлюх. Невыносимо, так, что хочется все бросить. Уехать, начать новую жизнь, без него. А сможет ли? Не решила еще.

Игнат целовал ее страстно утром, хотя не должен был этого делать, а в обед трахал очередную шлюху в своем кабинете. Она наблюдала за ним, пытаясь убедить себя, что когда-нибудь, ему это надоест. Специально смотрела, пытаясь убить себя же. Как можно быть таким бесчувственным?

Спустя три недели, Нинэль заметила изменения в своем состоянии. Из-за интенсивных тренировок, ее менструальный цикл постоянно сбоил. Поэтому на отсутствие месячных, она особо внимание не обратила. Но когда начала чувствовать тошноту по утрам, забила панику. Попросила одну из сотрудниц купить тест на беременность и оставить его в туалете на полке. Игнат как и прежде следил за каждым ее шагом.

Произвела все манипуляции, с трясущимися руками ждала результата. Беременна. Теперь, все изменится! Теперь он не отвертится! Ты скоро станешь папой! – восторженно кричала в мыслях, желая скорее рассказать все Игнату. Это же счастье! Это приток новых сил, надежда, что все можно изменить. Все меняется, значит стоило бороться.

Нинэль выбежала из туалета, выскочила на лестничную площадку, желая, как можно быстрее, уехать в головной офис. Подвернула ногу и полетела вниз по лестнице. Кувыркалась, ударяясь головой о железные перила. Ее тело как мертвая кукла, приземлилось на площадке ниже. Согнута пополам, ноги раскинуты.

Игнат видел все. Подскочил, уставившись в экран. Часто моргал, пытаясь осознать, что увидел. Ледяной пот проступил, а сердце и вовсе перестало стучать.

– Вставай! – рычал в монитор, – ну же! Хватит валяться! – схватился руками за экран, словно за её блузку, пытаясь тряхануть Нинэль по сильнее. Увидел как подбежал один из бойцов, поднял девушку за плечи, но она не реагировала. Это как немое кино. В пролетах, звук не писался. Но все, что там происходило было понятно без слов. Парень смотрел на руки, которые были в крови. Потом появились еще двое.

Игнат со всех ног бежал к машине. Ехал до третьего Аркана не более двадцати минут, правда и не помнит толком как добрался. Застал момент, когда скорая увозила Нинэль. Выскочил из машины не закрывая дверь.

– Что сказали врачи?! – Игнат грозно прокричал, схватил одного из бойцов за рубаху и практически держал на весу.

– Ее не спасли, – поникшим голосом ответил, и из его глаз потекли слезы.

– Ты что несешь?! Как не спасли? – у Игната случилась истерика, смотрел по сторонам, переводя взгляд с одного сотрудника на другого. Словно ждал, что ему скажут, что это глупая шутка. Но подавленные лица и слезы на глазах людей, окружавших его, были настоящими. Боль их открыто читалась, искренность и сожаление в глазах, говорили об одном. Не шутят, – куда ее повезли?!

– В центральный морг.

Отшвырнул парнишку на землю, запрыгнул в машину и летел вслед за скорой. Догнал машину быстро. Не осознавал, что произошло. Все как в тумане. Перед глазами до сих пор, вертелась картинка, как Нинэль летела, кувыркаясь по лестнице. Лицо парня, на котором отражался ужас, от крови на руках.

Как только скорая остановилась у морга, Игнат перестал дышать. Затормозил, выскочил из машины.

– Мне нужно ее увидеть! – прокричал людям, в белых халатах. Которые с обыденным выражением лица, выгружали черный мешок с телом из машины.

– Так мы и не запрещаем. Во всяком случае, нужно родственников на опознание вызывать. Вы кем девушке приходитесь?

– Б-б-рат, – заикаясь проговорил, шагая за санитарами, которые на носилках уносили его любимую девочку, в вонючий и холодный морг. Остановили его. Сказали подождать пару минут, потом они позволят войти.

Работники морга, переложили девушку на стол, убрали мешок и накрыли белой простыней. Только тогда впустили Игната. Он наблюдал за их действиями, через маленькое окошко в двери.

– Готовы?

– Открывай, – рыкнул, сжал кулаки до побеления костей. Один из санитаров открыл простынь, отошел в сторону. Когда Игнат увидел ее, упал на колени. Слезы непроизвольно, ручейками стекали на белоснежную рубаху.

– Оставьте нас, – грозно обратился к медикам, на что, те пожали плечами и вышли. Игнат взял еще не остывшую ручку девушки, прислонился губами.

– Девочка моя, любимая, – шептал сквозь слезы, – вернись ко мне. Я очень прошу тебя.

Вот только она молчала. Больше он никогда не услышит ее голоса, никогда не сможет обнять, никогда не почувствует ее нежных поцелуев. Родной дом, теперь станет пустым без нее, он, станет пустым без нее.

– Нин, проснись, – беззвучно рыдая, не переставал молить. Он судорожно трогал её тело, пытаясь разбудить, – я же сдохну без тебя.

В этот момент в морг влетел Богдан. Он давно в столице был, так и не уехал после того, как поймал убийцу жены. Ему позвонили ребята, из третьего Аркана. Не поверил в смерть дочери, рассмеялся в трубку. Ему просто скинули адрес морга, приписав, что Игнат уже там.

Так же как и сын, упал на колени с другой стороны стола.

– Доченька, как же это, – впервые со смерти жены, Богдан заплакал. Схватился за сердце, повалился на пол.

Игнат подскочил, поднял отца с пола, кричал врачей. Но в этом месте, даже патологоанатом приходящий. Санитары принесли нашатырь. Богдан немного пришел в себя. Оттолкнул всех, прижимаясь щекой, к уже холодной ручке дочери. Его глаза потеряли цвет, он медленно превращался в немощного старика, выявляя все морщинки на бледном лице. Качал головой, отказываясь верить в происходящее.

Игнат целовал Нинэль, в щечки, в губки, в носик. Стирал кровь с ее белоснежных волос, трясущимися руками. Шептал, чтобы простила его, за то, что вел себя как отморозок. За то, что не сберег. За то, что не любил так, как того хотела она.

Они еще долго сидели у ее тела, пока не явился врач. Сказала позвонит им, когда можно будет забрать девушку и с каменным лицом выпроводила их.

Похороны прошли не лучшим образом. Артем с трудом удерживал Игната. Он порывался лечь рядом с Нинэль. Дамир держал Богдана, который порывался как Игнат, уйти за единственной любимой женщиной их семьи.

Народу было очень много, но Игнат не видел никого. Мысль, что Нинэль больше нет, убивала и его. Агата стояла в стороне. Она не успела познакомиться с Нинэль, но была благодарна ей, за то, что вытащила из психушки. Василису, Димка увез к родителям. Оставил там конвой, чтобы глаз не спускали. Ей нельзя сейчас нервничать.

Ты дождись меня, Нин, – мысленно разговаривал с любимой Игнат, – я скоро к тебе приду. Не нужна мне эта жизнь без тебя. Слышишь!

– Парни, что я сделал не так? – еле слышно обратился к друзьям, уткнулся в грудь Артема, роняя слезы горя.

– Не вини себя, – тихо ответил Димка.

– Я так боялся потерять ее, из-за того кто мы есть. А потерял так нелепо, но все равно виню, только себя. Я мог дать ей другую жизнь, но сам оттолкнул её.

В тот момент, кажется и не стало Игната. Она была единственной, ради кого, он пытался оставаться человеком. После похорон, Богдан отошел от дел, уехал в другую страну. Не мог находиться в столице. Этот город, забрал у него двух любимых женщин. С сыном практически не общался. Игнат и не желал, замкнулся в себе.

Он утопал в страданиях. Забросил Аркан, благо друзья все держали под контролем. Плакал и пил, желая скорее умереть, чтобы встретиться с Нинэль. Каждый день, в течение года, приходил на могилу. Снова пил, разговаривал с бездушным изображением на памятнике. Нина всегда ему улыбалась. Эту фотографию, он сам выбрал.

– Вот мог бы вернуть все обратно, вернул бы, – заплетающимся языком бубнил, гладил холодный камень, – я бы, женился на тебе. Детей бы с тобой родили.

Вздрогнул, когда почувствовал теплые ручки на своих холодных. Повернул голову, опустил виноватый взгляд на землю.

– Прости Василек, я чет не в форме последний год.

– Не мучай себя, Игнат. Ты о ней подумай. Разве ей нравится, наблюдать за тобой таким? Ты ей больно делаешь.

– Это ты верно подметила, я всегда делал ей только больно.

– Пойдем домой. Там Дамир с Матвейкой тебя ждут.

– Он красивый у вас получился, – обнял Василису, – на Димку похож, только рыжий.

– Еще и не понятно, на кого похож, – улыбнулась Васька, – пойдем, я очень тебя прошу.

– Пойдем, – тяжело вздохнул, попрощался с Нинэль и с трудом перебирая ногами дошел до машины. Домой его заносил Дамир, так как в машине Игнат вырубился.

На утро, было очень хреново. Не успел глаза раскрыть, уже искал бутылку. А нашел Василису.

– Если ты ищешь выпивку, я все выкинула. Условия такие, ты приводишь себя в порядок. Мы с тобой поживем недельку, если ты и потом решишь, что хочешь загнать себя в могилу, мешать не станем. Но сейчас, ты встаешь!

– Ладно Вась, я понял, только не кричи.

– Вот и умничка! – протянула ему стакан воды, две таблетки ацетилки, – выпей, немного легче станет. И советую принять душ, от тебя воняет бомжем.

– Вась, с тобой не умрешь, – держась за голову пробубнил недовольно. Немного приподнялся, закинул таблетки в рот, осушив стакан воды, вернул голову на кровать.

– Именно поэтому, я рядом! Поднимайся, Агатка там завтрак приготовила.

– Неужели я надеялся, что вы меня в покое оставите.

– Глупо было так думать. Но я думаю мы дали тебе достаточно времени. Нам всем очень жаль, – Васька опустила глаза на руки, крутя обручальное колечко. Всегда сложно, говорить в такие моменты. Да и нужны ли эти слова, – но Нинэль, будет рада, если ты наконец станешь человеком и продолжишь жить дальше.

– Не обещаю, что у меня получится. Но обещаю, что попробую. Для начала встать с кровати, – глухо выдохнул, с трудом оторвал голову от подушки.

Василиса спустилась вниз, предоставляя время Игнату. Сидел на кровати погрузив пальцы в волосы, облокотившись на колени локтями.

Задумался. Уже прошел год с момента ее смерти, но он практически ничего не помнит. Только их ночь, только ее глаза, только боль. И море вины, с которой придется жить до конца.

Вытер слезу с отросшей щетины. Поднялся и пошел в ванную. Посмотрел на себя в зеркало. Постарел, в свои двадцать девять, в черных волосах виднелась седина. Под глазами синяки, похудел. От былого Игната не осталось и следа. Принял душ, пытаясь смыть с себя запах алкоголя. Завис, облокотившись на стену руками. Горячая вода обжигала струями кожу на спине, но ему все равно. Прикрыл глаза. Как же найти стимул, чтобы жить дальше? Ради друзей, он попытается. Если не получится, он уйдет к ней.

Игнат спустился вниз. Обнял девчонок. Поздоровался с парнями. Васька не раздумывая, сунула в руки Игната, Матвея.

Кажется в этот момент, он немного ожил. Кроха смотрел на него голубыми глазенками, что-то гугукал на своем детском языке, размахивал тоненькими ручками. Игнат сжал губы, сдерживая подступающие слезы. Ведь он отказался сам, от такого чуда, а мог быть счастливым.

– Привет, малыш, – тихо прошептал, поцеловал мальчика в лоб. Передал его Василисе.

– Мне к Нинэль нужно съездить, – обратился ко всем, и ни к кому.

– Давай позавтракаем и вместе съездим, – предложила Агата.

– Хорошо.

После обеда, они с девушкой стояли у могилы Нинэль.

– Я оставлю тебя, – Агата поцеловала парня в щеку и ушла в машину.

Игнат присел на скамейку, тяжело вздохнул.

– Привет, любимая, – стер пыль с фотографии и продолжил монолог, – я очень скучаю по тебе. Смотри, они заставляют меня жить, – хмыкнул. Вытер слезы, – правда не бритый пришел, но я до завтра исправлюсь. Нин, ты бы хоть приснилась мне что ли. Сказала бы, может хочешь чего?

Прикрыл глаза. Нет сил у него. Сжал кулаки, слезы на лице разъедали кожу. Игнат не мог, пережить ее смерть. Не хотел переживать, не хотел принимать. Все должно было быть не так.

– Да скажи же хоть слово! – закричал во все горло, от чего стаи ворон взлетели в небо.

– Прости, Нин. Плохо мне без тебя, – медленно выдохнул и трясущимися губами прошептал, – я завтра приду, ладно? Я очень сильно, тебя люблю. Всегда буду.

Добрел до машины, уселся на пассажирское сидение. Агата протянула ему спиртное.

– Васька тебе нотации будет читать, – выхватил из ее рук флягу, сделал обжигающий глоток напитка. Откинулся головой на сидение, прикрыл глаза.

– Не привыкать, – фыркнула девушка, – бери себя в руки, – дополнила, завела машину и поехала к дому Игната.

– Извини, что наорал на тебя, – обратился к девушке.

– Ты постоянно орешь на меня, папочка. За какой именно раз, ты извиняешься, – съязвила Агата.

– Ты тогда сказала, что Нинэль сильная женщина и сделала свой выбор. И мне посоветовала, не мотать ей нервы.

– Ах, ты об этом, – скривила мстительную улыбку, – поверь, я еще отыграюсь за это. Но сначала, ты становишься человеком.

Со следующего дня, Дамир, начал каждый день гонять Игната.

– Форму потерял совсем. На чудовище похож, – он не жалел его, пусть девчонки ему сопли вытирают. Он знает как это, когда смерть забирает любимую женщину. Да, у них с Темой, совсем другая ситуация, но Димка должен помочь другу. Такую боль невозможно заглушить, но он попытается его отвлечь.

Друзья задержались на месяц. Каждый день для Игната, был одинаковым. Сначала он ехал к Нинэль. Разговаривал с ней. Ехал домой, где Димка с Артемом, выматывали его тренировками. Без сил он падал на кровать и засыпал.

Когда он остался один, немного стало хуже. Но не могут же друзья вечно жить с ним? Решил вернуться в Аркан. Завалил себя делами по самое горло. В какой-то момент вспомнил, что так и не узнал чем занималась его девочка. Набрал номер друга, два гудка и басовитый ответ:

– Брат? Ты как?

– Пока живой, – горько усмехнувшись ответил ему и продолжил, – Вань, у меня дело к тебе есть.

– Говори, помогу чем смогу.

– У Нинэль дела секретные были, про них я так понял, только отец знает. Может порыскаешь?

– Не вопрос, как, что узнаю, наберу.

– Спасибо, брат.

– Не за что. Держись. Ты нам нужен.

– Я стараюсь.