любовные романы

мистика

сказки

детская проза

детские приключения

Легенды гласят, что природа шаманов - быть посредниками между людьми и духами. 
И духи сами решают с кем говорить.
Избраннице духов всего двенадцать. Она живет в Москве, мало что помнит о далеком северном крае из детства. Одной мыслью Мира может вызвать землетрясение, но больше всего хочет просто быть как все.
Можно ли поспорить с духами как с родителями? 

химия

общая химия

Холодная звезда Чолбон

Солнце заходит на востоке. Шаман делает первый вдох, открывает глаза. Три шаманских глаза видели жизнь, видели смерть, видели жизнь после смерти. И только танец заходящего солнца любит он больше всего. Мог бы шаман выбирать свою судьбу, стал бы травинкой в поле, слушал бы ветер, пел с ним песни. Была б его воля, лег бы на землю, пустил корни и вырос шаман-травой, шаман-древом. Да быть шаманом – значит не принадлежать самому себе. Солнце зашло. Шаман закрывает глаза, делает выдох и погружается в ночь. Такова судьба шамана.
Призвавший духов сидит у очага, поджав под себя ноги. Он летает на трёх крыльях, видит тремя глазами и проживает три жизни за одну. Он зачерпывает ладонями воду из ручья и выпивает до дна жизненный сок своих врагов.
К нему приходят просить и спрашивать.
Его ошибка может стоит жизни целому роду.
Но разве шаман не человек?

естественные науки

математика

подготовка к школе

детская познавательная и развивающая литература

игровое обучение

развивающие издания

обучение счету

тестирование

занимательная математика

дошкольное обучение

занятия с детьми

Невеста шамана

Фуни-муни живут в стране шоколадных пряников. Их лучшие друзья, конечно же, бабушки. К бабушкам можно нагрянуть как снег на голову и потребовать торт. Если торта нет, то так уж и быть Фуни-муни согласны на булочки.
«Не такие уж вы и старые», - говорят Фуни-муни бабушкам. И те тут же веселеют: прыгают, бегают и пекут булочки. Ну какие их годы?
Не меньше булочек Фуни-муни любят сокровища. Их у бабушек несметные количества: коллекции пуговиц, редкие монеты, шкатулки с бусами - чего только нет. "Ах, - смахнет ностальгию с глаз бабушка, глядя на пуговицу, - «Когда я была во Франции…О, это была чу-де-с-с-с-ная пора!»
И пока бабушки вспоминают, Фуни-муни набивают полные карманы сокровищ. Ведь с пустыми карманами уходить от бабушек просто неприлично.
На прощанье Фуни-муни дарят бабушкам кулек розовых поцелуечек. Настоящих, фирменных. О таких мечтает каждая бабушка. А та, которая не мечтает просто ещё спящая бабушка. Вот прилетят к ней однажды Фуни-муни и расколдуют. То-то она обрадуется.


Спящая бабушка

Метафорические сказки сотканы из образов, снов, предчувствий для поиска успокоения и ответов там, где разумом не поймать.

Сказки из колодца

Волшебство течет по трубам этого мира. Стоит лишь забыть о физике, химии, биологии и прочих законах привычной жизни, как вот оно - здесь. В руках. Живое. Теплое. Лови.
Господин волшебник хитро подмигивает, а его желтые глаза горят, словно два фонаря. Огромными красными ладонями он зачерпывает хрустящий снег и подкидывает вверх. Взбудораженные снежинки возмущенно подбирают полы юбок, хлопают крылышками, выписывая в полете по тридцать два фуэте. Волшебник ловит их ртом, как будто восторженный двухлетка, впервые обнаруживший снег. И палочка ему не нужна, книги, заклинания, камни, прочие магические атрибуты… Настоящее волшебство творится голыми руками. Веришь, нет?

Всё о волшебниках

Малыш медвежонок не говорит. Багульник на поляне зацвел в третий раз, а сын медведя ещё не произнёс ни слова. И когда большая барсучиха, воткнув тетеревиное перо в хвост, решительно вошла в круг солнца, дабы испросить у богов первого медвежьего слова, он лишь растерянно улыбнулся. Нужны ли слова, если ими не описать тех снов, что видятся наяву? О чем говорить, если не о том, как каждую ночь вслед за игривой рыбой-луной он – сын медведя, ныряет в прохладное тёмное небо, а выныривает где-то в других мирах, о которых никто не слыхивал, даже барсучиха? Кто поверит, если сказать, что на том конце света небо – это земля, а земля – это небо? Большая барсучиха тяжело дыша, вытирает вспотевший нос и, протягивая пустоту в ладошке, говорит ему: «Ка-мень – твоё слово. Ка-мень.» Сын медведя молчит. Бережно, словно бабочку, берёт он в лапы пустоту, чтоб ночью тайком отпустить на свободу. Слова, пожалуй, нужны не всем.

органическая химия

Малыш медвежонок

Кындыкан – душа Севера. Эта сказка расскажет об отважной эвенской девочке Кындыкан, сумевшей выжить в стойбище, полностью вымершем от оспы. Как ей удалось уцелеть? Это остаётся загадкой и по сей день... Легенды гласят, что оспа пряталась на последней нарте в сундуках с мехами и заморскими сокровищами. Стоило кому-то поддаться соблазну, как дух болезни захватывал поселение, уничтожая все на своем пути. Удивительно и то, что спустя 200 лет эта история стремительно ворвалась в наш современный мир в самый разгар новой пандемии, объединив творческих, талантливых энтузиастов, благодаря которым и родилась эта сказка! В ней переплелись исторические факты, древние предания для сохранения вечных ценностей – исчезающих обычаев, традиций и культуры коренных народов Севера. Эта книга о чуде, силе рода, торжестве жизни. Посвящается стойким, но таким редким людям – всем коренным малочисленным народам Севера!

учебная и научная литература

научно-популярная литература

зарубежная образовательная литература

знания и навыки

Невероятная история Кындыкан

Малыш медвежонок не говорит. Багульник на поляне зацвел в третий раз, а сын медведя ещё не произнёс ни слова. И когда большая барсучиха, воткнув тетеревиное перо в хвост, решительно вошла в круг солнца, дабы испросить у богов первого медвежьего слова, он лишь растерянно улыбнулся. Нужны ли слова, если ими не описать тех снов, что видятся наяву? О чем говорить, если не о том, как каждую ночь вслед за игривой рыбой-луной он - сын медведя, ныряет в прохладное тёмное небо, а выныривает где-то в других мирах, о которых никто не слыхивал, даже барсучиха? Кто поверит, если сказать, что на том конце света небо - это земля, а земля - это небо? Большая барсучиха тяжело дыша, вытирает вспотевший нос и, протягивая пустоту в ладошке, говорит ему: "Ка-мень - твоё слово. Ка-мень." Сын медведя молчит. Бережно, словно бабочку, берёт он в лапы пустоту, чтоб ночью тайком отпустить на свободу. Слова, пожалуй, нужны не всем.

Лидия Тарасова