Лида Грей Магия и любовь

14

Кэтрин очень скучала по своей подруге, и дни казалось, тянулись бесконечно. И все же она так и не смогла стать своей среди королевской свиты, а когда узнали, что она беременна, то отношение со стороны женщин сразу ухудшилось, а мужчины лишь с сожалением провожали ее взглядом. Она очень часто сидела возле окна и смотрела на горизонт, где-то там осталось ее детство и юность, где она была простой девчонкой, не знавшей никаких проблем, где-то там она потеряла что-то очень важное, что уже нельзя было вернуть назад.

В этом мире она осталась одна, если не считать живой комочек внутри нее, никто не хотел протянуть ей руку помощи. Мэри, которая обещала ее навещать, так ни разу и не появилась во дворце, а Кэтрин так и не дождалась приглашения в гости. Но она продолжала надеяться на самое лучшее, она не теряла надежду не ради себя, а ради своего ребенка, который хоть и был зачат не в любви, но все-таки материнское чувство говорило, что этот ребенок самое дорогое существо в мире и его надо всячески охранять и беречь.

Сегодня Кэтрин было как никогда тоскливо, и что бы хоть как-то развеется она решила пройтись по городу. В нем было все по-старому, по узким улицам быстро проходили местные жители, которые куда-то спешили, хотя при этом и не забывали сделать почтенный поклон при виде красивой будущей мамы.

«Ах, как бы хотелось раствориться в этой толпе, стать часть этих людей, которые и не знают о моей горькой судьбине. — подумала Кэтрин — но кому я пригожусь, жалкая девчонка, которая не смогла постоять за себе и дать надругаться над своей честью».

Тут Кэтрин заметила пожилую старушку, уронившую небольшую корзину со сливами. Девушка разу же бросилась на помощь бабушке. Собрав все сливы в корзину, Кэтрин протянула корзину женщине, та сразу же бросилась благодарить:

— Спасибо тебе, доченька. Пусть у тебя в жизни будут только светлые дни. Чтобы твои дети были здоровы, и пускай муж никогда тебя не обидит.

— Спасибо вам на добром слове. Да только и обижать то меня не кому, незамужняя я.

— А как же так произошло — вскинула руками старуха — а жить то тебе есть где?

— Живу то я в дворце короля, да разве это жизнь, когда каждый встречный пронзает тебя презрительным взглядом. Еще удивляюсь, как король меня не прикажет выгнать, наверно, очень уважает Мэри, девушку с которой я раньше жила во дворце. Но она вышла замуж и уехала из дворца, так я потеряла своего единственного покровителя.

— Так если тебя никто не держит, то можешь переехать ко мне, буду относиться к тебе как к своей дочери, а то стара я стала, уже по хозяйству не управляюсь. А детей у меня нету, двух сыновей забрала эта проклятая война.

— А я не очень вас притесню, может у вас дом маленький, а у меня еще и ребенок родится.

— Да нет, что ты. Дом у меня, конечно, небольшой, но места на всех хватит. К тому же после смерти сыновей уж слишком мне тоскливо стало жить одной. Так что смело переезжай и не о чем не думай, от этого нам вдвоем будет только лучше.

— А что же мне сказать во дворце?

— Ты скажи, что не можешь больше здесь жить и переезжаешь к себе домой.

Во дворце короля переезд Кэтрин встретили с удивлением, как это человек сам может уехать из таких шикарных условий, не каждая простолюдинка может похвастаться, что жила во дворце Его Величества. Но так никто и не поставил себя на ее место, каково хорошенькой молодой девушке постоянно терпеть унижения со стороны почти не знакомых ей людей. Об отъезде Кэтрин так никто и не пожалел, это было похоже на то, что бродячая собачонка, постоянно бегавшая туда-сюда вдруг куда-то исчезла.

Дом старушки, которую звали Валентина, оказался небольшим, но места для них двоих все-таки хватало. В доме царил беспорядок, пожилая женщина уже не могла самостоятельно наводить порядок. Кэтрин оценила обстановку и сразу принялась за уборку. В это самое время Валентина приготовила обед.

Жизнь в новом доме понравилась Кэтрин, старушка оказалась очень доброй женщиной и относилась к ней как к своей дочери. Девушка наконец-то почувствовала себя свободным человеком, единственное, что требовала старуха взамен ее проживания в доме, так это лишь хорошее отношение к себе.

Валентина оказалась бывалым человеком и могла без устали рассказывать всевозможные истории, Кэтрин полюбила вечерами слушать неторопливую речь бабушки, и бывало, они засиживались до позднего вечера, так как рассказываемая история была очень длинной и чрезмерно захватывающей. Иногда и Кэтрин рассказывала что-нибудь из своей жизни, а иногда, чтобы старушка не скучала, она придумывала забавные истории, чем очень веселила Валентину.

Всего за несколько дней две женщины по-настоящему подружились, они стали относится к друг другу, как будто были знакомы уже много лет. И между ними не было и малейшего намека на ссору.

На вопросы соседей кто у нее поселился, Валентина отвечала, что это ее племянница, у которой на войне погиб муж, и чтобы не оставаться одной, она переехала к ней.

А Мэри в это время сидела возле окна и в очередной раз ждала своего мужа, который как обычно задерживался. Мэри не обижалась на него, так как понимала, что ему постоянно надо находиться в контакте со своей армией. Иса, которая осталась у них жить, мерно похрапывала в своей комнате. Теперь, когда в доме появилась еще одна женщина, хлопот у Мэри поубавилось, все дела по ведению хозяйства взяла на себя Иса.

У ворот послышался шум, и Мэри вышла встретить своего мужа.

— Извини, дорогая, что я вновь задержался, но ты же знаешь, что дела того требуют. Кстати, одну из твоих просьб я выполнил, привез колыбель для ребенка, вторую же выполнить не смог.

— Ты не был во дворце?

— Нет почему же, был. Да только Кэтрин уехала из него.

— И куда же она могла податься?

— Говорят, она уехала на свою малую родину, поближе к своим родным.

— Да какие у нее родные, она такая же сирота, как и я.

— Ну, знаешь, а кто же, как не она будет посещать могилы родителей, она же одна была в своей семье.

— Нет, она была не одна, правда ее старшая сестра давно вышла замуж и уехала из тех мест.

— Так вот к сестре она и переехала.

— Это вряд ли, та после свадьбы ни разу не дала о себе знать.

— Не знаю куда она делась, но во дворце ее точно нет. А что на счет меня то я за это короткое время успел соскучиться по тебе.

— Я тоже по тебе скучала, так что не думай, что за это время я не вспомнила тебя ни разу.

— Хорошо, дорогая я тебе верю.

Вскоре приблизилась ночь, и молодая пара легла спать. Но только Мэри заснула, как раздался ужасный вой, она тут же подскочила. Томас уже не спал и стал успокаивать жену: «Не беспокойся, это, наверное, волки подошли из леса, они в дом не залезут, так что можешь спать спокойно».

Не смотря на все уверения мужа, Мэри так и не смогла заснуть, то ей казалось, что вой раздается слишком близко, то чудилось, что вокруг дома кто-то ходит. Так что заснуть она смогла только под утро.

Утром Томас вновь отправился в расположение армии, чтобы провести смотр перед королем. Мэри крепко спала, так что он не стал ее будить.

Мэри, не спавшая всю ночь, проснулась только в полдень, когда лучи солнца, стали ярко освещать комнату. Открыв глаза Мэри, потянулась всем телом, затем, не торопясь, оделась и вышла во двор. Погода стояла прекрасная, солнце ласкало подставленное лицо нежными лучами, а ветер мягко ласкал молодую кожу. Вдохнув глубоко свежий воздух Мэри тут же забыла о ночных волнениях. Молодое тело постепенно стало наполняться энергией этого прекрасного дня. Вскоре из дома вышла Иса и предложила пообедать:

— Сейчас иду — отозвалась Мэри — ты только посмотри, какой прекрасный день.

— Да день хороший, не пасмурный.

— Нет, я не про то, ты посмотри вокруг — природа как будто ожила.

— А, по-моему, все, как всегда, а по старости так вообще кажется, что все хорошие дни давно отшумели, а впереди остались только серые будни. Это у вас молодых все впереди, а оттого и дышится легко и мечтается свободно.

— Иса ты права и оттого мне еще хорошо, что скоро стану мамой, осталось совсем немного.

— А что бы быть хорошей матерью надо хорошо питаться, так что пройдемте за стол.

Именно за обедом к дому кто-то подъехал.

— Неужели это Томас приехал — сказала Иса.

— Нет, это на него не похоже — сказала с замиранием сердца Мэри, которой любящее сердце подсказало, что с Томасом что-то случилось.

Через мгновение в дом забежал молодой солдат, и немного смутившись, с дрогнувшим голосом произнес:

— Мне не приятно вам это сообщать, но по долгу службы обязан. Полководец Его Величества Викторий Томас погиб.

Мэри стало плохо, в глазах потемнело, а разум отказывался принимать сообщенную информацию, ведь только что ее муж был жив. И еле-еле, преодолевая подступившую тошноту, Мэри произнесла:

— Но как же это могло произойти. Он же еще так молод.

— Звери нынче агрессивны и нападают, бывает даже без повода, его загрызла стая волков.

— Недаром они сегодня выли всю ночь, чувствовало мое сердце не к добру все это — произнесла Иса.

— Король приказал доставить вас в город, сегодня состоятся похороны Томаса со всеми почестями, достойными его положения.

— Хорошо я сейчас соберусь — сказала Мэри немеющим языком, и пошла в другую комнату, чтобы переодеться.

К сожалению, ничего черного в ее гардеробе не было и пришлось одеться в что-то серое. Мэри была в шоке, сказка в ее жизни закончилась слишком быстро и совсем неожиданно. Одевшись Мэри, присела на кровать, которую совсем недавно разделял с ней ее муж и какой уютной показалась она сейчас. Казалось, что если сейчас лечь на нее, прижаться всем телом, то она сумеет защитить ото всех трудностей, а когда после сна она очнется, то увидит рядом с собой своего мужа, который как обычно с лаской посмотрит на нее и нежно поцелует в лоб. Но нет, это всего лишь кровать, а что случилось, то произошло на самом деле, а не привиделось в страшном сне, и не что не могло спасти ее от страшной правды.

Сделав над собой усилие Мэри, встала с кровати и вышла из комнаты, ее тут же обняла Иса и, похлопав по плечу, сказала:

— Крепись, родная. Тебе еще рожать. Соберись с силами ради своего ребенка.

Затем, подхватив Мэри под руку, она сопроводила девушку до кареты, в которой ее ждал молодой солдат. Он подвинулся и крикнул кучеру:

— Давай, трогай. Но только не гони сильно, не дрова все-таки везешь.

Затем, обратившись к Мэри, солдат произнес:

— Мне очень жаль. Томас был не только талантливым полководцем, но еще и очень хорошим человеком. Я всегда гордился, что когда-то служил под его командованием. Самое главное в отношении солдат, да и простых людей было то, что он относился к каждому как к ЧЕЛОВЕКУ, и только потом смотрел на его положение.

— Спасибо за поддержку, но я попрошу вас немного помолчать, мне сейчас действительно плохо и никакие, даже самые возвышенные слова не способны возродить моего мужа.

— Простите, но я сказал то, что действительно о нем думал.

— Знаете, я могла сказать, что я думаю о нем, но вам это будет не интересно, а для меня это будет очередная рана. Так что я думаю нам лучше обоим помолчать.

До самого Строджа они ехали молча и каждый думал о своем. Солдату было очень жаль такую молодую и красивую женщину. Мэри же всю дорогу вспоминала самые яркие моменты совместной жизни с Томасом. И вдруг совсем неожиданно она вспомнила Прода, и ей подумалось, что все могло быть иначе, но судьба в очередной раз распорядилась по-своему.

Возле Строджа ее встретил сам король и выразил свои соболезнования, затем он самостоятельно провел ее на центральную площадь, где должны были состояться проводы Томаса. На самой площади уже была построена его армия, которая скорбила по своему талантливому полководцу. Увидев Мэри, все опустили свои головы, всем было жаль эту девушку, на плечи которой выпало так много испытаний. На самом деле все были немного влюблены в Мэри, ставшую одной из легенд прошедшей войны, но в тоже время все понимали, что она обречена на вечный траур, так как никто не посмел бы жениться на вдове легендарного полководца.

Мэри заняла место на трибуне, возле короля и самого ближнего его окружения. Тут же вся армия приняла военную стойку и трижды прокричала имя своего полководца, затем же останки Томаса пронесли на носилках через всю площадь, его изуродованное тело было накрыто большим полотнищем, с изображением герба страны.

Мэри не смогла вынести эту процедуру и отвернулась, ей показалось, что хоронят не Томаса, а ее собственную душу, маленькую птицу у которой обломали крылья. Затем она попросила прощения у короля и удалилась во дворец. То место, куда привели ее ноги, была ее комната, где когда-то она проживала вместе с Кэтрин. И куда же подевались все эти люди: Кэтрин, Прод, Томас? Как будто рука всевышнего вычеркнула их из ее жизни. И что же осталось у нее от этих людей, кроме нестираемой памяти? Все они напоминали ей луну, которая ночью ярко светит, а днем предстает лишь в виде блеклых воспоминаний, которые, тем не менее, так резко резали по сердцу.

Она не осознавала, сколько времени она провела в этой комнате, захваченная своими воспоминаниями, но вскоре в ее комнату зашел Грэмм и пригласил ее на ужин в честь ее мужа, но Кэтрин отказалась, просто не осталось у нее сил быть там, где каждый человек будет напоминать о ее муже.

Грэмм удалился, а Мэри провалилась в глубокий сон. И приснилось ей, что она идет к своему дому, не спеша заходит в дом, проходит в спальню, а там, на кровати сидит ее муж. Она присаживается к нему и нежно обнимает за плечи, но Томас совсем неожиданно резко встает и отталкивает от себя Мэри. Она бросается к нему на плечи, но он лишь молча отходит от объятий.

— Что же случилось, мой милый — произнесла Мэри.

— Ничего не произошло. Если бы я знал, что на том свете ты проклята, я бы никогда в жизни не вышел за тебя замуж. Ах, какой я же глупый, ведь даже этот ребенок, которого я с таким нетерпением ждал не мой. Да, да ты проклята и нету тебе прощения, гореть тебе в страшном огне и пропадать в страшных муках, и ничего тебе уже не поможет. А я наивный думал, что ты святая женщина, но ты обманула не только меня, но и того, кого ты так сильно любила и ценила. Я вообще не понимаю, как такие как ты живут на свете. У меня было все на этом свете слава, богатство, почести, но почему-то я выбрал именно тебя, выбрал и был обречен на страшную смерть, и мне даже противно вспоминать, что, умирая, я вспоминал именно тебя. И ты только представь, что среди людей, с которыми я сейчас живу (а они не лучше меня) я буду говорить, что за всю жизнь я любил одну девушку, да и та самым наглым образом посмела обмануть меня. А здесь, в другом мире, только об этом и говорят, кто кого любил, и как проходила их дружба. А что поведаю я? Что я скажу? Что моя любовь оказалась проклятой? Или то, что она ждала ребенка не от меня? Да и о чем ты думала, выходя за меня замуж?

— Но и ты встань на мое место!

— Ах, ты и не говори о себе. Почему же ты не думала обо мне? Почему не рассказала обо всем, тогда в королевском саду, когда я предложил свою руку и сердце. Ты же думала только о себе, но знай, что в мире нельзя прожить одной, тебя окружают сотни людей, с мнением которых ты должна считаться.

Мэри не знала, что возразить на эти слова, а поэтому нервно заламывала свои руки. А Томас в это время ходил по комнате и то и дело бросал нервные взгляды на свою бывшую супругу, которую когда-то с таким упоением любил, затем же продолжил:

— Знай же впереди тебя ждут еще более тяжкие испытания. И из-за тебя погибнет еще не один человек. А Прод? Он рядом. Его убил королевский стражник, чтобы он не помешал нашему счастью. И не надо, не смотри на меня с таким презрением. Приказ о его уничтожении отдал не я, а наш уважаемый король, а Прода до моей смерти я даже не знал. Я бы никогда не смог так подло поступить. А вот король смог, к твоему сведению Прод спас Анона — сына короля, а тот так его отблагодарил. И знай, до последней своей минуты я тебя ценил выше. А если тебе это интересно умирать не страшно, после смерти тоже есть жизнь, конечно, не такая яркая, как на земле, но все же жизнь, у которой есть свои прелести, хотя бы то, что здесь не умирают. И все же знаешь, даже здесь в нашем загробном мире, я не могу тебя разлюбить, есть в тебе что-то такое, что тянет меня к тебе, но, к сожалению, это наша последняя с тобой встреча. Так что можешь сказать все, что накипело на твоей душе.

— Да я согласна, что вышла за тебя не по любви, а исключительно, чтобы обеспечить будущее своего ребенка, но поверь, живя с тобой бок о бок я всей душой смогла полюбить тебя. Ты стал не просто мужем, а и частью меня самой, разве ты не видишь, как я страдаю по тебе. А ты не пытался поставить себя на мое место. Как быть совсем еще юной девушке в такой критической ситуации?

— Самое интересное, что ты сама себя и загнала в это самое положение. Из которого ты искала выход с помощью меня, но ты же сама знаешь, что на чужом горбу далеко не уедешь. Да и что в этой жизни ты сделала сама, ты всегда была лишь ведомой, у тебя всегда был покровитель, без которого ты не могла и шагу шагнуть, а помниться я в тебе полюбил как раз самостоятельность, небывалую отвагу и смелость, но это было лишь призмой твоей низкой и подлой душонки, которая ставила свои интересы, выше интересов всех остальных.

Томас вновь замолчал, а Мэри так и не нашла что ему ответить.

— Впрочем мне пора, от всей души желаю тебе самого лучшего, но это тебе не поможет, так что крепись перед новыми испытаниями. Прощай! И знаешь не ругай меня, это тебя не красит.

Мэри захотелось в последний раз поцеловать Томаса, но тот внезапно исчез и стало совсем тихо, как будто все на свете умерло. Тут же Мэри проснулась, ее сердце бешено стучалось, а на лбу выступил холодный пот.

Примерно чрез минуту в ее комнату вошел тот же солдат, который проводил ее во дворец. Он был чрезмерно пьян и почти с самого порога начал говорить:

— Я еще раз хотел выразить свои соболезнования, я очень уважал вашего мужа, так что если вам что понадобится, то можете полностью положиться на меня.

— Сейчас же покиньте мою комнату.

— Еще раз извините и в связи с вашим поручением немедленно удаляюсь.

Мэри осталась в глубоком отчаянии, все приснившиеся ей было на столько реально, что она приняла это за правду. Ведь действительно она была виновата перед Томасом, которого фактически обманула. Встав с кровати, она стала нервно прохаживаться по комнате, она не знала, что ожидает ее впереди. Предсказания Томаса не настраивали ее на положительную волну, так что в душе кипело небывалое волнение. Она то ложилась на кровать, то вновь с нее вставала. Кэтрин вот кто мог ее успокоить, но она была скрыта глубокой неизвестностью, а ее уход оброс десятком легенд, которые то и дело можно было услышать по всему дворцу.

Мэри улеглась на кровать и воспоминания унесли ее в далекое детство. Вот она совсем маленькой девчонкой играется во дворе своего дома, а рядом с ней темненький мальчик с голубыми глазами, который то и дело подходит к ней и что-то спрашивает, дает ей свои игрушки, сует ягоды и фрукты. И интересно куда делся этот мальчуган. Почему-то, когда она выросла, она его не видела, а когда и куда он исчез, Мэри так и не вспомнила. Затем она увила своего отца, который учил ее на деревянных шпагах фехтованию, его лицо было на столько серьезным, что Мэри нечаянно улыбнулась. Потом она вспомнила свой первый бал во дворце Элизабет, ей было лет четырнадцать и все для нее было ново. Тогда она впервые и влюбилась. Это был юноша лет шестнадцати со стройной и сильной фигурой, он тогда еще пригласил Мэри на танец, а та, недолго думая, согласилась. Всего через пару лет этого еще безусого юнца убили на войне. Затем был отважный бой спина о спину со своим отцом, звездная ночь с Продом и счастливая, шумная свадьба с Томасом.

«И почему все, кого я люблю, умирают? Может я действительно проклята?» — подумала Мэри.

Тут ее размышления прервал король, который, тихонько постучав, зашел в е комнату.

— прости, что я потревожил твой покой, но ты же знаешь, как я любил вас обоих. Сегодня я скорблю вместе с тобой. Мне очень жаль Томаса, это был один из самых талантливых моих людей. И с его уходом страна потеряла очень много. А назначил ежемесячную выплату в твою пользу, это хоть как-то поможет тебе в твоей жизни. Если есть у тебя какие-то просьбы, то говори не стесняйся, я все исполню.

— Мне не очень ловко об этом спрашивать, но меня случайно никто не искал за то время, которое я была во дворце?

Король с подозрением посмотрел на Мэри: «Что же может быть ей известно?». А потом, сделав невинное, лицо произнес:

— Даже если кто и искал, то мне об этом ничего не известно.

— А можно задать еще один вопрос?

— Задавай, у меня от тебя нет ни каких секретов.

— А как смог вылечится ваш сын?

Ярость ударила в голову короля, но он, пытаясь сохранить равновесие, произнес:

— Мне помог один очень известный лекарь, который применил старинное зелье, ради того, чтобы спасти моего сына. К сожалению, он недавно умер, так что я не могу познакомить тебя с ним. Еще есть какие-нибудь вопросы.

Мэри сразу поняла, что король лжет, и поэтому ответила следующее:

— Спасибо за внимание и заботу. Но позвольте мне немного отдохнуть.

— Разумеется моя дорогая, спокойной ночи и сладких снов. Если, что понадобится, то скажите одному из моих слуг, они тут же это исполнят.

— Еще раз благодарю.

— Не за что — сказал король и тут же удалился.

Проходя мимо охраны, король произнес:

— Фреда и главного лекаря убить, уж слишком длинные у них стали языки.

15

Кэтрин сидела в своей небольшой комнатушке и не спеша вязала кофточку для Валентины, которая этим утром отправилась на рынок за продуктами. Совсем неожиданно раздался стук в окошко. Кэтрин вздрогнула: «Кто бы это мог быть?» — и тут же произнесла:

— Входите, открыто.

В дом вошел молодой человек лет двадцати пяти, с черными волосами и такого же цвета глазами, он был очень высоким и поэтому при входе в дом, ему пришлось нагнуться, таким образом, отдав поклон Кэтрин. Увидев молодую девушку, он немного смутился, откуда же она могла взяться? Немного помедлив, он произнес:

— Здравствуйте, а Валентины нет дома?

— Она скоро должна прийти, пошла на рынок за продуктами. А вы что-то хотели?

— Да, мне надо с ней поговорить.

— Тогда можете подождать здесь. Вот присаживайтесь — сказала Кэтрин и пододвинула ему стул.

Она продолжила вязать кофточку, не решаясь начать разговор, а молодой человек то и дело бросал на нее свой взгляд, затем все же произнес:

— А вы кто будете Валентине, что-то я вас не видел раньше.

— Я ее племянница, совсем недавно переехала к ней, после смерти моего мужа.

— Очень сожалею.

— Спасибо, но знаете, время действительно лечит, и я уже свыклась с мыслью, что его нет на этом свете.

— Но все равно вам очень тяжело, потерять мужа в таком раннем возрасте.

— Давайте оставим этот разговор, мне действительно больно об этом вспоминать.

— Хорошо, о чем же мы с вами поговорим?

— Хотя бы о том, кто вы, ведь я тоже вас раньше не видела.

— Я сосед Валентины, а не видели меня вы потому, что я был в дальних странах, по роду деятельности я торговец и вынужден полжизни проводить в дороге. Вот и сейчас я заглянул в ваш дом лишь потому, что Валентина попросила меня привезти ей целебные мази.

— Очень интересно, а как вас зовут?

— Алекс, а вас как, если это не секрет?

— Какой же в этом может быть секрет, зовут меня довольно обычно Кэтрин.

— Очень красивое имя, дочка родится, тоже так назову.

Ответить Кэтрин не успела, в дом зашла Валентина и, поприветствовав Алекса, спросила:

— Как прошла твоя последняя поездка?

— Очень удачно, получил большой доход, да и товар приобрел очень хороший, вот и мази необходимые вам привез. Надеюсь, они вам помогут.

— Большое спасибо, а вот ко мне племянница переехала, хоть одна отрада мне в старости будет.