Лео Рин Хроника Эвилиона. Сильф

Сейчас же пришли воспоминания о жизни в замке, и твоё присутствие там заполнило те пробелы, которые не давали мне покоя. Как будто до этого кто-то намеренно стёр это из памяти.

Лиярд крутился рядом, стараясь быть ко мне ближе. Он запрыгнул на кровать и посмотрел на Ланселота. Тот помотал головой, видимо отвечая на его слова. Фамильяр недовольно заворчал.

— Я скоро вернусь, — Ланселот встал и быстро вышел из моей комнаты.

— Лиярд, как он? — Мой вопрос, кажется, застал его врасплох.

— Я не могу раскрыть эту тайну, поскольку она касается контрактников. Однако я поделюсь с вами информацией о том, что молодой господин пережил множество испытаний. Если он вспомнил всё, то сейчас его мысли полны сумбура. В последние годы жизнь Ланселота была не такой, кхм, радостной.

Мы все считали, что вы погибли, пока госпожа не стёрла наши воспоминания о тяжёлой утрате, заставив позабыть о вашем существовании. Только он... Он все равно искал, хотя и не знал об этом. И вот теперь, когда мы нашли вас, ему потребуется время, чтобы прийти в себя. После того, что он сотворил в Эвилионе.

В голове всё ещё звучали слова фамильяра, и я, погружённая в размышления, перебирала золотистые локоны.

— Я не всё помню. Только отрывки. Всё обрывается на моменте их возвращения в замок с матушкой, после окончания турнира.

— К сожалению, я не могу раскрыть вам всё, несмотря на то что мне очень хотелось бы это сделать. Ланселот и ваша мать, мои хозяева, доверили мне свои секреты, и я не могу их выдать. Это условие нашего соглашения, и оно нерушимо.

— Но твои слова ранее указывают на то, что там царили хаос и разрушение. И то, что я видела, лишь подтверждает это. А я, сама того не осознавая, стала свидетелем ещё одной смерти — человека, который был моей настоящей матерью.

В голове пронеслись последние мгновения жизни Нимуэ.

Лиярд, почувствовав моё состояние, прижался ко мне, и его тёплые лучи успокаивающей маны начали окутывать тело, мы лежали несколько минут.

— Не было и дня, без того чтобы госпожа не думала о вас. Но, маленькая леди, сейчас не время раскисать. Скоро прошлое вам откроется. Вам нужно быть сильной. Я понимаю, хозяйка послала нас оберегать вас от зла, что заполонило Эвилион, и от врага, что туда направляется.

— Поведай мне о ней.

Лиярд прильнул ко мне, положив голову мне на грудь, и, всё ещё излучая умиротворение, начал тихо рассказывать о моей матери, пока меня не сморило сном.

Проснулась я через несколько часов, на часах был полдень. Я прислушалась к себе, благодаря магии мои чувства почти пришли в равновесие. Я знаю, что это Лиярд, но без его участия мне могло быть гораздо хуже. Мое психическое здоровье и так подверглось множеству испытаний за последние два дня.

Лиярд говорил о грозящей опасности, но я не помнила всего, что произошло со мной в Эвилионе. Однако то, что я там жила и была, оставалось неоспоримым фактом. Я осторожно села на краешек кровати, стараясь не нарушить покой спящего Лиярда. Взгляд мой скользил по комнате, пока не остановился на зеркале, висевшем рядом со шкафом. Его поверхность отражала мягкий свет, проникавший сквозь шторы, и я замерла, глядя на себя.

«Что за черт?» — я была озадачена внезапным изменением своей прически. Моя некогда рыжая шевелюра сменилась на светлые пряди, которые невесомым покрывалом устилали всю кровать.

Примерно через четверть часа, осознав, как изменился мой облик, и безуспешно попытавшись собрать обретенную копну, я решила сходить в ванную за ножницами. Но в этот момент в моей голове, словно вихрь, раздался голос Лиярда, который категорически запретил мне это делать.

— Маленькая леди, — сказал он, — волосы женщины — это один из самых могущественных магических атрибутов. Если вы их срежете, то останетесь беззащитной. Вспомните, какими прекрасными и сильными были волосы вашей матушки.

И действительно, когда мама распускала свою прическу, локоны, словно серебристые волны, струились до самого пола.

— К тому же сейчас это точно не рекомендуется. Вы ещё не полностью восстановили память, и, отрезая связь, вы можете потерять своё прошлое. Мы до сих пор не знаем, как всё произошло и что здесь вообще происходит.

В его словах была доля истины. На мой вопрос, как мне объяснить превращение в Рапунцель, он посоветовал мне воспользоваться магией. И хотя у меня не сразу получилось, но под чутким руководством фамильяра матушки я смогла применить чары.

Когда Ланселот вернулся в комнату, наш спор о моих магических способностях был в самом разгаре. Его лицо в первые секунды выражало крайнее удивление, которое я запомню надолго. Но уже через мгновение он взял себя в руки, пересек небольшое расстояние между нами и крепко прижал к себе. Его тело слегка вздрагивало, а объятия становились крепче с каждой секундой.

Спустя некоторое время он отпустил меня и, не обращая внимания на мой ошарашенный вид, сел в кресло, наблюдая за нашими действиями и изредка комментируя происходящее. Прошло немало времени, прежде чем золотая копна сменилась рыжим стогом.

Когда мы садились в машину, я несколько раз ловила на себе взгляд Ланселота, в котором скрывались едва уловимые боль и гнев.

Я вновь посмотрела на себя в зеркало заднего вида и тихо вздохнула. Ланселот, словно уловив мои мысли, мягко произнес:

— Не беспокойся, я вижу только рыжие волосы. Твой морок на месте.

— Прости, мне нужно было убедиться, что это работает, — попыталась оправдаться я, чувствуя, как смущение охватывает меня.

Он лишь нежно коснулся моей головы, аккуратно захватив прядь волос, и поцеловал её. Его прикосновение вызвало румянец на лице. Мне было проще смириться с хаосом, который царил вокруг, чем осознать свои новую, но уже такую сильную тягу к нему.

— Сильф? — позвала я, стараясь не думать о предательски горящих щеках.

— Ммм? — отозвался он.

— А каждый раз при поцелуе у меня будет квантовый скачок в прошлое? — спросила я, посмотрев мельком на его красивое лицо.

— Хочешь попробовать? — Глаза на мгновение вспыхнули красным, и весь его вид говорил о том, что он не против.

Однако в тот же миг с заднего сиденья ему на затылок обрушилась волчья лапа, отвесив подзатыльник.

— Я понял, нянюшка, — произнёс он. — И тогда, и сейчас всё под твоим неусыпным контролем. Хоть первая… — Он запнулся.

— Первая что? — переспросила я, не отрывая взгляд от дороги.

— Не переживай, вторая ипостась Лиярда — оберегающая матрона. Слава богам, с Эйрин было гораздо проще договориться, — прошептал Ланселот, сосредоточенно глядя в окно. Волк презрительно и громко фыркнул.

Я не смогла сдержать смех, но тут же получила лёгкий удар. «Не отвлекайся, забыла про грузовик?» — сердито прозвучало в моей голове.

Вместе с моими воспоминаниями к нему пришли и остальные знания, подвластные мне. Я услышала, как Ланселот хмыкнул. Под бдительным надзором Лиярда мы добрались до парковки в начале улицы. Остановившись, я повернулась к своему фамильяру:

— Лиярд, боюсь, что волк в городе может вызвать беспокойство.

Он лишь вздохнул и превратился в маленького белоснежного шпица. Я удивленно уставилась на него. «Что? — раздался вопрос. — В твоей памяти было существо такого размера».

Наверное, он увидел Пинга, подумала я и обратилась к Ланселоту:

— Идём?

Верхняя торговая улица бурлила жизнью. Люди гуляли, наслаждаясь тёплым осенним днём. Яркие листья на деревьях контрастировали с черно-белыми домиками Кэмкастла. На ещё открытых террасах небольших кафе парочки нежились под негромкую классическую музыку.

Неожиданно я ощутила внезапное желание и осторожно взяла Ланселота за руку. Он тут же крепко сжал её своей тёплой ладонью. На секунду мне показалось, что нас соединила белая нить, но это было лишь мгновение. Я украдкой глянула на его лицо, он спокойно шёл рядом, следуя за мной. Возможно, мне это просто почудилось.

Мы добрались до торгового центра и вошли в магазин мужской одежды. Практически сразу же вокруг Ланселота образовалась стайка из женщин-консультантов, которые с вожделением смотрели на него. Меня же они не замечали. Желание проучить их магией и отбросить подальше было очень велико. Я уже чувствовала заряды, проходящие по кончикам пальцев.

Снизу громко послышалось журчание воды, и, проследив за звуком, я увидела белого шпица, писающего на дорогую туфельку одной из продавщиц. С изумлением наблюдая за тем, как лужа растекается по мраморному полу, я, как и все остальные посетители, не могла отвести взгляд.

Когда лапа Лиярда коснулась пола, я мгновенно подхватила Лиярда и Ланселота и поспешила покинуть магазин.

— Лиярд, что это было? — спросила я, стараясь сдержать нервный смех.

Мой вопрос ничуть не смутил фамильяра.

— Мне она не понравилась, — невозмутимо ответил он, переглянувшись с Ланселотом.

— Хорошо, — вздохнула я, — пойдём в другой.

Через пару часов, устав от бесконечных походов по магазинам, я наконец-то привела Ланселота и Лиярда в маленькую уютную кафешку, расположенную неподалёку от торгового комплекса. Однако почти сразу же пожалела об этом.

Ланселот, одетый в узкие брюки и бирюзовый пуловер из тонкой шерсти, который прекрасно сочетался с его светлой кожей и яркими сине-зелёными глазами, мгновенно стал центром внимания всех женщин в кафе. Даже самый отдалённый столик в углу не смог укрыть нас от любопытных глаз.

Я вздохнула и оглядела террасу. Похоже, даже некоторые мужчины не смогли устоять перед его очарованием.

Вновь предательские уколы пронзили моё сердце. Мне нужно было найти способ справиться с этим чувством. Но я не могла ничего поделать с накатывающими волнами болезненной ревности.

Учитывая вновь обретённые силы, я невольно задумывалась о том, чтобы применить их ко всем, кто осмелился посмотреть в нашу сторону. Лиярд, почувствовав моё состояние, запрыгнул на руки. Мои пальцы машинально начали перебирать мягкую шёрстку.

— Вивьен, — тихо донёсся голос Ланселота.

Я подняла глаза и заметила, что он пристально смотрит на меня. Его взгляд словно проникал в самые сокровенные уголки моей души, словно пытаясь разгадать мои мысли.

— Лиярд сказал, что ты чем-то обеспокоена, — произнёс он.

Я попыталась успокоиться и выдавила из себя улыбку.

— Просто устала, — ответила я, стараясь, чтобы тон звучал как можно спокойнее.

Спохватившись, я поняла, что Лиярд способен читать мысли. Я крепче сжала мех шпица, и он недовольно заурчал. Получай, ябеда!

— Ты расскажешь мне, что тебя беспокоит? — спросил он, не отрывая от меня взгляда и не обращая внимание на пискнувшего фамильяра.

Мне не хотелось обсуждать эту тему. К счастью, к нашему столику подошла официантка с заказом. Она быстро поставила передо мной кофе, плотоядно улыбнулась винирами моему спутнику и налила ему чашку травяного чая. Однако не спешила уходить, чем больше раздражала меня. Лиярд гавкнул, заставив ее вздрогнуть и вернуться к стойке.

— Вивьенн? — похоже, он не собирался отступать и не заметил того, что произошло несколько секунд назад.

— Мне… мне хочется причинить вред всем, кто обращает на тебя внимание, — тихо произнесла я, поразившись вылетевшим словам.

Когда я это сказала, то не решилась посмотреть на него, опасаясь увидеть его реакцию. В различных источниках, посвящённых психологии, подчёркивается, что чувство собственности не является прочной основой для отношений. Я замолчала и сосредоточилась на кофе, стараясь не встречаться с ним взглядом.

Неожиданный скрип заставил меня и ещё нескольких посетителей вздрогнуть. Ланселот поднялся и придвинул свой стул ближе ко мне, оказавшись напротив.

— Ты, женщина, лишаешь меня рассудка. Ты утверждаешь, что тебе не нравится, когда на меня смотрят, но не замечаешь, как другие мужчины обращают на тебя свои похотливые глаза.

Он наклонился и прошептал мне на ухо:

— Ты думаешь, что я не способен на убийство? Сейчас я как раз решаю, с кого начать.

Повернувшись, я встретилась с его взглядом, в котором пылало нескрываемое пламя.

— Сильф…

Не дав мне закончить фразу, он нежно поцеловал меня в нос и, отстранившись, спросил:

— Откуда такая ревность? Не тебе приходилось вызывать на поединки весь озерный край, чтобы отвадить их от нашего замка. Конечно, мне помогал Эрдвин, но это только от тех, кто смог выжить.

Я была поражена:

— Ты дрался из-за меня?

Он тяжело вздохнул в ответ:

— Много раз. Все, кто осмеливался стремиться к тебе и рисковать своей жизнью, теряли её. Все, кроме одного. Его спасло лишь то, что в тот момент мои воспоминания были стёрты.

— Ты же сам говорил, что никогда не женишься на взбалмошной девчонке.

— Как показало время, я не всегда соблюдаю свои обещания и слова. Но ты, наверное, не помнишь, а многое и не ведаешь, — с лёгкой улыбкой произнёс он.

Он пожал плечами и начал свой рассказ:

— Ты знаешь, что мы с тобой не связаны кровными узами. Нимуэ спасла меня, когда я был маленьким ребенком. Несмотря на то что я был приемным, она постаралась помочь мне забыть о том времени в замке отца, где я остался без внимания после его смерти. Там, где считали лишним, ссылаясь на предсказание старого отшельника. Матушка дала мне имя Сильф и стала заботиться обо мне как о родном сыне. За это я любил ее и был благодарен.

Спустя несколько лет появилась ты, и мне пришлось стать твоей нянькой. Должен сказать, в детстве ты была очень непослушным ребёнком.

Когда настало время отправляться на обучение, я покинул замок, чтобы стать полноценным защитником и братом, которым ты могла бы гордиться. Но в моей памяти запечатлелись два ключевых эпизода: когда ты заявила, что я возьму тебя в жёны, и когда не отдала мне приготовленный подарок. В тот момент я твёрдо решил, что этому не бывать. И я действительно был уверен в своем решении, пока не вернулся в замок на озере.

Он рассказал о том, как я сообщила им о своём намерении выйти замуж. От смущения мои щёки вновь залились краской. Я взглянула ему в глаза, и он, чуть улыбнувшись краешком рта, продолжил:

— В то утро я был очень уставшим после долгой дороги, и мне предстоял серьёзный разговор с матерью. Я хотел обсудить с ней важный вопрос — свою свадьбу.

Я чуть не подавилась кофе. — Ты собирался жениться?

— Да, у меня уже была на примете одна девушка — Элейн.

Тело пронзила дрожь, а чай в кружке Ланселота забурлил. Элейн — та, что подарила ему сына, ставшего легендарным рыцарем Погибельного места.

— Не волнуйся, дорогая, позволь мне закончить, — его глаза радостно блеснули. Но через мгновение он вновь стал невозмутимым.

— В тот момент я узнал, что я — сын одного из королей, и моя участь, мягко говоря, была незавидной. Я обратился за советом к Нимуэй, и она подтвердила предсказание, но также сказала, что всегда есть шанс изменить свою судьбу. Для этого нужно действовать на опережение и управлять событиями.

В моем случае, например, мне не следовало встречаться с королевой Эвилиона. Поэтому я решил найти хорошую женщину, сыграть с ней свадьбу и жить в спокойствии. Я даже собирался попросить матушку о любовном зелье для себя.

Я не могла поверить своим ушам. Хотя в легендах могли и приукрасить их встречу с Элейн.

Не обращая внимания на моё смятение, он продолжил:

— Однако в то утро судьба распорядилась иначе. Когда я услышал приближающиеся шаги, я и представить не мог, что увижу перед собой юную девушку с сияющими волосами, которая с порога объявила о намерении выйти замуж. В ту же секунду я понял, что никто не сможет её у меня отнять. Но ты решила иначе.

Ты стала прятаться. А когда появился тот рыцарь, я лично выпроводил его из замка. Я хотел пресечь слухи о сокровище, поэтому, если кто-то пытался забрать мое, то тут же отправлялся либо к лекарю, либо на тот свет. И до определённого момента мне удавалось.

До того, как ты получила приглашение на соревнование, я чувствовал себя уверенно. Но когда это произошло, я потерял почву под ногами. Я понимал, что твоя привлекательность не останется незамеченной. Так и вышло.

Я не мог находиться среди людей, потому что каждый раз, как я видел, как они смотрят на тебя и о чём думают, меня охватывала ревность.

Но я не мог претендовать на твою любовь больше, чем они. И чтобы никто не посмел украсть твой поцелуй, я поклялся, что одержу победу в турнире.

Лиярд зевнул, и в моей голове промелькнула мысль: «Персиваль и Эрдвин немало участников спасли, пригрозив им участью оказаться избитыми в канавах. Но у лекарей все равно было много работы. Они проклинали их тестостероновые разборки, не думая, что виноват в этом всем один мальчишка-собственник».

Я издала смешок.

— Что он сказал? — поинтересовался Ланселот, глядя на шпица.

— Он подтвердил, что в то время ты усердно работал над собой, — ответила я.

Я уже хотела попросить его продолжить, как вдруг рядом с нами возникла Сноу. Не спрашивая разрешения, она схватила стул от соседнего столика и, усевшись на него, произнесла:

— Вив, твой брат — настоящий мудак.