Лана Бьякко Дом Блэков. Итан

Глава 1

Анабель.

Имя выбрал Итан, и оно прижилось сразу, будто всегда ждало именно её. В тот миг, когда он впервые взял на руки крошечный тёплый свёрток, внутри него что-то сдвинулось. Не просто нежность – странное, почти болезненное чувство важности. Он вдруг стал не просто старшим братом. Он стал **нужным**.

Сириуса он любил яростно, по-братски, но к Анабель тянуло иначе: трепетно, щемяще, будто она была хрупким доказательством, что он может быть хорошим.

Он бежал домой после школы, перескакивая через ступеньки, и едва переступив порог уже спрашивал: «Где она?» Ему казалось, что за эти несколько часов он невероятно соскучился.

Но вместе с нежностью в сердце поселилась тревога.

Семья Блэк выглядела идеально. Калеб – знаменитый футболист, глава корпорации, мужчина, на которого равнялись. Кира – хранительница дома, мать, женщина, которая ещё и управляла фондом «Добрые сердца» и играла на рояле так, что у слушателей перехватывало дыхание. Итан унаследовал от неё слух.

Со стороны всё сияло: красивая любовь, блестящие карьеры, образцовые дети. «Сказка», – шептали вокруг.

А внутри Итана эта сказка медленно душила.

Шестнадцать лет. Первенец. Наследник. «Золотой мальчик».

Он учился на отлично, ходил на шахматы, музыку, плавание, был активистом и всегда – «всегда» – правильным. Люди улыбались: «Смотрите, какой принц!» Никто не видел, как он вечером снимает эту корону и чувствует, что голова уже не держит.

Хотелось просто быть. Ошибаться. Кричать. Иногда – просто молчать и не оправдываться.

Но статус не позволял.

И однажды струна лопнула.

Всё началось невинно: Арчи и Джей-Джей придумали «просто сгонять в пригородный бар». Итан пошёл. Не потому что хотел. А потому что устал быть тем, кто всегда говорит «нет».

Алкоголь. Кальян. Лёгкость, которой он никогда раньше не пробовал. Девушки, смех, дым, чужие руки на плечах. Время растворилось.

Сначала накатила эйфория. К ним присоединились какие-то девушки, потом женщина постарше, потом ещё парни. Всё слилось в хаос. Спутанные голоса, спёртый воздух, время потеряло смысл.

Арчи толкнул Итана локтем, почти опрокинув его стакан.

– Смотри, принц-то наш наконец-то живой! – крикнул он сквозь музыку. – Я уж думал, ты до конца вечера будешь сидеть с лицом «мне надо домой к маме».

Итан фыркнул – неожиданно для самого себя искренне.

– Иди ты. Просто… непривычно.

Джей-Джей перегнулся через стол, глаза блестят от выпитого.

– Непривычно? Да ты сейчас выглядишь, как будто первый раз в жизни без реферата по биологии! Расслабься, Блэк. Никто тут не будет тебя фотографировать для семейного альбома.

Арчи подхватил:

– Точно. Сегодня ты не наследник империи. Сегодня ты просто Итан, который может напиться и накосячить, как все нормальные люди. За это и пьём!

Он чокнулся пластиковым стаканом об стакан Итана так сильно, что жидкость плеснула на стол. Итан инстинктивно дёрнулся убрать локоть, но потом передумал и тоже поднял стакан.

– За нормальных людей, – повторил он тихо, почти себе под нос.

Арчи ухмыльнулся шире.

– Вот это я понимаю. Ещё по одной, и ты вообще забудешь, как правильно галстук завязывать.

Джей-Джей заржал.

– Он и трезвый не умеет. Помнишь, на выпускном он пришёл с узлом, как будто его собака жевала?

Итан закатил глаза, но уголки губ всё-таки поползли вверх.

– Вы оба – идиоты.

– Твои любимые идиоты, – парировал Арчи и махнул бармену. – Ещё круг, за счёт принца!

Итан не стал спорить. В тот момент ему действительно было почти легко.

Очнулся он лишь тогда, когда кто-то тронул его за плечо: «Приехали». Он не помнил, как выбрался из заведения и поймал такси. На холодном воздухе его шатало, в висках стучало. Родители Арчи – Сидзи и Бан Чан – довезли его до дома. В машине он заметил спящего друга и лишь тогда ощутил, как ноет всё тело, а челюсть будто вывернута.

Очнулся он уже в такси. Родители Арчи – Сидзи и Бан Чан – довезли его до дома. В машине Итан заметил спящего друга и только тогда почувствовал, как ноет челюсть, как болит всё тело, как от него разит перегаром и чужим дымом.

Перед особняком он глубоко вдохнул.

У крыльца стоял отец. Руки скрещены. Взгляд – свинцовый.

– Ну и откуда мы такие разукрашенные? – голос Калеба был тихим. От этого ещё страшнее.

Итан поднял мутные глаза. Только сейчас до него дошло: на лице следы драки.

– Я отдыхал, – бросил он, пытаясь держать взгляд.

Из-за спины отца вышла Кира. Её молчаливое, печальное лицо резануло больнее любого крика. Итан ненавидел заставлять мать плакать.

– Отдыхал, значит, – повторил Калеб без эмоций. – Надрался. Обкурился. И подрался. Отлично.

«Ему уже всё рассказали», – понял Итан.

– Да, отдохнул! – сорвался он. – Разве я не могу? Мне хочется жить, а не только соответствовать! Я устал быть идеальным!

Калеб вспыхнул.

– Устал он! Живёт в золотой клетке, но устал! Захотел приключений – получил. Твоя физиономия это подтверждает.

Кира только сжала руки. По её щекам уже бежали слёзы.

– Мне надоело ждать одного лишь совершенства! – кричал Итан. – А если я хочу быть обычным парнем?!

– Ты мог хотя бы ответить на звонки матери, – голос Калеба стал низким, опасным. – Она рыдала, представляя тебя в канаве.

– Я не слышал звонков!

– Конечно. Ты был слишком занят, играя во взрослого.

Спор раскалялся. В конце концов отец оборвал:

– Марш в комнату. Ни шагу из дома, кроме школы и кружков, на месяц. И приведи себя в порядок – от тебя разит.

Итан сжал кулаки, но спорить было бессмысленно.

Поднимаясь по лестнице, он услышал приглушённый разговор родителей. Голос матери дрожал:

– Может, мы слишком многого от него ждём?..

Калеб ответил неожиданно тихо:

– Может. Но я не хочу, чтобы он повторил мои ошибки. У меня не было никого, кто бы остановил. Меня спасла только ты. А у Итана есть мы.

Итан замер на ступеньке. В груди стало холодно и горячо одновременно. «Какой же я идиот…»

На следующий день Кира вошла в его комнату без стука. Руки привычно коснулись растрёпанных волос – мягко, без упрёка.

– Ну как ты?

– Пустяки, пройдёт.

Он молча смотрел, как она ставит на тумбочку поднос с завтраком, раскладывает мази и бинты.

– Мам… а почему ты никогда не кричишь?

– А разве нужно? Ты всегда всё понимал без крика.

– Ты всегда хотела детей? – спросил он внезапно.

Кира помедлила. Потом ответила честно:

– Нет. Мне было семнадцать, когда я узнала о тебе. Но когда взяла на руки… поняла – это судьба.

Итан сглотнул. Стыд сжал горло так сильно, что стало больно дышать.

У него были самые лучшие родители. А он… он их подвёл.

Глава 2

Весть о том, что «золотой мальчик» Итан Блэк попал в переплёт, разнеслась по школе за считанные часы. Стоило ему появиться во дворе, как разговоры стихали, а за спиной начинался шёпот – приглушённый, но настойчивый. Его лицо с жёлто-фиолетовыми пятнами синяков стало главной темой дня.

С одной стороны – это совсем не вязалось с образом идеального ученика. С другой – именно эта нестыковка и будоражила всех. Итан делал вид, что ничего не замечает, хотя внутри всё кипело от чужих взглядов.

На плечо неожиданно легла ладонь. Он резко развернулся, уже сжимая кулак, но вовремя узнал Джей-Джея.

– Воу-воу, полегче, дружище. С чего это ты на людей кидаешься?

– Не вовремя, – буркнул Итан, но тут же расслабил плечи.

– Зато теперь выглядишь мужественно, – хмыкнул Джей-Джей. – Девчонки вообще с ума сходят.

И правда, взгляды цеплялись за него особенно жадно. Синяки и ссадины только подливали масла в огонь. Одни шептались, что он дрался, защищая чью-то честь, другие видели в его молчании загадку.

Слухи множились: «Даже Итан Блэк оказался на ковре у директора!» Многие девочки уже прикидывали, пригласит ли он их теперь на осенний бал. Но Итану было всё равно. Его сейчас интересовали только учёба и тренировки.

В этот день, среди гулких коридоров и настороженных глаз, он заметил Елену Радос.

– Итан.

– А? – он обернулся. – Привет, Елена.

– Привет. Можно тебя на минутку? – голос у неё был тихий, почти робкий.

– Конечно, – кивнул он и отошёл с ней в сторону от шумной толпы друзей. – Что-то случилось?

Елена нервно теребила рукав блузки, будто собиралась с духом.

– Елена?

Она вздрогнула, подняла на него глаза огромные, янтарные, блестящие, и спросила:

– Как ты себя чувствуешь?

Слова повисли между ними. Итан заметил, как её пальцы дёрнулись к его щеке, но тут же одёрнулись.

– Нормально, – коротко ответил он.

– Сильно болит?

– Терпимо. Спасибо.

Пауза легла тяжёлая, как мокрый воздух перед дождём.

– Говорят, директор сильно ругалась. Тебя наказали?

– Отделался выговором.

– Для всех было неожиданностью, что именно ты…

– Я такой же подросток, как все. Чего удивительного?

– Но ты ведь такой… – Елена замялась.

– Какой?

– Хороший и правильный! – выпалила она и тут же залилась краской до корней волос.

Итан чуть нахмурился. Её смущение было слишком очевидным. Никто в школе не сомневался: Елена Радос уже два года безнадёжно влюблена в него. Хрупкая, стройная, отличница, первая красавица, но для него она оставалась просто хорошей одноклассницей.

– А почему ты ещё в школе? Уроки давно закончились.

– Ах… дела в совете старшеклассников. Опять задержалась.

– Понятно. Мне на тренировку пора. Постарайся не уходить поздно по темноте, ладно?

Елена засияла.

– Хорошо.

– До встречи.

– До встречи, – она улыбнулась и помахала ладонью.

Она смотрела ему вслед, пока он не скрылся за поворотом. Несколько простых слов – и внутри у неё всё перевернулось от надежды.

– Дружище, ты ещё не сказал Елене, что не идёшь на бал? – подколол Джей-Джей, когда они шли по коридору.

– Зачем мне это говорить? – отозвался Итан.

– Он притворяется, будто не понимает, – прошептал Арчи, скосив глаза на друга.

– Заткнитесь оба.

– Неужели тебе её совсем не жаль? Она же сохнет по тебе! – Арчи не унимался.

– Это не значит, что я обязан с ней встречаться.

– Так она тебе совсем не нравится?

– Нравится. Как человек. Как друг.

– Он разобьёт ей сердце, – вздохнул Джей-Джей.

– Определённо, – поддакнул Арчи.

Итан только махнул рукой и ушёл на тренировку.

После изнуряющих упражнений он вышел во двор. Небо уже затянуло тяжёлыми тучами, и вскоре хлынул ливень. Дождь бил по асфальту, отражаясь в лужах тусклыми бликами. Холодный ветер пробирал до костей, и Итан невольно сжал плечи. Дождь всегда вызывал в нём тоску – будто напоминал, как легко промокнуть до нитки и остаться совсем беззащитным.

Он уже доставал телефон, чтобы вызвать такси, когда заметил знакомую фигуру на автобусной остановке. Елена сидела на скамейке, мокрая насквозь, но всё такая же светлая и тихая.

Итан раскрыл зонт и подошёл.

– Почему ты сидишь здесь и мёрзнешь?

– А? – она подняла голову. – Итан?

– Ты опять задержалась?

– Да. Подготовка к балу. Много дел.

– Но почему сидишь здесь?

– Опоздала на последний автобус. Такси не приезжает.

– А зонт где?

– Забыла, – призналась она, опустив глаза.

Итан тяжело вздохнул.

– Пошли, я провожу тебя.

– А? – Елена растерянно моргнула.

– Не будешь же сидеть здесь до ночи?

– Родителей дома всё равно нет… они в ночной смене.

– Тем более. Вставай.

Он протянул ей руку.

– Я не хотела бы тебя обременять.

– Я не могу оставить тебя здесь мёрзнуть. Пошли.

Она поднялась. Итан подвёл её под зонт.

– Держись за меня, а то плечо промокнет. Не бойся, я не кусаюсь.

У Елены сердце стучало так сильно, что казалось, он сейчас услышит. Итан рядом, так близко. Каждое его движение, каждый взгляд казались ей чудом.

По дороге они говорили о разном. Оказалось, у них действительно много общего. Когда дорогу перегородила особенно широкая лужа, Итан передал ей зонт и легко поднял на руки.

Елена ахнула, а потом улыбнулась, чувствуя его силу и осторожность. В его глазах было столько тепла, что ей захотелось, чтобы этот момент никогда не кончался.

– Ты ноги промочишь, – тихо сказала она.

– Ничего.

– Простынешь.

– Переживаешь? – он посмотрел ей прямо в глаза.

Она замерла, не находя слов.

– Не хочу быть причиной твоей болезни.

– Не переживай, – мягко ответил он.

Остаток пути прошёл почти незаметно.

– Вот мой дом, – показала Елена.

– Хорошо. В следующий раз не забывай зонт. Увидимся в школе.

Он развернулся и пошёл прочь.

– Пока, – тихо сказала она, глядя ему вслед.

И уже знала: в следующий раз она снова «забудет» зонт.

Когда Итан вернулся домой, отец ждал его в холле.

– Опоздал, – коротко сказал Калеб.

– Я провожал одноклассницу. Она задержалась, зонт забыла.

– Одноклассницу, значит.

– Ну не мог же я оставить её одну.

– Такси вызвать?

– Ждали. Высокий спрос. Никто не приезжал.

Калеб внимательно смотрел на сына.

– Она твоя девушка?

– Что? Нет! С чего ты взял?

– Просто спросил. Раньше ты никого не провожал.

– В этом нет ничего особенного.

Калеб кивнул. Он верил, но всё равно хотел понять сына чуть лучше.

– Ладно. Через час спустись к ужину.

– Хорошо.

– Итан.

– Да? – он остановился на лестнице.

– Молодец. За девушками нужно ухаживать.

Итан коротко кивнул и поднялся наверх, чувствуя странное тепло от этих простых слов.

Глава 3

Проходя мимо комнаты Сириуса, Итан невольно усмехнулся. Похоже, сегодня снова придётся делать за него домашку. Может, и неправильно потакать такой безответственности, но отказать не мог. Если не помочь, брат вообще забьёт на учёбу. А так хоть какие-то оценки будут. Уже что-то.

Сириус, наверное, сейчас где-то шляется с друзьями или зависает у кого-то из них. Ещё в начальной школе, а уже настоящий раздолбай. Иногда Итан ему даже завидовал, той лёгкости, когда можно не тащить на себе груз чужих ожиданий и быть просто собой. Но в то же время радовался: пусть хотя бы у одного из них жизнь не похожа на идеальную открытку.

Взял учебники и тетради брата, отнёс к себе. Проглядел кривые каракули, в черновике сделал пометки и решения, потом аккуратно вернул всё на место. Утешало одно: Сириус никогда не отказывался от помощи, хоть и не говорил «спасибо» вслух.

Пока не позвали к ужину, можно было заняться своим. Учёба давалась легко. Итан любил разбирать вещи по косточкам, раскладывать знания по полочкам. Это успокаивало.

Отвлёкся только на сообщение от Арчи.

«Итан, сладкий мой, перчик, скинь домашку по биологии. Если завтра не сдам, Метла меня прибьёт».

Метлой за глаза звали учительницу биологии, у неё вечно была взлохмаченная соломенная причёска. Прозвище прижилось мгновенно.

«Как обычно. Может, попробуешь разобраться сам?»

«Не будь занудой. А то перестану с тобой дружить».

«Так ты дружишь со мной только из-за домашки?»

«Какого ты обо мне мнения? Я люблю тебя за твои прекрасные зелёные глаза».

«Всё-всё, понял. Сейчас скину».

«Спасибо, сладкий».

Арчи был одним из лучших друзей. Сошлись сразу, как только Итан переехал в этот район. С ним всегда было легко, понимали друг друга с полуслова. За шесть лет ни одной серьёзной ссоры.

Арчи – вспыльчивый, импульсивный, часто действовал, а думал потом. Итан – спокойный, всё взвешивал. Небо и земля. Но именно поэтому и держались вместе.

Буфером между ними был Джей-Джей – весёлый, открытый, мастер сглаживать острые углы. Никогда не выбирал сторону, зато умудрялся так «промыть мозги» обоим, что те даже не замечали. Его шутки разряжали любую обстановку, истории затягивали. Он был тем самым клеем.

Они росли вместе, делились всем: мечтами, страхами, глупостями. Но с возрастом стало ясно – они разные. Арчи оставался беззаботным, уходил от ответственности, вечно выкручивался. Итан становился серьёзнее, вдумчивее. Различия копились медленно, но неумолимо.

И всё равно они оставались неразлучны. Ценили друг друга именно за то, кем были, а не за то, кем казались.

– Итан, ужин готов! – донёсся снизу голос матери.

Он отложил недописанное эссе, отправил Арчи ответы и спустился.

В столовой уже собралась семья. Отец сидел во главе стола, мама заканчивала последние приготовления у плиты. В доме пахло тёплым, домашним жареным мясом, травами, свежим хлебом. Несмотря на заботы о малышке Анабель, Кира успевала и готовить, и держать дом в порядке. Отец давно настоял на помощнице, и Кира даже оценила: появилось время на фонд «Чистые сердца».

Фонд помогал тем, кому не хватало шанса. Кира верила: каждый заслуживает достойной жизни, независимо от денег, статуса или здоровья.

За столом повисло уютное молчание, нарушаемое только звоном посуды и приглушённым шумом города за окном. Итан смотрел на родителей и думал: они всегда будут рядом. Это было самым надёжным, что у него есть.

– Как дела в школе? – спросила Кира.

– Нормально. Получили нагоняй от директора.

– И что за нагоняй? – хмыкнул отец.

– Ну… нас отругали.

– И всё? – удивился Калеб.

– Калеб, хватит. Ему и твоего наказания достаточно.

– А где Сириус? – спросил Итан, меняя тему.

– Записался в баскетбольную секцию. Сегодня первое занятие, – улыбнулась мама. – Отец потом заберёт.

– Ммм…

– Что ещё интересного было?

Мать всегда была для Итана ориентиром. Он уважал её безгранично. Их связывали тёплые, почти дружеские отношения: она доверяла, не лезла с расспросами, не нарушала границ. Никогда не кричала, предпочитала говорить по делу. Именно это отношение к жизни он и перенял.

В детстве вместо того, чтобы носиться по улицам и разбивать колени, он зарывался в книги, решал задачи, смотрел передачи про науку и медицину. Так и посадил зрение, к десяти годам уже не обходился без очков. Но даже это не останавливало. Знания были для него силой. Силой менять мир к лучшему.

– Да ничего такого.

– Ну как же, – усмехнулся отец. – Он сегодня провожал девушку до дома, как настоящий рыцарь.

– Правда? – оживилась мама. – Поэтому задержался?

– Да.

– И кого? Мы её знаем?

– Елена Радос, – сказал Итан, ковыряясь в тарелке.

– О, Елена – прекрасная девочка. Мы с её мамой как раз работаем над балом дебютанток.

– Из этих, что ли? – фыркнул Калеб.

– Сам ты «из этих». Между прочим, благодаря балу наш фонд сможет купить школьную форму сиротам, отправить детей в летний лагерь.

– Ладно-ладно, молчу, – сдался отец, но продолжал посмеиваться.

– Кстати, Итан.

– М?

– Елена до сих пор не нашла сопровождающего. Может, составишь ей компанию?

– Что? – Итан уставился на мать.

– Ты прекрасно слышал.

– Это обязательно? Она сама просила?

– Нет. Мы просто говорили с её мамой. Та обмолвилась. Елена отказывается от всех, надеется на какого-то парня.

– Ну, может, она его и пригласит. Я тут при чём?

– Потому что идеального сопровождающего лучше тебя не найти, – мягко улыбнулась Кира.

– Ладно.

– Правда?! Ты согласен? – обрадовалась мама.

– Если не хочешь – не надо, – встрял отец.

– Я не против. Если ей нужна помощь – помогу.

– И почему ты такой безотказный, – фыркнул Калеб.

– Так я помогу не только Елене, но и маминому фонду, – заметил Итан.

Отец только хмыкнул и поднял руки: сдаюсь.

– Против вас двоих я не выстою.

– И что мне делать? Самому подойти к ней? – спросил Итан.

– Думаю, она сама подойдёт, – хитро улыбнулась Кира.

– Ладно, – пожал плечами Итан. – Спасибо за ужин. Было, как всегда, вкусно, мам.

Кира знаком велела наклониться, поцеловала в щёку и отпустила.

Вернувшись в комнату, Итан сразу полез в интернет, узнать про бал дебютанток подробнее. Пришёл в ужас: требований вагон и маленькая тележка, готовиться нужно минимум год. А до события всего три месяца. Выучить танец, этикет, ещё кучу всего. Как всё успеть?

Голова пошла кругом. Решил: если Елена действительно обратится, обсудит с ней. А пока вернулся к эссе.

Глава 4

Через пару дней в тихом школьном коридоре к Итану подошла Елена. Лицо её было встревоженным, глаза блестели. Она мягко потянула его за рукав и кивнула в сторону, чтобы отойти подальше от любопытных глаз друзей, особенно от одного, чей взгляд явно её смущал.

– Что-то случилось? – спросил Итан, уже с искренней тревогой.

– Я хотела извиниться, – слова Елены спотыкались. Она помедлила, будто набираясь смелости, и наконец выдохнула: – Моя мама разболтала твоей, и теперь ты… вынужден сопровождать меня на балу.

– Вообще-то нет, – Итан приподнял бровь.

Елена уставилась на него с недоумением.

– Что?

– Мама просто спросила, согласился бы я помочь. Меня никто не заставлял, – объяснил он, глядя прямо ей в глаза.

– Значит… – прошептала она, и это открытие, кажется, тронуло что-то внутри.

– Я сам согласился, – добавил он с лёгкой усмешкой – той самой, что унаследовал от матери.

– Ох… прости… – тихо сказала Елена, и напряжение в её плечах наконец спало.

– Сколько раз ты ещё извинишься просто так? – улыбнулся Итан, и эта улыбка развеяла остатки её страха.

– Я… – она замолчала, но в глазах уже зажглась искорка.

– Знаешь, я вообще не разбираюсь в этих балах. Но почитал кое-что. Что мне нужно делать?

Елена не отрывала от него взгляда. Страх сменялся радостью медленно, но заметно.

– Отрепетировать выход и танец. Больше ничего, – выдохнула она, и лицо её осветилось улыбкой.

– Когда начнём?

– Ммм… – она задумалась. – Сегодня после уроков свободен класс хореографии. У тебя будет время?

– Да, приду.

Её лицо вспыхнуло счастьем.

– Хорошо…

– Тогда увидимся, – сказал он спокойно.

– Угу… – ответила она тихо.

Когда их взгляды встретились снова, коридор будто сузился, остались только они вдвоём. Итан улыбнулся и пошёл к друзьям.

За его спиной Елена стояла, прижимая ладони к груди. Сердце стучало от нового, непривычного волнения.

– Когда это вы так сблизились? – с намёком спросил Арчи.

– О чём ты?

– Не прикидывайся, мы всё видели.

– Я просто помогаю ей с балом дебютанток. И всё.

– С чем? – переспросил Арчи. – С каким балом?

– Ты правда хочешь знать? – рассмеялся Джей-Джей.

До конца уроков Арчи безуспешно пытался вытянуть детали. На геометрии, последнем уроке, Джей-Джей тихо спросил:

– Как так вышло, что за одну ночь ты стал прекрасным принцем для Радос?

– И ты тоже? – усмехнулся Итан.

– У меня чисто дружеский интерес, – подмигнул Джей-Джей.

– Вчера я провожал её до дома.

– О, правда? Как ты на это решился?

– Был сильный ливень. У неё не было зонта, такси не приезжало, автобусы уже не ходили.

– Вот тебе и удача, – улыбнулся Джей-Джей.

– Всё, хватит болтать, – прервал Итан.

– Ладно-ладно, – сдался тот, хотя в голосе было игривое недовольство.

Спустя пару минут разговор перешёл на завтрашние соревнования по фристайлу на сноуборде.

– Смотрим? – спросил Джей-Джей.

– Ещё спрашиваешь? – приподнял бровь Итан. – А теперь займись предметом.

В этот момент раздался голос учителя:

– Мистер Абрамс, мистер Блэк, судя по всему, вы оба прекрасно разбираетесь в теме, раз позволяете себе болтать на уроке?

Класс замер. Джей-Джей и Итан переглянулись и тихо усмехнулись.

Когда Итан переступил порог танцевального класса, атмосфера сразу его зацепила. Здесь пахло лёгким ароматом дерева, в воздухе висела тишина, нарушаемая только музыкой из наушников Елены. Она разминалась у зеркала, плавно, сосредоточенно, будто весь мир вокруг исчез. Каждое движение было точным, лёгким, словно она не танцевала, а дышала под музыку.

Итан замер на пороге. Смотрел и чувствовал, как внутри что-то шевельнулось, смесь восхищения и неловкости. Чем дольше смотрел, тем сильнее хотелось подойти, но ноги будто приросли к полу.

Он сделал шаг, и в этот момент штекер выскользнул из её уха. Музыка тихо заполнила комнату. Елена вздрогнула, увидела его и прижала руки к груди.

– Прости, не хотел пугать, – сказал Итан.

– Ничего, – быстро ответила она. – Это я виновата. Всегда танцую в наушниках и слишком увлекаюсь.

– Я заметил, – улыбнулся он. И эта улыбка вышла мягче, чем обычно.

Елена порозовела.