Кузнецов Дмитрий Летописи Атриума 4: Возвращение древних

Глава 1. Два гвардейца и башня

Аэлит уже давно покинула мужа — после того как Клеон попытался использовать её сына для убийства императора, в условиях вторжения. Клеона всегда сопровождали двое здоровенных гвардейцев: Серил и Аргарил. Сводные братья, оба жестокие убийцы, убившие собственную семью, а после прославившиеся как наёмники. Со временем им надоело выполнять скучные поручения, и они принялись за простой грабёж, а после и за насилие.

Сначала об их деяниях протрубили в Феополисе, откуда им удалось скрыться, потом в Роншаре, потом в Измеэре, Браме но поймать их удалось лишь в Синтельгарде, где были лишь строительные навесы и зодчие и около сотни стражей смотрителей. В старой столице уже давно никто не жил, после катастрофы двадцатилетней давности. Аргарил и Серил прятали там награбленное, их заметили и доложили на пост стражи, а уже местный капитан, издали увидев обоих признал их разыскиваемыми демонами, стража немедля сообщала инквизиции.

Кардинал Тиори потерял нескольких своих людей при взятии преступников живыми, это было незадолго до Энгайского вторжения, пока Кастельян был жив и управлял Феополисом. Обоих было велено предать публичному суду, по требованию многочисленных жертв. Тиори позже очень пожалел о таком решении, что не приказал убить обоих на месте. Кардинал признал обоими демонами, исторгнутыми из забвения. Их должны были кастрировать, а после повесить, но в дело вмешался Барон Сиаду с личными интересами и предложениями. Он заплатил семьям погибших солидные суммы, и кардиналу за его людей. Обоим головорезам предложили выбор, либо сдохнуть как собаки на виселице, за свои дела. Либо им отрежут языки, дабы они более не болтали лишнего, и оба станут личной стражей короля. Выбор был очевиден, оба стали своего рода наемниками, которым позволено жить, пока служат защите узурпатора. Тиори был последним благочестивым представителем церкви Астравента на западе, и уже тогда усомнился во власти короля, еще до похода на Феополис, а также точил зуб на Сиаду, за вероломное вмешательство в правосудие.

Клеону новые стражи не нравились, как и почти вся страна, но в условиях войны, они были сильным щитом узурпатора. Клеон потеряв контроль над половиной страны в целом, почти не спал.

Проводил почти всё время на вершине Перста, где в древности сам Астравент Спаситель говорил со звёздами, а те ему отвечали мудрыми наставлениями. На вершину Перста допускался лишь тот, кого совет двенадцати старейшин избирал как вождя, — коим в их понимании и являлся Клеон, несмотря на репутацию узурпатора, из-за магов Харгарденов. Серил и Аргарил молчаливо шагали за ним повсюду, если тот не велел иного. Клеон частенько вёл монологи сам с собой на вершине башни, и двоих стражей брал с собой как слушателей. Совет находил это неприемлемым, но Клеон, которого они же и вознесли, уже давно не подчинялся никому, кроме как самому себе. И тогда, глядя на восточные горы, Клеон размышлял у края перста, пока оба стояли при входе на вершину.

Клеон: Наше наследие восходит от самых истоков Ирориума, многие даже во снах не увидят такой древности... Лишь Иророномикон помнит. Жаль моя жена, неприкосновенная хранительница этого реликта, больше не со мной, ничего… Пусть уходит, куда пожелает... Но это не главное... Иноземцам не понять тягот нашего народа. По преданиям мы лишь копались в грязи когда-то, как звери или еще хуже, но звезды заговорили с нами. Астравент был избранным. Наши древние отчертили небо, даровали нам просветление. Фарадонцы пытались нас использовать как ресурс, но у них не вышло... Они были грешниками, и они были наказаны...

Клеон: Иророномикон уцелел и оказался у детей неба, у нас… Он не покинет Аставир и это меня радует… Аэлит не сможет его вывезти отсюда, никто не может. Если-бы это было возможно, значит наша страна не была бы священной. Лишь на Ирориумской земле книга неба и может быть. Её однажды пытались вывезти, вор задохнулся в порту, а книга вскоре вернулась в руки Аэлит. У всего есть своё место.

Клеон: Фарадон, империя потребления сгинула в Седьмом пекле, туда ей и дорога. Они разгневали небо, вызвали катаклизм, Апостола хаоса обрушившегося на мир. Но мы выжили... А уже в нашу эпоху, напасти продолжились, сначала приход иноземных дикарей называвшихся Таал, затем еще целая серия мятежей, длившийся в тысячу лет... А последние два, выпали на мою голову, бунт толпы магов, служивших стране милостью предков, они разорили святой город, но мы и тогда выстояли! Наша слава бессмертна, священна. Так всегда было, и так всегда будет...

Клеон: Ох уж эти людишки. Вечно они всем недовольны... Они ненавидят всех, богов, правителей, и даже друг друга... Им невозможно угодить, стаи голодных собак и то благодарнее за брошенную кость, чем они. Стараешься обеспечить порядок, закон для всех, а они желают твою голову насадить на пику. Так всегда было, есть и будет. Удел богов и их избранных, тяжкое бремя.

Клеон: Ересь повсюду... Вы двое... Грешники... Ваши деяния повергали в трепет многих... Вам несказанно повезло, что вас поймали не в Феополисе... Кардинал Кастельян — человек занятой... Инквизиция ищет злодеев и еретиков каждый день... Вы не похожи на колдунов или язычников, но думаю... И для вас бы место на костре нашлось... Но вам повезло... Вам дали шанс искупить свои деяния... Вы надели доспехи гвардии, сохранили причиндалы между ног... Вас не сделали женщинами, за которыми вы охотились... Вы должны быть счастливы... Чтож... Молчание, стало быть, знак согласия...

Война за Аставир медленно, но верно превращалась в партизанскую войну между западной и восточной частью. Триархия севера и Феополис избрали законного короля. При поддержке Энгайской империи столицу правосудия удалось освободить от власти тиранов.

Глава 2. Лес Аколитов и Харай Света

Хелеан почти пять месяцев провёл в молодом Хрустальном лесу, подле корней Харай, в древесной деревне друидов, которую Аколиты построили в течение полугода. Деревня Ириаль была над лесной поверхностью, между высоких деревьев, прилегая к Харай. Висячие сады и целая деревня. Золотистая и аквамариновая палитра леса была поистине легендарной. Хелеан, лишь оказавшись в этом волшебном лесу, проросшем всего из трёх семян Харай, «Первого дерева бессмертия», осознал то благо, которое помог воплотить в жизнь. Аколиты чуть ли не молились на него, как на символ, даровавший им новый Хрустальный лес, не говоря уже о молодом Харай-древе, являющемся центром не

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.