Ксана Левицкая Джо

***

Сегодня складывали летнюю одежду, чтобы отдать на склад. С Трэйси легко и приятно работать. Она может поругать, конечно, но мягко. Иногда я думаю, что из неё получился бы отличный менеджер. То, что мы могли делать полмесяца, мы сделали за день, и, разумеется, сильно устали. Но кто бы мог подумать, что мне когда-нибудь скажут, что у меня хорошие ручки. Я в детстве даже шнурки не могла завязать!

***

Я продала вещей на сумму 87 000 долларов и получила за это прибавку – 200. Кто-нибудь объяснит мне эту арифметику? Когда я увидела сумму, произнесла только одно слово: «Сволочи». Но начальница выхлопотала мне ещё девятьсот.

***

Наверное, из всей вереницы дней, что мы проводим на одном месте, бывают один или несколько, когда решается качество дальнейшей жизни.

В один из них я стала полезной помощницей. Это был мой золотой билет: покупатель, которому была нужна чёрная рубашка. Он написал восторженный отзыв: нужна была рубашка к завтрашней командировке, как она её нашла, не знаю, но нашла. Начальница сказала, что это потому, что я перестала быть букой и расположила человека к себе. Книгу отзывов читают все: покупатели, начальники, охрана. Теперь я была на хорошем счету. До постоянных покупателей было ещё далеко, но мне снова доверили кассу.

***

Я шла по надземному переходу, когда услышала такой гвалт, как будто чайки делят добычу. Подойдя к месту, откуда доносится шум, увидела птичку не больше воробья. Я остановилась и посмотрела на нее. Грудка бордовая, а головка синяя. Она прекратила петь и тоже посмотрела на меня. И вот мы стоим и друг на друга смотрим. Потом я вспомнила, что опаздываю, и ушла, а она продолжала на меня смотреть. Весь день думала только об этом.

Много месяцев спустя.

Не помню, когда именно поняла, что больше не хочу там работать. Наверное, когда второй человек сказал, что начальница порвала её заявление на увольнение. А потом мне говорили, что она не отпускала никого даже переводом в другой отдел. Она всё делала для того, чтобы предприятие сорвалось, и у неё получалось.

Каждый раз, слыша такие истории, я не верила, но мне пришлось столкнуться с тем редким случаем, когда сплетни оказываются правдой. Она сказала: если ты сейчас уйдешь, я назначу внеплановый переучет и повешу всю недостачу на тебя. Не знаю, было ли это сказано в гневе или она действительно собиралась так поступить, но она смяла моё заявление и бросила в корзину. А когда я стала писать второе, сказала: «Если хочешь по-плохому, будет по-плохому».

Меня не устраивало многое, в том числе и напарница, которая по интеллекту не отличалась от прикроватной тумбочки. Меня пугала её зависимость даже не от денег, а именно от продаж. Когда она подходила к покупателю, то становилась похожей на маньяка, не видела никого и ничего, и, по-моему, забывала, где находится.

Однажды я сидела на видном месте, хотя сидеть запрещено в течение 11-часового рабочего дня, но, если стоять невмоготу, надо предупредить свою напарницу и сесть там, где тебя никто не увидит. После этого меня отправили в ссылку в один из отделов нашего департамента, где большинство сотрудников тоже не отличались великодушием. Я поняла, насколько опасна эта профессия. Как привязывают «проценты», как человек теряет себя, когда его гложет жажда наживы.

Но не это причина моего ухода. Всё дело именно в моей начальнице, которая ясно показала мне, кто она, и кто я, сказав с усмешкой: «Я законы знаю, в отличие от тебя». Это означало: ты целый год плясала под мою дудку, а сейчас выступать вздумала, девчонка? На следующий день после случая с заявлением я сказала, что отказываюсь работать с моей напарницей, потому что она больная, и я боюсь за свою жизнь. На что начальница мне ответила: дотерпи до отпуска, когда вернешься, её здесь не будет. А потом, спустя какое-то время, подошла и сказала: оденься завтра красиво, мы пойдем к начальству, и ты всё расскажешь. На следующий день я надела самое лучшее, по её мнению, что у меня было, приготовила записи разговоров с этой буйно помешанной, но никакой встречи не состоялось. Она меня проверяла, хотела узнать, как далеко я могу зайти.

Наверное, нужно подробнее рассказать о напарнице: есть женщины, которые всю жизнь жили за счет мужчин, и, когда им приходится работать, они расталкивают всех локтями. Но ни одна работа не может обеспечить такое же качество жизни, и они начинают брать в долг. Она задолжала всем в своем городе, переехала в город больше, задолжала там, влезла в кредит, переехала в Петербург, потому что здесь никто никого не знает, и тоже всем задолжала. В общем, так и не смогла понять, что никто не собирается больше её содержать.

Но есть и те, кто, как и моя начальница, думает, что другие люди – это их собственность: если все вокруг дураки, значит, можно водить их за нос, пока не поймут. Она и водила меня за нос почти год, пока мне не удалось случайно её сфотографировать. Я фотографировала не ее, а ценник, и она попала в кадр. Говорят, что на фото человек такой, какой он на самом деле. И то, что я там увидела, меня неприятно удивило: перекошенное от злобы и корысти, её настоящее лицо. После этого я перестала верить её сладким речам. Я поняла, что все слышат от неё то, что хотят услышать.

Там была ещё одна начальница, её заместитель. Я говорю в прошедшем времени, потому что я уже не там, несмотря на угрозы. Потому что я свободный человек, меня не задержали проценты, страх не найти другую работу, а значит и угрозы не удержат. А кто-то работает там всю жизнь. Так вот, она относилась ко мне по-человечески. И когда первая ушла в отпуск, я пришла к ней с просьбой: «Помогите Золушке пойти на бал». Она всё поняла и подписала моё заявление.

Я ни о чём не жалею: этот опыт того стоил. Там я поняла одну важную вещь: когда человек говорит о себе плохо, верь ему. Потому что он говорит то, что думает. Когда женщина говорит, что она стерва, даже если она сейчас на это звание не тянет, она всё равно ей будет, так как каждый становится тем, кем хочет.