Ксана Аллим Бифуркация

После основного блюда мне стало душно, я извинилась и поспешила покинуть залу. Маменька, увидев, что я ухожу, останавливать не стала, лишь моргнула в знак согласия. Мои щеки горели, а голова заболела от шампанского. Я чувствовала, как корсет давит мне на живот. Скорее бы оказаться дома и снять его. Не подумав о плаще, я выскочила в сад. Мое лицо обожгло прохладным воздухом, и я вдохнула полной грудью. Стало намного легче, хотя голова, конечно, продолжала болеть. От крыльца вела тропинка к небольшой площади с фонтаном, коваными лавочками и голыми кустарниками рядом. Я вздрогнула — довольно холодно. Слегка приобняв себя, вдруг почувствовала, как горячие руки схватили сзади за плечи. От испуга сердце упало в пятки. Я инстиктивно отскочила и увидела раскрасневшегося Александра.

— О, Софи! Это же я! Испугались? — Он был очень пьян и весел.

— Что вы себе позволяете? Это совершенно не смешно!

— Просто позабавила твоя реакция, дорогая, — тон его голоса понизился.

— Мы уже на ты? — шок от испуга все ещё держал меня, но я постаралась взять в себя в руки.

— А почему бы и нет? — Он шагнул в мою сторону, я отступила. Улыбнулся. — Ты что боишься, Софи?

— Нет. Мне не приятно ваше общество.

— В вальсе я этого не заметил, милая, — наглости ему не занимать.

— Не понимаю о чём вы.

— О, всё ты понимаешь. Я помню, как ты трепетала в моих руках. Признаться, я думал о тебе весь вечер.

— Я очень рада. Если хотите навестить меня утром, спросите разрешения у тётушки. Позвольте, — я чувствовала, что атмосфера накаляется, но оставалась сдержанной. Шагнув в сторону, попыталась обойти Александра, чтобы быстрее вернуться в особняк.

— Кого?! Тётушку? — Он рассмеялся и преградил мне путь, — Софи ты не поняла. Я не собираюсь наведываться к тебе в гости! Ты вообще помнишь, кто я?

— Барон Александр фон Дорн, ваше имя есть у меня в карне.

— Вот именно, я — барон! А ты не имеешь никакого статуса, — он снова сделал шаг навстречу, — а ещё довольно стара. Ты не нужна мне в невесты, не волнуйся! — Мерзавец вынюхал обо мне всё. Весь его шарм испарился, и теперь передо мной стоял отвратительный краснощекий мальчишка.

— Тогда возвращайтесь в зал и оставьте меня, — мой голос был максимально холоден и твёрд.

— Но мы так танцевали. Признаюсь, мы были бы отличной парой. — Я была готова побежать к фонтану, он сделал шаг вправо, обходя меня и снова преграждая путь. — До сих пор помню изгибы твоей талии под моими пальцами. Что мне мешает снова почувствовать их? — Александр бросился на меня, пытаясь поймать в объятия. Я выставила руки, отталкивая его.

— Да, что вы делаете?! Прекратите сейчас же! Какой позор!

— Софи, ты уже опоздала с замужеством, расслабься и получай удовольствие! Тебя когда-то трогали мужчины вот здесь?! — Он попытался схватить меня за бедро, я силой оттолкнула его и ударила кулаком куда-то в челюсть. Руку обожгло жаром, а сердце бешено застучало. Он опешил, схватил себя за лицо и замер. Его ноздри яростно раздувались и, кажется, ещё чуть-чуть и он кинулся бы ударить меня в ответ. Но вдруг сзади раздался едва слышный хлопок. Потом ещё один.

— Браво, пéри. — Айдаров стоял у входа, восхищенно и встревоженно смотря на меня. Он всё это время наблюдал?

— Ты видел, Тимур?! Она просто сумасшедшая! — Александр тут же пришёл в себя.

— Пошёл отсюда, пока я тебя не убил, — жестко и холодно, отчеканивая каждое слово, произнес Тимур.

— Слушай друг, я просто хотел побеседовать, а она мне врезала! Ты же видел! Чёрт его знает, что на уме у этих провинциалок. — Он бросил на меня злобный взгляд, — ничего здесь не было! — Я молчала, меня трясло.

— Ты меня не понял?

— Всё-всё ухожу! — фон Дорн кинул Айдарову, и прохрипел, глядя на меня, — скажи спасибо, что ты женщина. — На этих словах он быстро зашагал обратно в особняк. Я всё ещё дрожала. Айдаров снял с себя пальто и попытался накинуть мне на плечи.

— Вы. Вы всё это время стояли и смотрели?! — Вдруг яростно оттолкнув его руки, закричала я. Глаза защипало, я чувствовала себя оскорбленной и униженной двумя столичными мерзавцами.

— Что? — Его тон, кажется, переменился, — о, нет-нет! Я просто не успел.

— Конечно, рассказывайте! Дайте мне вернуться! — Я чувствовала, как кровь вскипает в жилах, — только троньте и вам достанется! — Я обошла Айдарова и побежала к входу.

— Пéри! — Он окликнул снова этим странным словом. Я зачем-то остановилась в коридоре. Зашёл следом. — Вам не нужна помощь, но всё-таки. Есть кому за вас вступиться? — Его голос звучал обеспокоено и при этом совершенно серьезно.

— Что? — В недоумении посмотрела на него.

— Ваш брат или может кавалер? Этого повесу нужно вызвать на дуэль. Если некому, я вызову.

— О, Боже! Что вы! Прошу забудьте! Вы же видели я в состоянии постоять за себя.

— Да, бесспорно. Но он вас оскорбил. Простым ударом дело не обойдётся.

— Простым? — Я взглянула на него с вызовом, он хитро улыбнулся.

— Софи.

— Прошу, давайте забудем. Сегодня мой первый бал в Петербурге, моей семье не нужны скандалы!

— Тогда, если позволите, я добавлю. Лично устрою ему взбучку. Я уже ни раз разговаривал с ним, всё бестолку, — глубоко вздохнув, с легкой нежностью посмотрел на меня.

— Он ваш друг? — Я всё ещё злилась, но почему-то не спешила уходить. Айдаров подошёл чуть ближе, сохраняя приличную дистанцию.

— Мы вместе ведем дела по недвижимости. В бизнесе он довольно умен и точен, в общении с мужчинами — весел, но с женщинами Мне стыдно наблюдать его поступки. Приношу глубочайшие извинения, пéри.

— Вы не из Петербурга, верно? — гнев понемногу отступал.

— А вы?

— Нет. Мы с маменькой приехали на сезон. Александр был прав — я родом из Тверской провинции.

— Вы дадите фору любой здешней барышне, Софи. Ничуть не уступаете красотой, грацией и, — он замялся, ухмыльнувшись, — манерами.

— А вы успели разглядеть мои манеры, помимо умения пользоваться кулаками?

— Я успел разглядеть всё, что мне нужно.

— И что же вам нужно? — Слегка наклонив голову, он подошел ближе и взглянул на мою правую руку, которая все еще горела.

— Болит? — Я кивнула. — По приезде домой вам следует обработать руку.

— Я разберусь, — я инстинктивно потрогала костяшки, чтобы убедиться, что перчатка не прилипает к коже. Значит открытой раны нет.

— Я из Крыма. В Петербурге бываю по делам, — после небольшой паузы произнёс он.

— Вы не ответили на вопрос, — чуть слышно произнесла я, он молчал. Голова слегка закружилась. Я чувствовала какое-то напряжение между нами, но совершенно не понимала, почему оставалась неподвижной.

— Вы считаете браки по расчету приводят к счастью?

— Иногда голова знает лучше сердца, — сказала я фразу, от которой бежала все эти годы.

— Вы в это верите? Почему же вы не замужем? Уверен, вам ни раз поступали подобные предложения, — я опустила глаза. Сейчас все мои попытки найти любовь показались мне инфантильными и детскими. Есть много достойных кавалеров, чего я жду?

— А может ещё не было достойного «расчета»?

— Вот как. Что ж, я понял. Пойдемте в зал, Софи. Уверен, нас уже обыскались. — Я его чем-то оскорбила? Тимур передал пальто лакею, подал мне руку и мы молча проследовали обратно к ужину. Я не знала, понял ли он мой сарказм, должна ли я что-то добавить, оправдаться или продолжить тему. Не знала, почему беспокойные анализирующие мысли пронеслись в моей голове. Не знала, почему меня так озаботила его резкая отстраненность.

В зале мы поймали несколько удивленных взглядов, в том числе и взгляд Ольги. Не дожидаясь, пока мы подойдем к моему столику, она вскочила и быстро подошла к нам.

— Доброго вечера! Вы уже успели познакомиться с моим женихом? — Ольга обращалась ко мне, поджимая пухлые губки.

— Софи, это Ольга. Ольга, это Софи. Племянница графини Зарецкой, кажется. — Отлично. Все всё обо мне уже знают. — Мы пересеклись в саду.

— Ах, пересеклись! Очень приятно познакомиться, София. Где же ваша гувернантка? Небезопасно барышне гулять ночью одной. — Она сверлила меня глазами. Вся эта атмосфера начинала напрягать.

— Софи совершенно не нуждается в защите, — с легкой безразличной улыбкой на губах произнес Айдаров. Он позволил ей взять себя под руку — и мне показалось, что я потеряла что-то, чего никогда не имела. Чувствовала себя лишней.

— Прошу меня простить, мне нужно подойди к маменьке, — проигнорировав их последние слова, я сделала легкий книксен и поспешила удалиться.

Маменька ждала меня у одного из подставных столиков с десертами. От её взора ничего не ускользнуло.

— Софи, как ты, доченька? — Она с беспокойством посмотрела на меня.

— К чему эта прелюдия мамА? Вы явно хотите спросить об Айдарове. У меня к вам встречный вопрос, вы не рассказали мне о нём, потому что он уже занят?

— Да, милая. Он помолвлен. К тому же, он князь очень знатного персидского роду. Я боюсь, он нам не по зубам. Хоть твоя тетушка и заслуженно графиня, но все таки не княгиня, а отец совсем без статуса.

— Я поняла, не переживайте, я не имею на него никаких видов.

— Вы вместе вошли в залу. Беседовали?

— Немного.

— Его невеста под стать ему. Наверное, ты видела. Ольга — блондинка в желтом платье.

— Видела, мамА, — мой голос звучал довольно холодно.

— Девочка моя, ты грустна?

— Да, все в порядке. С чего вы взяли? Я сегодня танцевала со многими джентльменами, возможно кто-то из них наведается к тётушке. И я, поверьте, буду весьма учтива. Хватит уже тянуть с замужеством.

— Ты знаешь, меня выдали за твоего отца по расчёту, чтобы не дробить землю между мной и братом. Я тогда была уже немолода для невесты и согласилась, не питая иллюзий. А твой отец — она улыбнулась уголком губ, — он, кажется, влюбился в меня почти сразу. И со временем я тоже полюбила его. Так что ничего плохого в расчёте нет, Софи. Не зря так поступали испокон веков. Я хочу тебе искренней любви, дорогая, но ещё больше я хочу тебе счастья и легкой жизни. Мы подберем тебе по-настоящему достойного жениха и я уверена, ты влюбишься, просто не жди бабочек в животе.

— Хорошо, маменька. — Отрезала я.

Спустя пару десятков минут мы начали собираться домой. Танца после ужина не было. Хозяева, видя утомившихся гостей, решили завершить вечер. Мы с тетей и маменькой попрощались со всеми знакомыми, оделись и вышли на улицу. Было около двух часов ночи и меня уже клонило в сон. Выйдя из парадной к дороге, я ещё раз посмотрела на ночной Петербург. Напротив нас возвышались величественные каменные здания, близко стоявшие друг к другу. Какие-то из них были освещены рожками, а какие-то скрывались в ночи. Вдруг эти улицы показались мне такими родными и знакомыми. Всё же вечер прошёл хорошо. Я танцевала, меня узнало общество. А ещё меня переполняли смешанные чувства. Из головы не выходили его глаза, его голос — и наша странная, неправильная встреча.