Ксана Аллим Бифуркация

Глава 3

— Девушка, проснитесь! Конечная станция! — Невысокая женщина в униформе трепала меня за плечо. Ну вот, проехала свою остановку!

— Да-да, извините, — я вытерла стекающую на плечо слюну. Чувствовала себя совершенно помятой и злой. Теперь нужно подниматься на улицу, потом снова спускаться и платить, так как перехода на другую сторону на конечных станциях не было. Тусклый желтый свет метро усыплял. Потерев глаза, я увидела автомат с кофе и решила воспользоваться предложением. Подставив маленький стаканчик, оплатила и нажала кнопку «американо». Ещё чуть-чуть и станет легче. Я часто засыпала в метро, но никогда не проезжала свою станцию. Растяпа. Отхлебнув заветный глоток черной спасительной жидкости, быстро вышла на улицу, повернула за угол и снова спустилась в метро. Теперь главное не заснуть. Я решила не садиться и стоять до выхода, хоть и со стаканчиком в руках это было весьма неудобно.

Уже через 20 минут я была дома. Есть ещё пара часов до приезда Тимура. Пожалуй, посмотрю сериал, готовить совершенно не хочется, тем более он обещал что-то купить. Мне было невыносимо грустно, что уже завтра с утра меня снова ждёт работа, и скоротечный выходной заканчивается. Я включила романтический сериал и взяла в руки телефон, чтобы проверить сообщения. Открыв мессенджер, увидела одно новое от «Папуля». Я переименовала его имя, когда простила, но наши отношения по-прежнему оставались натянутыми. Точнее их не было. Редкие поздравления с праздниками и «как дела?» раз в пару месяцев — вот и всё наше общение.

«Привет, дочь! Как дела? Как муж?» — Я прочитала сухие строчки и сердце защемило. Он не был на нашей свадьбе, не смог приехать по финансовым, или каким-то другим причинам. Мы были бы рады помочь, но он даже не ответил, на какой адрес прислать приглашение. Оно так и осталось лежать в коробочке с памятными вещами. Они с мамой развелись, когда я была совсем малышкой, и как такового «папы» в моем детстве не было. Ну ничего, зато сейчас он есть. Хоть какой-то. Я быстро ответила, что всё хорошо, вежливо поинтересовавшись и его жизнью. Ответ будет завтра. Он наверняка уже спит. Отец остался жить в небольшом городишке, где я родилась, в доме, доставшемся ему от родителей по наследству. Я, к слову, в этом доме ни разу не была, а потому и адреса не знала. Ладно.

Пролистав новости, ответив подругам, Тимуру и коллегам, я погрузилась в мир романтических фантазий на экране ноутбука. Как часто бывает, главный герой был такой холодный, недоступный и чертовски сексуальный, а главная героиня — простушка вроде меня. Однако всегда, во всех этих «простушках» было ещё кое-что. Огонь, смелость и искренность. А где же мой огонь? Кажется, рутина съела нас с Тимуром ещё даже до рождения детей. Мужчина на экране поднял руки девушки над головой и жадно впился в неё губами. Они тяжело дышали, её ресницы слегка подрагивали, а его рука скользнула по талии к бедру. У меня перехватило дыхание и я прикусила нижнюю губу. Как хорошо играют! Почувствовав их страсть где-то глубоко в груди, я испытала неописуемый восторг от предвкушения. Будто я была главной героиней. Неужели эта страсть доступна только вначале отношений? Куда она пропала в моей жизни? Как бы я хотела, чтоб Тимур, придя с работы домой, также поднял мои руки над головой и прижал к стене.

— Любимая, я дома! — Слегка уставшим голосом произнёс муж, зайдя домой. Я поставила видео на паузу и вернулась в реальность.

— Проходи, чего купил? — По-детски балуясь, я заглядывала в пакеты, ища «что-то вкусненькое».

— Угадай, — он хитро улыбнулся и его карие глаза прищурились.

— Ша-вер-му. — Так в Питере называют рол с курицей, овощами и соусом. Ну вот, а я думала будут суши и вино.

Перекинувшись парой фраз про обе работы Тимура, мы пошли на кухню ужинать. За ужином смотря ситком, почти не общались. Уже в кровати я игриво посмотрела на него и спросила.

— Поцелуешь меня? — Муж с удовольствием чмокнул в губы.

— Я хочу по-взрослому, — улыбнувшись, я провела пальцем по его плечу.

— Солнце, я устал. Давай не сегодня.

— Хорошо. Я поняла, — демонстративно отвернувшись, уставилась в стену.

— Я правда хочу тебя. Просто очень вымотался на работе, пожалуйста не обижайся. — Я почувствовала легкое касание его мягких губ на шее сзади. Конечно, я не обиделась по-настоящему. Просто в моменте стало как-то тоскливо. Наверное, я насмотрелась любовных романов.

— Я всё понимаю. Давай спать. Люблю тебя, — я обернулась на мгновение, чтобы чмокнуть его.

— И я тебя, — его большая рука погладила меня по волосам и, кажется, через несколько минут он уже спал, а я смотрела в потолок и думала. Ни о чем конкретно, но обо всём. Вспомнила, что не дописала страницу в блокноте, которую начала перед встречей с Лизой. Что хотела записаться к неврологу ещё две недели назад, чтобы начать заниматься больной спиной. Что нужно оплатить коммунальные счета и что завтра с самого утра меня ждут рабочие задачи. Столько нерешенных дел, а я зациклилась на страсти. Все так живут. Я закрыла глаза в попытке выкинуть лишние мысли из головы, но к горлу подступил ком. Сглотнула. Ничего, завтра меня снова захлестнут дела и страдать не придется. Спустя час беспокойных мыслей я, наконец, заснула.

Неприлично крепко обнимая меня за талию, Александр вёл нашу пару по кругу. Я старалась не смотреть ему прямо в глаза, а он то и дело искал мои. Кажется, этот танец будет чем-то бОльшим, чем первый после знакомства вальс. Я была натянута как струна и старалась отдалиться, отступить на шаг назад. Александр же наоборот притягивал ближе. От него приятно пахло свежестью с легкой табачной ноткой. Признаться, мне нравилась эта молчаливая борьба между нами.

— София, расслабьтесь, я чувствую ваше напряжение, — он заговорил бархатным голосом.

— О, неужели вам трудно меня вести? — Для хорошо танцующей девушки это было почти оскорблением, но я знала, что именно ему не нравилось.

— Нет. Безусловно вы прекрасно двигаетесь, — на лице мелькнула хищная улыбка. Он что флиртует?

— Благодарю, я рада, что не разочаровала вас, — выскользнув из объятий, я перехватила его пальцы. Теперь он вёл меня вперед, помогая мне кружиться вокруг своей оси под его рукой.

— У вас восхитительное платье! Голубой вам очень идёт.

— Благодарю, — его пальцы были теплыми и приятными, я почувствовала как моя рука покрылась мурашками, а голова немного закружилась. Заметив это, Александр остановился и перехватил меня в классическую позицию. Его рука снова оказалась на моей спине.

— Вы сказали, что гостите у тёти в имении. Осмелюсь поинтересоваться, как её зовут? Наверняка мы знакомы.

— О, конечно. Графиня Анна Петровна Зарецкая.

— Графиня значит, а что же ваша матушка? — Его рука смело скользнула со спины на талию. Мне показалось, пальцы слегка погладили корсет. Это уже наглость.

— А вы значит прощупываете почву? — Я сердито посмотрела на него и он ослабил хватку.

— Ну, что вы! Я лишь ненавязчиво интересуюсь. Может вы так сильно мне понравились, что я задумался о будущем, — его невинный мальчишеский вид шёл в разрез с его речами. Я была обескуражена и растерялась. Кажется, он заметил моё смущение и усмехнулся. — Ваша карне по-прежнему свободна? — Он явно что-то выяснял.

— Увы, нет. Вы опоздали, — я улыбнулась. Пришлось соврать, чтобы не обольщался. Наконец, мы остановились и отошли на безопасное расстояние друг от друга. Теперь держась одной рукой, мы делали шаги навстречу друг к другу и от. Разговор продолжался.

— Признаюсь, я расстроен. Может удастся найти вашу тётушку и напроситься в гости. Вы здесь вместе? — Я пыталась прислушаться к себе и понять, нравится ли мне его наглость.

— Разумеется, и маменька с нами, — и зачем ляпнула?

— Отлично! — Он снова притянул меня к себе и мы в классической позиции закружились по залу.

Дальше мы танцевали молча, чему я была очень рада. В безмолвии он был по-настоящему красив. Его легкие кудряшки задевали лоб, а четко очерченные губы то и дело сжимались, видимо, от его непорядочных мыслей. Он был похож на ангела, скрывающего тайну. Музыка звучала где-то в сердце и я по-настоящему отдалась моменту и его крепким рукам. Я осмелилась смотреть ему в глаза и, он, кажется, был этим доволен. Оркестр смолк. Я хотела отойти, чтобы сделать реверанс, но Александр не отпускал мою руку.

— Вы сегодня всех затмили, мадемуазель, — шепнул он, и только тогда разжал пальцы. Я почувствовала, как краска прилила к щекам. Наш танец и пристальные взгляды вдруг показались мне неприличными.

— Благодарю, Александр, — я поджала губы и слегка улыбнулась, делая реверанс.

— Кажется, это не первый ваш сезон? — Направившись к моим родным, видимо, чтобы проводить, он продолжал разговор.

— Но, вероятно, последний, — я прикусила язык. Сегодня он явно мой враг.

— Отчего же? — Благо мы уже дошли до кресел, где сидела тётушка. Маменьки рядом не было.

— Позвольте представить, моя тётушка графиня Анна Петровна Зарецкая! — Тётушка встала поприветствовать кавалера.

— Весьма рад! Барон Александр фон Дорн, — он слегка поклонился. — Ваша племянница — великолепная партнёрша, графиня, — я нервно улыбнулась, вспомнив вальс.

— Вы очень любезны, барон, — тётя улыбнулась той светлой улыбкой, которая ничего не обещает, но и не обижает. Ещё раз поклонившись и бросив на меня быстрый взгляд, Александр отошёл. Тётя проводила его глазами и тихо сказала:— Держись с ним осторожнее, Софи. Он хорош собой, но, я слышала, слишком самоуверен.

— Конечно, тётушка. А где мамА? — Однако мамА уже шла к нам навстречу с лимонадом.

Болтая с тётей и маменькой за напитками, мы не заметили как началась кадриль, а я осталась без пары. МамА растерялась, услышав музыку, но тётя Анна быстро успокоила её, убедив, что мазурка ещё впереди, а вечер уже не безнадежен благодаря моим прошлым танцам. К счастью мамА, после кадрили к нам подошёл долговязый молодой чиновник и пригласил меня на следующий танец — галоп. Галоп прошёл довольно весело: молодой человек явно смущался и иногда наступал мне на туфли. Я звонко хохотала и на мгновение почувствовала себя лёгкой и беззаботной, прямо как в Москве. За галопом шёл ещё один вальс, на котором мне посчастливилось быть парой немецкого барона. Он был очень сдержан и тактичен, а потому я просто наслаждалась танцем, не забивая себе голову лишними страстями. Когда на финальный танец вечера — мазурку, меня пригласил молодой гвардеец, маменька наконец расслабилась:

— Софи, девочка моя, этот вечер определенно удался! Я уверена! Я чувствую это всем сердцем — этот сезон точно будет успешен! — несмотря на то, что я слышала это каждый год, сегодня я почувствовала иные нотки в её голосе. Или просто впервые наши мнения совпали. В моём сердце поселилась искренняя вера, что меня ждёт что-то особенное.

— Я рада что угодила вам мама. Позвольте перевести дух в уборной? Я вернусь через несколько минут, — маменька кивнула.

Идя в дамскую комнату, я почувствовала что уже изрядно проголодалась и очень жду ужина, который следовал сразу за мазуркой. А мазурку я обожала! Лёгкий игривый танец со сменой партнёров, позволяющий непринуждённо болтать и узнавать друг друга лучше сразу с несколькими джентльменами. Именно во время мазурки завязывались любовные романы или крепкая будущая дружба. А господин, пригласивший девушку на этот танец, обязательно провожал её к ужину. И это, в каком-то смысле, было первым серьезным сигналом его заинтересованности. Мне повезло, что к столу меня поведёт высокий сероглазый гвардеец, к тому же довольно симпатичный. Может, в мужья он мне и не подходит — слишком молод, но зато мы привлечём внимание к нашей паре, что спровоцирует других мужчин пригласить меня заблаговременно на следующие балы.

Выйдя из уборной, я решила немного прогуляться в эти свободные минутки до мазурки. Возвращаться в танцевальный зал нужно было по коридору налево, а я свернула направо. Немного пройдя по пустому пролёту, я остановилась у окна и дала себе минуту передышки. Прислонившись головой к холодной стене, я всмотрелась вдаль. Внизу в ночной темноте угадывались очертания сада. Там наверняка тоже кто-то гулял и отдыхал от шумных танцев и назойливых знакомств. Открытая и общительная с виду, я всегда ценила эти мгновения в покое наедине с собой. Именно так можно научиться слышать себя и свои желания. Когда всё вокруг замолкает, остаются только мысли, а когда стихают и они, можно наконец, почувствовать. Из всех мужчин, говорящих со мной сегодня, из моей головы не выходил только один. Мы даже толком не общались, но я все время старалась искать его глазами и очень желала, чтобы он подошёл. Но, увы, этого не случилось. Не знаю почему он занял мои мысли. В нём скорее всего нет ничего особенного, а я сама создала его таинственный образ в голове и уже к нему привязалась после нескольких слов и взглядов. Именно его глаза и привлекли меня больше всего. В его внешности угадывались восточные корни, он был смуглее остальных, а ещё этот бордовый платок. Кто же он и откуда приехал? Он ли тот самый Айдаров, о котором девушки говорили в дамской комнате? Эта фамилия тоже не славянская, возможно, это он и есть. Нужно будет ненавязчиво спросить о нём у маменьки, она наверняка слышала его фамилию.

— Мадемуазель, вы, кажется, заблудились, — раздался голос за спиной. Я обернулась в надежде увидеть Его, но передо мной стоял пожилой мужчина под руку с миловидной дамой средних лет. Я сделала реверанс.

— Простите, не хотела нарушить ваше уединение. Меня зовут София, племянница графини Зарецкой. Мы с тётушкой и маменькой сегодня на балу.

— Ах, графиня Зарецкая! — дама тепло улыбнулась. — Мы с ней старые знакомые. А я — Екатерина Васильевна Салтыкова. Это мой муж, Пётр Степанович.

— Ах, какая честь познакомиться с хозяевами этого чудесного имения! Мне очень приятно, не ожидала, — я поклонилась ещё раз, чувствуя как щёки заливает румянец, — я, кажется, забрела не туда. Переводила дух.

— Ничего страшного, дитя. Мазурка скоро начнётся, а мы как раз идём в залу. Позвольте вас проводить, — предложил Пётр Степанович.

— Конечно, с превеликим удовольствием, — они обменялись взглядами, и Екатерина Васильевна, ласково улыбнувшись, взяла меня под левую руку. Пётр Степанович подал мне правую. Так мы направились обратно к сияющему огнями залу. Екатерина Васильевна расспрашивала о тёте, о том, как мне нравится Петербург. Я отвечала вежливо, мне было приятно поболтать, но в тоже время я чувствовала, как всё внутри меня трепещет. Сейчас мы войдём в зал и все увидят, что меня сопровождают сами хозяева. Маменька будет в восторге! Вот и проверим, кто знает Салтыковых в лицо, а кто, как и я, здесь новенький.

Зайдя в бальный зал, мы поймали восторженные и недоумевающие взгляды примерно трети присутствующих. К хозяевам дома начали подходить знакомые, благодарить и параллельно оценивать меня. Наверняка многие подумали, что я родственница семьи, но почему-то знакомиться не спешили. Поболтав с парочкой людей по пути, мы подошли к тёте и маменьке.

— Княгиня Екатерина Васильевна, здравствуйте, — засияв тётя уверенно заговорила, — вижу вы познакомились с моей племянницей!

— Да, весьма любезная девушка! — Пётр Степанович по-отечески обратился ко мне, — спасибо, что делите с нами этот вечер! Для вас, молодых, мы и стараемся!

— Это вам спасибо ещё раз! — Обменявшись любезностями, хозяева ушли, а маменька заговорила.

— Софи, не знаю как ты это сделала, но это было очень эффектно! Тебя уже наверняка заметили, — поразительно, но после её слов я ощутила на себе взгляды гостей. Обернувшись, увидела, что пара джентльменов шепчутся, изредка поглядывая в нашу сторону. — Отличный ход, дорогая! — От разговоров с маменькой спас сероглазый гвардеец, который уже собрался украсть меня на мазурку.

— Софи, позволите, — он подал руку, — оркестр вот-вот зазвучит, — я взглянула на балкон, где размещались музыканты. Они действительно уже настраивались.

— Конечно, — я кивнула маменьке и подала руку молодому человеку, — нужно хорошенько взбодриться перед ужином! Вы готовы, ваше благородие? — Поручик явно засмущался, но быстро сориентировался, подхватив мой озорной настрой.

— Всегда готов, мадмуазель! — Под руку мы проследовали на место по левую сторону зала. Начнёт первая пара, а через несколько Па подключатся следующие три, в том числе и наша. Я замерла и посмотрела вперед. Интересно, кому выпала честь открывать танец? Высокий крепкий мужчина держал под руку белокурую девушку среднего роста. Я узнала её платье — это была Ольга с дамской комнаты, а под руку её держал Он. Моё сердце пропустило удар. Он — точно Айдаров.

Глава 4

Первая пара начала танец, а следом мы короткими перебежками пошли по кругу, держась за вытянутые руки. Мой партнер улыбался и явно наслаждался вечером. Я тоже. Как только зазвучала музыка, в голове стало легко и пусто. Больше не было маменьки, давления, оценивающих взглядов и беспокойных мыслей. Только я, скрипка и хорошо выученные па. Пары остановились друг напротив друга, каждый мужчина присел у своей дамы, а мы пошли вокруг них, придерживая одной рукой платья, а другой — руки мужчин. Не завершив круг, я пошла прямо навстречу другому мужчине так, чтоб мы поменялись местами. На несколько движений вместо молодого гвардейца меня повёл крепкий рыжеволосый мужчина средних лет. Через мгновение я вернулась к офицеру и мы снова пошли по кругу. Музыка по-настоящему веселила всех присутствующих. Бальный вечер шёл к завершению, скоро мы приступим к ужину, а потому казалось у всех танцующих открылось второе дыхание. В круг присоединились ещё пары. Я слышала легкую болтовню вокруг, но не разбирала сути. Мы несколько раз менялись партнёрами, я успевала только представиться или сказать пару слов о вечере. Некоторые из мужчин расстраивались, узнав, что я не родственница Салтыковых, а некоторые молчали или делали шаблонные комплименты. Но все мы искренне улыбались. Наши глаза блестели от радости.

Я звонко засмеялась от шутки одного из офицеров, и вдруг увидела напротив себя Айдарова. Следующим движением я оказалась рядом. Нам нужно было на месте обойти друг друга, державшись за руки, а затем сделать плавный переход вдоль зала к стене и обратно. Я замерла и в одно мгновение напрягалась. Он взял мою левую руку, прямо смотря в глаза. Мы пошли по кругу. Его миндалевидные глаза были очерчены густыми черными ресницами и смотрели немного с прищуром. Я не могла оторвать взгляд, а он слегка улыбался. После обходки я двинулась на него, а он зашагал назад вдоль зала. Его рука чувствовалась крепкой и в то же время он держал мою очень легко, я чувствовала тепло сквозь перчатку. Он молчал, как и я. Мой взгляд скользнул к его губам. Правильно очерченные они были слегка полноваты и казались мягкими. Я сглотнула. Боже, он очень красив. Я часто общалась с приятными мужчинами, но не помню, что когда-либо ощущала этот трепет где-то в области груди. Теперь уже он двинулся на меня. Сердце застучало чаще, щёки слегка загорелись. Вдруг он разжал губы.

— Тимур Айдаров. Кажется, я вас задел при входе? Приношу свои глубочайшие извинения, — я молчала, будто не слышала его слов, — вы впервые в Петербурге? Как ваше имя, пéри?

— Софи, — чуть слышно прошептала я, удивляясь своей робости. По рисунку танца мы снова должны были поменяться партнерами, возвращаясь к тем, с кем начинали. Слева я увидела обжигающий взгляд блондинки и поспешила вернуться к своему уютному гвардейцу. Повернув голову, ещё раз взглянула на Айдарова. Он подмигнул мне и взял Ольгу за талию. То же самое гвардеец сделал со мной — мы заканчивали танец быстрым поворотом, держа друг друга одной рукой. Кажется только сейчас я смогла глубоко выдохнуть. Гвардеец вежливо поклонился и предложил руку, чтобы провести к ужину.

Я огляделась: пока мы кружились в мазурке, карточные столы, ещё недавно заставленные колодами и фишками, уже накрыли белыми скатертями. Лакеи сноровисто расставляли тарелки, бокалы, канделябры. Тетушка с маменькой поспешили сесть за стол, где больше не осталось места. Видимо специально, чтобы оставить меня наедине с гвардейцем и другими гостями для общения и знакомств. Мы проследовали к соседнему столу. Он был сервирован на 6 персон. За столом сидели немецкий барон, с которым я танцевала вальс, рыжеволосая женщина лет сорока, и пара молодых мужчин. Один из них явно был другом моего кавалера. Они тепло поприветствовали друга друга, и все сидевшие кинули на нас заинтересованные взгляды.

— Никола, представишь свою очаровательную спутницу? — Парень с большим носом с горбинкой и русыми волосами улыбнулся, хитро посмотрев на нас.

— София! — Я перебила гвардейца и протянула руку, мужчина слегка коснулся губами перчатки. Мы все перезнакомились и сели за стол. На столе стояли заморские фрукты, конфеты в причудливых вазах и красивые позолоченные канделябры со свечами. Закуски и основные блюда должны будут подавать лакеи каждому гостю персонально. Я осмотрела зал и другие столики. Маменька с тетей о чем-то болтали, поглядывая на меня. Мы сидели совсем близко, так, что я могла услышать их, если б захотела. Мой взгляд скользнул дальше в попытке найти хозяев имения. На удивление, Салтыковы сидели за одним столом с Айдаровым, Ольгой и пожилой парой, видимо её родителями. Неужели там происходит настоящее сватовство? Маменька ни слова не сказала мне про него, потому что он уже занят? Что ж, раз так, то мне нечего забивать голову лишними мыслями. Подали закуску, я взяла брускетту с рыбой и овощи. Николай налил мне бокал шампанского. Мы мило болтали весь вечер с ним и его другом, барон был увлечен женщиной, а еще один парень за нашим столом после закуски ушел, видимо в сад или карточную комнату.